Сайт создан по благословению настоятеля храма Преображения Господня на Песках протоиерея Александра Турикова

Система Orphus







Уныние

1. Что такое уныние? В чём заключается его действие на душу?
2. Священное Писание об унынии
3. Гибельность уныния
4. Причины уныния
5. Борьба с унынием

а) Нельзя уступать пожеланиям уныния и убегать от него, оставляя свой подвиг
б) Требуется терпение, понуждение себя на всё благое
в) Молитва, духовное чтение отгоняют уныние
г) Надо возгревать в себе веру, надежду, размышление о благом Промысле Божием, о грядущих вечных благах
д) Славословие и благодарение Бога привлекают к нам Божию благодать
е) Страх Божий, память смерти побеждают уныние
ж) Смирение – сильнейшее лекарство против уныния
з) Постоянный труд, рукоделие, неотступное посильное духовное делание отгоняют уныние
и) Рассуждение необходимо в борьбе с унынием
к) Участие в таинствах Церкви подаёт благодатную помощь борющемуся
л) Беседа с единомышленником может облегчить брань уныния

6. Охлаждение
7.  Надо вооружаться против духа неблагодарности и отчаяния, чтобы не впасть в грех хулы
8. Утешение борющемуся
9. Добродетель трезвения

1. Что такое уныние? В чём заключается его действие на душу?


Уныние – тягчайшая страсть, способная погубить душу. Слово «уныние» («acedia» - от α — не и χήος — старание, труд) буквально означает  — беспечность, нерадивость, совершенное расслабление, упадок духа. Эта страсть заключается в расслаблении всех сил души и тела, изнеможении ума, лености ко всякому духовному деланию и к труду, оставлении всякого христианского, спасительного подвига, отчаянии.

Уныние представляет Бога немилосердным, пишет преп. Иоанн Лествичник, называющий эту страсть «оболгателем Бога», уныние внушает подвижнику, что он оставлен Богом и Бог не имеет попечения о нем. От этого христианское подвижничество кажется унывающему бессмысленным, и он перестаёт трудиться ради своего спасения, забывая и то, что «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилия восхищают его» (Мф. 11, 12), что без трудов и терпения мы спастись не можем, - и то, что все наши искушения – это тоже выражение Божественной любви к человеку, Его Промышления о нас.  

Святые отцы говорят о том, что уныние - это лютая страсть, «всепобеждающая смерть», против которой надо много и мужественно бороться хотящему спастись.

Преп. Иоанн Лествичник:

"Уныние есть расслабление души, изнеможение ума, пренебрежение иноческого подвига, ненависть к обету, ублажитель мирских, оболгатель Бога, будто Он не милосерд и не человеколюбив, в псалмопении оно слабо, в молитве немощно,  в телесном же служении крепко, как железо, в рукоделии безленостно, в послушании лицемерно.

Ставшим на молитву сей лукавый дух напоминает о нужных делах и употребляет всякое ухищрение, чтобы только отвлечь нас от собеседования с Господом, как обротью [уздой], каким-либо благовидным предлогом.

Бес уныния производит трехчасовое дрожание, боль в голове, жар, боль в животе; когда же настанет девятый час, дает немного возникнуть; а когда уже и  трапеза предложена, понуждает соскочить с одра; но потом, в час молитвы, снова отягощает тело; стоящих на молитве он погружает в сон и в безвременных зеваниях похищает стихи из уст.

Каждая из прочих страстей упраздняется одною какою-нибудь противною ей добродетелью; уныние же для инока есть всепобеждающая смерть.

Когда нет псалмопения, тогда и уныние не является, и глаза, которые закрывались от дремоты во время правила, открываются, как только оно кончилось.

Наблюдай и увидишь, что оно борет тех, которые стоят на ногах, склоняя их к тому, чтобы сели; а сидящих увещевает приклониться к стене; оно заставляет посмотреть в окно келлии, побуждает производить стук и топот ногами.

…из всех восьми предводителей злобы дух уныния есть тягчайший…"

Преп. Амвросий Оптинский:

Уныние значит та же лень, только хуже. От уныния и телом ослабеешь, и духом. Не хочется ни работать, ни молиться, в церковь ходишь с небрежением, и весь человек ослабевает.

Св. Игнатий (Брянчанинов) пишет о грехах и страстях, которые порождаются унынием:

«Леность ко всякому доброму делу, в особенности к молитве. Оставление церковного и келейного правила. Оставление непрестанной молитвы и душеполезного чтения. Невнимание и поспешность в молитве. Небрежение. Неблагоговение. Праздность. Излишнее успокоение сном, лежанием и всякого рода негою. Перехождение с места на место. Частые выходы из кельи, прогулки и посещения друзей. Празднословие. Шутки. Кощуны. Оставление поклонов и прочих подвигов телесных. Забвение грехов своих. Забвение заповедей Христовых. Нерадение. Пленение. Лишение страха Божия. Ожесточение. Нечувствие. Отчаяние».

Св. Тихон Задонский:

Из письма твоего я вижу, что на тебя напало уныние. Люта эта страсть, с которой христианам, хотящим спастись, надо много бороться.

Святитель Феофан Затворник пишет, что уныние есть скучание за всяким делом, как житейским, бытовым, так и молитвенным, желание бросить делание: «Пропадает охота и в церкви стоять, и дома Богу молиться, и читать, и обычные добрые дела исправлять».

Св. Иоанн Златоуст:

«Подлинно, уныние есть тяжкое мучение душ, некоторая неизреченная мука и наказание, горшее всякого наказания и мучения. И в самом деле, оно подобно смертоносному червю, касающемуся не только плоти, но и самой души; оно — моль, поедающая не только кости, но и разум; постоянный палач, не ребра рассекающий, но разрушающий даже и силу души; непрерывная ночь, беспросветный мрак, буря, ураган, тайный жар, сжигающий сильнее всякого пламени, война без перемирия, болезнь, затемняющая многое из воспринимаемого зрением. И солнце, и этот светлый воздух, кажется, тяготят находящихся в таком состоянии, и самый полдень для них представляется подобным глубокой ночи.

Вот почему и дивный пророк, указывая на это, говорил: «зайдет солнце для них в полудне» (Ам. 8, 9), не потому, что светило скрывается, и не потому, что прерывается обычный его бег, а потому, что душа, находящаяся в состоянии уныния, в самую светлую часть дня воображает себе ночь.

Подлинно, не так велик мрак ночи, как велика ночь уныния, являющаяся не по закону природы, а наступающая с помрачением мыслей, — ночь какая-то страшная и невыносимая, с суровым видом, жесточайшая — безжалостнее всякого тирана, не уступающая скоро никому, кто пытается бороться с ней, но часто удерживающая плененную душу крепче адаманта, когда последняя не обладает большой мудростью.

…смерть, внушающая такой страх… много легче уныния.

А опять, тот славный Илия …после бегства и удаления из Палестины, не вынося тягости уныния, — и действительно, он очень унывал: на это указал и писавший историю, говоря, что «отъиде души ради своея» (3 Цар. 19, 3), — послушай, что говорит в своей молитве: «довлеет ныне, Господи, возьми душу мою от мене, яко несмь аз лучший отец моих» (4). Так [смерть] — это страшилище, эту высшую степень наказания, эту главу зол, это возмездие за всякий грех он просит как желанного и хочет получить в качестве милости. До такой степени уныние ужаснее смерти: чтобы избежать первого, он прибегает к последней».

Преп. Нил Сорский:

"Когда же уныние сильно ополчится против нас, в великий подвиг душа возводится. Лют этот дух, тягчайший, ибо сопряжен он с духом скорби и споспешествует ему. Пребывающих в безмолвии эта брань сильно одолевает.

Когда те волны жестокие восстанут на душу, не мнит человек в тот час избавление от них когда-нибудь получить, но такие помыслы влагает ему враг, что сегодня так плохо, а потом, в прочие дни, еще хуже будет, и внушает ему, что оставлен он Богом и не имеет [Бог] попечения о нем или что случается так помимо Промысла Божия и с ним одним только это, с прочими же такого не было и не бывает. Но не так это, не так. Ибо не только нас грешных, но и святых Своих, от века благоугодивших Ему, Бог, как чадолюбивый отец чад своих, наказывает духовным жезлом по любви, ради преуспеяния в добродетелях. Вскоре же, непременно, бывает изменение этого и затем — посещение, и милость Божия, и утешение".

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин пишет о том, «как уныние вкрадывается в сердце монаха и какой вред причиняет духу:

«Шестой подвиг предлежит нам против духа уныния… которое сродни печали. …Этот злой враг часто нападает на монаха около шестого часа (в полдень), как какая-нибудь лихорадка, нападающая в определенное время, своими приступами причиняет больной душе жестокий жар в определенные часы. Некоторые из старцев называют его бесом полуденным, о котором говорит и Псалмопевец (Пс 90, 7).

Когда уныние нападет на жалкую душу, то производит страх места, омерзение к келье и к братьям, которые живут с ним или вдали, порождает презрение, отвращение, как к нерадивым и менее духовным. Также и ко всякому делу внутри кельи делает ленивым. Дух уныния не позволяет ему ни оставаться в келье, ни заниматься чтением, и он часто стонет, что, пребывая столько времени в той же келье, ничего не успевает, ропщет и вздыхает, что не имеет никакого духовного плода, пока будет связан с этим обществом, скорбит, что не имеет духовной пользы и напрасно живет в этом месте, так как, имея возможность управлять другими и приносить пользу очень многим, он никого не поучает и никому не доставляет пользы своим наставлением и учением. Другие отдаленные монастыри хвалит и места те считает более полезными для преуспевания и более способствующими спасению, также общество братьев представляет приятным в духовной жизни. Напротив, что находится под руками, то все худо, не только нет никакого поучения братьям, но и само телесное содержание приобретается с большим трудом. Наконец думает, что, пребывая в этом месте, он не может спастись, что следует оставить келью, в которой ему придется погибнуть, если будет и дальше оставаться в ней, и потому как можно скорее переселяется в другое место. Потом уныние производит также ослабление тела и голод в пятом и шестом (по нашему счислению — в одиннадцатом и двенадцатом) часу, как будто он утомлен и ослаблен долгим путем и самым тяжелым трудом или проводил два или три дня в посте, без подкрепления пищею. Потому беспокойно озирается, вздыхает, что никто из братьев не войдет к нему, часто то выходит, то входит в келью и часто глядит на солнце, как будто оно медленно идет к западу. Таким образом, в таком неразумном смущении духа, как будто земля покрылась мраком, пребывает праздным, не занятым никаким духовным делом, и думает, что ничто не может быть средством против такой напасти, кроме как посещение какого-либо брата или утешение сном. Потому этот недуг внушает, что нужно делать приличные поздравления и посещения недужных, находящихся вблизи или вдали. Также внушает (как какие-нибудь благочестивые, набожные обязанности), что надо найти родителей и чаще ходить с поздравлениями к ним; считает великим делом благочестия чаще посещать какую-нибудь благочестивую, посвятившую себя Богу женщину, особенно не имеющую никакой помощи от родителей, а если ей необходимо что-то, чего не дают ее родители, о том заботиться есть дело самое святое, и следует больше к этому прилагать благочестивых усилий, нежели бесплодно, без всякой пользы сидеть в келье».

