Сайт создан по благословению настоятеля храма Преображения Господня на Песках протоиерея Александра Турикова

Система Orphus







Валентина Ульянова

Потерявшиеся в мирах

или Ключи от времени



История первая

Радоплес

Глава 1. Необычный дом

Больше всего на свете Ася не любила ходить с родителями в гости. У взрослых начиналось застолье и горячий, всех увлекавший, но решительно непонятный ей разговор, а дети, чаще всего незнакомые, собирались в кружок и не знали, что делать друг с другом целый долгий вечер. В детские игры ей играть было уже неинтересно, а разговоры случайных друзей обычно получались еще скучнее, чем игры. Нет, Ася вовсе не была необщительной или глупенькой, просто то, о чем обычно говорили в таких компаниях, ее не трогало, а она не любила навязываться другим с тем, что занимало ее. В конце концов всегда получалось так, что она, побродив по чужой квартире, ожидала родителей с книгой или альбомом где-нибудь в уголке, чтобы никому не мешать.

Вот такой совершенно никчёмный вечер ожидал ее, видимо, и теперь, потому что родители собрались идти к незнакомым ей людям. Ася, обреченно вздыхая, натянула выходные джинсы и свитер и, в который раз, с умоляющим видом подошла к отцу.

Он брился в ванной.

- Па… ну зачем я там нужна? – протянула она, снизу вверх заглядывая в его сосредоточенные глаза, устремленные в зеркало.

Отец выключил бритву и улыбнулся:

-    Не кисни, Синеглазка! Мы приглашены всей семьей. Да и сын у Николая Ивановича – редкий мальчик, серьезный и умный, и всего на год старше тебя. Думаю, вы найдете общий язык.

«Только зануды мне не хватало! – вздохнув, подумала Ася. – Да разве папе понять?!»

И она отправилась восвояси заплетать «гостевую» косу. Волосы, легкие и длинные, не слушались, рассыпались, и Ася намаялась, пока справилась с ними. Ее бы воля – давно бы обрезала их, – насколько легче стало бы жить! Но отец и мама без ума от них, светлых как лен и таких же мягких, и ни за что не позволят. А ей мучиться, особенно перед таким вот визитом в гости!.. И снова вздыхала Ася: столько мороки, и ради чего?!..

Но все оказалось совсем не так, как ожидала она. Совсем не так!

Сюрпризы начались прямо от подъезда. В самом буквальном смысле: таксист подвез их не к обычной многоэтажке, а к стоявшему в заснеженном саду старинному деревянному дому с высоким крыльцом, резными деревянными ставнями и круглой башней, похожей на терем.


- Это музей? – не удержалась Ася.

- Почти, - улыбнулась мама. – Это дом профессора Смирнова, там еще и не такое увидишь…

- Вот-вот, сама все увидишь, - вставил папа, - сейчас не время рассказывать: нас ждут.

И они поднялись по высоким деревянным ступенькам к гостеприимно распахнувшейся двери.

Потом все было, как обычно бывает в гостях: радостные приветствия, знакомство, оживленная беседа взрослых о политике и погоде, живописно накрытый стол, вкусная еда… Сын хозяев, Сергей, высокий, темноволосый мальчик с живым, быстрым взглядом тёмно-серых глаз и порывистыми, хотя и сдержанными, движениями, сидел рядом с Асей. Но он все время воспитанно молчал, только слушал. Молчала и Ася.

Наконец седовласый профессор обратился к сыну:

- Сережа, покажи Асеньке дом: я вижу, вы уже сыты. Что вам с нами, стариками, сидеть!

Мальчик кивнул и застенчиво обернулся к Асе:

 - Пойдем?

Девочка с радостью выбралась из-за стола: она и впрямь устала сидеть «со стариками».

Они направились к двери, и последнее, что услышала Ася, были слова отца:

- Что же, Николай Иванович, теперь можно и дела обсудить?..

В узком холле, куда выходило несколько дверей, внимание Аси сразу привлекла к себе крутая винтовая лестница.

- Это лестница в башню? - робко спросила она.

- Да, - просто ответил Сергей, - там кабинет отца. Вообще-то посторонним туда нельзя, но ведь твои родители будут с нами работать, и ты всё равно всё узнаешь. От друзей у нас секретов нет: пойдём.

И он рыцарским жестом пригласил Асю подниматься первой.

Кабинет оказался круглой, очень большой и очень странной комнатой. От удивления Ася даже забыла о своём провожатом. Чего здесь только не было! Первым бросался в глаза огромный металлический пульт со множеством приборов, кнопок и лампочек, загадочно мигавших. Он занимал всё пространство справа и изгибался дугой, повторяя линию стены. Перед ним стояло высокое, чёрное, на вертящейся ножке, офисное кресло. Левее пульта тянулся длинный стол с какими-то приборами, загадочно блестевшими открытыми схемами из мелких, похожих на разноцветные бусинки, деталей. Среди приборов, как будто им тут и было место, рядами лежали кольца, браслеты, ремешки со вставленными в них цветными камнями и какие-то еще, явно старинные, украшения.

Рядом, слева от двери, стояли книжные шкафы, битком набитые книгами и  художественными альбомами! В изумлении Ася повернулась к Сергею, - но тут же забыла все свои вопросы, потому что увидела за его спиной высокий металлический ящик, больше всего похожий на… лифт.

- Это… лифт?! - воскликнула Ася.

- Лифт? - загадочно улыбнулся Сергей. - Пожалуй, в некотором роде… Это - лифт… в прошлое. Отец назвал его «Темо темпестатис». Колесница времени!

Глава 2. О том, чего никто не ожидал

- То есть - машина времени?! Ты шутишь?!

- Нисколько! – Сергей, довольный эффектом, улыбнулся. - Отец - профессор, серьёзный человек. Он посвятил этому жизнь.

Ася ещё раз огляделась. Да, всё в кабинете подтверждало слова этого необычного мальчика: соединение здесь множества, казалось бы, неподходящих вещей становилось понятным.

- И… он там был? - переведя вдруг сбившееся дыхание, спросила Ася.

- Нет… - вздохнул Сергей. - Что-то пока не срабатывает. Отец говорит, что есть какой-то неизвестный фактор, который влияет на переход… Его надо найти… Это сложно… Я ещё не очень-то разбираюсь… Но скоро буду, - уверенно добавил он.

И Ася почему-то сразу поверила, что это не пустая мальчишеская похвальба.

- А эти кольца, браслеты, - зачем они? - обернулась она к столу.

 Сергей подошёл поближе, взял один из браслетов и объяснил:

- Это аппаратура. Смотри! - он нажал на одну из бляшек, составлявших браслет, и она раскрылась, точно шкатулка. Под крышкой оказались часы, и он объяснил: - Здесь показано не только время, но и месяц, и год, - тот год, в который попадёт человек. И каждое звено браслета - маленький аппарат или кнопка. Ведь, понимаешь, нельзя же расхаживать среди древних людей с компьютером! Надо всё замаскировать…- он закрыл овальную крышечку и надел браслет на своё запястье. - Видишь, ни за что не догадаешься, что это не примитивная безделушка!


- А вот это кольцо? - неудержимо втягиваясь в беседу, точно в игру, спросила Ася и примерила серебряное колечко с тремя камнями — белым, розовым и алым, — расположенными треугольником. Оно подошло к среднему пальцу правой руки, и девочка залюбовалась им.

- Это кольцо-определитель, или кольцо тревоги, предупреждения. Оно реагирует на отрицательные энергии. На ненависть, испуг, угрозу…Чем краснее цвет, тем больше опасность. К сожалению, положительные энергии оно почему-то не фиксирует, хотя белый кристалл должен бы был…

- А зачем фиксировать положительные? - не поняла Ася.

- Потому что они – это ключи от будущего, обратно из прошлого, где не будет кабины темо, можно вернуться только с их помощью, как бы на их волне, - как о чём-то само собой разумеющемся сказал Сергей.

Ася помолчала. Ладно. Она потом разберётся. Не всё сразу.

А Сергей уже протягивал ей металлический обруч с тёмно-синим камнем посредине:

- Можешь надеть, - (она послушно надела его на голову). - Это видеокамера. Её монитор – на пульте.

- Да… - в восхищении протянула Ася, осторожно снимая обруч. - А вот эти…серёжки?

- Микропереводчики. Такое кольцо могли носить и мужчины, не только женщины…

Девочка примерила серьги и на этот раз не спешила их снимать. Это оказалось интересней всякой игры! Очень скоро Сергей и Ася были полностью экипированы для путешествия в неизвестность. Вот только одежда на них была неподходящей… 

- Это дело твоей мамы, - улыбнулся Сергей: восхищение гостьи увлекало и радовало его. - Она обещала отцу и нарисовать и сшить всё, что будет нужно.

- Мама - классный дизайнер! - заверила Ася, в восторге оттого, что она здесь, оказывается, не совсем посторонняя.

Её собеседник это понял и добавил:

- А ты не знала?! И твой отец тоже в нашей команде: куда же без врача!

- Надо же, - даже чуть-чуть обиделась Ася, - а они мне ничего не рассказывали!

- Не расстраивайся! Теперь-то ты всё знаешь! - утешил её Сергей и обернулся к пульту: - Видишь, какой!

Ася шагнула к аппарату, робко вглядываясь в кнопки и огоньки: подумать только, настоящая машина времени! Ей даже на мгновение показалось, что сейчас, она проснётся в своей комнате, и всё окажется обыкновенным сном. Но «Темо» блестел перед ней металлической дугообразной панелью, загадочно мигая лампами, - совершенно реальный. И ей захотелось продолжить игру: ведь машина ещё не действует, подумала она, стало быть, им не грозит опасность нечаянно перенестись куда-нибудь в прошлое, и всё, что они делают, совершенно безобидно...

- Ну, вот мы как бы собрались, - что же делать дальше? - спросила она.

И её «экскурсовод» подхватил:

- Дальше надо активировать браслеты и - вступить в контакт с аппаратом. Вот так…

Он положил свою правую руку, на которой был браслет, ладонью в небольшое углубление пульта. Углубление сразу же засветилось. Быстрее замигали огни, и машина вдруг сказала женским невыразительным голосом:

- Назовите ваше имя.

- Сергий, - серьёзно ответил мальчик.

- Сергий. Контакт установлен, - размеренно и чётко объявила машина, и свет в углублении померк.

Мальчик отступил на шаг и сказал:

- Теперь - ты.

Углубление оказалось упругим и тёплым, может быть от света.

- Назовите ваше имя, - снова предложил механический голос.

- Анастасия, - ответила Ася и почувствовала себя космонавткой, отправляющейся в неведомый путь.

- Анастасия. Контакт установлен, - отчеканила машина.

- И… всё? - почти разочарованно спросила маленькая гостья. Ей было жаль кончать такую необыкновенную игру.

Тогда юный хозяин нажал большую красную кнопку в середине пульта, - и за спиной у девочки что-то зашуршало. Она обернулась…

Лифт открылся! Внутри него горел мягкий свет, стояли два кожаных кресла, на стене висело большое зеркало и что-то вроде калькулятора.

- Ты думаешь… мы можем войти? - переведя дыхание, спросила Ася.

Ей этого очень хотелось, но она никогда не делала ничего недозволенного. Из чувства собственного достоинства.

Мальчик успокоил её:

- Я это делал много раз… правда, вместе с отцом… Аппарат отчего-то ещё не работает, ты ведь знаешь… И мы ничего не тронем… Входи.

И он как настоящий джентльмен пропустил Асю вперёд.

Девочка, сдерживая волнение, вошла. За ней шагнул через порог и Сергей.

И вдруг… случилось невероятное! Двери у них за спиной захлопнулись, свет начал медленно гаснуть, и женский бесстрастный голос объявил:

- Движение начинается. Займите места. Займите места.

Невольные пассажиры, пытаясь выйти, мигом обернулись к дверям, изо всех сил стали их раздвигать… Безрезультатно!

- Займите места, - как ни в чём не бывало, повторяла машина.

- Подожди! - воскликнул тогда Сергей. - Темо не чувствует дверь! Садись. Я попробую отменить пуск, - и бросился к пульту на стене.

Девочка беспомощно посмотрела на него широко распахнутыми глазами - и молча села. Но прежде, чем Сергей успел поднять руку к кнопкам, по-прежнему ровный голос объявил:

- Движение окончено. Переключаю управление на людей. Счастливого пути.

Свет погас совсем. Ася вскочила. Странная, оглушающая тишина обступила их, так, что даже заложило уши… И вдруг, почти сразу, снова стало светло, подул свежий ветер, и ребята увидели себя на опушке леса, по-летнему шелестящего листвой.

Никакой кабины рядом не было.

Глава 3. Загадочный город

Ася почувствовала, как у самого горла бешено колотится сердце.

- Не бойся, - сейчас же сказал её провожатый.

- Что случилось? Куда мы попали? Что теперь будет?! – разом выпалила она.

- Надо как можно скорее вернуться. Ведь ты согласна? – вместо ответа сказал Сергей, поворачивая свой браслет.

Ася совсем не была трусихой. Но ей не казалось привлекательным безответственно осматривать таинственные окрестности с риском для жизни и невесть ещё какими последствиями для истории. А что будет с родителями?! Нет, легкомыслием Ася никогда не страдала. И она, тоже повернув браслет, сказала:

- Согласна, - и вслед за Сергеем открыла звено с зелёной меткой.

Внутри оказалась зелёная кнопка и, на внутренней стороне крышечки, - маленький экран.

- Это кнопка возврата. Нажимаем одновременно на счёт три, - объяснил мальчик. - Раз, два… три!

На обоих экранах одновременно засветилось красным слово «ошибка».

- Ох! - не удержалась Ася.

