Сайт создан по благословению настоятеля храма Преображения Господня на Песках протоиерея Александра Турикова

Система Orphus







Мудрость духовная

Святые отцы о помыслах



Преподобный авва Исаия:

Считай себя храмом Божиим и старайся не хранить в сердце мысленных идолов.

Каждый должен вести борьбу с помыслами, чтобы в его сердце воссиял Христос.

Святитель Василий Великий:

Надо не только бдительно наблюдать за помыслами, но, по возможности, удаляться от близкого общения с тем, что более всего приводит нам на память страсти, тревожит и смущает рассудок и производит в душе брани и борения. Ибо ту брань, которая невольно постигает нас, принимать на себя необходимо, но безрассудно воздвигать самим против себя произвольную брань.

Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин:

Оставляя не только дурные, но и все земные помыслы, мы должны устремлять ум к небесным предметам и, как слуги, быть там, где Господь наш.

Преподобный Ефрем Сирин:

Ты хочешь владеть своей душой? Отовсюду приведи себя в безопасность, чтобы не погрязнуть в сластолюбивых помыслах и не потерпеть крушения в пристани.

Как положившие только начало, будем ежедневно приводить в порядок свои помыслы, ибо таким образом более укрепимся в силах.

Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин:

Мы должны знать, что есть три начала наших помыслов: от Бога, от диавола и от нас. От Бога бывают, когда Он удостаивает нас посетить просвещением Святого Духа, возбуждая нас к высшему преуспеянию, и вразумляет нас спасительным сокрушением о том, что мы мало преуспели, или, пребывая в беспечности, были побеждены чем-либо, или когда открывает нам небесные тайны, обращает волю и намерение наши к лучшему... От диавола происходят помыслы, когда он старается низложить нас как услаждением пороками, так и тайными обольщениями, с тонкой хитростью ложно представляя зло под видом добра и преобразуясь перед нами в Ангела света... А от нас помыслы происходят, когда естество вспоминает то, что мы делаем, или сделали, или слышали... Эту троякую причину мы постоянно должны наблюдать, и все помыслы, возникающие в нашем сердце, зорко рассматривать, сначала исследуя происхождение их, причины и виновников, чтобы можно было знать, как мы должны относиться к ним, смотря по достоинству внушивших их, чтобы нам сделаться искусными...

Преподобный Ефрем Сирин:

Будем избегать недоброго помышления, потому что помышление судится наравне с поступком.

Как дева, обрученная мужу, если ее обольстит другой, делается оскверненной в очах мужа, так и душа, увлекаемая нечистыми помыслами и дающая на них согласие, осквернена перед Небесным Женихом своим - Христом.

Часто человек не может совершить грех по многим причинам, и страх перед людьми нередко предотвращает грех; помышления же совершаются безбоязненно и без труда. Так, например, нередко кто-нибудь из вас обращал невоздержный взор и увлекался своим помыслом, но тотчас проходил мимо. Такой уподобляется подстреленной серне, которая убегает от ловцов, но уносит в себе вонзенную стрелу. Ибо кто из вас побежден помыслом, тот уже нецеломудрен перед Богом. Если бы не страх людской и не стыд, человек вместе с душой своей часто растлевал бы и тело. Потому он не увенчается уже как целомудренный, но если не покается, непрестанно будет нести наказание.

Если нечистый помысел найдет себе вход в душу твою, он представляется ей сладостным и занимает ее собою, чтобы умертвить; и делается лукавый помысел как бы сетью в душе, если не будет изгнан молитвой, слезами, воздержанием и бдением.