2. Священное Писание об унынии


Преп. Иоанн Кассиан Римлянин в своих сочинениях приводит свидетельства Священного Писания об унынии:

«Этот порок праздности и премудрый Соломон во многом явно порицает, так говоря: «кто гоняется за праздностью, тот исполнится бедности» (Притч. 12, 11), т.е. или видимой, или духовной, по которой всякий празднолюбец обязательно впутается в разные пороки и всегда будет чужд созерцания Бога, или духовного богатства, о котором блаженный апостол говорит: «в Нем вы обогатились всем, всяким словом и всяким познанием» (1Кор. 1, 5). Об этой бедности праздного в другом месте пишется так: оденется всякий сонливец в разодранную одежду и рубища (Притч. 23, 21). Без сомнения, он не заслужит того, чтобы украситься той одеждою нетления, о которой апостол заповедует: «да трезвимся, облекшись в броню веры и любви» (1 Сол. 5, 8). И Господь через пророка говорит о ней к Иерусалиму: «воспрянь, воспрянь, Иерусалим, облекись в одежду красоты твоей» (Ис. 52, 1). Всякий, кто, будучи побежден сном празднолюбия или уныния, захочет покрыться не тщательным трудолюбием, но лохмотьями бездеятельности, отрезая их от совершенной полноты и состава Св. Писания, оденется не в одежду славы и красоты, а в бесчестное покрывало извинения своей нерадивости. Ибо расслабленные леностью, не желая содержать себя делом рук своих, которым апостол непрестанно занимался и нам заповедал заниматься, имеют обыкновение пользоваться некоторыми свидетельствами Св. Писания, которыми прикрывают свою леность; говорят, написано: «старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную» (Ин. 6, 27). «Моя пища есть творить волю Пославшего Меня» (Ин. 4, 34). Но эти свидетельства — как бы лоскутья от совершенной полноты евангельского чтения, которые выдираются больше для того, чтобы прикрыть бесчестье праздности и срамоты нашей, нежели для того, чтобы согреть и украсить нас той драгоценной и совершенной одеждою добродетелей, которую, как пишется в Притчах, мудрая жена, одетая крепостью и красотою, сделала себе или мужу своему, о которой также говорится: «крепость и красота — одежда ее, и весело смотрит она на будущее» (Притч. 31, 25). Об этом недуге бездеятельности опять тот же Соломон так говорит: «пути ленивого устланы тернием» (Притч. 15, 19), т.е. теми и подобными пороками, которые происходят от праздности, как выше говорил апостол. И еще: «в пожеланиях всяк ленивый» (Притч. 13, 4). Наконец, Премудрый говорит: праздность научает многому злу (Сир. 33, 28). Это апостол ясно обозначает: «ничего не делают, а суетятся» (2 Сол. 3, 11). К этому пороку присоединил и другой: старайтесь быть спокойными (в русском — жить тихо). И потом: «делать свое дело, и чтобы вы поступали благоприлично пред внешними и ни в чем не нуждались» (1 Сол. 4, 11, 12). А некоторых называет бесчинными и непокорными, от тех заповедует рачительным удаляться: «завещеваем вам», говорит, «удаляться от всякого брата, поступающего бесчинно, а не по преданию, которое приняли от нас» (2 Сол. 3, 6)».

3. Гибельность уныния


Святые отцы относят грехи уныния к смертным грехам. Оно губительно потому, что клевещет на Бога, как якобы немилостивого и нечеловеколюбивого; лишает того, кто предался ему, душевных и физических сил для подвига ради Бога,  погружает его в бездеятельность и отчаяние. Между тем, нам надо бороться с грехом, живущим в нас, и только тогда Божия спасающая благодать может быть усвоена нами. Святые отцы говорят, что мы не можем спастись без Божией благодати, а подается она только тому, кто поступает по воле Божией. Бог почтил нас свободой воли и не спасает нас насильно, против нашей воли, без нашего соработничества с Ним в деле нашего очищения от греха, обновления, освящения. Мы сами должны посильным деланием, исполнением заповедей убрать и приготовить храм своей души, чтобы в него вселилась Божественная благодать. А тот, кто побеждён унынием, оставляет свой храм неубранным и поруганным хулой на Бога, и двери его - открытыми для врага рода человеческого.

Преп. Ефрем Сирин:

Не давай печали сердцу своему, ибо "печаль мирская производит смерть" (2 Кор. 7, 10) Печаль снедает сердце человека.

Сатана злоумышленно старается опечалить многих, чтобы и отчаянием ввергнуть их в геенну.

Святитель Иоанн Златоуст:

«Как воры при наступлении ночи, погасив огонь, легко могут и похитить имущество, и умертвить владельцев его, так и диавол, вместо ночи и мрака наведя уныние, старается похитить все охраняющие помыслы, чтобы душе, лишенной их и беспомощной, нанести бесчисленные раны.

Чрезмерное уныние вреднее всякого демонского действия, потому что и демоны, если в ком властвуют, то властвуют через уныние.

Уныние и непрестанные беспокойства могут сокрушить силу души и довести ее до крайнего изнеможения.

Лукавый предпринимает все, чтобы внушить нам помысел отчаяния. Ему уже не нужны будут усилия и труды для нашего поражения, когда сами падшие и лежащие не захотят противиться ему. Кто мог избежать этих уз, тот и силу свою хранит, и до последнего воздыхания не перестает сражаться с ним, и хотя бы испытал множество падений, опять восстает и сокрушает врага. Кто же связан помыслами отчаяния и этим обессилил себя, тот не в состоянии победить врага.

Отчаяние гибельно не только потому, что затворяет для нас врата Небесного Града и приводит к великой беспечности и нерадению... но и потому, что ввергает в сатанинское безумие...

Душа, однажды отчаявшись в своем спасении, уже не чувствует потом, как она стремится в пропасть.

Не будем отчаиваться в своем спасении. Хотя бы низверглись мы в самую бездну порока, можно опять подняться, сделаться лучше и вовсе оставить порок.

Не от множества грехов происходит отчаяние, но от нечестивого настроения души.

Если ты приходишь в отчаяние, то диавол, как достигший цели, остается возле тебя, а Бог, как оскорбленный хулою, оставляет тебя и тем увеличивает твое бедствие».

Преп. Иоанн Лествичник:

Мужественная душа воскрешает и умерший ум, уныние же и леность расточают все богатство.

Преп. Иоанн Кассин Римлянин объясняет, «чем уныние побеждает монаха», и очевидно, что многие из его слов в полной мере можно отнести и к мирянам, если они ищут спасения от уныния не в подвиге, а в мирских развлечениях:

«Итак, несчастная душа, опутанная такими хитростями врагов, ослабленная духом уныния, как сильным тираном, впадает в сон или, выгнанная из затворничества кельи своей, начинает искать в этой напасти утешение в посещении брата. А этим средством, от которого в настоящее время душа как будто получает облегчение, немного позже еще больше будет ослаблена. Ибо чаще и более жестоко враг будет искушать того, о ком знает, что тот, вступив в борьбу, тотчас обратится в бегство, и в ком предвидит, что он ожидает спасение себе не от победы, не от борьбы, а от бегства. Оставляя свою келью, он мало-помалу станет забывать дело своего звания, которое есть не иное что, как созерцание той божественной и превосходящей все чистоты, которая никак не может быть приобретена, как только постоянным пребыванием в келье и размышлением в безмолвии. Таким образом, воин Христов, сделавшись изменником и беглецом от своей военной службы, связывает себя житейскими делами и становится неугодным военачальнику (2 Тим. 2, 4).

Уныние ослепляет ум, делает неспособным к созерцанию добродетелей
Блаженный Давид хорошо выразил вред этой болезни: "Душа моя истаевает от скорби" (Пс. 118, 28) - не тело, а душа истаевает. Ибо воистину душа истаевает, слабеет для добродетелей и духовных чувств, когда уязвлена стрелой уныния.

Как зловредны бывают действия уныния
Ибо кого начнет оно одолевать с какой-либо стороны, того заставит пребывать в келье ленивым, беспечным, без всякого успеха духовного, или, выгнав оттуда, сделает потом непостоянным во всем, праздношатающимся, нерадивым ко всякому делу, заставит его постоянно обходить кельи братьев и монастыри и ни о чем другом не заботиться, как только где и под каким предлогом можно бы найти случай пообедать. Ибо ум празднолюбца не умеет ни о чем другом думать, как только о пище и чреве, до тех пор, пока не сведет дружбу с каким-нибудь человеком или женщиной, расслабленными одинаковой холодностью, и озаботится делами их и нуждами. И таким образом мало-помалу так запутывается во вредных занятиях, как в змеиных извилинах, что лотом уже никогда не в состоянии будет развязаться для достижения совершенства прежнего обета монашеского.

От уныния рождаются праздность, сонливость, безвременность, беспокойство, бродяжничество, непостоянство ума и тела, разговорчивость и любопытство».

Такой упадок духа преп. Иоанн Кассиан приписывает особому действию падшего духа, который “всю душу охватывает и ум потопляет” (монах Евагрий).

Авва Дорофей пишет о том, как уныние и порождаемые им леность и нерадение препятствуют спасению:

«Почему же диавол называется не только врагом, но и противником? Врагом называется потому, что он человеконенавистник, ненавистник добра и клеветник; противником же называется потому, что он старается препятствовать всякому доброму делу. Хочет ли кто помолиться: он противится и препятствует ему злыми воспоминаниями, пленением ума и унынием. …Хочет ли кто бодрствовать: он препятствует леностью и нерадением, и так-то он сопротивляется нам во всяком деле, когда хотим сделать доброе. Поэтому он и называется не только врагом, но и противником».

Преподобный Иоанн Лествичник:

Узнал я, что бес уныния предшествует бесу блуда и уготовляет ему путь, чтобы, совсем расслабив и погрузив в сон тело, дать возможность бесу блуда производить, как наяву, осквернения.

Преп. Серафим Саровский:

«Иное – скука, и иное – томление духа, называемое унынием. Бывает иногда человек в таком состоянии духа, что, кажется ему, легче бы ему было уничтожиться или быть без всякого чувства и сознания, нежели долее оставаться в этом безотчетно-мучительном состоянии. Надобно спешить выйти из него. Блюдись от духа уныния, ибо от него рождается всякое зло».

4. Причины уныния


По учению святых отцов, уныние бывает от различных причин: от тщеславия, гордости, самолюбия, от невозможности действовать по живущей в сердце страсти и совершить желаемый грех, от наслаждения, отлучающего нас от Бога, от многословия, суеты, опущения молитвенного правила, от того, что душа лишена страха Божия, от бесчувствия, от забвения будущего наказания и блаженства праведников, и наоборот - от большого понуждения и чрезмерных трудов, от непосильного рвения, и от зависти бесов.

О причинах уныния пишут святые отцы:

Преподобный Исаак Сирин:

Уныние рождается от парения ума, а парение ума - от праздности, суетных чтений и бесед или от пресыщения чрева.

Преп. Макарий Оптинский пишет, что причина уныния – гордость, тщеславие, высокое мнение о себе и другие страсти и грехи:

«Причиною упадка духа и страха, конечно, суть наши грехи.

Ты так была ослеплена мнимою своею святостью и целомудрием, что не могла видеть своих немощей: оттого теперь страдаешь от тоски и прочих неустройств.

уныние бывает оттого, что не презрели мы еще тщетной славы и дорожим мнением человеческим, или хоть не дорожим, а не отвергли еще его.

Мир же, по св. Исааку, составляют страсти, и особенно три главные: славолюбие, сластолюбие и сребролюбие. Если против сих не вооружаемся, то неминуемо впадаем в гнев, печаль, уныние, памятозлобие, зависть, ненависть и подобное.

Замечаешь, что у тебя бывает уныние от большой суеты и от упущения правила, а также от большого понуждения и трудов. Прибавлю к этому: бывает уныние и от тщеславия, когда что не по-нашему делается или другие толкуют о нас не так, как бы нам хотелось. Еще бывает уныние от рвения непосильного. Мера во всем хороша».

Преподобный Иоанн Лествичник:

«Уныние происходит иногда от наслаждения, а иногда оттого, что в человеке нет страха Божия.

Многоглаголание есть седалище, на котором тщеславие любит являться и торжественно себя выставлять. Многоглаголание есть признак неразумия, дверь злословия, руководитель к смехотворству, слуга лжи, истребление сердечного умиления, призывание уныния, предтеча сна, расточение внимания, истребление сердечного хранения, охлаждение святой теплоты, помрачение молитвы.

Уныние часто бывает одной из отраслей, одним из первых исчадий многословия».

«Матерь блуда есть объядение, уныния же матерь – тщеславие, печаль же и гнев рождаются от трех главнейших страстей; а матерь гордости – тщеславие».

«Итак, скажи нам, о ты, нерадивый и расслабленный, кто есть зло, родившее тебя? и кто убийца твой? Он отвечает: «… Родительницы у меня многие: иногда бесчувствие души, иногда забвение небесных благ, а иногда и чрезмерность трудов. Исчадия мои, со мною пребывающие: перемены местопребываний, пренебрежение повелений отца духовного, непамятование о последнем суде, а иногда и оставление монашеского обета».