Сергей подавил вздох и молча захлопнул крышку браслета. Ася сделала то же, и губы её задрожали. Мальчик нахмурился:

- Не бойся! Наверное, этот сбой оттого, что белый свет на кольцах-определителях не горит, значит, ключи будущего не найдены и нет энергии для возвращения в темо…  Но ведь всё-таки наша аппаратура работает, - стало быть, всё не так уж и плохо, не пропадём… Отец что-нибудь придумает. - Он открыл другое звено браслета и от удивления замолчал. Ася ждала, затаив дыхание. Он поднял на неё глаза, расширенные от недоумения: - Если верить хронометру, мы сместились во времени всего на несколько лет! Но Москвы-то нет… Ничего не понимаю… Это странно... Но ты только не пугайся, мы скоро вернёмся. А пока… - он прищурился, вглядываясь куда-то вдаль, - впрочем… вон там какой-то город! Пойдём-ка туда, поглядим, куда нас занесло. Надо же что-то делать!

Ася оглянулась. Действительно, вдали между зеленеющими холмами виднелись блестящие крыши и розовые ажурные башни какого-то города. Ей вдруг сделалось холодно, и она поняла, что это – страх. Что их там ждёт? Друзья? Враги? Безразличие?

- Идём, - как могла спокойнее, сказала она. – Не будем терять времени.

Ни единой живой души не было видно вокруг. Они долго шли прямиком по траве, потом заметили в стороне грунтовую дорогу, и зашагали по ней. Похоже, здесь было лето в разгаре. Солнце пекло, как в июле, и сначала Ася, а следом за ней и Сергей, стянули свитера. Асина голубая маечка и белая рубашка Сергея были признаны самой подходящей одеждой для подобного путешествия. Они всё ближе и ближе подходили к городу, но по-прежнему ни на дороге, ни на полях не было видно ни людей, ни животных. Только кузнечики заливисто стрекотали в траве, да время от времени жужжала, пролетая мимо, пчела. Юные путешественники, скрывая друг от друга тревогу, вглядывались вперёд.

Теперь хорошо было видно, что город окружает бледно-розовая, кораллового оттенка стена с круглыми башнями, увенчанными высокими арками и ослепительно сверкающими на солнце оливково-зелёными островерхими шатрами.

- Как красиво!- обрадовалась Ася. – Мне кажется, в таком красивом городе должны жить добрые люди.

- Не пойму, чем это они кроют крыши? – с любопытством истинного путешественника ответил на это Сергей. – Похоже на стекло. Никогда о таком не слышал!

Наконец дорога подвела детей к открытым воротам. Никто их не охранял. Сразу за ними начиналась узкая улица с красивыми невысокими домами.

- Никого! – испуганно воскликнула девочка, озираясь вокруг.- Странный город!

- Нет, посмотри, вон там кто-то есть! – её спутник кивнул на палисадник крайнего домика.

Действительно, на скамеечке между двумя кустами поникших роз сидела, понурясь, старушка. Она смотрела прямо перед собой грустным потухшим взглядом и явно не замечала ничего вокруг. Ася подошла к её калитке и молча поклонилась. Старушка печально на неё посмотрела, и, даже не кивнув, вновь погрузилась в какую-то свою безрадостную думу.

- Наверное, у неё какое-то горе, - вернувшись к Сергею, прошептала Ася.

- Она не удивилась, увидев нас, и то хорошо, - тоже шёпотом ответил он. – А то я уж боялся, что тут не осталось никого живого! Пойдём!

Город оказался очень красивым. Улицы, мощенные серовато-розовым камнем, обрамлённые цветами палисадников и нарядными, словно игрушки, домами, сияли чистотой. Большинство особняков были сложены из нарядного кораллового камня, но встречались и белые, и светло-серые, и тёмно-красные домики, и ни один из них не походил на другой. Их просторные веранды и большие, с затейливыми переплётами, окна сверкали в полуденном солнце разноцветными стеклами. Высокие крыши домов, их веранд и башен были покрыты стеклянными плитками, где - оливково-зелёными, где - тёмно-вишнёвыми и нежно-розовыми. Солнечный свет играл и искрился на них радостными вспышками разноцветных огней, отбрасывая вокруг весёлые зайчики- блики. Перед каждым домом зеленел садик с цветами, но сами дома казались ярче цветов. Сергей и Ася так залюбовались всем этим великолепием, что не заметили, как дошли до центральной площади. Улица, по которой они шли от дома к дому, вдруг закончилась, и они оказались на открытом пространстве, окружённом несколькими дворцами. Здесь были люди. Мимо них прошла женщина в чепце и длинном свободном платье, едва не задев Сергея корзиной с овощами, - и даже не посмотрела на них. Невдалеке возле повозки с яблоками стояли двое бородатых мужчин, явно - покупатель и продавец. Один рассеянно копался в кошельке, другой понуро накладывал яблоки в холщёвый мешок. Оба молчали.



Дети изумлённо оглядывались. Странные люди жили в этом городе! Они занимались как будто обычными делами – покупали и продавали, обсуждали какие-то свои дела, куда-то шли – но всё это словно в каком-то печальном замедленном сне. Как не вязались между собой этот солнечный летний день, город, сверкающий, как рождественская игрушка, – и беспросветное уныние горожан!

Юные путешественники пересекли всю площадь, не встретив ни единого удивлённого взгляда, и подошли к белокаменному ажурному дворцу. Высокие двери его были гостеприимно распахнуты, и они встали возле них в прохладной тени галереи. Ася опять огляделась.

- Знаешь, я думаю, у них случилась какая-то очень большая беда, иначе всё это просто необъяснимо, - сказала она Сергею.

Но ответил ей не Сергей.

- Да, девочка, ты права, великое несчастье постигло нас, - раздался возле неё глухой и печальный голос, и из дверного проёма выступил, опираясь на посох, высокий седобородый старик в пунцовой широкой ризе.

Дети застыли на месте.  А старец величественно продолжал:

- Приветствую вас, пришельцы. Наш город Радоплес всегда славился гостеприимством, но вы застали нас в наши худшие  времена, и поэтому, как я вижу, до сих пор вас никто не приветил и не накормил. Окажите мне честь: отдохните под моим кровом!

- Мы простые путешественники и не заслуживаем такой чести, - не растерявшись, с вежливым поклоном ответил Сергей. – Тем более высоко мы ценим вашу доброту, и  тем с большей благодарностью принимаем приглашение.

Старец внимательно посмотрел на него тёмными задумчивыми глазами:

- Ты хорошо сказал, юноша. Как тебя зовут?

- Сергей, а это – Ася.

- А моё имя – Мэджер. Прошу вас, пойдёмте со мной.

Они обогнули дворец и вошли в маленький домик, приютившийся во дворе.

Судя по всему, старец жил здесь один. Он провёл детей в опрятную кухню, повелительно усадил их за стол, открыл стоявший рядом огромный, с резными дверцами, шкаф и достал из его необъятных недр два овальных блюда, на которых лежали большой кусок холодного мяса, полголовки сыра, кубик масла, прикрытый капустным листом, и сваренные вкрутую яйца. Потом он поставил перед каждым по чистой стеклянной тарелке и стакану, нарезал ломтиками белую булку и водрузил на середину стола стеклянный кувшин с яблочным соком. Смущённые дети только теперь почувствовали, как проголодались. Пока они ели, хозяин смотрел на них добрыми, грустными глазами и молчал. Сам он взял только маленький кусочек сыра. И лишь увидев, что гости сыты, он заговорил.

- Вы, должно быть, издалека, если не знаете, о наших несчастьях. Как называется ваша страна?

Дети переглянулись, и Сергей ответил:

- Россия.

- Не слыхал о такой. Однако примите совет старика: возвращайтесь назад. Оставаться у нас опасно.

- Мы бы с радостью, - не удержалась Ася. – Но у нас не выходит! Наш… Те… - она запнулась, забыв название машины времени, - наша… Колесница сломалась! И… мы её потеряли…

- Колесница? – переспросил Мэджер. -  О, если бы Игнис не оставил нас, стоило бы только его попросить, - и вы были бы дома…

Он задумался. Его тёмные проницательные глаза медленно обратились на детей, и он сказал:

- Может быть, Само Провидение прислало вас сюда. Я вижу, что ваша совесть чиста, и гизлы над вами не властны. Мой народ погибает, и только такие, как вы, могут помочь ему. Если вы поможете нам вернуть Игниса, он поможет вернуться вам. Однако я вижу, что пора рассказать историю нашего города. Слушайте же…

Глава 4. Как погибла радость

-…В далёкие времена, когда кочевники разоряли окраины нашей страны, пришли сюда несколько стекольных дел мастеров и так полюбили эти места, что решили остаться здесь навсегда. В пещере под одним из холмов они нашли месторождение кораллового камня и начали возводить из него дома, украшая их любимым произведением своего мастерства – разноцветным стеклом. Очень скоро здесь вырос город, потому что все, приходившие полюбоваться на невиданные блистающие дома, уже не хотели жить в других городах. Но никто не знал, что пещера, из которой все брали камень, таила в себе страшное зло. В недрах её был заключён Эдакс, один из властителей гизлов, вечных врагов людей. И вот в один несчастнейший день каменщик, работавший там, разрушил стену темницы Эдакса. Точно тёмный вихрь, тот вырвался на свободу и помчался к городу, чтобы воцариться в нём и превратить всех горожан в рабов. Однако в этот же самый миг сверкающий Игнис, Огненный Пламень, испокон веков охраняющий эти места, как белая молния, обрушился на Эдакса, оковал его и заточил в подземелье самой крепкой из башен. И взял под свою защиту наш город. Благодарные мастера построили в честь его дворец, - тот белоснежный храм, на пороге которого я сегодня увидел вас. По велению Игниса они отлили из драгоценного рубинового стекла прекрасный Цветок, и он даровал ему свой огонь. И долгие, счастливые годы пылал в Рубиновом священном Цветке на белокаменном алтаре живой огонь – благословение Игниса. Он дарил свою добрую помощь всем, приходившим к нему, стоило лишь попросить. Каждый, кто прикасался к Рубиновому Цветку, исцелялся от любого недуга. Люди приходили к нему в горе и радости. Храм никогда не пустовал, а утром первого дня недели в нём непременно собирался весь город – ради благодарности Игнису. И не было на земле людей более радостных и счастливых, чем жители Радоплеса, города мастеров стекольного дела!

Но вот однажды за стенами города раскинул шатры никем не виданный прежде странный бродячий цирк. Я, хранитель храма, должен был догадаться, что здесь что-то не так! Но недуг беспечности поразил и меня, как и всех нас, живших так долго в неомрачаемой радости! Все «циркачи» были одеты до самых кончиков пальцев, в трико, в перчатках и в масках, но мне и в голову не пришло, что под масками скрыто нечто ужасное! С ними был огромный дракон, изрыгавший шаровые цветные молнии, и они жонглировали ими, восхищая зевак. О, как я не догадался!


Каждый вечер после работы жители города стали собираться за городской стеной на представление. Некоторые даже бросали работу посередине дня. В городе только и разговоров было, что о дрессированном драконе и ловких циркачах. А храм пустел. Беда наступала. Она разразилась в первый день следующей недели. Как всегда, ранним утром пришёл я в храм – и увидел, что он совершенно пуст! Они забыли, что наступил День благодарности! В гневе я бросился за городскую стену, уговаривал, убеждал, даже кричал, - но меня едва ли и слушали. «Мы придём, как только закончится представление, ничего не случилось страшного», -  отвечали мне, не отрывая глаз от летающих в небе горящих шаров.

Я решил вернуться и молиться один, и почти побежал назад. Однако, когда я проходил мимо темничной башни, странные резкие голоса заставили меня задержаться.  Дверь в башню была открыта, и никто её не охранял. Я вступил под тёмные своды и прислушался. Голоса раздавались из подземелья, из провала замшелой лестницы, усиленные эхом древних каменных арок.

- Скорее, скорее! – кричал кто-то внизу, и необъяснимый ужас пронизал меня от звука этого нечеловеческого голоса. – Давайте сюда это вино! Это не то, что лень и беспечность, что вы приносили мне раньше! Я чувствую запах неблагодарности и предательства! Это вино вернёт мне силы, и я порву, наконец, мои цепи!

- Пожалуйте, господин, - отвечали визгливые голоса, от которых мороз прошёл у меня по спине, - вот целый кубок самых свежих грехов!

Несколько мгновений спустя внизу раздался грохот падающих оков, и по ступеням что-то застучало и зашелестело. Я отшатнулся в нишу под лестницей, и вовремя – мимо меня вихрем смердящего мрака пронесся Эдакс, а следом за ним – два «циркача». Едва владея собственными ногами, я добрался до двери и посмотрел им вслед. Они удалялись по направлению к храму. При этом один из слуг на ходу сбросил маску и стянул с головы облегающий капюшон. Я оцепенел: он был невидим! Там, где должна была быть голова, зияла кривая пустота. Да, кривая: сквозь этих тварей можно видеть, как сквозь кривое стекло, всё искажается и смещается. Я стоял, прижавшись к холодному камню башни, и смотрел, как по солнечной улице идёт безголовая фигура. Это были гизлы, нечисть, ненавидящая всё живое, и они освободили Эдакса! Я понял, что зло захватывало город.

«О, Игнис! – взмолился я. – Помоги!» И Игнис предстал передо мной. Впервые в своей жизни я увидел его! Сияние его высокой крылатой фигуры было ярче солнца, и я, не в силах смотреть на него, упал на колени.



- Священный огонь угас, - услышал я его сладостный, но исполненный скорби голос, - потому что мой храм и город погрузились во тьму. Во тьму  неблагодарности.  Народ отвернулся от меня, и я теперь не властен остаться здесь. Мы, Силы Света, не заставляем – и я не могу помочь твоим людям, потому что они не просят меня об этом. Тебе, просившему, я дарю защиту от гизлов, - моего плеча коснулся его сверкающий меч, и я почувствовал, как силы вернулись ко мне, а ужас прошёл. Игнис скорбно добавил: – Помни, что покаяние исцеляет всё, и что в мире людей есть вещи, которые могут сделать одни лишь люди – и никто, кроме них. Вот, ты знаешь, хранитель, как вернуть огонь в опустевший храм и радость в сердца.