Всех порочных помыслов восемь: первый помысел - чревоугодия, второй - блуда, третий - сребролюбия, четвертый - гнева, пятый - печали, шестой - уныния, седьмой - тщеславия, восьмой - гордости. Не в нашей воле, чтобы все эти помыслы тревожили или не тревожили нас, но чтобы они пребывали или не пребывали в нас, и возбуждали или не возбуждали страсти - это в нашей воле. Но одно дело - приражение, иное - сдружение, иное - страсть, иное - борьба, иное - соизволение, приближающее к делу и уподобляющее ему, иное - само дело, иное - пленение. Приражение есть простое напоминание, делаемое врагом, например: делай то или то; и это в нашей воле. Сдружение же есть принятие помысла, внушаемого врагом, и как бы занятие им, и соединенное с удовольствием собеседование с ним, происходящее по нашему произволению. Страсть есть привычка к помыслу, внушаемому врагом, и как бы постоянное помышление о нем и мечтание. Борьба есть противление помыслу, склоняющаяся к истреблению страсти в помысле или к соизволению на страстный помысел... Пленение есть принужденное, невольное увлечение сердца, которым обладает предубеждение и долговременная привычка. Соизволение есть изъявление в помысле согласия на страсть, а исполнение - само действие по согласию на страстный помысел. Потому, кто... своим противоречием и твердостью в самом начале отражает от себя помысел, тот сразу пресекает все остальное. Истребляется же чревоугодие - воздержанием, блуд - Божественной любовью и влечением к будущим благам, гнев - добросердечием и любовью ко всем, мирская печаль - духовной радостью, сребролюбие - состраданием к бедным; уныние - терпением, твердостью и благодарностью Богу, тщеславие - тайным деланием добродетелей и постоянной молитвой с сердечным сокрушением; гордость - тем, чтобы никого не осуждать и не уничижать, подобно фарисею, но почитать себя последним из всех. Таким образом, ум, освободившись от страстей и вознесшись к Богу, еще здесь начинает блаженную жизнь в бесстрастии и истинном ведении, предстоя свету Святой и Блаженной Троицы, просияв вместе с Ангелами на беспредельные веки.

Святитель Василий Великий:

Лукавые помыслы, начавшись в душе, остановившись в сердце, не ограничиваются ими,- они выходят из сердца и как бы вырастают из него, проникая плоть и являясь наружу.

Преподобный Макарий Египетский:

В человеке проносятся душевные и греховные помышления, и если греховному помышлению удастся утвердиться, оно задерживает душу и препятствует ей приблизиться к Богу и одержать победу над грехом.

Авва Исаия:

Познается дерево по плодам, и устроение ума - по помыслам, в которых он пребывает. По устроению ума познается состояние души.

Хульные помыслы отвергай, не обращая на них внимания, и они исчезнут; они расстраивают только того, кто боится их.

Не связывай себя делами мира, и помысел твой будет безмолвствовать в тебе.

Царство Божие есть истребление всякого греха. В сердце, в котором водворилось Царство Божие, хотя враги стараются насеять зло, принося греховные помыслы, но помыслы эти, не находя в человеке сочувствия, не приносят никакого плода.

Преподобный Исаак Сирин:

Понудь себя к непрестанному труду молитвы перед Богом в сердце, носящем помысел чистый, исполненный умиления, и Бог сохранит твой ум от нечистых и скверных помыслов.

Святитель Игнатий (Брянчанинов):

Находящегося (в искушении помыслом) можно уподобить человеку, имеющему огонь по левую сторону от себя и сосуд с водой по правую; когда он загорится огнем, то берет воду из сосуда и угашает огонь. (Огонь - семя врага, а вода - повержение себя перед Богом).

Преподобный Пимен Великий:

Если кто, набрав змей или скорпионов, вложит их в сосуд и залепит, то они скоро умрут, так и злые помышления, посеянные демонами, уничтожаются терпением.

Авва Стратигий:

Будь привратником сердца своего, чтобы не входили в него чуждые, постоянно спрашивая приходящие помыслы: наш ли ты, или от врагов наших?

Изречения безымянных старцев:

Боримый любодеянием подобен человеку, который идет мимо базара, ощущает запахи различных яств, вареных и жареных. Кто хочет, входит туда и ест, а кто не хочет, тот проходит мимо, мимоходом восприняв только запах. Так и ты отвергни от себя смрад скверных помыслов и, встав, помолись: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помоги мне и прогони борющих меня врагов». Так поступай и по отношению ко всем диавольским прилогам и мыслям. Мы не можем запретить греховным помыслам, чтобы они не приходили к нам, но можем противиться им.

Брат спросил старца: "Что мне делать? Многие помышления беспокоят меня, и я не знаю, как отразить их". Старец отвечал: "Не борись против всех помыслов, но против одного: потому что у каждого монаха все помышления имеют одну какую-либо главу. Необходимо рассмотреть, где эта глава, и бороться против нее; тогда будут подавлены и остальные, зависящие от нее помышления.

Святитель Димитрий Ростовский:

Со многими людьми бывает такое искушение от хульного духа, что, смущаемые хульными помыслами, они не знают, что им делать, и приходят в отчаяние, считая, что это их грех, и думая, что они сами виноваты в тех лютых и мерзких помыслах.