5. Борьба с унынием


Исходя из того, что стало причиной уныния, нужно и выбирать оружия борьбы с этой страстью. Святые отцы предупреждают, что нельзя уступать пожеланиям уныния, отказываясь от доброделания, но обязательно надо противостать ему.

Так как уныние борет расслаблением всех сил, то святые отцы наставляют непременно принуждать себя вести духовную жизнь, принуждать себя ко всякому доброму делу, и прежде всего - к молитве. Все усилия нужно употребить, — советуют святые отцы, — чтобы не дойти до отчаяния и не оставить молитву. Борьбе с унынием помогает перемена занятий – надо то молиться, то трудиться над каким-нибудь рукоделием, то читать духовную книгу, то размышлять о спасении своей души и о вечной жизни. «Память о смерти, память о суде Христовом и память о вечной муке и вечном блаженстве отгоняет уныние», - пишет св. Тихон Задонский.  В "Добротолюбии" сказано, что уныние побеждается молитвой, воздержанием от празднословия и развлечения, упражнением в слове Божием, рукоделием, терпением в искушениях, размышлением о духовных, небесных благах.

Если уныние борет по причине непосильных трудов, то надо ослабить их, умерить и духовное и в телесное делание.

Очень важно понуждать себя посильно трудиться, и прежде всего – для пользы других. Древние подвижники замечали, что бесы уныния не могут даже приблизиться к тому, кто никогда не сидит праздным.

Исповедь и Св. Причащение очень важны для искушаемого унынием, они изобильно подают ему благодатную помощь Божию в его борьбе.

Противостать унынию удобнее всего смирением, кротостью, терпением и надеждой, с благодарностью Богу за Его промышление о нас. Надо напоминать себе, что Бог всё устраивает нам на благо, и даже скорби и искушения, если мы их переносим с терпением, способствуют нашему спасению.

Преп. Иоанн Лествичник пишет об оружиях борьбы с унынием:

«Итак, скажи нам, о ты, нерадивый и расслабленный …кто убийца твой? Он отвечает: «…А противники мои, которые связывают меня ныне, суть псалмопение с рукоделием. Враг мой есть помышление о смерти, умерщвляет же меня молитва с твердою надеждою сподобиться вечных благ…»

а) Нельзя уступать пожеланиям уныния и убегать от него, оставляя свой подвиг


Преп. Иоанн Кассиан Римлянин насталяет, что надо не уступать духу уныния, отвлекаясь от благих дел, но противостоять ему:

«Слова аввы Моисея, сказанные мне, чтобы прогнать уныние

Когда я, начав жить в пустыне, сказал авве Моисею (О нем упоминается в Соб. 7, гл. 26. Ему приписывается Соб. 1 и 2) [Ливийскому], высшему из всех старцев тамошних, что вчера я был тяжко ослаблен болезнью уныния и не мог освободиться от него иначе, как побывав у аввы Павла. Он сказал: нет, ты не освободил себя от него, но еще больше предался и поработился ему. Ибо после уныние сильнее будет нападать на тебя, как на труса и беглеца, увидев, что ты, побежденный в сражении, тотчас убежал, если ты, вступив в борьбу с ним, не захочешь сразу отражать нападения его не оставлением кельи, не погружением в сон, а научишься побеждать терпением и противоборством. Поэтому опытом доказано, что нападение уныния надо не бегством отклонять, но противоборством побеждать.

б) Требуется терпение, понуждение себя на всё благое


Преп. Макарий Оптинский учит с твёрдостью и терпением противостоять духу уныния:

…искушает враг различными помыслами и наводит уныние и скуку; а вы будьте тверды и во время смутное прибегайте ко Господу и к Пречистой Матери Божией, просите Их помощи и заступления; открывайте скорбь вашу матери игумении, и Господь поможет вам; после скорбей пошлет и утешения.

...Предлагаю совет против уныния: терпение, псалмопение и молитва.

Преподобный авва Исаия:

Бесы наводят на душу уныние в предположении, не истощится ли ее терпение в продолжительном ожидании милости Божией, не покинет ли она самого жительства по Богу, признав его невыносимо трудным. Но если будут в нас любовь, терпение и воздержание, демоны не преуспеют ни в каком своем намерении...

Преподобный Ефрем Сирин:

Предающийся унынию далек от терпения, как больной от здорового.

Св. Тихон Задонский:

"Из письма твоего я вижу, что на тебя напало уныние. Люта эта страсть, с которой христианам, хотящим спастись, надо много бороться. …Советую тебе следующее: убеждай себя и принуждай к молитве и ко всякому доброму делу, хотя и не хочется. Как ленивую лошадь люди гонят плетью, чтобы она шла или бежала, так нам нужно принуждать себя ко всякому делу, а особенно к молитве. Видя такой труд и старание, Господь подаст охоту и усердие. Вызывает желание молитвы и как бы влечет к ней и ко всякому доброму делу и привычка. Приучайся и привыкать, и сама привычка повлечет тебя к молитве и всякому добру. Усердию помогает и перемена занятий, то есть когда то и другое делаешь попеременно. Делай и ты так: то молись, то руками что-нибудь делай, то книгу почитай, то рассуждай о душе твоей и о вечном спасении и о прочем, то есть молись, читай книгу, занимайся рукоделием, и опять молись, и опять другое делай. И когда нападет сильное уныние, выйди из комнаты и, прогуливаясь, рассуждай о Христе и прочем, и, рассуждая, вознеси ум к Богу и молись. Ты прогонишь уныние.
Память о смерти, приходящая нечаянно, память о суде Христовом и память о вечной муке и вечном блаженстве отгоняет уныние. Рассуждай о них. Молись и взывай ко Господу, чтобы Сам Он подал тебе усердие и охоту; без Него мы ни к какому делу не пригодны. Когда будешь так поступать, верь мне, что мало-помалу приобретешь охоту и усердие. Бог от нас требует труда и подвига и трудящимся обещал помогать. Трудись же, да поможет тебе Господь. Помогает Он трудящимся, а не лежащим и дремлющим".

Священник Павел Гумеров:

"И не следует думать, что на душе всегда будет покой и радость от молитвы, бывают периоды спада, лености, охлаждения и маловерия. Охлаждение в духовной жизни, ее кризис – это один из признаков уныния. Но тут нужно применить волю и самопонуждение. В любом деле мы только тогда достигнем результата, когда будем постоянно принуждать себя к нему, поднимать себя за волосы, как известный барон Мюнхаузен, и тянуть из болота лености, расслабления, тоски и уныния.

Ни в одном занятии никто ничего не добьется, если не будет принуждать себя к регулярному деланию. Это и есть воспитание воли. Не хочется идти в храм, не хочется вставать утром и вечером на молитву – заставь себя делать это. Лень, тяжело вставать по утрам каждый день и идти на работу или делать повседневные дела – вспомним, что есть прекрасное слово «надо». Не «хочу – не хочу», а просто «надо». И так, с этих мелочей, будем воспитывать в себе силу воли.

Добрые дела тоже творятся не просто, на них тоже нужно понуждать себя. Ведь в Евангелии нигде не обещается, что будет легко, а наоборот: «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилия восхищают его» (Мф. 11, 12). Мы говорим: Богослужение, церковная служба. Но ведь служба, по определению, не какое-то легкое, приятное занятие; это работа, труд, иногда тяжелый. И наградой за него бывают моменты духовного подъема, радостной молитвы. Но большим дерзновением будет ожидать, что эти дары будут сопровождать нас постоянно. …это не значит, что нужно ждать для молитвы каких-то особых условий, ведь их можно никогда и не дождаться. В церкви нужно искать не комфорта и душевных переживаний, а встречи с Богом.

…Так что ко всему нужно себя понуждать, начиная, может быть, с малых шагов, тогда уныние не сможет утянуть нас в свою трясину, и так постепенно мы будем отвоевывать островок за островком. И, конечно, в этом деле требуется не порыв, а постоянство.

Есть такое выражение: «Чем больше спишь, тем больше хочется». Чем больше находишься в неге и расслаблении, тем больше привыкаешь к этому состоянию. Не нужно забывать, что уныние – одна из восьми страстей, а значит, берет в плен, порабощает человека, делает его зависимым. Не нужно думать, что привычка лениться, расслабляться, скучать когда-нибудь надоест и пройдет сама собой. С ней надо вести борьбу, дисциплинируя свою волю и душу, подвигая себя на всякое доброе дело.

Духовная жизнь не может держаться только на порыве, пламенном горении. Спасение души – очень кропотливый труд, требующий постоянства. За подъемом может начаться спад. Вот тут-то и начеку бес уныния.

Если посетило уныние и духовное расслабление, нужно, в первую очередь, принуждать себя вести духовную жизнь, не оставлять молитвы, участвовать в таинствах церковных. Далее: читать духовную литературу, Священное Писание; одухотворять свое бытие, преодолевать приземленность и видеть руку Божию в нашей жизни. И третье: понуждать себя трудиться, и прежде всего – для пользы других. Древние подвижники замечали, что бесы уныния не могут даже приблизиться к тому, кто никогда не сидит праздным".

в) Молитва, духовное чтение отгоняют уныние


Святые отцы наставляют, что человек, имея повреждённую грехом природу, сам, без помощи Божией не может справиться с лукавыми помыслами. Поэтому одно из важнейших орудий в мысленной брани – обращение к Богу с покаянием и прошением милости и помощи.

Святитель Игнатий (Брянчанинов):

Отражение греховных помыслов и ощущений совершается при посредстве молитвы; оно есть делание, соединенное с молитвой, неразлучное от молитвы, постоянно нуждающееся в содействии и действии молитвы.

Поучение вообще, в особенности Иисусова молитва, служит превосходным оружием против греховных помыслов.

Св. Игнатий (Брянчанинов) наставляет бороться против помыслов уныния, тоски, отчаяния, печали молитвой к Богу, не вступая в беседу с помыслами:

«Для верного успеха в невидимой брани с князьями воздушными, с духами злобы, темными миродержителями нужно взяться за оружия, подаемые верою, подаемые буйством проповеди Христовой. «Буее Божие премудрее человек есть: и немощное Божие крепчае человек есть» (1 Кор. 1, 25). Вот оружия, которые святое буйство проповеди Христовой вручает рабу Христову для борьбы с сынами Енановыми — мрачными помыслами и ощущениями печали, являющимися душе в образе страшных исполинов, готовых стереть ее, поглотить ее:

1-е — слова «Слава Богу за все».

2-е — слова «Господи! Предаюсь Твоей святой воле! Буди со мной воля Твоя».

3-е — слова «Господи! Благодарю тебя за все, что Тебе благоугодно послать на меня».

4-е — слова «Достойное по делам моим приемлю; помяни мя, Господи, во Царствии Твоем».

Эти краткие слова, заимствованные, как видите, из Писания, употреблялись преподобными иноками с превосходным успехом против помыслов печали.

Отцы нисколько не входили в рассуждение с являвшимися помыслами; но, только что представал пред ними иноплеменник, они хватались за оружие чудное и им — прямо в лицо, в челюсти иноплеменника! Оттого они были так сильны, попрали всех врагов своих, соделались наперсниками веры, а чрез посредство веры — наперсниками благодати, мышцею благодати, совершили подвиги вышеестественные. При явлении печального помысла или тоски в сердце начинайте от всей души, от всей крепости вашей произносить одно из вышеозначенных предложений; произносите его тихо, не спешно, не горячась, со вниманием, во услышание одних вас — произносите до тех пор, доколе иноплеменник не удалится совершенно, доколе не известится сердце ваше в пришествии благодатной помощи Божией. Она является душе во вкушении утешительного, сладостного мира, мира о Господе, а не от какой другой причины. По времени иноплеменник опять начнет приближаться к вам, но вы опять за оружие… Не подивитесь странности, ничтожности, по-видимому, оружий Давида! Употребите их в дело — и увидите знамение! Эти оружия — палица, камень — наделают дела более, нежели все вкупе собранные, глубокомысленные суждения и изыскания богословов-теоретиков, сказателей букв — германских, испанских, английских, американских! Употребление этих оружий в дело постепенно переведет вас со стези разума на стезю веры, и этою стезею введет в необъятную, дивную страну духовного".