И он исчез. А я бросился в храм. Но и тут я опоздал! Я только успел увидеть, как из дверей чёрным смерчем вылетел Эдакс, держа перед собой, точно трофей, священный  Цветок! Хорошо, что я знал, что Эдакс пришёл в опустевший храм и не застал живого огня в Цветке, а то бы, наверно, я умер на месте!

С тех пор город стекольщиков стал таким, каким его увидели вы. Радость оставила нас. Здесь хозяйничают гизлы. Они внушают людям чувства безнадёжности и тоски – и собирают, как урожай, уныние и отчаяние человеческих душ. Они упиваются им, как вином! И постоянно, послушные своему властелину, они носят это чудовищное «вино» ему, в чёрный замок Тенебру, и злодей становится всё сильнее, а бедные люди – всё несчастнее и слабее… И я бессилен… Нет, я не бездействовал. Я беседовал с каждым и убеждал, что избавление от беды возможно и близко, надо только признаться в своей вине и призвать на помощь Огненный Пламень, милосердного Игниса. Я ходил из дома в дом, умоляя, требуя, ободряя, - но гизлы тоже ходят везде и внушают, что Игнис не возвратится в храм, из которого украдена Рубиновая Лампада. И они верят внушениям гизлов! Они думают, что это их собственные мысли! И живут во тьме безнадёжности и отчаяния, а тем только того и надо!.. У меня осталась только одна надежда: что кто-нибудь сможет вернуть Цветок. Я стар и немощен, и не выдержу тягот пути. Но вы могли бы это сделать. Гизлы не властны над тем, у кого чистая совесть. И я вижу, что они даже не приближаются к вам. Вы можете нам помочь, а если вернётся Игнис, он поможет вам. Решайтесь.

Дети переглянулись. Ася опустила глаза, стараясь скрыть почти панический страх. Отправиться прямо в лапы к какому-то Кощею!

- Мы согласны, - неожиданно заявил Сергей.- Скажите, куда нам нужно идти.

- Я нарисую вам карту. И дам припасов в дорогу. Завтра утром вы можете выйти. А сегодня отдохните здесь у меня, я вижу, как вы устали.

И Мэджер провёл их наверх, в маленькую комнатку с покатым потолком, где только и было, что два узких дивана и круглый низенький столик. Впрочем, им ведь больше ничего и не было нужно.

- Неужели ты не боишься Эдакса и гизлов? – спросила Ася, когда они с Сергеем остались одни. - Я, конечно, не знаю, кто они, но, похоже, что это действительно какая-то нечисть! А ты так легко согласился!

К её удивлению, мальчик снисходительно улыбнулся.

- Я думаю, старый хранитель несколько преувеличивает. Какой-то уголовник украл у них Рубиновую Лампаду, жители перестали ходить в его храм, и он от горя обвиняет во всём нечистую силу. Ну, на то он и хранитель храма, чтобы верить во все эти штуки. А мы просто найдём этого вора и купим или выкрадем у него их стеклянный Цветок! А тем временем мой отец починит темо и вызволит  нас отсюда.

- Так ты… думаешь, что всё это сказки?! – ошеломлённо выдохнула Ася. – Фантазия?! – она растерянно помолчала, не в силах понять, как можно не верить горестному рассказу седого хранителя, а, поняв, воскликнула: - Так ты… и в Бога не веришь?!

- И отец не верит, - пожал плечами Сергей. – Как истинные учёные, мы верим лишь в то, что поддаётся опытному исследованию.

- Вера даёт такой опыт, - ответила Ася. – Поверь, я знаю на опыте, что Бог – есть! И злые духи, и добрые!

- Это голословное утверждение, твой опыт субъективен, - неожиданно запальчиво ответил он. – А я вот не знаю – и что?!

Девочка помолчала. Потом осторожно сказала:

- Боюсь, что тебе очень скоро придётся на опыте убедиться, что духи есть… и этот опыт будет не из приятных…

- Не будем спорить, -  устало отмахнулся Сергей. – Неужели тебе не хочется спать?

- Да… Утро вечера мудренее, - вздохнула Ася, пристраиваясь на диване под пушистым пледом. От этого разговора она почувствовала себя одинокой и беззащитной. И, засыпая, подумала с тоской и надеждой:

«Эх, если бы к утру Николай Иванович нашёл эти самые ключи от времени и вернул нас домой!» - но даже на грани сна в это не получалось поверить…

Глава 5. Гизлы

Асе снился мамин молящийся голос. Совсем такой же, как в детстве, когда она засыпала под мамину молитву. «Не остави мене, Господи Боже мой, не отступи от мене. Вонми в помощь мою, Господи спасения моего [1].   … Ты еси прибежище мое от скорби обдержащия мя: Радосте моя, избави мя от обышедших мя» [2],  - просил нежный родной голос, и Ася чувствовала себя по-детски уютно, под надёжной защитой. С этим чувством защищённости она и проснулась. Солнечный свет лился сквозь разноцветные стёкла широких окон, падая радостными бликами на светлые стены и пол. Ася удивлённо огляделась, вспомнила – и резко села. Чувство защищённости мгновенно исчезло, и в горле как будто застрял холодный колючий ком.

«Нет! – подумала девочка. – Так не пойдёт! Это не случайный сон! Надо не трусить, а держать себя в руках и молиться, как учила мама. Я же знаю, какая это защита. Вот так: «Ты еси прибежище мое от скорби обдержащия мя: Радосте моя, избави мя от обышедших мя» [3] ».

От молитвы сразу стало легче. Пришли спокойствие и уверенность. Что ж, кто-то ведь должен помочь людям, попавшим в беду. И если здесь не нашлось никого более подходящего, - она постарается сделать всё, что только сумеет. А там – что Бог даст! И она перекрестилась. На Божию помощь она надеялась больше, чем на себя.

После завтрака Мэджер дал каждому по холщовой, похожей на колокольчик, шляпе для защиты от солнца, по заплечному мешку с провизией и водой, вручил Сергею нарисованную на плотном листе желтоватой бумаги карту и сказал на прощанье:

- Помните, дети, гизлы бессильны против того, чья совесть чиста. Храните совесть, и они не смогут причинить вам никакого зла. И ещё: не думайте о суетном, чтобы ничто не увело вас с правильного пути. Да хранит вас Благословенный!

Они вышли из города и зашагали между изумрудно-зелёными благоухающими холмами по той же самой дороге, что привела их сюда.

- Если всё будет хорошо, мы дойдём до чёрной Тенебры за два-три дня, - прикинул Сергей. - На карте обозначены поля, лиственный лес, деревня, хвойный лес и горная гряда, и только через горы придётся идти без дороги, но, кажется, совсем недолго. А там будем действовать по обстановке.

Он ободряюще улыбнулся, взглянув на Асю:

- Думаю, никакие опасности нам не грозят. Считай, что мы просто пошли в поход! – он окинул взглядом солнечную долину. – А хорошо здесь, верно?!

- Очень! – согласилась Ася. – Но хотелось бы всё-таки знать: где мы?

- А! У меня есть теория! – обрадовано сообщил ей спутник. – Смотри: они знают русский, но не слышали о России. По-моему, только одна гипотеза объясняет всё: это осколок времени!

Девочка озадаченно посмотрела на него.

- Ну, Ася, представь, что время может расколоться так же, как раскалывались когда-то материки! Раз – и получилась Австралия, и жизнь на ней стала развиваться своими, особыми путями. Так и здесь: это тоже Земля, только отколовшаяся во времени от нашей! Наши приборы показывают тот же век, то же десятилетие, что и дома, а здесь никаких следов развитой техники!

- Значит, мы переместились и во времени и в пространстве? – спросила Ася.

- Нет… Или да? – Сергей рассмеялся. – Надо подумать…

Обсуждение новой теории так увлекло путешественников, что они и не заметили, как миновали холмы и вступили в светлый, шелестящий серебристой листвой, прохладный лес. По лесной дороге идти было настолько приятнее и легче, чем под палящим полуденным солнцем, что ребята прошагали по ней не меньше пары часов, прежде чем решили, что можно  сделать привал, напиться и пообедать. Ася села на упавшее возле дороги дерево и почувствовала, как толчками пульсирует кровь в уставших ногах. Проголодавшийся Сергей вынул несколько свёртков из своего рюкзака и принялся с любопытством их разворачивать, раскладывая рядком на дереве между собой и Асей.

- Присоединяйся! Здесь мясо, его надо съесть в первую очередь, пока не испортилось на жаре. Сейчас перекусим, а вечером разделим еду так, чтобы хватило ещё дня на четыре. Как думаешь?

Ася только кивнула. Ей даже и есть не хотелось, только пить. Кожаная фляга, лежавшая в её мешке, показалась уж очень маленькой, и, действительно, она выпила сразу почти всю воду. Сергей так же быстро опорожнил свою флягу и нахмурился:

- Надеюсь, что здесь есть ручьи.

- Впереди – деревня, - напомнила Ася.

И только теперь почувствовала голод. Мясо оказалось очень нежным и вкусным, сыр просто таял во рту. А спутник её уже поел и принялся перекладывать свёртки из её мешка к себе.

- Надо было мне раньше сообразить, прости, - сказал он ей. – Я ведь сильнее.

- Мне тоже что-нибудь оставь, - беря из свёртка ещё кусочек мяса, благодарно улыбнулась она. Усталость проходила.

Поев, Ася встала, перекинула через плечо рюкзак и кивнула терпеливо ждавшему её Сергею. И они отправились дальше. Они шли и шли, а лесу, казалось, не будет конца. Наконец, впереди в просветах между деревьями, показалось чистое небо, и скоро путники вышли в другую долину. Невдалеке вдоль дороги стояло несколько деревянных домов обещанной деревушки.

Людей не было видно ни на улице, ни на огородах, но стоило детям приблизиться к крайнему дому, как из него вышел седой, необыкновенно худой старик и слабой, ковыляющей походкой направился к ним. Сергей и Ася остановились. Следом за стариком показалась женщина, из других домов тоже вышли крестьяне – и скоро вокруг детей столпилось не меньше двадцати человек,  едва державшихся от слабости на ногах. Бесцветными, слабыми голосами они умоляли:

- У вас есть еда? Помогите! Мы умираем от голода! Хлеба, прошу! Гизлы напали, отобрали всё для дракона, наслали болезни… Наши мужья вернутся с дальних полей через несколько дней, но мы… не доживём! Мы умрём, если вы не поможете нам!

Ася торопливо сняла мешок и стала раздавать каждому по свёртку. Изголодавшиеся, они тут же, дрожа и плача, начали есть. Но большинство, откусив кусочек-другой, останавливали себя, снова бережно заворачивали еду в бумагу и, благословляя и благодаря девочку, неровной походкой уходили в свои дома. Ася догадалась, что они понесли еду совсем ослабевшим детям, и  по щекам её покатились слёзы. Мешок её опустел, а вокруг ещё стояло так много измождённых людей, с надеждой смотрящих на неё! Она обернулась к Сергею – он уже стоял с раскрытым мешком, и теперь тоже принялся раздавать свои свёртки.

- Да благословит вас Благословенный! – шептали крестьяне, и медленно расходились.

Скоро дети снова стояли на безлюдной дороге. Возле дальнего дома они увидели сруб колодца и поспешили туда. Пока они пили и наполняли фляги, к ним незаметно подошла худая крестьянка с маленькой девочкой на руках.

- Умоляю, дайте и нам хоть немного хлеба! Мы не дождёмся возвращения моего мужа! – плача, попросила она.

- У меня ничего не осталось! – в отчаянии воскликнула Ася. – Серёжа, посмотри у себя!

- У меня… тоже больше нет ничего, - не своим, глухим и охрипшим голосом, ответил он.

Женщина зарыдала, прижала к груди ребёнка и медленно, сутулясь, побрела прочь. Ася опустилась на траву возле колодца и расплакалась. Спутник её угрюмо молчал, стоя рядом. Однако надо было идти. Девочка судорожно вздохнула, усилием воли взяла себя в руки, вытерла ладошками слёзы и поднялась. Молча вышли они из несчастной деревни. Молча пошли по нагретой солнцем дороге, петлявшей между холмами, которые становились всё выше. Да и сама дорога, хоть и выбирала пологие места, всё равно поднималась в гору. Может быть, поэтому, подумал Сергей, идти ему становилось всё трудней и трудней. Определённо, никогда ещё ему не было так трудно передвигаться. Точно самый воздух стал гуще и сопротивлялся ходьбе. Нет, думал он, это не просто усталость, что-то странное происходило вокруг него. Мальчик огляделся, прищурился, заморгал… То ли от усталости, то ли от жары ему вдруг показалось, что всё вокруг искривляется и дрожит. Точно кривое стекло встало между ним и окружающим миром. Нет, много кривых стёкол! И они двигались! «Зря я ввязался в это, - неожиданно пронеслось в его голове. – Отправиться неизвестно куда за какой-то лампадой… и зачем? Кому это надо?! И ещё неизвестно, что нас ждёт впереди, а потом ещё надо как-то возвращаться, без еды, без надежды на помощь… Может быть, лучше где-нибудь пересидеть, пока нас не найдёт отец? Неужели ему так уж трудно найти эти ключи от будущего?! Сколько можно ждать?!» Сейчас же ему стало стыдно за своё малодушие, но неприятно-тревожные мысли, как назойливые осенние мухи, возвращались опять и опять. Сергей и не заметил, что стал отставать от Аси. Несколько раз она замедляла шаги, оглядываясь на него, и, наконец, спросила:

- Серёжа, у тебя что-то болит? У тебя такое лицо…

- Отстань! – неожиданно для себя грубо ответил он. – Думаешь, твоё лицо лучше?

- Что с тобой?! – испугалась Ася. – Что случилось?! И на что ты обижаешься?

- Чем пялиться на меня, лучше бы подумала, где мы будем спать! – не находя, что ответить, и от этого ещё больше сердясь, попытался он перевести разговор. – Вон, солнце садится!