Хульный помысел есть искушение для человека богобоязненного и особенно смущает его, когда он творит молитву или делает что-либо доброе. Хульные помыслы не находят на человека, валяющегося в смертных грехах, нерадивого, не богобоязненного, ленивого и небрегущего о своем спасении. Они нападают на тех, кто живет добродетельно, в трудах покаяния и в любви Божией.

Этим хульным искушением диавол ведет человека к тому, чтобы устрашить его. Или, если он свободен от иных грехов, чтобы возмутить его совесть. Если он в покаянии, то чтобы прервать его покаяние. Если же от добродетели восходит к добродетели, то чтобы остановить и низвергнуть его. Но если диавол не успеет в этом, он стремится хотя бы оскорбить и смутить его. Однако умный пусть рассуждает.

 Пусть не думает, что эти мысли принадлежат ему и от него самого происходят, но что они приносятся диаволом, который есть их начало и изобретатель. Ибо как могут исходить от нашего сердца и воли те хулы, которые мы ненавидим, и скорее желали бы себе болезни, чем таких мыслей? В этом состоит истинное удостоверение, что не от нашего произволения рождаются хулы, потому что мы их не любим и не желаем.

Всякий угнетенный хульными помыслами пусть не вменяет их себе в грех, но считает их за особое искушение, ибо чем больше кто будет вменять в грех себе хульные помыслы, тем более утешит своего врага диавола, который потому уже будет торжествовать, что чью-либо совесть смутил будто грехом. Если бы кто сидел связанный посреди богохульствующих людей, слышал их речи против Бога, Таин Христовых, Пречистой Богородицы и всех святых и хотел бы убежать от них, чтобы не слышать этих речей, но не мог, потому что связан, и не мог бы даже заткнуть ушей,- скажи мне, был бы он грешен оттого, что нехотя слышит их хульные речи? Воистину не только не имел бы никакого греха, но и великой похвалы сподобился бы от Бога, потому что, будучи связан и не имея возможности убежать, он с тяжестью в душе слушал их богохульные слова. Подобное бывает и с теми, которых диавол угнетает хульными помыслами, когда они ни убежать от них не могут, ни избавиться от них, ни отрястись от нечистого духа, ко торый бесстыдно и беспрестанно наводит на них хульные помыслы хотя они не хотят их, не любят и даже ненавидят их. Ведь не только никакого греха не будут они иметь от этих мыслей, но и большую благодать заслуживают у Бога.

Нужно молить Господа Бога, чтобы Он удалил это искушение отогнал хульного духа. А если этого не случится, то терпеть кротко и с благодарностью, помня, что не от гнева, но от благодати Божией попущено было это искушение для того, чтобы мы оказались в нем терпеливыми и несмущенными. И апостол Павел терпел нечто подобное, когда говорил о пакостнике, данном ему, о котором он троекратно молился и не получал просимого, ибо услышал: "Довольно для тебя благодати Моей" (2 Кор. 12, 9). Некто из великих старцев часто говорил про себя: "Не соизволяю, не соизволяю". И когда что-либо делал: ходил ли, или сидел, или работал, или читал, или молился, то многократно повторял эти слова. Услышав это, ученик его спросил: "Скажи мне, авва, зачем ты часто говоришь это слово?". Отец ответил: "Когда какой-либо злой помысел приходит в мой ум, и я ощущаю его, тогда говорю ему, что не принимаю его, и тотчас злой помысел убегает и пропадает без вести".

Когда страдаешь от хульного духа, как только найдут на тебя хульные помыслы и нечистые, ты легко можешь избавиться от них и отогнать их от тебя этим словом: "Не принимаю". Не принимаю, диавол, твои хуления! Твои они, а не мои мерзости; я же не только не принимаю их, но и ненавижу. Поэтому пусть никто не смущается и не отчаивается, имея наваждения от помыслов хульных, зная, что они нам более на пользу, чем на соблазн, а самим бесам на посрамление.

Если придет хульная мысль на Бога, читай: "Верую во единаго Бога" - до конца. И если возможно, сотвори несколько метаний или поклонов.

Если придет хульная мысль на Пречистые Тайны Христовы, читай: "Верую, Господи, и исповедую, яко Ты еси воистинну Христос" - до конца, и сотвори поклоны.