Преп. Макарий Оптинский:

Нападет на тебя тоска, читай Евангелие.

Помнишь слова: «прилепляяйся Господеви един есть дух с Господем» (1 Кор. 6, 17), – относятся к тому, чтобы быть осторожну против неуместной дремоты и зевания, еже бывает от уныния, по сказанному: «воздрема душа моя от уныния» (Пс. 118, 28)…

Преп. Амвросий Оптинский:

Скука унынию внука, а лени дочь. Чтобы отогнать ее прочь, в деле потрудись, в молитве не ленись, тогда и скука пройдет, и усердие придет. А если к сему терпения и смирения прибавишь, то от многих зол себя избавишь.

...Предлагаю совет против уныния: терпение, псалмопение и молитва.

Древний патерик:

Святой авва Антоний, пребывая некогда в пустыне, впал в уныние и в большое омрачение помыслов и говорил Богу: Господи! Я хочу спастись, а помыслы не позволяют мне. Что мне делать в скорби моей? Как спасусь? И вскоре встав, Антоний вышел вон, и вот видит кого-то похожего на себя, который сидел и работал, потом встал из-за работы и молился; после опять сел и вил веревку; далее опять стал на молитву. Это был ангел Господень, посланный для наставления и подкрепления Антония. И ангел сказал Антонию: и ты делай так - и спасешься! Услышав сие, Антоний возымел великую радость и дерзновение - и поступая так, спасался.

Преп. Иоанн Лествичник:

«Плачущий о себе не знает уныния.

Свяжем теперь и сего мучителя памятию о наших согрешениях, станем бить его рукоделием, повлечем его размышлением о будущих благах…»

Преп. Иоанн Лествичник учит об унынии, что его «враг …есть помышление о смерти, умерщвляет же [его] молитва с твердою надеждою сподобиться вечных благ».

Преп. Макарий Оптинский

Читай книги отеческие и считай себя последнейшею, и скука твоя пройдет…

Преп. Амвросий Оптинский:

всего более необходима и полезна молитва, т. е. призывание милости и помощи Божией во всякое время, кольми паче в болезни, когда страждущий утесняем бывает или болезнью телесной, или безотрадным томлением душевным, и вообще печальным и унылым настроением духа, что ясно подтверждает и святой апостол Иаков, говоря: «злостраждет ли кто в вас, да молитву деет» (то есть призывая милость и помощь Божию): «благодушествует ли, да поет» (т. е. да упражняется в псалмопении)... (Иак. 5, 13). Советую тебе в настоящее время читать эти письма [святого Златоуста к диакониссе Олимпиаде] со вниманием и перечитывать: в них ты увидишь, как полезно терпеть болезни и всякие скорби с благодарением и покорностию воле Божией, хотя дело это и очень небеструдное. Но что делать? Надобно же направляться к душеполезному исходу из затруднительного положения, а не просто действовать так, как представляются нам вещи. Кроме нездоровья телесного, надобно поискать еще и причин душевных к уяснению печального и мрачного расположения духа.

Преп. Тихон Задонский:

Советую тебе следующее: убеждай себя и принуждай к молитве и ко всякому доброму делу, хотя и не хочется. Как ленивую лошадь люди гонят плетью, чтобы она шла или бежала, так нам нужно принуждать себя ко всякому делу, а особенно к молитве. … Молись и взывай ко Господу, чтобы Сам Он подал тебе усердие и охоту; без Него мы ни к какому делу не пригодны.

Надо часто Богу молиться, просить у Него помощи, трудиться и ни малейшего времени не пропускать без какого-нибудь дела - так скука и пройдет.

Преп. Нил Сорский:

Крепко тогда подобает себя понуждать, чтобы не впасть в отчаяние, и о молитве не нерадеть, сколько по силе, и, если может, пасть на лицо в молитве, — это весьма полезно. Да пусть молится так, как говорит Варсонофий Великий: «Господи, воззри на скорбь мою и помилуй меня! Боже, помоги мне грешному!» И как святой Симеон Новый Богослов повелевает [молиться]: «Не попусти на меня, Владыка, выше силы моей искушение, или скорбь, или болезнь, но дай облегчение и крепость, чтобы смог я претерпеть с благодарением». Иногда же, очи на небо возведя и руки простерев в высоту, пусть молится, как повелел против этой страсти молиться блаженный Григорий Синаит, ибо эти две страсти назвал он жестокими — имею в виду блуд и уныние. И так подвизаясь, и чтению сколь возможно прилежи, и к рукоделию понуждай себя, ибо они помощники великие во время нужды той. Бывает же, когда и к этому прибегнуть не позволяет [страсть та], тогда — тягота великая, и крепость многая потребна, и изо всей силы [должно] устремляться в молитву.

Преподобный Ефрем Сирин:

Истреблению уныния служат молитва и непрестанное размышление о Боге; размышление же охраняется воздержанием, а воздержание - телесным трудом.

г) Надо возгревать в себе веру, надежду, размышление о благом Промысле Божием, о грядущих вечных благах


Древний патерик:

Некто спросил старца: почему я ослабеваю духом, когда нахожусь в келии? Потому, - отвечал старец, - что ты не видел ни ожидаемого успокоения, ни будущего наказания. Если бы ты ближе увидел их, то хотя бы келья твоя наполнилась червями и ты погряз в них до самой шеи своей, ты терпел бы, не ослабевая духом.

Один старец пребывал в пустыне, имея расстояние от воды на две мили. Однажды, пошедши почерпнуть воды, впал он в уныние и сказал: какая польза в труде сем? Пойду, поселюсь ближе к воде. Сказав это, он обратился назад - и видит кого-то, идущего за ним и считающего шаги его. Старец спросил его: кто ты? Я ангел Господень, - отвечал тот, - я послан исчислить шаги твои и воздать тебе награду. Услышав это, старец воодушевился и ободрился, и отнес келью свою еще далее - на пять миль от воды.

Преп. Иоанн Лествичник:

Свяжем теперь и сего мучителя памятию о наших согрешениях, станем бить его рукоделием, повлечем его размышлением о будущих благах…

Преп. Макарий Оптинский указывает на веру и надежду, на памятование о будущих благах, на доверие благому Промыслу Божию как на верное лекарство от уныния:

Недоумение и смущение, беспокоящие вас, касаются вас и детей ваших не только во временной жизни, но простираются и до вечности. Вы же, хотя избавиться неудобств в жизни, прибегаете к средствам материальным и просите Бога о ниспослании вам оных; не получая же скоро, доходите до уныния и отчаяния. Я предлагаю вам то, что и вам самим известно: судьбы Божии неисповедимы! «судеб Твоих бездна многа» (Пс. 35, 7), и «судьбы Твои, Господи, по всей земли» (Пс. 104, 7). И апостол Павел восклицает: «о глубина богатства и премудрости и разума Божия! кто испыта ум Господень, или кто советник Ему бысть?» (Рим. 11, 33, 34). Из сего можно заключить, что Промысл Божий есть над всеми нами, и даже птица не падет без Его воли и влас главы нашея не погибнет (Лк. 21, 18). И ваше настоящее положение не состоит ли в воле Божией? Веруйте твердо, что Бог промышляет о вас; не давайте места сомнению…

…не предавайтесь унынию и тоске; не о настоящем токмо помышляйте, но паче и о будущем. Наше ли дело испытывать судьбы Божии? Он един весть: чесо ради сие сотворил, преселив отселе вашу супругу; может быть, исполнилось время, довлеющее к ее вечному спасению, «да не злоба изменит разум ее, или лесть прельстит душу ее» (Прем. 4, 11), по словам одного любомудрого мужа.

Из письма твоего вижу, что ты унываешь и скорбишь, и более поражает твое сердце смерть [сына]. Это очень для меня прискорбно, тем более, что ты хороший христианин, верующий в Бога и в всепремудрый Его Промысл; но тут вера твоя изнемогает, и оттого ты подвергаешься унынию и томлению. Как же нам не веровать Его благости, когда мы, на всяком шагу, видим всепремудрый и отеческий Его Промысл? Кто ж лучше возлюбил твоего сына, ты или Он? Мы твердо веруем, в чем и ты не сомневаешься, что Он принял его в вечное блаженство; а если бы он был жив, каким бы мог подвергнуться искушениям и соблазнам и грехопадениям, также и несчастиям, и мог ли ты избавить его от всего этого? А паче не имел бы силы и разума приготовить его к Царству Небесному.

О томности духа опять ты крамолишься и пугаешься; не работаешь ли врагу, а не несешь крест? — да знаем ли мы бездну судеб Божиих; чего ради Он попускает тебе быть искушаемой томлением духа? И все-таки тебе не хочется сознать, что за грехи несешь крест, а думать, что Иисуса ради; а ведь это дело гордости, а гордость есть грех.

Каково было время для Спасителя нашего, когда в саду воскликнул: «прискорбна есть душа Моя до смерти» (Мф. 26, 38). За грехи всего мира Он нес сию тягость, и кто может изобразить или представить себе оную? а наша что значит? и за наши же грехи ко очищению их; а враг еще больше отягощает оную сомнением. Оставь это и предай себя воле Божией; не ищи: как, когда и чрез кого искушения находят: на все это есть воля Божия, как и для чего? Может быть, Господь предохраняет тебя от тяжких и жестоких искушений сею тяжестью, а Он силен даровать тебе и утешение. Ты думаешь, почему же другие в твои годы не испытываются таким искушением? да это не твое дело; да и можем ли мы знать, кто какое имеет искушение? есть такие, кои несравненно больше искушаются: иной плотскою страстью, иной борется с бедностью, другой томится яростною частью, — а легка ли каждая из них? предоставим это воле Божией, Он знает, что кому нужно!

Преп. Серафим Саровский даёт пример того, как может прогонять уныние память о Боге, о Его благом и спасительном Промысле.

“Болезни бывают у нас от греха”, — говорил преп. Серафим Саровский, но тут же добавлял о пользе болезни: “от них ослабевают страсти, и человек приходит в себя”, а всем известно, что бывают такие трудные, связанные с непреодолимым упрямством состояния души, что “прийти в себя” — это большое благо для человека. Дальше Серафим Саровский говорил о еще большем утешении: “кто переносит болезнь с терпением и благодарением, тому вменяется она вместо подвига, или даже более”.

Преп. Нил Сорский:

Ведь это есть хитрость вражьей злобы — уныние нам влагать, да отступит душа от упования на Бога. Ибо никогда не попускает Бог, чтобы душу, уповающую на Него, одолели напасти, потому что знает Он все немощи наши. Если людям не безызвестно, какое бремя можно понести мулу, какое ослу и какое верблюду, и посильное каждому нагружают, так же и горшечнику известно, сколько времени сосуды держать в огне, чтобы, дольше пробыв, не растрескались и, также, прежде достаточного обжига вынутые, негодными не оказались, — если такой разум у человека, то не гораздо ли лучше, и без меры лучше, знает разум Божий, сколько каждой душе подобает навести искушений, да искусна будет и пригодна к Небесному Царствию и не только будущей славы, но и здесь утешения от Благого Духа сподобится. Зная это, терпеть подобает доблестно, безмолвствуя в келий своей.

Св. Игнатий (Брянчанинов):

Не обращай внимания на помыслы ложного смирения, которые по увлечении и падении твоем внушают тебе, что ты невозвратно прогневал Бога твоего, что Бог отвратил лице Свое от тебя, оставил, забыл тебя. Познай источник этих помыслов по плодам их. Их плоды: уныние, ослабление в духовном подвиге, а часто и оставление его навсегда или на продолжительное время.

«Для благодушного и мужественного перенесения скорбей должно иметь веру, т.е. веровать, что всякая скорбь приходит к нам не без попущения Божия. Если влас главы нашей не падает без воли Отца Небесного, тем более без воли Его не может случиться с нами что-либо важнейшее, нежели падение с головы волоса».