- Нет, оно ещё не скоро сядет, мы, может быть, успеем дойти до леса и набрать грибов и ягод на ужин, разведём костёр…

- Нет уж, чтобы отравиться незнакомыми грибами! – разозлился ещё сильнее Сергей. – Я поумнее тебя и сберёг полбуханки хлеба! Ведь мы идём в неизвестность! Разделим на шесть частей…

- Что?! – Ася даже остановилась, и её синие, широко распахнувшиеся от изумленья глаза оказались прямо перед глазами Сергея. – Так у тебя оставался хлеб?!

И снова ему показалось, что он видит всё через кривое стекло. Он провёл рукой по глазам, пошатнулся.

- Что это с воздухом? - вместо ответа спросил он Асю. – Всё кривится вокруг… Даже кружится голова…

- Кри-вит-ся?! – переспросила она, вглядываясь в него. И вдруг, точно сдерживая испуганный вскрик, прикрыла ладошкой рот. В глазах её плеснулся ужас.

- Серёженька, - прошептала она. – Прошу тебя, выслушай меня! Я, кажется, знаю, что случилось с тобой. Всё можно исправить, только прошу, прошу, спокойно послушай меня!

Он преодолел непонятное ему самому раздражение и кивнул.

Ася как-то странно, вздрогнув, огляделась вокруг и прошептала:

- Это – гизлы! - выговорив страшное слово, девочка перевела дыхание и заговорила быстро-быстро, точно боялась, что её прервут: - Понимаешь, ты отказал крестьянке, просившей о хлебе, пожалел, и обманул, это грех, - ты только не обижайся, это ведь правда, - твоя совесть перестала быть чистой, - и гизлы получили власть над тобой! Помнишь, хранитель говорил, что увидел гизла как кривую пустоту? Это их ты видишь сейчас! Они вокруг! Это они мешают тебе идти, забирают силы и внушают раздражение, недобрые мысли. Разве ты не видишь?! Ты перестаёшь быть самим собой!

Сергей огляделся. Воздух по-прежнему двигался и кривился вокруг.

- А ты… >это видишь? – охрипшим голосом спросил он.

- Вижу, - снова вздрогнула Ася. – Но у меня не кружится голова. Они не причиняют мне зла… Только страшно…

Он понял, что верит ей. И, кто бы ни были эти гизлы, духи зла, или кто-то ещё, приходилось поверить, что они есть. И вдруг ему стало невыносимо стыдно за свою жадность и ложь. Как он мог так поступить?!

- Что же делать теперь? – мучительно краснея, беспомощно спросил он у Аси.

- Надо вернуться, - решительно сказала она. – Надо отдать этой женщине хлеб и попросить у неё прощения. И… если бы ты мог попросить прощенья у Бога! Тогда совесть снова будет чиста.

- Пойдём, - согласился он, и ему сразу же стало легче. Те как будто отступили подальше. И тогда он сказал: - Но сначала… прости меня ты. Я тебе нагрубил, я виноват. Знаешь, я сам не знал, что говорил.

- Бог простит! – радостно ответила Ася, и мальчику показалось, что вокруг прибавилось света. И появились силы идти. Идти назад.

Оранжевое солнце медленно опускалось за горизонт, когда дети снова вошли в деревню. Они направились прямо к крайнему дому и вошли в открытую дверь. Крестьянка лежала на лавке, обнимая спящую девочку. Увидев детей, она с усилием села, без слов, огромными, погасшими  глазами взглянула на них. Сергей подошёл, молча достал из мешка оставшуюся половину буханки и протянул её ей. Говорить он не мог, горло перехватило от жалости и стыда. Она приняла хлеб, как драгоценность, встала и молча поклонилась ему.

- Простите меня, - пряча глаза, непослушным голосом произнёс Сергей. – Мы пойдём…

- Да воздаст вам Благословенный за ваше добро! – сказала крестьянка. – Переночуйте здесь, куда же вы на ночь глядя?

Она отрезала два ломтя и протянула их Сергею и Асе.

Никогда они не ели такого сладкого хлеба и не спали так мирно, как под бедным кровом этого крестьянского дома.

Глава 6. Сумрачный лес

Ася проснулась первой. Солнце светило в маленькие окошки избы, какая-то птичка снаружи радостно посвистывала, празднуя возвращение света. На полу возле лавки, на которой она спала,  на набитом сеном матрасе мирно спал Сергей. Ася встала, опустилась на колени возле него и тихо-тихо, чтобы не разбудить хозяйку, прошептала ему в самое ухо:

- Сергей, проснись, нам надо уйти, пока они спят!

Мальчик открыл сонные глаза и непонимающе посмотрел на неё. Ася приложила палец к губам и кивнула на дверь. Он удивился, но спорить не стал, и через минуту они уже стояли возле колодца, держа в руках опустевшие рюкзаки.

- Нам не надо завтракать, - объяснила Ася, - понимаешь?! Им нужен этот хлеб, а мы что-нибудь найдём в лесу.

Сергей покраснел, молча кивнул и, чтобы скрыть смущение, стал опускать в колодец ведро. Они напились, быстро умылись, набрали во фляги воды и, торопясь, почти побежали прочь из деревни. Только когда дорога завернула за холм, они облегчённо вздохнули и, переглянувшись, рассмеялись.

- Операция удалась! - весело воскликнул Сергей. - Знаешь, я никогда не чувствовал себя таким счастливым, как сейчас, когда отказался от завтрака без надежды на обед!

- Да уж, не хлебом единым жив человек, - ласково улыбнулась Ася.

И они пошли по знакомой уже дороге, огибавшей радостно зеленеющие холмы и медленно поднимавшейся  в гору. Сергей удивлялся, насколько легче, чем вчера, было ему идти, даже не смотря на голод, который очень скоро дал о себе знать. Время от времени мальчик внимательно осматривался вокруг, но воздух не кривился и не дрожал. Гизлов, кажется, поблизости не было. Ася заметила это и сказала:

- Знаешь, вчера, на обратном пути, когда стало особенно страшно, я про себя начала молиться. И страх куда-то исчез. И гизлы тоже. Я думаю, они боятся молитвы... – Сергей смущённо молчал, и она продолжала: -  Они были вокруг, и мне вспомнились слова из псалма: «…Радосте моя, избави мя от обышедших мя», и Он – избавил!

Мальчик молчал, но слушал очень внимательно. Он на себе испытал накануне, как простое «Господи, помилуй», которому раньше безуспешно пыталась научить его мама, может прибавить спокойствия и силы. Его собеседница понимала, что иногда нужно время, чтобы научиться верить, и не ждала ответа. Она поделилась с ним своей защитой, и это было сейчас самым главным.

Долго вилась дорога между холмов. Солнце миновало зенит и стало клониться к закату, когда, наконец, вдали показался лес. Путешественники ускорили шаг в надежде на тень, и воду, которой уже не осталось ни капли, и какую-нибудь еду.

Лес сразу же обступил их сумраком и влажной прохладой. Огромные вековые ели тёмным шатром смыкались над головой, подлеска в их вечной тени почти не было, лишь кое-где росла какая-то неприхотливая бледная травка. Дети сразу стали искать грибы. И скоро нашли целый выводок сыроежек. Мальчик, недолго думая, снял свою шляпу, и они быстро наполнили её до краёв. После короткого совещания решено было попробовать есть их сырыми, («Сыроежки, всё-таки!» - пошутил Сергей), потому что никому из них не хотелось задерживаться в этом мрачном лесу, собирая хворост и разводя костёр. Да и не было уверенности, что, подсушенные на веточках над огнём, сыроежки будут вкуснее, чем в натуральном виде. И снова им повезло: возвращаясь к дороге, они услышали журчанье ручья, и скоро уже плескались, и пили, и ополаскивали в нём сыроежки, перекладывая чистые в Асину шляпу. Друзья были так голодны, что грибы показались вкусными. Однако наедаться ими досыта они не решились.

- Хватит с нас того, что нашли. Лучше поищем ягод или орехов, - предложил Сергей, и Ася, вздохнув, согласилась. Кое-где вдоль дороги росли кусты, и там мог оказаться орешник.

После еды оба повеселели и бодро пошли по дороге, вглядываясь в листву встречавшегося кустарника. Но постепенно кусты исчезли совсем, ели подступили вплотную к дороге, погрузив её в таинственный полумрак. И в этом сумраке Ася краешком глаза увидела вдруг мелькнувший розовый огонёк. Она всмотрелась – это светился розовый камень кольца тревоги на руке у Сергея. Она  посмотрела на своё – оно светилось так же.

- Серёжа! – воскликнула она, подняв руку с кольцом перед собой. – Что это значит?!

- Или кто-то выслеживает нас, - мальчик быстро огляделся, - или… - голос его прервался, глаза расширились, тревожно вглядываясь во что-то невидное Асе.

- Опять… они?! – догадалась она, и понизила голос: – Гизлы?!

Дети остановились. Кривящийся сгусток воздуха двигался впереди, между ними и лесом, медленно приближаясь. И вдруг огни на кольцах загорелись тревожно-красным.

- Господи, помилуй! – вырвались у Сергея слова, о которых он думал весь день.

Прозрачная кривизна метнулась в лес, и кольца погасли.

Друзья перевели дыхание.

- По крайней мере, стало ясно, как узнать об их приближении и как с ними бороться, - медленно проговорил Сергей.

- И всё-таки хорошо бы до вечера выбраться из этого леса, - прошептала Ася. – Он такой… неуютный… Пойдём побыстрее, а?

Теперь они уже не искали орехов, а то и дело взглядывали на кольца. Но камешки не светились.

Зато стало быстро темнеть. Наверное, солнце уже садилось. А конца лесу не было видно. Неужели придётся здесь ночевать?! – с замиранием сердца думала Ася. Костёр привлечёт гизлов, а без костра ночью в лесу… - она почувствовала, как по спине прошёл озноб. И вдруг в отдалении раздался волчий вой.

- Ай! – вскрикнула девочка и схватилась за руку Сергея.

- Дерево! Надо залезть на дерево! – воскликнул он,  оглядываясь вокруг.

Легко было сказать! Ветви старых елей были слишком высоко. Да и не просидеть на ели всю ночь, свалишься! – сейчас же подумала Ася. Видно, её спутник рассудил точно так же, потому что сказал:

- Вот если бы дуб найти… Побежали!

И они побежали по тёмной дороге, изо всех сил вглядываясь в совсем уже тёмный лес. Девочке показалось, что вдалеке мелькнули две жёлтые горящие точки – волчьи глаза. Она задохнулась, остановилась, не чувствуя ног, не в силах двинуться с места… И увидела прямо перед собой раскидистое дерево. Она и сама не поняла, как очутилась на нём. Ведь она не умела лазить по деревьям – однако, опомнившись, увидела себя в удобной развилке ствола. Чуть пониже, на толстой ветке, сидел Сергей.

- Смотри! – глядя вниз, еле слышно воскликнул он.

Ася уцепилась за ствол: к подножию дерева приближались волки. Два огромных волка с холодными, злыми, безжалостными глазами. Один из них посмотрел прямо на Асю, облизнулся – и сел между корней. Девочка закрыла глаза, чтобы только не видеть его. Когда она вновь посмотрела вниз, оба волка сидели рядом, глядя вверх. Караулили. Лес погрузился во мрак, и только четыре жёлтые глаза внизу горели смертельной угрозой.

- Может быть, они утром уйдут, - прошептал Сергей. – Главное, не заснуть.

Скоро, действительно, им захотелось спать. Ведь они так устали за долгий день пути! Ночь тянулась, беспросветная, бесконечная, холодная. Дети замёрзли, и осторожно, помогая друг другу, натянули свои свитера. От этого сон прошёл.

- Хоть бы они забыли про нас! – тихонечко вздохнула Ася.


Впрочем, надежды на это было мало… Наконец начало светать. Весёлым хором запели птицы. «Счастливые! - подумала девочка. – Могут лететь, куда захотят!» Всё тело её затекло. Сергей, оседлав ветку, осторожно разминал руки и спину. Вдруг оба волка вскочили, глядя куда-то в сторону. Дети всмотрелись – по лесу медленно шёл огромный лось!  Волки разом бросились к нему, он – от них, и вот уже все они скрылись в чаще!

- Бежим отсюда! – скомандовал мальчик, и они, как заправские акробаты, мигом спустились вниз и, хромая на затёкших ногах, быстро, как только могли, побежали прочь.

Глава 7. Дом, не обозначенный на карте

Лес кончился неожиданно, сразу. Друзья отбежали от него подальше, остановились и огляделись. Справа виднелись голые тёмно-коричневые скалы, зубчатой грядой уходившие за горизонт. Слева простиралась зелёная, холмистая долина. Дорога вела туда. Невдалеке, прямо возле дороги, стоял тёмный бревенчатый двухэтажный дом.

Мальчик достал из кармана карту:

- Нам направо. Туда, в скалы. Здесь надо сходить с дороги.

Ася вдруг почувствовала, что сил у неё совсем не осталось. Каждая клеточка её уставшего тела болела, хотелось пить, и есть, и спать. Ей показалось, что она не в силах сделать дальше ни шага.

- Серёжа, мы должны отдохнуть. Я совершенно без сил, а там, - она кивнула налево, - люди живут. Там можно поесть и поспать!

- Понимаешь, - нахмурился мальчик. – Я ведь тоже устал, что я, железный что ли… Но этого дома нет на карте хранителя. Это странно! И он ясно нарисовал, что после леса нам надо сразу свернуть направо. Мне кажется, всё это не случайно, в этом доме нас может подстерегать какая-нибудь опасность!

- Я просто сейчас упаду! – воскликнула плачущим голосом Ася. – Он просто забыл про этот дом, вот и всё! Ему-то не приходилось ходить пешком через этот лес!

- Ну, не плачь…- Сергей колебался. - Хорошо, пойдём поглядим, кто там живёт, может быть, нам повезёт.