Если придет хульная мысль на Пречистую Богородицу, то читай какую-либо молитву к Пречистой Богородице - или "Под Твое Благоутробие", или "Богородице Дево, радуйся", или какой-либо тропарь богородичный, с поклонами, говоря: "Пресвятая Богородице, спаси мя, грешнаго".

Если придет хульная мысль на какого-либо святого, читай: "Моли Бога о мне грешном, святой (имя рек), яко аз по Бозе , к тебе прибегаю, скорому помощнику и молитвеннику о душах наших". И сотвори поклоны, говоря: "Святый (имя рек), моли Бога о мне грешном". Если придет хульная мысль на какую-либо икону, сотвори перед той иконой пятнадцать поклонов или сколько можешь, молясь тому, кто изображен на ней, и таким образом ты с Божией помощью ни во что обратишь хульные мысли.

Святитель Феофан Затворник:

Погибели предшествует гордость (Притч. 16, 18). Стало быть, не допускай злых мыслей, и не будет падений. Между тем, о чем больше всего небрегут? О мыслях. Им позволяют бурлить сколько и как угодно, и думать не думают когда-нибудь укрощав их или направлять к разумным занятиям. А между тем в этой внутренней суматохе подходит враг, влагает зло в сердце, обольщает его и склоняет на это зло. Остается ему или исполнять скованное сердцем зло, или бороться. Но наше горе в том, что за последнее почти никто не берется, а все, как связанные, ведутся на зло.

Святитель Тихон Задонский:

Как слово Божие, греховным помыслом презренное и неисполненное, так и совесть, тем же раздраженная, суд Божий и гнев Его возвещает человеку. И человек будет судиться не только за дела и слова, но и за злые помыслы, на страшном Христовом суде... Прелюбодействует уже тот, кто питает в сердце нечистые мысли: "Всякий, ненавидящий брата своего, есть человекоубийца" (1 Ин. 3, 15), и всякий, кто питает злобу на ближнего и хочет ему повредить или его убить, хотя и не убивает на деле. И тот есть вор и хищник, который желает чужую вещь похитить, хотя и не похищает, и тот пьяница, который хочет упиваться, хотя и не упивается... Этот грех совершается против десятой заповеди: "Не желай"... (Исх. 20, 17). И хотя такой человек не делает ближнему зла, но хочет сделать, и так грешит против Божия повеления. Ибо Бог как говорит к душе и сердцу, так и смотрит, куда клонится сердце человека, и по тому его судит. Христианину не только не должно делать, но и хотеть зла, если он не хочет против слова Божия и своей совести согрешить, и так ее уязвить, и подпасть суду Божию.

Начало борьбы с грехом - сопротивление помыслам.

Христианин должен выйти из мира помышлениями.

Надо отсекать помыслы, ибо они делают бесплодной духовную жизнь.

Ежели кто стоит против дурных мыслей, борется и подвизается, отвергая их, и не соизволяет им, и призывает на помощь Избавителя Своего Иисуса, и просит от Него избавления, тот мало-помалу от них избавляется. И душа, как тело от болезней, исцеляется от немощи своей и получает здоровье.

Очищение ума от суетных помыслов есть жертва, благоприятная Богу.

Святитель Игнатий (Брянчанинов):

Отражение греховных помыслов и ощущений совершается при посредстве молитвы; оно есть делание, соединенное с молитвой, неразлучное от молитвы, постоянно нуждающееся в содействии и действии молитвы.

Отвергай благие, по внешнему виду, помышления и светлые, по внешнему виду, разумения, приходящие к тебе во время молитвы, отвлекающие от молитвы.

Очень полезно совершать молитву Иисусову гласно при усиленном нашествии помыслов и мечтаний плотского вожделения и гнева, когда от действия их разгорячится и закипит кровь, отнимутся мир и тишина у сердца.

Хочешь ли научиться отгонять скоро и с силой помыслы, насеваемые общим врагом человечества? Отгоняй их, когда ты один в келлии, гласной, внимательной молитвой, произнося слова неспешно, с умилением.

Поучение вообще, в особенности Иисусова молитва, служит превосходным оружием против греховных помыслов.

Пока молитва расхищается чуждыми помыслами, до тех пор подвиг ее совершается с трудом, со скорбью, с понуждением и усилием, до тех пор молящийся не допускается перед Лицо Божие.

Оружие врага - помысел и мечтание греха.

Против усиленного и учащенного нападения греховных помыслов и ощущений, называемого... бранью, для новоначального нет лучшего оружия, чем исповедь.