«Где бы я ни был, в уединении ли, или в обществе человеческом, свет и утешение изливаются в мою душу от креста Христова. Грех, обладающий всем существом моим, не престает говорить мне: "Сниди со креста". Увы! схожу с него, думая обрести правду вне креста, - и впадаю в душевное бедствие: волны смущения поглощают меня. Я, сошедши с креста, обретаюсь без Христа. Как помочь бедствию? Молюсь Христу, чтоб возвел меня опять на крест. Молясь, и сам стараюсь распяться, как наученный самым опытом, что не распятый - не Христов. На крест возводит вера; низводит с него лжеименный разум, исполненный неверия. Как сам поступаю, так советую поступать и братиям моим!..»

Преп. Варсануфий и Иоанн пишут о том, что спасение невозможно без искушений, и они посылаются нам по Промыслу Божию, пекущемуся о нас, и не допускающему нам искушения выше силы:

Брат! ты не обучен ещё браням со врагом, потому и приходят тебе помыслы боязни, уныния и блуда. Противостань им твердым сердцем, ибо борцы, если не подвизаются, не бывают увенчаны, и воины, если не покажут царю своего искусства в бранях, не удостаиваются почестей. Вспомни, каков был Давид. Не поёшь ли ты: «искуси мя, Господи, и испытай мя, разжжи утробы моя и сердце мое» (Пс. 25, 2). И ещё: «аще ополчится на мя полк, не убоится сердце мое: аще востанет на мя брань, на Него аз уповаю» (Пс. 26, 3). Также о боязни: «аще бо и пойду посреде сени смертныя, не убоюся зла, яко Ты со мною еси» (Пс. 22, 4). Об унынии же: «аще дух владеющаго взыдет на тя, места твоего не остави» (Еккл. 10, 4). Разве ты не хочешь быть искусным? Но муж, не испытанный искушениями, не искусен. Брани делают человека искусным. Делание инока состоит в том, чтобы терпеть брани и противиться им с мужеством сердца. Но как ты не знаешь хитростей врага, то он и приносит тебе помыслы боязни и расслабляет твоё сердце. Ты должен знать, что Бог не попустит на тебя брани и искушения выше силы твоей; тому научает тебя и Апостол, говоря: «верен же Бог, иже не оставит вас искуситися паче, еже можете» (1 Кор. 10, 13).

Преп. Макарий Оптинский:

Ты ищешь теплой молитвы, но этого нельзя одобрить. Если случилось тебе с теплотою сердца помолиться, то ты уже и думаешь в этом составить свое спасение, а от сего можно дойти до обольщения: потому-то Господь и не допущает на оном опираться, а попущает быть смутительным мыслям и одолеваемой быть сном. Чистота молитвы, теплота оной, слезы и прочее — все это есть дарование Божие; но оное даруется смиренным, ибо они уже не могут вознестися умом, а токмо видят свою худость и, подобно мытарю, вопиют к Богу о помиловании. А дать дарование предоставь смотрению Божию: Он знает, кому и когда оное даровать. Св. Исаак... пишет... "дарование без искушения, погибель приемшим то есть"... Смиренная молитва угодна пред Богом, а та, которой мы сами даем цену, также и усердие свое оценяем и чрез сие возносимся умом, не угодна Богу. Предоставим Богу дать молитвам нашим цену, а мы должны считать все наше за ничто, но не оставлять молитвы, хотя бы оная казалась для нас и холодною; мы не знаем Промысла Божия, почему Он отьемлет от нас чувство теплоты, а попускает сухость, уныние, леность и прочее; все это к нашему предуспеянию.

мы должны быть уверены, крест наш делан непременно из того древа, которое росло на почве нашего сердца; и ежели оставить нас в безскорбной жизни, то мы впадем в гордость и в разные страсти, а сим совершенно от Бога отдалимся. Ты надеялась в обители вести жизнь смиренную и просто святую и лететь на небо теплейшею молитвою; а теперь, видя в себе холодность, приходишь в уныние, от чего надобно больше бы смиряться, и даже сей духовный крест нести с благодарением. Заметь за собою, когда помолишься с теплотою, тогда не избежишь о себе мнения, и чем далее, тем более можешь приходить в гордость; а при отнятии сего дара и пришедшей холодности невольно должна смириться и иметь себя хуже всех. Ты себя считаешь хуже всех, а это Богу приятнее, мнимых тобою, твоих теплых молитв. Не предавайся унынию, но смиряйся; когда смиришься, тогда и молитва согреется. Читай духовные книги и, видя свое убожество и недостоинство, паче смиряйся. Откровение <помыслов> тебе оттого трудно, что нет смирения; уничтожь себя в мысли, и можешь свободно обнажать свои язвы, и они будут получать исцеление. Искус всему тебя научит.

Пишете, что скука и грусть вам без отрады. Это испытание вашей веры и любви к Богу - они противными искушаются; а между тем, это же самое приносит вам и смирение, но не отчаивайтесь в милости Божией: крест и тяжесть сия, может быть, восполнят скудость деланий ваших...

Говоришь, что тебя давит какая-то тоска, П. кажется тебе пустынею и ни в чем нет отрады. Мрачность и тоска происходит, может быть, попущением Божиим к искусу твоего произволения и любви к Богу; любовь Божия не тогда только является в нас, когда мы упоеваемся духовными наслаждениями, но паче тогда, когда, при отъятии оных, не малодушествуем, видя в себе мрак и тьму. Любовь Божия противными искушается.

Св. Иоанн Златоуст:

Кто питается благими надеждами, того ничто не может повергнуть в уныние.

Никогда не будем унывать в скорбях и, увлекаясь своими помыслами, не будем предаваться отчаянию. Но, имея большое терпение, будем питаться надеждой, зная благое Промышление о нас Господа.

Диавол для того и ввергает нас в помыслы отчаяния, чтобы истребить надежду на Бога, этот безопасный якорь, эту опору нашей жизни, этого руководителя на пути к Небу, это спасение погибающих душ.

Преп. Нил Сорский:

Ибо как в тот злолютый час не думает человек, что [сможет он] вытерпеть в подвиге жительства благого, но все благое мерзостным показывает ему враг, так, опять же, по изменении того все благоугодным представляется ему и все бывшее скорбным — словно бы того и не было; и усердным становится он ко благому, и удивляется изменению к лучшему. И никак не хочет отступить от пути добродетельного, уразумевая, что Бог по милости Своей устраивает ему это на пользу — наводит ему таковое для научения по любви, — и воспламеняется он к любви Божией, зная достоверно, что «верен Господь» и никогда «не попустит на нас искушение выше силы нашей» (1 Кор. 10, 13). Враг же никак не может нам ничего сделать без попущения Божия, ибо он опечаливает душу не сколько хочет, но сколько попустится ему от Бога. И, уразумев то по опыту, упремудривается [человек] от происшедших изменений и терпит доблестно лютых этих [помыслов] нанесение, зная, что в том проявляется любовь инока к Богу, — если доблестно это терпит; оттого в преуспеяние он приходит. Ибо ничто так иноку венцов не доставляет, как уныние, если неослабно к божественному деланию понуждает он себя, сказал Иоанн Лествичник.

д) Славословие и благодарение Бога привлекают к нам Божию благодать


Зная о том, что Промысл Божий не оставляет нас, но печётся о нашем спасении всегда и всюду, а любые скорбные обстоятельства попускаются Богом для нашего спасения, надо поэтому учиться за всё благодарить Бога, и за всё хорошее, даже самое малое, и за самые скорби. Славословие Бога в скорби привлекает к страждущему Божию благодать, Его всесильное утешение.

Преп. Макарий Оптинский:

Хочу сказать тебе о твоей томности или душевном мраке... всякому свой крест; и редкий не имеет его в настоящее время, а все когда-нибудь будет посещен; я знаю многих из ваших, имеющих сей крест, только иначе оный выражающих, например: тоска, уныние, безотчетная скорбь, а все одно и то же. Ежели не ошибаюсь, кажется, и N. проходила и проходит сию тризну, но иначе выражает. Я и сам довольно имел оной ощущение, и теперь бывает по временам и проходит. О всем благодарите Бога и вменяйте себя достойными быть скорби, а не утешения; тем можете облегчать грусть друг у друга и состраданием одна другой.

Всегда должно помнить, что «вечер водворится плач и заутра радость» (Пс. 29, 6); и бывши во обилии, не думать, что не подвижуся во век: это испытал на себе великий пророк св. Давид, и нам не должно предаваться унынию в посещении духовным крестом, посланным для нашей же пользы. И ты, бывши во искушении, получила от оного избытие и отраду, — благодари Бога.

Случающаяся с вами тоска, полагаю, есть духовный крест, который надобно принимать со смирением, благодарением и терпением; оным очищаются наши неисправности, грехи и немощи, и приходим даже в познание и тех, кои мы ни за что считали, а они-то и причиною бывают такой тягости. Терпя с благодарением, вы получите облегчение оной тоски; а когда стужаете и малодушествуете, то более отягощаете себе оный крест.

Старец Паисий Святогорец рассказывал:

«Один учитель имел семерых или восьмерых детей. И вот, когда ему было около пятидесяти, у одного ребенка что-то случилось с глазом. Его обследовали, нашли опухоль и глаз удалили. Над бедняжкой смеялись все дети в школе. Как было утешить этого несчастного? Я подумал, что могу ему помочь. Ребенку было двенадцать лет, и он уже кое-что понимал. Несчастный не знал, что такое утешение. Я сказал учителю, что души, которые борются с несчастьем с помощью славословия Бога, будут в будущем вместе с Пафнутием Исповедником, которому вырвали глаз за его веру во Христа. Бедный учитель это понял и прыгал от радости. Это было неложное утешение. Это была действительность. Он увидел, что несправедливости не было, ибо Бог не совершает несправедливости. Я верю, что в День Суда Бог воздаст тому ребенку».

Св. Игнатий (Брянчанинов), как мы уже видели, пишет о непобедимой силе славословия Бога и смиренной молитвы:

«Для верного успеха в невидимой брани с князьями воздушными, с духами злобы, темными миродержителями нужно взяться за оружия, подаемые верою, подаемые буйством проповеди Христовой. «Буее Божие премудрее человек есть: и немощное Божие крепчае человек есть» (1 Кор. 1, 25). Вот оружия, которые святое буйство проповеди Христовой вручает рабу Христову для борьбы с сынами Енановыми — мрачными помыслами и ощущениями печали, являющимися душе в образе страшных исполинов, готовых стереть ее, поглотить ее:

1-е — слова «Слава Богу за все».

2-е — слова «Господи! Предаюсь Твоей святой воле! Буди со мной воля Твоя».

3-е — слова «Господи! Благодарю тебя за все, что Тебе благоугодно послать на меня».

4-е — слова «Достойное по делам моим приемлю; помяни мя, Господи, во Царствии Твоем».

Эти краткие слова, заимствованные, как видите, из Писания, употреблялись преподобными иноками с превосходным успехом против помыслов печали.

Отцы нисколько не входили в рассуждение с являвшимися помыслами; но, только что представал пред ними иноплеменник, они хватались за оружие чудное и им — прямо в лицо, в челюсти иноплеменника! Оттого они были так сильны, попрали всех врагов своих, соделались наперсниками веры, а чрез посредство веры — наперсниками благодати, мышцею благодати, совершили подвиги вышеестественные. При явлении печального помысла или тоски в сердце начинайте от всей души, от всей крепости вашей произносить одно из вышеозначенных предложений; произносите его тихо, не спешно, не горячась, со вниманием, во услышание одних вас — произносите до тех пор, доколе иноплеменник не удалится совершенно, доколе не известится сердце ваше в пришествии благодатной помощи Божией. Она является душе во вкушении утешительного, сладостного мира, мира о Господе, а не от какой другой причины. По времени иноплеменник опять начнет приближаться к вам, но вы опять за оружие… Не подивитесь странности, ничтожности, по-видимому, оружий Давида! Употребите их в дело — и увидите знамение! Эти оружия — палица, камень — наделают дела более, нежели все вкупе собранные, глубокомысленные суждения и изыскания богословов-теоретиков, сказателей букв — германских, испанских, английских, американских! Употребление этих оружий в дело постепенно переведет вас со стези разума на стезю веры, и этою стезею введет в необъятную, дивную страну духовного". 