Одинокий, сложенный из почерневших от времени брёвен, дом выглядел довольно мрачно, даже несмотря на чистые стёкла окон. Друзья неуверенно приблизились к двери, и мальчик, после некоторого колебания, постучал. И сразу же дверь открылась, как будто их поджидали за ней. Невысокий, кряжистый странно одетый  мужчина с горбатым носом, глазами навыкате и тёмно-русой козлиной бородкой заулыбался, увидев их:

- Входите, входите, мы ждали гостей!

- Ждали?.. – растерянно повторила Ася.

- Да! Этой ночью силы сказали мне, что придут уставшие молодые люди, нуждающиеся в нашем гостеприимстве! И – вот и вы! Проходите в столовую… Да, вы можете звать меня просто Эш. А это моя жена, Зита, и завтрак уже на столе – прошу!

Дети ошеломлённо кивнули улыбавшейся им худой черноволосой женщине. Она была одета так же, как Эш, в красные шаровары и чёрную, в белых странных узорах-иероглифах, широкую блузу. Она дружеским жестом подозвала гостей к рукомойнику, подала им чистое полотенце, и через минуту они уже уплетали восхитительно нежный омлет,  и жареную картошку с тушёным мясом, и салат, и хлеб с вареньем, и запивали всё это каким-то горячим, ароматным напитком. Накормив, радушные хозяева проводили их на второй этаж, каждого в отдельную комнату, и оставили наедине с пуховыми постелями…

Дети проснулись только за полдень. Едва они встали, как им предложили обильный обед в компании по-прежнему улыбающихся хозяев. На этот раз они принялись развлекать гостей учтивой беседой. Поддерживая и дополняя друг друга, они стали рассказывать, как решили оставить город ради природы, и тишины, и нерассеянной жизни, как нашли этот дом, отремонтировали его…(«Весь, сверху донизу!» - гордо вставил Эш), - как сажали фруктовый сад и огород… Сергей и Ася только ели да слушали, зачарованно переводя глаза с хозяина на хозяйку и обратно. Те были так необыкновенно приветливы, и обед оказался ещё вкуснее, чем завтрак. Здесь было и жаркое, и овощи, и рыба в тесте, и яблочный пирог. Словом, изголодавшиеся путешественники снова наелись до отвала.

«Ох, - сонно подумала Ася, - что-то я совсем перестала соображать, хорошо ещё, что они такие разговорчивые, и не надо поддерживать беседу…»

- Но не подумайте, что у нас здесь нет дела поинтереснее садоводства! – добродушно похвалился Эш. - Зита покажет тебе, Ася, замечательные вещички, которые она мастерит, а я, уверен, сейчас удивлю Сергея! Пойдёмте-ка! У меня здесь лаборатория, которой позавидует любой учёный!

И он увёл мальчика в другую комнату, а хозяйка поманила девочку к окну, к небольшому освещённому солнцем столику с деревянной шкатулкой. Усадив Асю возле него, она тоже присела, открыла шкатулку – и алые, синие, зелёные и золотые огни брызнули девочке прямо в глаза. Шкатулка была полна украшениями тончайшей работы, с изумрудами, и рубинами, и топазами, и сапфирами!

У Аси разбежались глаза. А Зита принялась доставать одну драгоценность за другой, и поворачивать их в солнечном свете, объясняя особенности оправы… Девочка забыла обо всём на свете. Только когда в комнате стало совсем темно, хозяйка зажгла свечу и закрыла шкатулку. Однако горсть украшений она протянула Асе:

- Можешь перед сном полюбоваться на них при свете свечи! – милостиво предложила она. – Спокойной ночи!

Ася, очарованная обилием впечатлений, только кивнула в ответ. Перед её глазами кружились и мерцали разноцветные огни.

Поднявшись к себе, она, как завороженная, тотчас же села возле столика со свечой и вновь принялась любоваться на затейливые каскады драгоценных камней. Какая красота! - думала девочка. Какая мастерица эта Зита! Какой гостеприимный дом! Как же здесь хорошо! Камни блестели и мерцали в её руках, но тут другое мерцание заставило Асю забыть про них. На её безымянном пальце ярким розовым светом горело кольцо тревоги. Целый день она провела, даже не взглянув на него!

Ася испуганно огляделась, губы сами зашептали: «Господи, помилуй! Радосте моя, избави мя от обышедших мя!» Однако никакого прозрачного движения  незаметно было в комнате, довольно неплохо освещённой тремя толстыми свечами. Но рано обрадовалась она: кольцо продолжало гореть, настойчиво и тревожно.

«Господи! – шёпотом закричала Ася. – Помоги мне!»

И тут её взгляд упал на кучку драгоценностей на столе. Они выглядели как-то странно. Ася всмотрелась, потом, не доверяя себе, подняла одно ожерелье и поднесла поближе к свече… Камни не блестели! Они сделались тусклыми, как дешёвые стекляшки. Девочке стало холодно. Ей вдруг вспомнились утренние слова хозяина о медитации и повелевающих им «силах». Они были в доме колдуна экстрасенса! Ася бросила колье, словно оно её обожгло, и, подхватив рюкзак, кинулась в комнату друга.

Сергей сидел на кровати, как зачарованный глядя на что-то, стоявшее на его столе. Совсем как она пять минут назад. Он даже не заметил, как она подошла. В круглом шаре, точно на компьютерном мониторе, она увидела незнакомый город, парусники на берегу, потом - морскую глубину с косяками невиданных рыб… и чуть не забыла, зачем пришла. Но, вспомнив, тут же решила проверить своё предположение и мысленно произнесла:

- Боже, в помощь мою вонми, Господи, помощи ми потщися! [4]  

Тут же на её глазах изображение замутилось, потускнело, и не успела она окончить стих, как «компьютер» превратился в ничем не примечательный шар из мутно-зелёного стекла.

Только теперь мальчик заметил Асю.

- Эх, жаль, ты не видела! – сказал он. – Тут такое было! Это что-то вроде компьютера, с визуальным управлением!

- Я видела, - мрачно сказала она. – Этот «компьютер» сломался, как только я помолилась.

Сергей вскочил, несколько раз перевёл быстрый, недоверчивый взгляд с неё на шар и обратно. Ася рассказала ему о превращении своих «самоцветов». Показала на кольца тревоги, у обоих горящие розовыми огоньками.

- Это настоящее наваждение! И это не может быть добрым или хотя бы безопасным, раз боится молитвы! Ты понимаешь, это же значит, что «силы», которым он служит, - помнишь, утром он говорил? – это силы зла. Может быть, он и учёный, но всё-таки – и колдун.

- Но они оба такие добрые, гостеприимные, - с сомнением покачал головой Сергей.

Ася вздохнула:

- Да! Только боюсь, они добрые не ради нас, а ради каких-то своих целей. Собственно мы, наши дела их как будто не интересуют, ты не заметил? Нас задержали здесь на целые сутки, заставили забыть, куда и зачем мы идём! И ведь предупреждал нас Мэджер не думать о суетном! А я так жалела себя, потом объедалась, игралась с этими побрякушками! Забыла обо всём, ни разу не взглянула на кольцо тревоги! А ведь оно предупреждает!.. Это не добрый дом!

Сергей, хмурясь, смотрел на мутное стекло своего загадочного «компьютера», на беззвучный крик розового огонька на кольце, на неподвижный воздух комнаты, в которой не видно было гизлов.

- Похоже, ты права… - согласился он. – Давай постараемся потихоньку убраться отсюда.

Они натянули свои свитера, закинули рюкзаки за плечи и на цыпочках двинулись по тёмному коридору к лестнице на первый этаж. Дверь комнаты, выходившей на лестничную площадку, оказалась приоткрытой, и узкая полоска света падала оттуда на пол. Не решаясь вступить в этот свет, ребята остановились, прижались к стене возле двери и прислушались. В комнате разговаривали.

- Девчонка внушаема, - послышался голос Зиты.

- И мальчишка тоже, - ответил ей Эш. – Через несколько дней обработки они будут полностью покорены. Они будут боготворить меня, а, глядя на них – и другие! Я буду властвовать!

- Надо быть повнимательнее, - вставила Зита, - чтобы не получилось, как с гизлами. Ты вызвал их из пустынных мест для себя, а они сбежали…

- К этому своему Эдаксу! – с досадой перебил её Эш. – Да, с силами иногда трудно договориться! Людьми управлять проще. Уж эти-то не сбегут! Однако ты права, пока они не подчинены, мы должны  не спускать с них глаз!

Дети вжались в стену, в ужасе переглянулись.

- Давай, на цыпочках, пока они не спохватились, быстро отсюда! – прошептал почти беззвучно Сергей. – Ты – первая!

И они метнулись мимо двери на лестницу и – вниз, как можно тише ступая, со стеснённым, рвущимся дыханием.

«Господи, пусть они не услышат нас! Пусть дверь будет открыта!» - мысленно взмолилась Ася и нажала на ручку входной двери. Дверь открылась! Они выскользнули, осторожно прикрыли её – и бросились бегом что только было сил. Сначала они не видели в темноте почти ничего, но скоро различили неподалёку светлые колеи знакомой дороги и побежали по ней направо, назад, то и дело оглядываясь на освещённые окна страшного дома. Но бежать долго им не пришлось. Дом стоял позади спокойный и тихий, но зато впереди стеной поднималась непроницаемая громада леса. Беглецы остановились, задыхаясь. Страшно было свернуть с дороги в полной тьме, оставаться возле леса было не менее страшно…

К счастью, в этот момент из-за тучи показалась луна, осветив замеченный ими утром проход между холмов, и за ним, вдали - отвесные склоны и зубчатые вершины коричневых скал. И дети молча, не сговариваясь, повернули к ним. Всё равно больше им идти было некуда. Одно утешало: кольца тревоги погасли совсем.

Глава 8. В скалах

Идти без дороги в лунном неверном свете было трудно. Друзья то и дело спотыкались о камни и кочки. После того, как Ася чуть не упала в какую-то яму, Сергей взял её за руку, и они пошли медленнее и осторожнее. Огней колдовского дома за холмами уже не было видно.

- Смотри! – немного погодя приглушённым голосом сказал Сергей. – Какой-то тёмный силуэт впереди! Что это, не пойму…

Ася всмотрелась:

- Или сарай, или… похоже на стог сена…

Это и в самом деле оказался огромный стог. Даже скирда. И как же они обрадовались! В ней можно было спрятаться и безопасно переночевать. Вытащив снизу несколько больших охапок, они осторожно заглянули внутрь. Крепко смётанное сено слежалось  и держалось сводом. Тогда они выщипали рядом ещё одну такую же пещерку. Получилось два душистых, уютных, тёплых гнездышка. Однако спать им ещё не хотелось, ведь они проспали весь день. Они присели на вынутое сено возле своих норок, не торопясь в них залезать. Тёплая ночь дышала сладким дурманом цветущих трав, мерцала россыпью звёзд. Слаженный хор кузнечиков пел о ней восхищённую многоголосую песнь. Хотелось тихого разговора по душам, о сокровенном…

-Знаешь, - помолчав, решился Сергей, - всё для меня перевернулось… Всё оказалось не так, как я привык… Техника наша не работает, или необъяснимо работает, зато работает молитва. И превращает «компьютер» в стеклянный шар!.. Как я теперь жалею, что не был внимательнее к маминым словам! Она ведь у меня тоже верующая! Как она переживает, что мы с папой не ходим в церковь!.. А теперь мне хочешь - не хочешь, а приходится верить! – он невесело усмехнулся: - Факты – вещь упрямая… Ты себе не представляешь, как эти гизлы высасывают все силы… И, похоже, защита от них только одна, - а я не умею молиться, ни одной молитвы не знаю…

- Да это просто!… - с готовностью откликнулась Ася. - «Господи, помилуй» - вот и молитва уже! А ещё… знаешь… Мама очень хотела, чтобы я  выучила хотя бы несколько стихов из псалмов наизусть, потому что в них очень большая защитная сила. То есть, конечно, ты понимаешь, это Бог защищает, когда читаешь псалтырь. И как же я  рада, что послушалась маму! Хочешь, я и тебя научу? Они очень легко запоминаются.

- Давай. Думаю, это мне пригодится очень скоро. Ну и глупец же я был!

И они стали шёпотом повторять коротенькие молитвы, не догадываясь, что в ответ на них их окружила стена невидимого неодолимого света, ограждая их ночное пристанище от всякого зла. Под её охраной их сон в эту ночь был спокоен и сладок, под её охраной начался следующий день…

- Просыпайся, соня! – услышала Ася и открыла глаза.

В раскрытое устье пещерки светило солнце, а рядом сидел на корточках Сергей с двумя большими красными помидоринами в руках.

- Держи! Я уже осмотрелся: вокруг ни души, зато рядом огород и ручей! Удачно мы забрели!

- Спасибо! – обрадовалась Ася. Помидор оказался сочный и сахаристый. – Только, знаешь, - уплетая его, сказала она, - надо что-нибудь оставить хозяевам огорода, в уплату.

- Я уже придумал: у меня есть ремень, новый совсем. Я без него вполне обойдусь.

- А у меня… - девочка, вздохнув, посмотрела на безымянный палец левой руки, - только вот это колечко. Ведь аппаратуру мы не можем здесь оставлять, хоть для них это просто браслеты и серьги. А это колечко серебряное, с настоящим сапфиром, родители подарили. Думаю, оно подойдёт. А чтобы оно не потерялось, давай, я его прикреплю к ремню!

Она отыскала длинную прочную травинку и продела её в кольцо и в пряжку ремня. Друзья повесили ремень на калитку, умылись в ручье, набрали воды, сорвали несколько помидоров и две маленьких жёлтых дыни – про запас, в дорогу. Уходить из уютного огородика не хотелось. Впереди их ждали голые скалы и страшный замок Тенебра…

«И куда мы идём?! – втайне думал каждый из них, шагая по редеющей траве. – Что мы делаем?! Это похоже на страшный сон!» Но позади тоже подстерегала опасность, и к тому же в грустном городе Радоплесе остались люди, которым больше некому было помочь.