Обильное нашествие помыслов и мечтательность всегда приводят кровь в усиленное неестественное движение.

Греховные помыслы, будучи приняты и усвоены уму, входят в образ мыслей или разум и лишают его правильности, а греховные чувства, закоснев в сердце, делаются как бы его природным свойством.

Преподобный Нил Сорский... предлагает следующий способ борьбы с греховными помыслами, разумеется когда брань не сильно действует и уступает этому способу. Этот способ заключается в том, чтобы лукавые помыслы превратить в благие, и добродетелями подменивать, так сказать, страсти.

Когда явятся тебе помыслы и мечтания греховные, нисколько не обращай на них внимания. Лишь заметишь их, крепче затвори ум в слова молитвы...

Необходимо во время молитвы заключать ум в слова молитвы, отвергая без разбора всякий помысел: и явно греховный, и по наружности праведный.

Собеседованием и смешением с помыслами, принадлежащими области сатанинской... созерцанием мыслей и мечтаний, приносимых демонами, повреждается душевное око.

Плод лжепророка - помысла, возникшего под влиянием падения и лукавых духов - нравственное расстройство и гибель человека.

Отечник:

В Фиваиде некий старец безмолвствовал в пещере. У него был ученик-подвижник. Старец имел обычай по вечерам поучать ученика и делать ему душеполезные наставления; после наставления он молился и отпускал ученика спать. Случилось, что посетили их некоторые благочестивые миряне, которым было известно великое воздержание старца; получив от него утешение, они ушли. По отшествии их, вечером старец опять сел по обычаю и занялся поучением и наставлением брата. Во время беседы напал на него сон, а брат стоял, ожидая, чтобы старец проснулся и сотворил по обычаю молитву над ним. Старец не просыпался. Ученик, сидя долго, был побеждаем помышлениями потихоньку уйти и лечь спать, но он понудил себя, противостал помышлению и остался. После этого сон начал склонять его, но он не ушел. До семи раз повторялось с ним такое колебание, но он с твердостью воспротивился ему. По прошествии уже полуночи проснулся старец и; увидев ученика сидящим близ себя, сказал: "Отчего ты до сих пор не ушел?". Ученик ответил: "Оттого отец, что ты не отпустил меня". Старец спросил: "Почему ты не разбудил меня?" - "Я не осмелился беспокоить тебя". Они встали и начали отправлять утреню; по окончании утрени старец отпустил ученика. Оставшись один, старец пришел в исступление. И вот некто показывает ему место прославленное, в нем трон и над троном семь венцов. Старец спросил того, кто показывал ему это: "Кому все это принадлежит?" Тот ответил: "Ученику твоему даровал Бог и место это, и трон за его жительство; а семь венцов он заслужил в эту ночь". Услышав это, старец удивился; весь трепетный, позвал он ученика и спросил его: "Скажи мне, что сделал ты этой ночью?" Он отвечал: "Прости меня, отец! я ничего не сделал". Старец, думая, что он не говорит по смирению, сказал: "Поверь, я не успокоюсь, если не скажешь мне, что сделал или что помышлял ты ночью". Брат, не зная за собой никакого дела, не находил, что сказать, и потому отвечал старцу: "Прости меня, отец! Я ничего не сделал, разве только то, что до семи раз был склоняем помышлениями уйти и лечь спать, но не пошел, потому что не был отпущен тобой по обычаю". Старец, услышав это, тотчас понял, что ученик столько раз был увенчан Богом, сколько раз противостал помышлениям. Он ничего из виденного не возвестил брату, чтобы не нанести ему вреда, но поведал это духовным отцам. Научимся, что за победу и над малыми помышлениями Бог венчает нас. Благо человеку понуждать себя ради Бога во всяком деле. "Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его" (Мф. 11, 12).

Брат сказал авве Пимену: "Меня одолевают помыслы, и я бедствую от них". Старец вывел его из келлии на воздух и сказал ему: "Распростри полы одежды твоей, и удержи ветры". Брат отвечал: "Я не могу сделать этого". Старец ответил: "Не помешаешь ты и приходить помышлениям, но твое дело - противиться им".