"Сколько здесь потерпишь с благодарением, столько в будущей жизни насладишься утешением духовным. Посылаемые Господом земные скорби суть залог вечного спасения, почему их должно переносить с терпением, а терпение тогда изливается в душу человека, когда человек за свои скорби благодарит и славословит Создателя.

Уединясь, произносите неспешно, вслух самому себе, заключая ум в слова (так советует святой Иоанн Лествичник), следующее: «Слава Тебе, Боже мой, за посланную скорбь; достойное по делам моим приемлю; помяни мя во Царствии Твоем». …Сказав молитву однажды, несколько отдохните. Потом опять скажите и опять отдохните. Продолжайте так молиться минут пять или десять, доколе не ощутите Вашу душу успокоенною и утешенною. Вы увидите: после трех сказанных таким образом молитв начнете чувствовать, что успокоение входит в Вашу душу и уничтожает терзавшее ее смущение и недоумение. Причина этому ясна: благодать и сила Божия заключается в славословии Бога, а не в красноречии и многословии. Славословие же и благодарение суть делания, преподанные нам Самим Богом, — отнюдь не вымысел человеческий. Апостол заповедует это делание от лица Божия (1 Сол. 5, 18). …

За скорби должно благодарить и славословить Бога, моля Его, чтоб даровал покорность Ему и терпение. Очень хорошо сказал святой Исаак Сирский, увещевая покоряться Богу: «Ты не умнее Бога». Просто и верно. Жизнь христианина на земле есть цепь страданий. Должно бороться с телом своим, со страстями, с духами злобы. В этой борьбе — наша надежда. Наше спасение есть Бог наш. Возложившись на Бога, должно переносить с терпением время борьбы. Искушения как бы топчут человека, претворяя зерно в муку. Они попускаются нам по Промыслу Божию, к великой душевной пользе нашей: от них получаем сердце сокрушенно и смиренно, которое Бог не уничижит».

"...рождается в скорбях благодушие, когда мы предаемся воле Божией и просим, чтоб она всегда над нами совершалась. Также в скорбях утешает благодарение, когда благодарим за все случающееся с нами. Напротив того, ропот, жалобы, расположение плотское, т.е. по стихиям мира, только умножают скорбь и соделывают ее нестерпимою. Святой Исаак сказал, что "тот больной, который при операции сопротивляется оператору, умножает только свое мучение", почему покоримся Богу не одним словом, но и мыслию, и сердцем, и делами".

«Святые отцы советуют благодарить Бога за те скорби, которые нам посылаются, и исповедывать в молитве нашей, что мы достойны наказания за грехи наши. Таким образом принимаемая скорбь послужит нам непременно в очищение грехов наших и залогом к получению вечного блаженства».


е) Страх Божий, память смерти побеждают уныние


Изречения безымянных старцев:

Сказал старец: человек, имеющий постоянно смерть перед очами, побеждает уныние.

Преп. Иоанн Лествичник учит об унынии, что его «враг …есть помышление о смерти».

Преп. Варсануфий и Иоанн:

Вопрос 78, того же к тому же старцу. Прошу вразумить меня, отчего происходит слабость тела и изнеможение сердца и почему не могу я постоянно сохранять один устав в пище?

Ответ. Удивляюсь я, брат, и изумляюсь, как мирские люди, ища приобретений или идя на войну, не обращают внимания ни на диких зверей, ни на нападения разбойников, ни на опасности моря, ни на саму смерть и не ослабевают душою, лишь бы приобрести желаемое богатство, хотя и не знают верно, получат ли его. Мы же, окаянные и ленивые, получившие власть наступать на змей и на скорпионов и на всю силу вражию и слышавшие сие: «это Я; не бойтесь» (Ин. 6, 20), зная несомненно, что мы не своею силою боремся, но силою укрепляющего и вооружающего нас Бога, изнемогаем и унываем. Отчего так? Оттого, что не пригвоздилась плоть наша страху Божию (см. Пс. 118, 120)…

Преподобный Ефрем Сирин:

Память о смерти и наказаниях есть меч против беса уныния.

Авва Евпрений:

Зная, что Бог верен и всемогущ, веруй в Него - и будешь причастником Его благ. Если же ты унываешь и пребываешь в бездействии, то и не веруешь.

Св. Тихон Задонский:

Память о смерти, приходящая нечаянно, память о суде Христовом и память о вечной муке и вечном блаженстве отгоняет уныние. Рассуждай о них.

ж) Смирение – сильнейшее лекарство против уныния


Преп. Исаак Сирин пишет о том, что сильнейшее лекарство от страсти уныния - смирение:

«Когда угодно Богу подвергнуть человека большим скорбям, попускает впасть ему в руки малодушия. И оно порождает в человеке одолевающую его силу уныния, в котором ощущает он подавленность души, и это есть вкушение геенны; этим наводится на человека дух исступления, из которого источаются тысячи искушений: смущение, раздражение, хула, жалоба на судьбу, превратные помыслы, переселение из одной страны в другую и тому подобное. Если спросишь: «Что причиной всего этого?», – то скажу: твое нерадение, ибо сам ты не позаботился взыскать врачества от этого. Врачество же от всего этого одно, при помощи только онаго человек находит скорое утешение в душе своей. Какое же это врачевство? Смиренномудрие сердца. Без него никто не возможет разорить оплот сих зол: скорее же найдет, что превозмогли над ним бедствия».

О том же говорит и преп. Макарий Оптинский:

«Мы думаем найти спокойствие в удалении от себя всего того, что нас оскорбляет; но, напротив, оно находится в удалении нашем от мира и страстей: славолюбия, сластолюбия и сребролюбия, от которых и прочие страсти рождаются и борют нас. Но мы должны им противляться и терпеть скорбь. А как мы нимало им не противимся, а всегда более действуем по страсти, и вместо того, чтобы смириться, еще более самолюбие и гордость умножаются; и в мнимых наших скорбях, вместо того, чтобы винить себя, обвиняем ближних; и, думая ратовать их, ратуем против себя; и как мы не несем добровольно никаких скорбей, а отражаем их, то Бог и посылает другого рода скорбь, — тоску и томление духа, чтобы смирились и искали от Него помощи. Прочти у св. Исаака Сирина 79 Слово; там увидишь, как попускает Господь таковые искушения: томительную скуку и уныние, и предлагает на оное врачевство — смиренномудрие сердца; и постарайся сим врачевством исцелить свои душевные язвы.

Прочти еще в 51 Слове св. Исаака Сирина и увидишь там, что которые и действительным скорбям предаются, то когда сознают себя виновными и укорят себя, то скоро освобождаются от скорбей; а когда ожесточатся и обвиняют других, то еще более умножаются и отягощаются их скорби. А у тебя и нет настоящих скорбей, но от самосмышления составляемые, и ты не только не укоряешь себя, но винишь других, и тем сама на себя еще более навлекаешь скорбь, уныние, тоску и душевную удаву».

«Ты пишешь еще, что не имеешь никакого душевного утешения, но всегда чувствуешь томность в духе и как бы душевную удаву. Сколько могу понять, — корень всему этому есть гордость; и ты не стараешься истреблять оную противными ей добродетелями: самоукорением и смирением. Ты читаешь святые книги, которые поучают нас добродетелям и самоукорению и смирению, но делаешь противное, и вместо того чтоб, видя, как ты далека от делания добродетелей, зазирать и укорять себя, чрез то стяжать смирение и получить помощь Божию: ты укоряешь все других и считаешь других виновными твоих скорбей. Также и в церкви стоя; выводишь целую историю о своем смущении и все себя не обвиняешь, да говоришь, что даже и не знаешь, какое бывает самоукорение.

...Пишешь ты, что бывает с тобою ужасная внутренняя досада, скука, — что даже от стеснения закричала бы, и сие бывает без всяких видимых причин. На сие скажу тебе: жизнь наша должна быть скорбная, а не отрадная... Когда мы не переносим внешних скорбей, то есть: уничижений, досад, укоризн, злоречий, пренебрежений и прочее, кои очищают и исцеляют наши душевные страсти, тогда посылает Бог нам внутренний духовный крест: мрак, томность, досаду, рвение и прочее... А в настоящее время тебе, при случающихся твоих душевных томностях и досадах, надобно укорять себя, смиряться и считать себя достойною сей тягости, припадать ко Господу, прося Его помилования, и, предаваясь воле Его, тем себя успокоивать, неся сей духовный крест...

Пишешь, что находит на тебя скука, и тогда ничто не помогает и читать не можешь. Ты вышла на духовную брань и, не бывши еще на сражении, ищешь награды — душевного спокойствия; оно даруется тем, кои претерпели многие раны на брани, пали и паки восстали, обвязав свои раны, и бодро стоят на сражении».

«Читай книги отеческие и считай себя последнейшею, и скука твоя пройдет…»

«...Мрачность-то духа, хотя и ко искусу посылается иногда, однако все надобно испытать: не за гордость ли посылается? и надобно смириться.

Еще ты пишешь, что была очень скорбна от томности духа, т. е. духовного креста, и тут же вижу, что ты без ропота принимаешь сию тяжесть, считая себя того достойною, и просишь о даровании тебе терпения в таких случаях. Этому я порадовался, что ты начала приходить в разум истинный. Слава Богу!

Во время сухости и томности также не должно падать в ров уныния и отчаяния; не искать в себе того, чего мы недостойны — великих дарований Божиих; а упокоиваться на смирении, считая себя недостойным оных.

Ты пишешь, что когда бывает тягость, то это не от себя зависит: как не от себя? кто же причиною? наши страсти, внутрь нас лежащие и не побежденные, гордость, самолюбие, тщеславие и прочие; они-то на нас восстают, а мы, увлекался ими, праведно наказуемей от Бога, для истребления страстей наших. Помни слово св. Апостола: "Бог несть искуситель злым; кийждо же искушается от своея похоти влеком и прельщаем" (Иак. 1, 13, 14). Так не говори же, что не от себя; а вини во всем себя, да стяжешь смирение и успокоишься. Когда бы мы были смиренны, то всегда бы были и спокойны, а то нет сего; а еще находимся в высокоумии, того ради и другие страсти восстают на нас сильнее».

Преп. Амвросий Оптинский:

Скука унынию внука, а лени дочь. Чтобы отогнать ее прочь, в деле потрудись, в молитве не ленись, тогда и скука пройдет, и усердие придет. А если к сему терпения и смирения прибавишь, то от многих зол себя избавишь.

з) Постоянный труд, рукоделие, неотступное посильное духовное делание

отгоняют уныние

Древний патерик повествует о наставлениях святых отцов:

Авва Матой говорил: я лучше желаю себе дела легкого и продолжительного, нежели трудного в начале, но скоро оканчивающегося.

Сказывал авва Пимен: авва Исидор, пресвитер скитский, говорил однажды к собранию так: братия! Не для труда ли мы пришли в это место? А ныне здесь нет уже труда. Потому, взяв милоть свою, пойду я туда, где есть труд, и там найду покой.

Преп. Тихон Задонский:

Советую тебе следующее: убеждай себя и принуждай к молитве и ко всякому доброму делу, хотя и не хочется. Как ленивую лошадь люди гонят плетью, чтобы она шла или бежала, так нам нужно принуждать себя ко всякому делу, а особенно к молитве. …Молись и взывай ко Господу, чтобы Сам Он подал тебе усердие и охоту; без Него мы ни к какому делу не пригодны.

Надо часто Богу молиться, просить у Него помощи, трудиться и ни малейшего времени не пропускать без какого-нибудь дела - так скука и пройдет.

Преподобный Ефрем Сирин

Истреблению уныния служат молитва и непрестанное размышление о Боге; размышление же охраняется воздержанием, а воздержание - телесным трудом.