- Зато в скалах легче укрыться! – жизнерадостным тоном сказал Сергей, чтобы подбодрить Асю.

Она кивнула, вглядываясь в приближающуюся коричневую зубчатую гряду:

- Надо найти между ними какое-нибудь ущелье, мне кажется, на плане что-то подобное нарисовано.

Холмы, между которыми они шли, вдруг закончились, как обрезанные. Тёмно-коричневая, гладкая гора поднималась прямо перед путниками к самому небу. Они пошли вдоль неё, дивясь на странный пейзаж. Следующая скала прижималась к первой так тесно, что только чахлые кустики трав смогли поместиться в щели. Друзья зашагали дальше. И вдруг каменная стена закруглилась, и им открылся извилистый узкий проход, уходящий вглубь скалистой гряды. Не раздумывая, они свернули в него.

Здесь царил полумрак. Однако, вопреки ожиданиям, дети не почувствовали себя укрытыми от опасности. Напротив, чем дальше они углублялись в каменный лабиринт, тем тревожнее становилось им. Ася взглянула на кольцо: так и есть, оно светилось бледно-розовым огоньком.

- Они где-то здесь, - невольно остановившись, тихо сказала она, - или мы приближаемся к  чёрному замку.

Мальчик посмотрел  на своё кольцо, внимательно огляделся и ответил так же тихо:

-Никого не видно …

- И я не вижу… Да оно и не очень ярко горит! А знаешь, может быть где-то неподалёку их дорога в замок, ведь, помнишь, хранитель говорил, что они носят Эдаксу это их ужасное «вино»… Может быть, они даже и не ходят, а летают…

Друзья посмотрели вверх, на узенькую полоску синего неба, Ася поёжилась, а Сергей, сам не заметив этого, выпрямился и расправил плечи: он подумал о том, что ответственность за спутницу лежит на нём, и это странным образом прибавило ему сил.

- Наверное, надо теперь привыкать, что кольца тревоги горят, - небрежно-спокойным тоном заметил он. - Ведь гизлы излучают зло, даже когда не видят нас, а их здесь, должно быть, полно. Думаю, розовый огонёк – это ещё не опасность. Только бы не красный!

Ася кивнула, и они зашагали дальше, настороженно глядя вперёд и безотчётно стараясь держаться поближе к отвесным безжизненным скалам. Ущелье поворачивало то влево, то вправо, несколько раз детям пришлось перелезать через завалы камней, и мальчик помогал своей спутнице, подстраховывая и поддерживая её. Чувство тревоги сгущалось, как удушливый полуденный зной. Но вот впереди вместо безжизненных скал показалось небо – и скоро друзья оказались над невысоким обрывом. Перед ними открылась усеянная валунами и обломками скал долина с чёрным замком посредине.

- Тенебра… - протянула Ася, и глаза её расширились.

Сергей, молча нахмурясь, смотрел на мрачный зубчатый силуэт. Это оказался не замок, а настоящая угольно-чёрная скала с пещерой вместо входа и окнами-норами, кое-где светящимися тусклыми красноватыми бликами. Дети прижались к стене ущелья, обоим хотелось слиться с шершавым коричневым камнем.

- Ася, смотри, - стараясь казаться как можно увереннее и твёрже, прошептал Сергей. -  Вся долина усеяна валунами, мы можем перебегать от одного к другому, прячась за ними, до самого замка. А там…

- А может быть, у них есть ещё один вход, где-нибудь сбоку, поменьше, понезаметней?.. – предположила девочка, сдерживая дрожь.

- Это мысль! Должен быть! Как же без запасного выхода?! В любом случае мы ничего не теряем, если пойдём в обход. Ну… давай спускаться?

Ася глубоко вздохнула и шагнула вперёд:

- Давай!

Двигаться между большими камнями оказалось несложно, их было так много, что под их прикрытием удалось добраться до самого замка и обойти его. Здесь обозначилось что-то вроде тропы меж валунами, ведущей к расщелине в чёрной скале, и дети, обрадовавшись, что их догадка оказалась верна, быстро пошли по ней. До входа в Тенебру оставалось уже не больше десятка шагов, когда сзади раздался странный, свистящий звук. Сергей и Ася вздрогнули, обернулись – и застыли на месте. Перед ними высилась огромная серо-зеленая туша… настоящего дракона!


Глава 9. Тенебра

Он смотрел прямо на них мертвящими, налитыми кровью глазами и медленно, точно прицеливаясь, поднимал бугристую голову с ощеренной чёрной зубастой пастью. В следующее мгновение оцепеневшие дети увидели, как страшная пасть распахнулась в мощном выдохе, извергнув оранжевый полыхающий шар.

- Бежим! – крикнул Сергей и за руку потащил за собой полубесчувственную Асю.

Подбежав к расщелине, он затолкнул в неё девочку, прикрывая её собой. Они очутились в небольшой тёмной пещере. Ася, не в силах идти, прислонилась спиной к каменной влажной стене в нескольких шагах от входа. Сергей, увидев, что она еле держится на ногах, не стал тянуть её в глубь пещеры, а вместо этого повернулся лицом к расщелине, заслонив Асю собой. И оказался прямо напротив страшного шара. Медленно, переливаясь всеми оттенками красного, кружась и поворачиваясь в воздухе, сгусток огня  втянулся следом за мальчиком в щель и завис перед ним. Дети застыли в ужасе: они поняли, что это шаровая молния. Ещё мгновение – и она ударила бы в Сергея… Но тут, разбуженная, как видно, непривычным светом, откуда-то вылетела огромная ночная бабочка – и врезалась в шар. Молния взорвалась с оглушительным треском, и мальчик упал на землю.

Ася почти упала на колени возле него, наклонилась к его лицу – он не дышал. Она обеими ладонями приподняла его голову и застыла в отчаянии, вглядываясь в его мертвенно-бледные  неподвижные черты. Всё было враждебно вокруг, и помощи ждать было неоткуда! Несколько ужасных, бесконечных минут прошло, прежде чем она уловила его вздох, и он приоткрыл глаза.

- Серёжа! – заплакала девочка. – Слава Богу, ты жив! Как ты?! Ты можешь встать? Нам бы спрятаться в какой-нибудь уголок, и там бы ты полежал, пока не придёшь в себя…

- Попробую… - бесцветным голосом ответил он и попытался подняться.

Ася изо всех сил помогала ему, поддерживала, подставила плечо. Он шатался, ноги его не держали.

- Я почти ничего не вижу, - сказал он, - веди…

Ася огляделась. От  площадки у входа, где стояли они, отходило несколько тоннелей, а возле стены, шагах в десяти, было что-то вроде ниши, отгороженной каменным бортиком. Девочка повела друга к ней. Когда они добрались до этого укрытия, сил не осталось ни у него, и у неё. Сергей рухнул сразу за бортиком почти без сознания. Ася, задыхаясь, упала рядом.

«Что же теперь делать, - думала она, - что же делать?!» И вдруг она вспомнила, как хранитель храма им говорил: «Каждый, кто прикасался к Рубиновому Цветку, исцелялся от любого недуга». Это был единственный выход. И она решилась.

- Серёжа, - сказала она, - ты лежи, отдыхай, тебя здесь не видно. А я… пойду за Лампадой. Хранитель говорил, что она обладает целительной силой. Ты коснёшься её и станешь здоровым.

Сергей с трудом открыл обведённые чёрными тенями глаза:

- Нет! Ты не должна… одна! Я пойду… подожди… я немножечко отдохну…и смогу…

Ася проглотила комок, от жалости сдавивший ей горло, и произнесла спокойно и твёрдо:

- Нас здесь найдут. Времени терять нельзя. Жди меня здесь… ладно?

Но Сергей её уже не слышал: он впал в забытьё. Девочка глубоко вздохнула и встала. Надо было идти.

Она огляделась ещё раз.  Все тоннели зияли тьмой, и только в одном тускло мерцал красноватый свет. Выбирать не приходилось, и она, сдерживая дрожь, пошла по нему. Мыслей не было, и только молитва биением сердца звучала в ней: «Ты еси прибежище мое от скорби обдержащия мя: радосте моя, избави мя от обышедших мя!» [5]

Тоннель был гладким и круглым, словно нора гигантского червя, и постепенно опускался всё ниже и ниже. Потом Ася увидела свисающую с потолка огромную сосульку сталактита, и обрадовалась: это она светилась слабым красноватым сиянием, а Ася боялась было, что идёт прямо на свет факелов хозяев этого гиблого места. Теперь она разглядела, что множество коротеньких сталактитов свисало с потолка, освещая грот. Чем глубже она спускалась, тем больше их становилось, они ажурными колоннадами украшали стены, а навстречу им поднимались с пола толстые сталагмиты, освещая покатый, в щелях и ямах, пол. Если бы не давящая жуть, царящая в этом жилище зла, Ася залюбовалась бы  прихотливой игрой природы. Но сейчас красный свет и чёрные тени грота казались ей угрожающими и зловещими. Она старалась ступать как можно тише и настороженно оглядывалась вокруг. Однако гизлов, сколько можно было видеть в этом неверном свете, поблизости не было. Кольцо тревоги продолжало гореть ровным розовым огоньком… И вдруг он погас, а вместо него взрывом вспыхнул красный кристалл. Девочка едва удержалась, чтобы не вскрикнуть, и застыла на месте.

И вовремя! Теперь она разглядела, что в нескольких шагах впереди тоннель кончался. Там виднелась большая пещера, освещённая таким же кровавым светом.

Ася прижалась к холодной влажной стене и вся обратилась в слух. И вот, совсем недалеко от неё раздался пронзительный голос, от которого девочку охватил озноб необъяснимого ужаса.

- Вы работаете слишком медленно! – визгливо проскрежетал Эдакс, потому что это был именно он. - Вы, лентяи, заставляете меня ждать! Я жажду настоящих злодеяний, где убийства, предательство, войны?! Все вон и за дело!.. Моя сила с вами! – Он захихикал. – Улетели, бездельники… Всё идёт, как надо, как надо! Эти жалкие людишки неплохо учатся, они поставляют мне всё более крепкое, выдержанное вино! Я чувствую, как сила моя растёт! Моя взяла! Ещё бы! Уж я-то знаю, как обращаться с ними! Заставлять, порабощать, соблазнять – так действуют умные! Пока незадачливый хозяин этой стекляшки, - Ася при этих словах подалась вперёд: значит, Лампада здесь! – будет ценить их свободу, будет ждать, когда его позовут, - как же, позовут! – уж я позабочусь, чтобы не позвали! – пока он будет носиться со свободой их воли, - я эту волю порабощу! Да что там, уже поработил! Они делают то, что я хочу!– И такой жуткий хохот взорвался под каменными тёмными сводами, будя многоголосое эхо, что Ася содрогнулась, зажала уши руками, поскользнулась на мокрых камнях, не удержалась на ногах и упала у самого выхода тоннеля в пещеру Эдакса.

Сейчас же она вскочила – и увидела его прямо перед собой, всего шагах в десяти. Но разглядела она только тёмную, мглистую фигуру и горящие, как угли, пронизывающие, нечеловечески злые глаза на смертельно-бледном крючконосом лице.

Глава 10. Игнис

Как молния пронеслись у неё в уме только что прозвучавшие слова: «Будет ждать, когда его позовут», - и она, задыхаясь от ужаса, почти бессознательно крикнула:

-Игнис!!!

Мгновенно пещера осветилась ясным сверкающим светом, и возле Аси встал он – подобный белому пламени, высокий, сияющий, сильный, с огромными крыльями и поднятым огненным мечом. И ужас сразу оставил Асю.


- Ты не имеешь власти над этой душой, - сказал Игнис, и голос его прозвучал, как грозная и прекрасная музыка, - она принадлежит Дому Спасителя мира. Пробил час тебе вернуться в темницу! - с этими словами он  направил свой сверкающий меч на Эдакса.

Ярость исказила и без того  уродливые черты Эдакса, он взмахнул руками, точно чёрными крыльями, и неожиданно взвился в воздух. Тёмный клубящийся плащ тянулся за ним от самой земли, и Асе показалось, что Эдакс чудовищно вырос. Оскалясь, он смотрел теперь на Игниса из-под самого потолка, вытянув руки, как будто посылая из когтистых скрюченных пальцев какую-то силу против него. И действительно, извивающиеся дымно-чёрные ленты стремительно метнулись в сторону Игниса. Но он тоже взлетел на своих лучезарных крыльях, и Ася увидела, как под красноватыми сводами древней пещеры столкнулись в борьбе чёрные змеи дыма Эдаксова колдовства и сверкающий меч её защитника. 


Тёмные хищные ленты окружили было летящего Игниса, но он, перерубая их, несколько раз взмахнул мечём, и, едва лишь коснувшись света, во мгновение ока разлетелся в клочки, рассеялся колдовской туман, и вот уже вихрь ослепительного пламени закружился вокруг чёрной, падающей и корчащейся фигуры Эдакса – и превратился в блистающие цепи, склонившие его до самой земли.

- Возьми Лампаду! – повелел девочке Игнис, отвернувшись от поверженного врага.


Только теперь она увидела её. Она стояла в углублении стены, совсем недалеко. Ася подбежала к каменной нише и осторожно взяла её в руки. Она была из рубинового стекла, высокая, тёмно-вишнёвая, прозрачная, похожая на чашу в виде цветка. Девочка трепетно поднесла её Игнису. Он ласково посмотрел на Асю светлыми лучистыми глазами, отчего ей стало сразу необыкновенно радостно и тепло, и слегка коснулся рукой венчика рубинового цветка. И цветок словно ожил. Свет побежал по его изогнутым лепесткам, по обвитому резными листьями стеблю, свет затеплился в сердце его, переливаясь всеми оттенками розового, алого и пунцового. Ася почувствовала, как исчезли все её недавние страхи, и боль, и усталость, и дивное спокойствие наступило в душе.

- Теперь делай то, что ты должна, - прозвучал над ней сильный мелодичный голос Ангела, - и поторопись увести отсюда своего друга.