Евагрий Понтийский:

Из бесов, противящихся деятельной жизни, первыми на брани стоят те, которым вверены похоти, или вожделения чревоугодия, и те, которые влагают в нас сребролюбие, и те, которые вызывают нас на искательство славы человеческой. Прочие же все, позади их ходя, берут преемственно уже уязвленных ими. Ибо нельзя впасть в руки любодеяния тому, кто не пал от чревоугодия, нельзя возмутиться гневом тому, кто не стоит и не борется за яства, или деньги, или славу, нельзя избежать беса печали тому, кто не потерпел какого урона во всем этом, не избежит гордости, этого первого порождения дьявольского, кто не исторг корня всем злым – сребролюбия (1 Тим. 6, 10), так как, по слову премудрого Соломона, нищета мужа смиряет (Прит. 10, 4), и кратко сказать, нельзя человеку подпасть какому-либо демону, если не будет он прежде уязвлен теми первостоящими. Почему эти три помысла приводил тогда дьявол и Спасителю: первый, когда просил, чтоб камни стали хлебами, потом второй, когда обещал весь даже мiр, если Он, падши, поклонится ему, и третий, когда уверял, что если послушает его, то прославится тем, что ничего не потерпит, бросившись с такой высоты (с крыла церковного). Но Господь, явясь выше всего этого, повелел отойти дьяволу прочь, научая тем нас, что нельзя отогнать дьявола, если не презрим сих трех помыслов.

Все демонские помыслы вносят в душу представления чувственных вещей, и ум, приняв отпечаток их, вращает их в себе. Следовательно, по предмету помысла можно узнавать, какой приблизился к нам демон: например, если в мысли моей предстанет лицо причинившего мне вред, или обесчестившего меня, то этим обличается, что приблизился бес злопамятства, если опять вспомнятся деньги или слава, по предмету этому нельзя не узнать, кто беспокоит нас, равным образом и при других помыслах, по предмету их можешь определить, кто предстоит и влагает их. Не говорю впрочем, чтобы все воспоминания об этих вещах бывали от бесов, потому что и самому уму, когда человек приводит его в движение, обычно воспроизводить воображения того, что было, но только те из воспоминаний бывают от бесов, которые вместе возбуждают раздражение или вожделение, что неестественно. По причине растревожения этих сил, ум мысленно любодействует и бранится и не в состоянии уже бывает держать в себе помышление о Боге, Законоположнике своем, так как светозарность сия (т.е. невозмутимое богомыслие) появляется во владычественном уме под условием пресечения помышлений, вращающихся в вещах во время молитвы.

Между помыслами Ангельскими, человеческими и теми, кои от бесов, различие, как мы узнали помощью долгих наблюдений, таково: ангельские ищут узнать естество вещей и исследуют духовное их значение, как то: для чего сотворено золото, и для чего оно рассеяно в виде песка где-то в дальних местах земли, и отыскивается с большим усилием и трудом? как найденное промывается водой и предается огню, и таким образом вдается в руки художников, делающих из него для скинии светильник, кадильницу, чашицы и фиалы (2 Пар. 4, 21), из которых, по благодати Спасителя, не пьет уже ныне царь Вавилонский (Дан. 5, 3). Клеопа же приносит горящее от сих таинств сердце. Демонский помысел этого не ведает и не разузнает, а только бесстыдно внушает одно стяжание чувственного золота и предсказывает имеющие быть от того наслаждение и славу. А человеческий помысел ни стяжания не ищет, ни о том не любопытствует, чего символом служит золото, но вносит в мысль один простой образ золота, без страсти и любостяжания. Подобное же рассуждение придется изречь и о других предметах, если станет кто сокровенно упражнять ум свой по сему образцу.

Ненависть к демонам много содействует нам ко спасению и много пригодна в делании добродетелей, и однако же воспитывать ее у себя, как некое доброе порождение, мы не в силах, потому что ее рассеивают в нас духи сластолюбия и душу опять воззывают к содружеству и свыкновению с ними. Но Врач душ сие содружество, лучше же неудобоисцелимую гангрену, врачует оставлением, попуская нам ночью и днем терпеть от них что-либо страшное. Вследствие этого душа опять восходит к первообразной (нормальной) ненависти к ним, научаемая говорить к Господу словами Давида: совершенною ненавистию возненавидех я: со враги быша ми (Псал. 138, 22). Ибо тот совершенною ненавистью ненавидит врагов, кто ни делом, ни мыслью не согрешает, – что есть знак наивеличайшего и первого (какое было в Адаме) бесстрастия.