Преп. Иоанн Лествичник:

Свяжем теперь и сего мучителя памятию о наших согрешениях, станем бить его рукоделием…

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин насталяет, что необходимо постоянное занятие, труд, рукоделие в борьбе с унынием:

«Об авве Павле, который каждый год дело рук своих в огне сжигал

Наконец, авва Павел, опытнейший между отцами, когда, пребывая в обширной пустыне, называемой Порфирион, будучи обеспечен плодами пальм и маленьким садиком, имел достаточный материал для пищи и жизни, да и не мог заниматься для своего содержания каким-нибудь другим делом, потому что жилище его в той пустыне отстояло от городов и обитаемой земли на семь дней пути или еще дальше и больше требовалось платы за провоз, нежели можно было бы получить за готовую работу. Однако он, собрав листья пальм, постоянно требовал от самого себя ежедневного урока работы, как будто этим он должен содержаться. Когда работою целого года пещера его наполнялась, то сделанное с заботливым старанием он, разложив огонь, ежегодно сжигал. Этим он показывал, что без дела рук невозможно монаху оставаться на одном месте, а тем более достигнуть когда-нибудь верха совершенства. Так что, хотя необходимость пропитания вовсе и не требовала этого, он работал для одного лишь очищения сердца, собранности помыслов и постоянного пребывания в келье, или для преодоления самого уныния».

Преп. Макарий Оптинский

Только мир имейте, а постройка келейная вам будет на пользу, некоторая рассеянность и занятие будет вас развлекать и от уныния свобождать.

Преп. Варсануфий и Иоанн учат о том, что для борьбы с унынием необходим постоянный духовный труд:

Вопрос 470. Отчего случается со мною, что когда говорю с кем-либо о деле, то говорю со смущением, и хотя многократно раскаиваюсь в сем, но снова и против желания моего впадаю в то же самое, а также отчего тяготит меня уныние?

Ответ. Сие случается оттого, что сердце наше не пребывает в делании, посему и впадает в уныние и во многие другие виды зла.

В Древнем патерике приводится поучительная повесть о том, как надо преодолевать уныние пусть в невеликом, но в постоянном, упорном труде:

Один брат, впадши в искушение, от скорби оставил монашеское правило. Он желал положить новое начало, но скорбь препятствовала ему, и он говорил сам в себе: когда я могу увидеть себя таким, каким я был прежде? В упадке духа он не мог начать монашеского дела. Пошел он к одному старцу и открыл ему свою нужду. Старец, слышав о последствиях его скорби, рассказал ему следующую притчу: один человек имел поле, которое от беспечности его запустело и заросло негодной травой и тернием. После возымел он намерение возделать поле и говорит своему сыну: пойди, очисти поле. Сын, пришедши очищать поле и увидев на нем множество травы и терния, пришел в уныние, говоря сам в себе: могу ли я когда истребить все это и очистить поле? Падши на землю, он начал спать, и так делал много дней. После сего приходит к нему отец посмотреть, что сделал он, и нашел его ничего не делающим. Он сказал ему: почему доселе ничего не сделал? Юноша отвечал отцу своему: как только я пришел трудиться и увидел множество травы и терния, то объят был скорбью, и пал на землю, и спал. Тогда сказал ему отец: сын мой! Возделывай каждый день столько, сколько занимала твоя постель, и таким образом подвигай свое дело вперед и не унывай. Выслушав это, сын так и поступал и в недолгое время очистил поле. Так и ты, брат, трудись понемногу и не унывай - и Бог Своей благодатью восстановит тебя в прежнее состояние. Ушедши от него, брат пребывал в терпении и поступал так, как научил его старец. И таким образом, получив успокоение, преуспевал при помощи Христа.

Преп. Нил Сорский:

«…при нашествии помыслов рукоделие с молитвой или служение какое-либо весьма полезны, сказали отцы; особенно же пригодны во время скорби и помыслов уныния».

и) Рассуждение необходимо в борьбе с унынием


Преп. Варсануфий и Иоанн учат нас рассуждению в борьбе с духом уныния, наставляя, что оружие борьбы зависит от причины страсти:

Вопрос 559. Откуда происходит уныние? И что надобно делать, когда оно происходит?

Ответ. Есть уныние естественное — от бессилия, и есть уныние от беса. Если хочешь распознать их, распознавай так: бесовское приходит прежде того времени, в которое должно дать себе отдохновение, ибо, когда человек начнет что-нибудь делать, оно, прежде нежели совершится треть или четверть дéла, нудит его оставить дело и встать. Тогда не надобно слушать его, но должно сотворить молитву и сидеть за делом с терпением, и враг, видя, что человек о сем творит молитву, перестает бороть его, ибо он не хочет давать повода к молитве. Естественное же уныние бывает тогда, когда человек трудится выше силы своей и понуждается еще более прибавить себе труда; и так образуется естественное уныние от бессилия телесного; при сем должно испытать силу свою и упокоить тело, по страху Божию.

Хорошо подвизаться, чтобы не удалиться от места своего во время брáни. Но кто видит, что он побеждается, будучи отягощаем трудом, пусть уступит и, облегчившись собственно от тяжести, да подвизается на самое уныние, призывая имя Божие, и получит помощь от Бога. Удаляться же ради уныния, тогда как нет тяжести, от места зависящей, лишь более отягощает, усиливает брань и наносит вред душе твоей.

Вопрос 561. Когда от уныния найдет дремание и воспрепятствует предлежащему делу, должно ли вставать или продолжать дело сидя?

Ответ. Должно встать и не переставать молиться Богу, и Господь упразднит дремание молитвою.

к) Участие в таинствах Церкви подаёт благодатную помощь борющемуся

Святитель Николай Сербский в "письме женщине, которую гнетет тяжелое уныние" показывает, что и мелкие, как бы незначительные, незамеченные и не исповеданные грехи могут погубить человека:

"Пишешь, что тебя гнетет какая-то непреодолимая и необъяснимая печаль. Тело твое здорово, дом – полная чаша, а на сердце пустота. Именно сердце твое полно тяжелого уныния. Вынуждена ты посещать балы и места увеселений, но это только увеличивает печаль.

Берегись крепко: это опасная болезнь души! Она может вовсе умертвить душу. Такую печаль Церковь считает смертным грехом, ибо, по словам апостола, есть два рода печали – печаль ради Бога, которая производит покаяние ко спасению, и печаль мирская, производящая смерть [См.: 2 Кор. 7, 8–10]. Очевидно, ты страдаешь от второго рода печали.

Печаль ради Бога охватывает человека, когда он вспоминает о грехах своих, кается и вопиет к Богу. Или когда кто-то печалится о грехах ближних, видя, как отпадают они от веры. Такую печаль Господь обращает в радость, подобно той, которую описывает апостол Павел, говоря о всех рабах Христовых: “нас огорчают, а мы всегда радуемся” [2 Кор. 6, 10]. Они радуются, потому что чувствуют силу и близость Божию. И приемлют утешение от Господа. Так сказал и псалмопевец: “Помянух Бога и возвеселихся” [Пс. 76, 4].

Печаль святых подобна облакам, сквозь которые сияет солнце утешения. А твоя печаль подобна солнечному затмению. Должно быть, есть за тобой много мелких грехов и проступков, которые ты считала незначительными и не исповедовалась и не каялась в них. Словно паутина, опутали они твое сердце и свили гнездо для той тяжкой печали, которую демонская сила злорадно удерживает в тебе. Поэтому пересмотри всю свою жизнь, подвергни себя беспощадному суду и исповедуйся во всем. Исповедью ты проветришь и очистишь дом своей души, и войдет в него свежий и здоровый воздух от Духа Божия. А затем смело принимайся за добрые дела. Скажем, начни творить милостыню ради Христа. Христос увидит и почувствует ее и скоро подаст тебе радость. Подаст ту несказанную радость, которую только Он дает и которую никакая печаль, никакая мука, никакая демонская сила не могут помрачить. Читай Псалтирь. Эта книга для скорбящих душ, книга утешения.

Да пошлет тебе Господь радость".

Священник Павел Гумеров:

Человек, впавший в уныние и охладевший духовно, часто редко исповедуется и причащается, ему сложно подготовиться и приступить к этим святым таинствам. А без участия в таинствах, без благодати Божией он тем более все дальше и дальше будет удаляться от Бога, и охлаждение будет только расти. Если нас борет уныние, первое, что нужно сделать, – это подготовившись, подробно исповедаться и причаститься. И стараться делать это почаще, сохраняя в себе этот духовный дар.

л) Беседа с единомышленником может облегчить брань уныния


Преп. Нил Сорский:

«Бывает же, когда требуется и человек, опытнейший в жительстве и приносящий пользу в беседе, как говорит Василий Великий. Ибо часто, сказал он, уныние, бывшее в душе, может рассеяться от благовременного и безгрешного посещения таковых и беседы с ними в меру, потому что это, укрепив [душу] и малый отдых ей доставив, дает [возможность] усерднее приступить к подвигам благочестия. Однако претерпевать тогда безвыходно в безмолвии лучше, говорят отцы, сами из опыта уразумев [то]».

6. Охлаждение


Одно из свойств уныния – охлаждение.

Охлаждение начинается, как говорит святитель Феофан Затворник, забвением:

«Забываются благодеяния Божии, и Сам Бог, и свое в Нем спасение, опасность быть без Бога, и память смертная отходит – словом, закрывается вся духовная область».

«Поостерегитесь и поспешите страх Божий восстановить и душу разогреть, – советует святитель. – Оно [охлаждение] бывает невольно… но бывает и от произвольных дел… от внешних развлечений, беспорядочных разговоров, сытости, излишнего сна… и многого другого». 

Преп. Ваосонофий Оптинский говорит о признаках охлаждения души к Богу:

"Много назидательного дает нам и наблюдение окружающей природы. Все знают растение подсолнечник. Свою желтую голову он всегда обращает к солнцу, тянется к нему, откуда и получил свое название. Но случается, что подсолнечник перестает поворачиваться к солнцу, тогда опытные в этом деле говорят, что он начал портиться, в нем завелся червь, надо его срезать. Душа, алчущая оправдания Божия, подобно подсолнечнику стремится, тянется к Богу — Источнику света. Если же перестает искать Его, следовательно, такая душа гибнет. Необходимо в этой жизни ощутить Христа; кто не узрел Его здесь, тот не увидит Его и там, в Будущей Жизни. Но как увидеть Христа? Путь к этому возможен — непрестанная молитва Иисусова, которая одна способна вселить Христа в наши души.

У преподобного Иоанна Лествичника спросили, есть ли верные признаки, по которым можно узнать, приближается ли душа к Богу или отдаляется от Него. Ведь относительно обыденных предметов есть определенные признаки — хороши они или нет. Когда, например, начинают гнить капуста, мясо, рыба, то легко заметить это, ибо испорченные продукты издают дурной запах, изменяют цвет и вкус, и внешний вид их свидетельствует о порче.

Ну а душа? Ведь она бестелесна и не может издавать дурного запаха или менять свой вид. На этот вопрос святой отец ответил, что верный признак омертвения души есть уклонение от церковных служб. Человек, который охладевает к Богу, прежде всего начинает избегать ходить в церковь. Сначала старается прийти к службе попозже, а затем и вовсе перестает посещать храм Божий. Оттого-то для иноков и обязательно посещение службы".

Священник Павел Гумеров советует:

Так как охлаждение, порожденное унынием и леностью, часто сопряжено с забвением благодеяний Божиих и утратой интереса к духовной жизни, необходимо научиться видеть во всех повседневных событиях присутствие Бога и благодарить Его за те дары, которые Он нам посылает.

7. Надо вооружаться против духа неблагодарности и отчаяния, чтобы не впасть в грех хулы


Из-за уныния может возникнуть дух неблагодарности, отчаяния, и тут уже надо опасаться, чтобы не впасть в грех хулы на Святого Духа.

Преп. Нил Сорский:

«Когда бывает эта страшная брань, тогда подобает крепко вооружаться против духа неблагодарности, бояться же и хулы, ибо всем этим борет в то время враг; и исполняется тогда человек сомнения и страха, и внушает ему дьявол, что невозможно ему быть помилованным Богом и получить прощение грехов, избавиться от вечной муки и спастись. И неких иных злых помыслов нашествие бывает, которых невозможно и писанию предать, и прочтет ли он [что-либо] или займется каким служением, — не оставляют его. Крепко тогда подобает себя понуждать, чтобы не впасть в отчаяние, и о молитве не нерадеть, сколько по силе…

Против же духа неблагодарности и хулы подобает говорить так «Отойди от меня, сатана; Господу Богу моему поклонюсь и Ему единому послужу» (Мф. 4, 10) — и все болезненное и скорбное с благодарностью принимаю, как посланное от Него для исцеления моих согрешений, по написанному: «Гнев Господень я буду нести, потому что согрешил перед Ним» (Мих. 7, 9). Неблагодарность же и хула к тебе, на голову твою, да возвратятся, и тебе запишет это Господь. Отступи от меня. Бог, создавший меня по образу Своему и по подобию, да упразднит тебя». Если же и после этого еще досаждает [дух тот], переведи мысль на какой-нибудь иной Божественный или человеческий предмет. Да держится же душа, хотящая угодить Богу, прежде всего терпения и упования, как пишет святой Макарий. Ведь это есть хитрость вражьей злобы — уныние нам влагать, да отступит душа от упования на Бога».