Ася ещё раз, благоговея, взглянула на своего защитника, на его светлое, нездешнее, несказанно доброе лицо, и послушно пошла в знакомый тоннель,  бережно прижимая Лампаду к груди.

Обратный путь показался ей короче в несколько раз. Она и оглянуться не успела, как уже стояла во входной пещерке возле ниши, где спрятала раненого Сергея. Какое счастье было увидеть, что он всё ещё там, что никто не нашёл, не унёс, не убил его. Мальчик мирно спал, прижимаясь к каменному выступу, скрывшему его от врагов. Ася поскорее вступила в нишу, опустилась на колени и прижала венчик Лампады к его горящему лбу. Прошла бесконечная секунда. Потом он медленно, глубоко вздохнул и открыл глаза. Девочка смотрела на него, не отрываясь. И увидела, как на глазах исчезают чёрные тени болезни с его лица, а взгляд становится осмысленней и светлее.  Она подняла драгоценную чашу Лампады и прижала её к груди, и, радуясь, и не смея радоваться, так велико было чудо. Мальчик сел, провёл по глазам ладонью, огляделся… увидел Лампаду и воскликнул:

- Удалось?!

- Как ты себя чувствуешь? – сдерживая ликование, спросила вместо ответа Ася.

- Ты знаешь, - на его лице отразилось изумление, - ничего не болит… Совсем ничего! Сколько я спал?

- Это не сон! Это – Лампада! Игнис освятил её – и вот ты здоров! – Асе хотелось всё, всё рассказать, но, упомянув имя Игниса, она вспомнила и его повеление, и поспешно сказала: - Ах, я болтушка! Я потом тебе всё расскажу, а теперь нам надо скорее убираться отсюда – это он так велел! Побежали!

Они вскочили и подбежали к расщелине выхода… Но возле неё остановились. Оба вспомнили о драконе.

- Будь что будет! – решилась Ася. – Раз сам Игнис сказал!

И они вышли наружу. Дракон стоял между камней неподалёку и глядел на них, словно ждал. Но вот его взгляд опустился к Лампаде и произошло неожиданное. Чудовище, не сводя  с неё глаз,  опустило страшную голову до земли и заскулило, повизгивая, как собака. Дети оторопело смотрели на него. А дракон распластался на камнях и тихонечко скулил, преданно глядя на горящий пунцовый цветок в Асиных руках.

- Он нас не тронет! – в голосе Сергея, как недавно в Асином, слышалось ликование. – Пойдём!

Они прошли мимо дракона, который только повернулся следом за ними, не отрывая гигантского шишковатого тела от земли. Пройдя немного ещё, они обернулись. Дракон пытался ползти за ними на брюхе, как наказанный верный пёс.

- Оставайся здесь! – осмелев, приказала Ася, и чудовище покорно застыло на месте.

Скоро его не стало видно за валунами. Дети шли быстро, но осторожно: самое страшное было бы теперь – разбить Лампаду. Девочка прижимала её к себе, а Сергей на всякий случай поддерживал Асю под локоток. Они уже добрались до ущелья и  вскарабкались в него по камням, когда сзади раздался оглушительный грохот. Друзья испуганно обернулись к Тенебре…

Сначала им показалось, что над зловещей скалой в полуденном небе светит не одно, а целых два солнца. Но вот второе солнце переместилось, и они разглядели, что это летящая огненная фигура с мечём в руке. Игнис подлетел к вершине чёрной скалы и ударил по ней мечём. И вновь раздался громовой раскат, но теперь он не смолк, а чередой грохочущих взрывов понёсся над долиной. И Тенебра стала рушиться. Огромные чёрные куски откалывались от скалы и падали, падали, падали вниз, засыпая всё вокруг. Вскоре и следа не осталось от страшной скалы, только груда камней высилась в середине долины. Темница Эдакса снова была надёжно скрыта. Когда дети опять взглянули в небо, Игниса там уже не было. Но Лампада была у них, и живой чудесный огонь переливался в ней, - и они радостно пошли по ущелью, в котором не осталось и следа былого душного ужаса.

Вспомнив об этом ужасе, Сергей взглянул на своё кольцо и вскрикнул от неожиданности:

- Ася, взгляни, белый свет! Свет открытого пути, охраны, положительных энергий! Я никогда не видел его в кольце!

Девочка посмотрела и сказала с торжествующей уверенностью:

- Это – Игнис. Это потому, что здесь его Лампада, - и Ася рассказала другу всё, что произошло в сумрачном сердце чёрной скалы.

Сергей задумался.

От мерной ходьбы возбуждение постепенно прошло, и друзья почувствовали, как они устали и проголодались. Только теперь они вспомнили про помидоры и дыни, весь день пролежавшие в рюкзаках. Ася расстелила свой пустой мешок на земле и осторожно поставила на него Лампаду. Только убедившись, что она пристроена безопасно, девочка села возле неё на валун. Сергей разрезал дыни карманным ножом – и пиршество началось. Сочные, они были и едой и питьём. Обоим казалось, что ничего вкуснее на свете не может быть. Но скоро Ася заметила, что Сергей то и дело взглядывает на кольцо.

- Что значит для нас, что оно загорелось белым? – наконец спросила она. – Помнится, ты мне говорил про какие-то ключи от будущего?

- Вот именно! – горячо воскликнул он. – Если этот сигнал ярко горит, значит, тоннель времени открылся, и в нём можно передвигаться! Ты понимаешь?! Мы можем вызвать темо! Это ключ возвращения домой!!!

- И мы можем вернуться… сейчас?! – воскликнула Ася.

Сергей серьёзно посмотрел на неё:

- Это – теория. Никто не знает, что будет на самом деле. Может, вернёмся… а может, и нет…

Ася уже опомнилась.

- Во всяком случае, не сейчас, - решительным тоном сказала она. – Мы должны сделать то, что должны. Вернуть Лампаду в храм. А потом… мы попробуем. Ведь мы попробуем, правда?

- Обязательно, - Сергей как-то по-особенному улыбнулся ей, так улыбаются только верным друзьям, - обязательно попробуем, Ася.

К вечеру они выбрались из ущелья и успели до темноты найти свой стог. Ремень с продетым в него колечком по-прежнему висел на калитке. Ручей заманчиво журчал. Кузнечики стрекотали, как и вчера. Но как всё изменилось для Сергея и Аси! Как будто мир из мрачного, чёрно-белого вдруг сделался ярким, как в детстве. Всё улыбалось им, всё радовало их. И не со страхом, а с ликующей благодарностью повторили они перед сном те молитвы, что, замирая от неизвестности, шептали здесь накануне.

Глава 11. Люди и звери

Ася проснулась, как от толчка. Светало. Рубиновый Цветок Лампады, стоявшей рядом со стогом, светился, переливаясь, так, что невозможно было отвести от него глаза. Но ведь надо было ещё донести его до Радоплеса, любуясь, подумала Ася. Долгий путь, полный опасностей, представился ей. Там, впереди, были коварные Эш и Зита, сумрачный лес, голодные волки и, кто знает, может быть и гизлы, ведь неизвестно, что с ними стало… Краем глаза девочка заметила какое-то движение и вздрогнула всем телом. Но это оказался Сергей.

- Ты уже проснулась?! – обрадовался он. – А я уже умылся и воды набрал. Пойдём, а? Нам лучше не терять времени.

- Я думала о том же, - призналась Ася. – Чем раньше мы пройдём мимо дома Эша, тем лучше. Может быть, они ещё будут спать…

Они накинули рюкзаки, Ася бережно взяла рубиновый Цветок, и ей на мгновение показалось, что не они понесут его в далёкий Радоплес, а он поведёт их, охраняя, за собой. «Хорошо бы так!» - подумала Ася и поспешила вслед за Сергеем по направлению к дому колдунов.

Но, как друзья ни спешили, к тому времени, когда они добрались до дороги, солнце уже поднялось довольно высоко. Страшный дом стоял не так уж и далеко, и окна его смотрели прямо на них. Дети свернули на дорогу и почти побежали к лесу.

- Ты не оглядывайся, - предупредил Сергей, - а то ещё споткнёшься! Я буду следить за домом.

Обоим казалось, что лес приближается ужасно медленно, так хотелось им поскорее укрыться в нём. Но вот, наконец, они достигли кустов, окаймлявших его, мальчик обернулся в последний раз… и вскрикнул. Ася сейчас же испуганно оглянулась – и увидела на дороге у дома обоих колдунов, приветливо и призывно машущих им руками.

Не сговариваясь, друзья повернулись и побежали в лес. На беду, дорога никуда не сворачивала, а была совершенно прямой. Да и оставлять её не имело смысла: под древними елями совершенно не было подлеска, и спрятаться было не так-то легко. Довольно долго дети бежали, что было сил, но когда мальчик опять посмотрел назад, то увидел бегущих за ними Эша и Зиту. Теперь они уже не махали призывно руками, а откровенно преследовали их. Даже на расстоянии было видно, что их лица искажены от злобы.

- Они бегут за нами, - коротко бросил Сергей. – Не оглядывайся, и только не упади!

Ася промолчала: надо было беречь дыхание. «От волков спасаться было легче!» - подумала она. И словно в ответ, услышала знакомый унылый вой.

- Волки! – воскликнула она. – Серёжа, где они?! Ты их видишь?

- Нет… - он тоже уже задыхался. – …Вижу! Сзади нас на дороге! Постой!

Друзья обернулись.  На прямой дороге, примерно посередине между ними и их преследователями, стояли три волка. Звери как будто не могли решить, на кого именно кинуться. Потом повернулись к Эшу и Зите, зарычали, точно собаки, и бросились к ним. Те метнулись прочь. Скоро все они скрылись из глаз.

- Надеюсь, они умеют лазить по деревьям, - не без иронии сказал Сергей и поднял с земли суковатую палку. – Всё-таки оружие! Побежали, пока волки не вернулись!

Однако волки вернулись довольно скоро. Странно подвывая, они показались в отдалении и побежали за детьми неторопливой трусцой. Дети, больше не в силах бежать, шли, лихорадочно озирались, но повсюду были только неприступные стволы древних елей. А волки приближались. Сергей крепче сжал свою палку…

- Они как-то странно себя ведут! – вдруг заметил он. – Вроде… как дракон! Как ручные!

Ася тоже обернулась и с надеждой вгляделась в зверей. Действительно, их глаза не горели больше холодной угрозой, они сделались покорными и жалобными. И двигались волки как-то странно, наклоняя головы и прижимая уши. Как будто просили разрешения приблизиться. И тут девочка поняла, что они смотрят на Лампаду.

- Знаешь, - не очень уверенно сказал Сергей, - похоже, эти звери умнее, чем те  люди…

Ася кивнула. И сказала волкам, как недавно говорила дракону:

- Останьтесь здесь. Сидеть.

Волки покорно сели, не сводя кротких глаз с Рубинового Цветка.

- Пойдём, - прошептала Ася.

Друзья повернулись и медленно двинулись прочь, не смея оглянуться. Только за поворотом дороги они посмотрели назад. Волков не было. Они послушались той, что несла живой огонь.

Глава 12. Чудеса Рубинового Цветка

Лес уже не казался им угрожающе мрачным, но они всё-таки не решились остановиться в нём на привал. Однако неожиданно скоро деревья стали редеть, тут и там начал появляться кустарник, и наконец друзья вышли на открытое место. Как радостно было увидеть знакомые холмы, освещённые солнцем! Дети на всякий случай отошли подальше от леса и, только завернув за высокий холм, опустились на траву, благоухающую и тёплую. Ася поставила Цветок на ровное место и откинулась на спину, подставив солнцу лицо. Наконец можно было отдохнуть! Солнце было в зените, и значит, к вечеру они должны были успеть дойти до деревни, ведь она была не так уж и далеко. Девочка успокоенно закрыла глаза.

- Боюсь, что долго отдыхать не придётся, - услышала она озабоченный голос своего неугомонного спутника. – Кажется, погода портится…

Ася села. Действительно, на востоке, там, куда уходила дорога, появилась тёмно-синяя грозовая туча.

- Можно вернуться в лес, - не слишком уверенно предложил Сергей.

- Нет! – девочка даже вздрогнула. – Уж лучше пойдём вперёд, может, встретится какое-нибудь укрытие… С Лампадой не очень страшно, может быть, она защитит…

- Давай теперь я её понесу, - то ли попросил, то ли предложил Сергей. – Хотя бы чуть-чуть… А ты пока поешь… Вот помидорка осталась…

- Бери, - просто сказала Ася. Она понимала, как ему этого хочется.

Мальчик осторожно взял светящийся Цветок, и они пошли прямо навстречу разбухающей туче.

- А тебе не кажется, - спустя какое-то время, спросил Сергей, - что мы что-то уж очень быстро прошли через лес?

- Ещё бы! Я только об этом и думаю! И ещё о том, как быстро мы отдохнули. И ещё о том, что есть и пить почти не хочется! Я думаю, это всё живой огонь, благословение Игниса, - она посмотрела на мерцающий загадочными огнями необжигающий свет в глубине Рубинового Цветка.

Оба замолчали. Они вдруг почувствовали, что несут действительно священную вещь, что рядом с ней нельзя говорить и даже думать о пустяках, и что, пожалуй, они вовсе и не несут, а сопровождают её – избавление от бед многого множества людей…

Между тем сверкающая молниями туча закрыла всё небо, раскаты грома стали раздаваться всё ближе, всё громче, и вскоре первые крупные капли стали шлёпаться вокруг путешественников на жёлтую пыль дороги.  Укрытия никакого не было видно – пологие поросшие травою холмы окружали их со всех сторон.

Ася потуже натянула на лоб свою шляпу-колпачок и поёжилась: промокнуть было не страшно, даже приятно в такую жару, но молнии пугали её. А дождь уже превратился в ливень.

- Смотри! – вдруг радостно вскричал Сергей. – Радуга!