Преподобный Ефрем Сирин:

Пусть никто не говорит: "Много я нагрешил, нет мне прощения". Кто говорит так, забывает о Том, Кто пришел на землю ради страдающих и сказал: "...бывает радость у Ангелов Божиих и об одном грешнике кающемся" (Лк. 15, 10), и еще: "Я пришел призвать не праведников, а грешников к покаянию" (Лк. 5, 32).

Святитель Иоанн Златоуст:

«Диавол для того и ввергает нас в помыслы отчаяния, чтобы истребить надежду на Бога, этот безопасный якорь, эту опору нашей жизни, этого руководителя на пути к Небу, это спасение погибающих душ.

Лукавый предпринимает все, чтобы внушить нам помысел отчаяния. Ему уже не нужны будут усилия и труды для нашего поражения, когда сами падшие и лежащие не захотят противиться ему. Кто мог избежать этих уз, тот и силу свою хранит, и до последнего воздыхания не перестает сражаться с ним, и хотя бы испытал множество падений, опять восстает и сокрушает врага. Кто же связан помыслами отчаяния и этим обессилил себя, тот не в состоянии победить врага.

Отчаяние гибельно не только потому, что затворяет для нас врата Небесного Града и приводит к великой беспечности и нерадению... но и потому, что ввергает в сатанинское безумие...

Душа, однажды отчаявшись в своем спасении, уже не чувствует потом, как она стремится в пропасть.

Не будем отчаиваться в своем спасении. Хотя бы низверглись мы в самую бездну порока, можно опять подняться, сделаться лучше и вовсе оставить порок.

Не так губит грех, как отчаяние.

Если ты приходишь в отчаяние, то диавол, как достигший цели, остается возле тебя, а Бог, как оскорбленный хулою, оставляет тебя и тем увеличивает твое бедствие».

Преподобный Нил Синайский:

Согрешить - дело человеческое, отчаяться же - сатанинское и губительное; и сам диавол отчаянием низвергнут в погибель, ибо не захотел покаяться.

Преподобный Иоанн Лествичник:

Нет ничего равного милости Божией, нет ничего больше ее. Поэтому отчаявшийся сам себя губит.

Святитель Тихон Задонский:

«Помыслы смутные и влекущие в отчаяние приходят от диавола, который хочет нас ввергнуть в полное отчаяние, погубить, поскольку отчаяние - тонкий грех. Кто отчаивается в своем спасении, тот думает, что Бог - немилостивый и неистинный, а это есть страшная хула на Бога. К этому тяжкому греху сатана хочет нас привести через помыслы смущения и отчаяния. И этому его лютому искушению мы должны противиться, и утверждаться в надежде на милосердие Божие, и от Него ожидать нашего спасения.

Иуда-предатель, придя в отчаяние, "удавился" (Мф. 27, 5). Познал он силу греха, но не познал величия милосердия Божия. Так многие делают и ныне и следуют Иуде. Познают множество грехов своих, но не познают множества щедрот Божиих и так отчаиваются в своем спасении. Христианин! тяжкий и последний диавольский удар - отчаяние. Он прежде греха представляет Бога милостивым, а после греха - правосудным. Такова его хитрость.

Отчаяние - тяжкий грех, и грех против милосердия Божия. Бог человеколюбивый "хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины" (1 Тим. 2, 4). Чего же отчаиваться? Бог призывает всех к покаянию и кающимся обещает и хочет явить милость (Мф. 4, 17). А когда грешник от грехов обратится, и в грехах кается, и сожалеет о них, и от других грехов бережется,- этого Бог хочет, и это Ему угодно, и на такого грешника Бог милостиво призирает, и все грехи ему отпускает, и прежних не поминает уже.

Когда нам приходит такой помысел: как нам сравниться с апостолами, пророками, мучениками и прочими великими святыми, которые просияли столькими добродетелями? ответим этому помыслу так: мы желаем быть с разбойником, который при самом конце жизни произнес один возглас покаяния: "Помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!", и услышал от Христа, распятого на Кресте: "Истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю" (Лк. 23, 42-43). А когда с разбойником будем в раю, будем и с Самим Христом, поскольку разбойник этот в раю со Христом, а значит, и со всеми святыми. Ибо где Христос, там и все святые.

Итак, взирай и ты верою на распятого Христа и исцелишься от греховных язв и оживешь. Всем взирающим на Него верою подается исцеление и вечное спасение; тебе ли одному откажет в этом нелицеприятный и милосердный Бог? … Прочитай Евангелие: кому отказал в милости и человеколюбии Тот, Кто на то пришел, чтобы всем явить Свою милость? Кого от Себя прогнал, кого отринул Тот, Который пришел всех призвать к Себе? "Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас" (Мф. 11, 28). Блудницы, разбойники, мытари и прочие грешники приходили к Нему и получали милость, ибо Он "пришел призвать не праведников, но грешников к покаянию" (Мф. 9, 13)».

Святитель Феофан Затворник:

Отчаяние - обличитель находившихся в сердце неверия и самости: верующий в себя и уповающий на себя не восстанет из греха покаянием...

Святитель Игнатий (Брянчанинов):

Самый тяжкий грех - отчаяние. Этот грех уничижает Всесвятую Кровь Господа нашего Иисуса Христа, отвергает Его всемогущество, отвергает дарованное Им спасение - показывает, что в этой душе прежде господствовали самонадеянность и гордость, что вера и смирение были чужды ей.

Святитель Димитрий Ростовский:

Во время вольного страдания Господня двое отпали от Господа - Иуда и Петр: один продал, а другой троекратно отвергся. У обоих был равный грех, оба тяжко согрешили, но Петр спасся, а Иуда погиб. Почему же не оба спаслись и не оба погибли? Кто-либо скажет, что Петр спасся, покаявшись. Но святое Евангелие говорит, что и Иуда покаялся: "...раскаявшись, возвратил тридцать сребреников первосвященникам и старейшинам, говоря: согрешил я, предав кровь невинную" (Мф. 27, 3-4); однако его покаяние не принято, а Петрово принято; Петр спасся, а Иуда погиб. Почему же так? А потому, что Петр каялся с упованием и надеждой на милость Божию, Иуда же раскаялся с отчаянием. Ужасна эта пропасть! Без сомнения нужно ее наполнить надеждой на милость Божию.

8. Утешение борющемуся


Преп. Иоанн Лествичник пишет о пользе борьбы с искушением от духа уныния:

Во время уныния обнаруживаются подвижники; и ничто столько венцов не доставляет иноку, как уныние.

Св. Иоанн Златоуст утешал св. Олимпиаду, которая впала в уныние, пережив гонения на праведников:

«Итак, не падай духом.

Ведь одно только, Олимпиада, страшно, одно искушение, именно — только грех; и я не перестаю до сих пор напоминать тебе это слово; все же остальное — басня, укажешь ли ты на козни, или на ненависть, или на коварство, на ложные допросы, или бранные речи и обвинения, на лишение имущества, или изгнания, или заостренные мечи, или морскую бездну, или на войну всей вселенной. Каково бы все это ни было, оно и временно, и скоропреходяще, и имеет место в отношении к смертному телу, и нисколько не вредит трезвой душе.

...Если желаешь и теперь поразмыслить наряду с печальными событиями и о радостных, то увидишь много если не знамений и чудес, то во всяком случае похожего на знамения и неизреченное множество доказательств великого Промышления Божия и помощи. Но чтобы ты не все услышала от нас без всякого труда, эту часть я оставляю тебе, дабы ты тщательно собрала все (радостное) и сопоставила с печальным и, занявшись прекрасным делом, отклонила себя таким образом от уныния, потому что и отсюда ты получишь большое утешение».

Преп. Макарий Оптинский увещевает:

Скука и уныние, бываемые с вами, не что иное, как брань монашеская, ко искусу вам посылаемая. Святые и великие мужи были сими бранями искушаемы, но еще не в такой мере, а непомерно сильнее, и сим показывалась их к Богу любовь; то и вы в посещении вас оными не пренемогайте, но мужественно стойте, терпя, — и облак уныния разженется, и воссияет свет, тишина и спокойствие. А чтобы быть неизменно в спокойствии всегда, это невозможно, и совсем противный путь, который называет св. Макарий "частию волков". Прочтите... у Каллиста и Игнатия главы 43 и 85 и... у св. Кассиана о печали и унынии и примите от сих учений себе врачевство и поощрение, дабы не малодушествовать во брани, но мужаться и терпеть.

Святитель Тихон Задонский:

Если будешь поддаваться унынию и скуке, еще большее уныние на тебя восстанет и со стыдом изгонит тебя из монастыря. А если будешь против него стоять и побеждать его предписанным образом, то всегда за победой последуют радость, утешение и большая духовная крепость. И всегда у подвизающихся бывает попеременно то печаль, то радость. Как под небом бывает то мрачно, то бурно, то солнечно, так и в душе нашей бывает то печаль, то искушение, как буря, то утешение и радость, как ясная погода; и как после непогоды бывают приятны солнечные дни, так после искушения и печали бывает сладкое утешение.

9. Добродетель трезвения


Страсти уныния противостоит добродетель трезвения. Дела трезвения изгоняют эту страсть.

Св. Игнатий (Брянчанинов) перечисляет, в чём состоит трезвение:

«Усердие ко всякому доброму делу. Неленостное исправление церковного и келейного правила. Внимание при молитве. Тщательное наблюдение за всеми делами, словами и помышлениями своими. Крайняя недоверчивость к себе. Непрестанное пребывание в молитве и Слове Божием. Благоговение. Постоянное бодрствование над собою. Хранение себя от многого сна, изнеженности, празднословия, шуток и острых слов. Любление нощных бдений, поклонов и прочих подвигов, доставляющих бодрость душе. Редкое, по возможности, исхождение из кельи. Воспоминание о вечных благах, желание и ожидание их». 



См. тж.: Страсть. Трезвение. Духовная брань. Синергия. Искушение. Скорби. Хула на Духа Святого. Отчаяние

Свиток "Страсти и грехи и борьба с ними. Уныние"

Об унынии и лености. - Преп. Иоанн Лествичник. Лествица. Слово 13

Св. Иоанн Златоуст. Письма к Олимпиаде

Святитель Иоанн Златоуст. Три слова к Стагирию подвижнику

Преп. Нил Сорский. Предание старца Нила Пустынника своим ученикам; и всем полезно его иметь.  Шестой помысел – уныния

Преп. Макарий Оптинский об унынии

Преп. Амвросий Оптинский об унынии

Молитвенное правило преп. Амвросия Оптинского

Уныние. - Святитель Феофан Затворник. Руководство к духовной жизни

Преп. Варсануфий и Иоанн об унынии

Преп. Иоанн Кассиан Римлянин. О духе уныния

Священник Павел Гумеров. Восемь смертных грехов и борьба с ними

Святые отцы об унынии

Святые отцы об отчаянии

Древний патерик. Глава 7. Разные повести, поощряющие нас к терпению и мужеству

Преп. Исаак Сирин об унынии

Молитвы, читаемые от уныния

Уныние. - Игумен Никон (Воробьев). Как жить сегодня. Письма о духовной жизни

Слава Богу за всё! - Игумен Никон (Воробьев). Как жить сегодня. Письма о духовной жизни

Когда и в самом падении мы побеждаем врага

Старец Порфирий Кавсокаливит. Беседа об унынии




При использовании материалов сайта ссылка на источник обязательна







Яндекс.Метрика