Ася подняла глаза, недоумённо огляделась – и засмеялась. Радуга была не в небе, а вокруг них! Они шли в центре переливающегося радужного шара. Почему-то сразу пришла уверенность, что в нём им гроза не страшна, и стало весело и легко. 


Так, в радуге, мокрые и весёлые, они и вошли в деревню – намного раньше, чем можно было ожидать.  Знакомая женщина как раз стояла возле колодца. Оставив ведро на срубе, она поспешила навстречу им. Друзья ожидали, что здесь будут рады  Рубиновой Лампаде, но то, что они увидели, поразило их. Лицо крестьянки засветилось восторгом, она в трепете опустилась перед Цветком на колени и, помедлив, благоговейно коснулась его округлого узорчатого подножия лбом. Ася, державшая Лампаду, растерянно замерла, Сергей почтительно отступил на шаг назад. В следующее мгновение они увидели, как по лицу женщины разлился румянец, и она словно бы помолодела на много лет.

- Да благословит вас Благословенный! – поднимаясь, сказала она. – Вы возвращаете нам здоровье и счастье!

Она пригласила их в дом и сразу же поднесла к Цветку свою худенькую дочь. Потом поставила на стол перед гостями всё, что у неё было  - горшочек с кашей и тарелку яблок, - и, пока они ели, рассказала, что муж её вместе с другими уже вернулся с дальних полей, но принёс он немного, потому что там тоже успел побывать дракон. Теперь её хозяин ушёл в город на заработки, как и все, кто только может ходить, но большинство всё ещё слабы и больны.

- Кроме нас с моей девочкой, - неудержимо улыбаясь, добавила она, - ведь мы поклонились Рубиновому Цветку!

И действительно, малышка сидела на коленях у матери весёлая и румяная. Сергей и Ася молчали, оробев от этого чуда.

Скоро к ним собралась вся деревня. Лампада, освещая маленький дом розовыми, алыми и пунцовыми бликами живого огня, стояла на столе, и крестьяне по очереди подходили, кланялись до земли и трепетно прикасались к ней. К вечеру ни в одном из домов не осталось ни одного больного. Даже старики, счастливо улыбаясь, бодрой походкой возвращались к себе.

И Сергею и Асе казалось теперь, что уже ничего плохого не может произойти. Когда все разошлись, они долго  и весело обсуждали события этого дня, полного радостных чудес, и, наконец, беззаботно заснули среди розовых бликов, даже не заперев входную дверь…

Глава 13. Западня

 Ася проснулась среди ночи от какого-то непонятного шума. В комнате было темно. Ася похолодела: это значило, что Лампада погасла, или… её украли?!

Она услышала, как в сенях тихо скрипнула дверь и выглянула в окно, под которым спала. И в лунном холодном свете увидела тёмную фигуру, скользнувшую за калитку. Сомнений быть не могло: это был Эш, даже в темноте его шаровары и размахайку нельзя было не разглядеть. Он явно что-то держал, прикрывая складками блузы. Ася кинулась вон из комнаты, крикнув на бегу:

- Сергей! Эш украл Цветок!

Стрелой она выбежала на дорогу и огляделась. Две знакомые фигуры, кряжистая и худая, быстро удалялись в сторону холмов. Девочка, не заботясь о том, что она совершенно одна, что помощь может и не прийти,  побежала следом за ними. Она должна была отнять у них Цветок!

Она бежала, не чувствуя ног, и скоро почти догнала колдунов, но те вдруг свернули с дороги и куда-то исчезли. Ася тоже сбежала с дороги, освещённой полной луной, подбежала к ложбинке между двумя крутыми холмами, решила, что воры, должно быть, прячутся там в тени, бросилась в эту тьму, с разбегу обо что-то споткнулась, упала – и почувствовала, как сильные руки схватили её за плечи и стиснули так, что она не могла шевельнуться. Она попалась в западню.

- Тихо, тихо! – раздался у неё над ухом низкий хриплый голос Эша. – Мы можем договориться! Ты - маленькая девочка, ещё ничего не понимаешь, мой долг дать тебе разумный совет! Ты не знаешь, каким сокровищем ты владеешь! С ним ты можешь стать королевой, властительницей народов, богиней! А мы поможем тебе. Только подумай: все сокровища мира могут стать твоими! Все, все поклонятся той, что владеет Цветком! А ты, глупенькая, хотела его просто так отдать, ведь я прав?! Теперь ты понимаешь, какой я бесценный друг и советник?! – Он говорил, а руки его продолжали цепко её держать.

Ася слушала и изумлялась: эти люди не понимали, что в корыстных руках Лампада не будет исцелять и помогать. Ведь живой огонь существовал не сам по себе, он был благословением Игниса!

- У вас огонь погаснет, - сказала она.

- Нет! Ты ошибаешься, ведь я… - он запнулся, - то есть мы – будем помогать людям! Мы будем дарить им помощь нашей Лампады… Ну, а они – они будут дарить нам в ответ благодарность, почтение, и… кто что может! Разве это не справедливо?!

И снова изумилась Ася. Кого они хотели обмануть? Самого Игниса? Людей? Или только её, Асю? Похоже было, что всех…

- Цветок не может принадлежать никому, - не стала объясняться с ними она. – Верните его.

- Как бы не так! – вступила в разговор Зита, и Ася увидела приблизившееся к ней худое, голубоватое в лунном свете лицо с чёрными страшными глазами. – Посмотри мне в глаза! – велела колдунья, и девочка вздрогнула, вспомнив, что она «внушаема».

Она зажмурилась и закричала, что было сил:

- На помощь! Ко мне! Сюда!

Цепкая волосатая рука сейчас же зажала ей рот, но было поздно: со стороны дороги раздались ответные крики.

- Ася! – разрезал ночь звонкий голос Сергея. – Держись! Идём!

И, словно многоголосое эхо, понеслось по холмам со всех сторон:

- Идём! Идём! Идём!

Эш выпустил Асю и кинулся вместе с Зитой в одну сторону, потом в другую – но всюду перед ними возникали из ночи человеческие фигуры. Зита в растерянности перестала придерживать свою блузу, в складках которой прятала Лампаду, она распахнулась – и ликующее пунцовое зарево осветило холмы. Ася бросилась к ней и выхватила Цветок. Та не удержалась и упала. Несколько человек подбежали и бросились на Эша, завязалась драка. Ася на всякий случай отошла подальше от них, бережно держа сияющую Лампаду. К ней подошёл Сергей и проводил до дороги. Здесь они остановились, прислушиваясь. Какое-то время в холмах раздавались крики, потом они умолкли, и на дорогу вышли толпой крестьяне с растерянными лицами. Непонятно как и Зита и Эш ускользнули от них. Посовещавшись, решили, что важнее не преследовать воров, а охранять Цветок, и толпой вернулись в деревню.

Нечего было и думать о том, чтобы заснуть, и до утра все, кроме малых детей, слушали Асин рассказ о её приключениях, завтракали и собирались в дорогу.

Вот так и случилось, что с рассветом вся деревушка, от мала до велика, двинулась вместе с Сергеем и Асей в сторону Радоплеса.

Глава 14. Ключи от времени

Идти с Цветком снова было радостно и легко, и снова дорога словно бы стала короче. Никто ещё не успел устать и проголодаться, а впереди уже показались коралловые ажурные башни города мастеров. И вот, наконец, путники снова приблизились к воротам города, потерявшего радость. Они были, как и прежде, открыты, и, как и прежде, пусты были улицы и тихи дома, сверкающие на солнце весёлыми огнями и бликами разноцветных стёкол.

Едва вступив в молчание города, крестьяне, шедшие за Сергеем и Асей, запели торжественный и радостный гимн. Он воспевал Игниса - Огненный Пламень, и его победу над злом, и живой огонь Рубинового Цветка, освещающий жизнь Радоплеса. И в ответ ожили грустные улицы города. Унылые недоумевающие лица показались в окнах, люди стали выходить из домов, с недоумением вглядываясь в странную процессию. Ася торжественно и осторожно несла сияющий Цветок и потому почти не смотрела по сторонам, но Сергей с интересом вглядывался в подходивших людей – и видел, как менялись они, стоило им только увидеть переливающийся пунцово-розовый свет. Во мгновение ока исчезали с их лиц унылое равнодушие, отчаяние, вялость бессилия  – и ответным сиянием радости оживали глаза. Они подхватывали гимн и, счастливо улыбаясь, шли следом за ними. К тому времени, когда неторопливое шествие достигло площади, за друзьями следовала огромная охваченная ликованием толпа.

На звуки песни из белоснежного храма вышел хранитель, на минуту замер, вглядываясь, словно не веря своим глазам, - и так быстро пошёл через площадь, что его седые кудри, и белоснежная борода, и складки его пурпурных одежд забились на ветру. Подойдя, он склонил седовласую голову перед живым огнём Рубинового Цветка, благоговейно принял Лампаду у Аси и обеими руками, торжественно поднял её над головой. Площадь ответила восторженным криком.

Не опуская Цветка, Мэджер повернулся и понёс его во главе процессии в храм. Дети сначала шли следом за ним, но, вступив под своды храма, тотчас свернули и тихонько остановились возле стены у дверей, пропуская вперёд горожан, - ведь они уже сделали всё, что могли, и больше не было необходимости оставаться в центре внимания.

Храм быстро наполнился. Хранитель, пройдя вперёд, поставил Цветок на невысокую белую резную колонну и преклонил перед ним колени. Следом за ним на колени опустились все.  Тогда Мэджер поднялся, обернулся к людям и стал говорить. О том, как благоденствовал город под защитой Игниса, о дарах живого огня, которые принимал каждый из горожан бесчисленное количество раз, о легкомыслии и неблагодарности, из-за которых погасла радость и померкла жизнь в Радоплесе, о горькой жизни без света и горьком чувстве вины, о том, что теперь каждое сердце жаждет прощения и возврата былого счастья… Тут и там стали раздаваться звуки рыданий, и всё ниже и ниже склонялись головы кающихся людей. И тогда Ася увидела, что в ответ на эту молитву всё ярче и ярче разгорается пламя живого огня в священной Лампаде.

- Ася, взгляни! – прошептал, коснувшись её локтя, Сергей. – Не только Цветок горит всё ярче!

Она оглянулась. Он показывал ей на своё кольцо. Белый камень на нём сверкал лучистым алмазным светом. Асино кольцо горело точно так же. Мальчик кивнул на дверь, и дети тихонько вышли на площадь.

- Ключи от времени повернулись! – возбуждённо заговорил Сергей. – Видишь, какой яркий сигнал! Дорога открыта! Темо доступен! Давай, попробуем переместиться прямо сейчас, пока не поздно!

Ася огляделась, прощаясь с городом. И увидела в небе над ним, словно второе солнце, ослепительную, парящую на широких крыльях фигуру.


- Игнис вернулся! – радостно воскликнула девочка.

 Он поднял руку, благословляя детей, и в ответ снопы белого света брызнули из колец. Ася, а следом за ней и Сергей, поклонились ему.

- Это он разрешает нам вернуться домой, - счастливо улыбаясь, догадалась Ася, - мы сделали всё, что должны были сделать!

И действительно, словно подтверждая её слова, Ангел Хранитель города опустил благословившую их сияющую ладонь и стал невидим.

Друзья раскрыли звенья браслетов и одновременно, по команде Сергея, нажали на кнопки возврата. Сейчас же солнечный свет вокруг них померк, потом посветлело опять, но это был уже свет обычной лампы. Их окружали металлические стенки «лифта». И не успели они опомниться, как знакомый  женский голос бесстрастно оповестил:

- Движение окончено. С возвращением, - и блестящие дверцы «колесницы времени» разъехались в стороны.

Ошеломлённые, дети вышли. В кабинете Николая Ивановича ничего не изменилось. Тихо мигали лампочки пульта, на длинном столе в том же порядке лежали ряды приборов-украшений, уютно пестрели книжными корешками шкафы, за окнами виднелся освещённый обычным городским фонарём ночной заснеженный сад. В приоткрытую дверь доносились снизу весёлые голоса Асиных родителей.

Друзья  прислушались.

- Они ничего не знают! – изумлённо протянула Ася.

И, вдруг ужасно устав, опустилась на кресло у пульта. Сергей провёл рукой по волосам, взъерошив их, потом вдруг махнул рукой, пробормотав: «Ах я болван!» - и показал Асе на приборы пульта:

- Смотри, тот же день и час, в который мы… укатили! Они не успели ничего узнать! Понятно, что отец не мог нам помочь!

Ася в ответ устало, блаженно улыбнулась:

- И слава Богу, что они ничего не знали! Зато ни секунды не волновались за нас… Серёжа!.. Как хорошо дома!

Мальчик тихо радостно засмеялся и сел прямо на пол, облокотившись спиной о мирно закрытые двери «лифта»:

- Хорошо! И ни-ка-ких приключений!

- Ну… - улыбнулась Ася, - что касается приключений, то уверена, что очень скоро ты будешь скучать по ним!

- Что ж! – ответил он. – Тогда я просто опять приглашу тебя в гости!

И они рассмеялись.



История вторая. Гиблая падь
История  третья.  Княжна  Заозёрья
История четвёртая. Ученик звездочёта


Оглавление:

Глава 1. Необычный дом
Глава 2. О том, чего никто не ожидал
Глава 3. Загадочный город
Глава 4. Как погибла радость
Глава 5. Гизлы
Глава 6. Сумрачный лес
Глава 7. Дом, не обозначенный на карте
Глава 8. В скалах
Глава 9. Тенебра
Глава 10. Игнис
Глава 11. Люди и звери
Глава 12. Чудеса Рубинового Цветка 
Глава 13. Западня
Глава 14. Ключи от времени



1.  Псалом 37, 22-23.
2.  Псалом 31, 7.
3. Псалом 31, 7.
4. Псалом 69, 2-3.
5.  Псалом 31, 7.

(Валентина Ульянова. Потерявшиеся в мирах. М.:  Лепта Книга, 2007)

При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна


Источник:  http://ulianova-v.ru/




Яндекс.Метрика