Когда какой враг, пришедши, уязвит тебя, и ты желаешь, по написанному, обратить его меч в сердце его (Псал. 36, 15), то поступи, как тебе сказываем. Разлагай (делай анализ) сам в себе вложенный им помысел, кто он, из чего состоит, и что собственно в нем поражает ум. Что это говорю я, вот что есть. Пусть послан им на тебя помысел сребролюбия. Разложи его на ум, принявший его, на помышление о золоте, на самое это золото и на сребролюбную страсть. Наконец спроси: что из всего этого есть грех? Ум ли? Но как же он есть образ Божий? Или помышление о злате? Но и это кто может сказать, имеющий ум? Так не самое ли золото грех? Но зачем же оно сотворено? Итак, остается положить грех в четвертом (т.е. в сребролюбной страсти), что не есть ни самостоятельная по сущности вещь, ни понятие о вещи, но сласть какая-то человеконенавистная, рождающаяся из свободного произволения и понуждающая ум зло пользоваться тварями Божиими, каковую сласть пресекать и повелевает закон Божий. Когда будешь ты это расследывать, помысел исчезнет, будучи разложен на то, что он есть, и демон убежит, как скоро мысль твоя восхитится горе, окрыляемая таким ведением.

У демонов, противящихся деятельной жизни, есть три первостоятельные, за которыми следует все полчище этих иноплеменников, и которые первыми стоят на брани, и посредством нечистых помыслов вызывают душу на грех: во-первых, которым вверено стремление чревоугодия, во-вторых, те, которые подучают сребролюбию, в-третьих, те, которые позывают нас искать человеческой славы. Итак, если желаешь чистой молитвы, – блюдись от гнева, если любишь целомудрие, воздерживай чрево, не давая ему в сытость хлеба, и скудостью воды удручая его. Бодрствуй в молитве и памятозлобие далеко отжени от себя, словеса Духа Святого да не оскудевают у тебя и в двери Писаний толцы руками добродетелей. Тогда воссияет в тебе бесстрастие сердца и ты узришь ум свой в молитве блестящим подобно звезде.

Демоны не знают наших сердец, как думают некоторые из людей. Ибо Сердцеведец один «сведый ум человеч» (Иов. 7, 20) «и создавый наедине сердца их» (Псал. 32, 15). Но то из слов, какие произносятся, то по каким-либо движениям тела, они узнают многие из движений, происходящих в сердце. Положим, что мы в разговоре обличали тех, которые нас злословили. Из этих слов демоны заключают, что мы относимся к ним нелюбовно, и берут от этого повод влагать нам злые против них помыслы, приняв которые, мы попадаем под иго демона памятозлобия, и этот непрестанно потом расплагает в нас против них помыслы мстительные. …злые демоны с любопытством наблюдают всякое наше движение и ничего не оставляют неисследованным из того, чем можно воспользоваться против нас – ни вставания, ни сидения, ни стояния, ни поступи, ни слова, ни взора, – все любопытствуют, весь день поучаясь на нас лъстивным (Псал. 37, 13), чтоб во время молитвы осрамить смиренный ум и блаженный его погасить свет.

Преподобный Макарий Оптинский:

Помыслы

Помыслы стужающие и беспокоящие имеют многое различие: прилог или приражение помысла не имеет греха, но есть искус нашего самовластия, к чему оное преклоняется, — к ним ли или к сопротивлению им, а когда бывает сосложение и сочетание с оными страстьми, считается грехом и подлежит покаянию. Не в силах будучи сами противиться оным, должно прибегать к Богу, повергать свою немощь и просить Его помощи, просить и Матерь Божию о помощи на оные. Когда кто одолеваем бывает помыслами, то это знак, что предварила гордость, и потому надобно чрез оные более смиряться.

Ты не понимаешь, как это: "побеждать и побеждаться от нас зависит"? А как же иначе? приходит прилог какого помысла скверного; в твоей воле состоит принять оный или отвергнуть; когда сочетаешься с ним и сложишься, то уже пленилась и стала побеждена; а когда отвергла прилог, то победила. — Но ты хочешь знать и о движении похотном? ежели оно просто движется, без нашей воли, но от естества, — это не есть побеждение. Но надобно не услаждаться оным, а зазирать себя, просить помощи от Бога и находить в себе вины; ибо и кроме естества попускается брань сия за возношение, за осуждение, за излишний покой и разрешение (на пищу). О всем сем подробно есть у св. Исаака Сирина в 77 Слове.

Сопротивляйтесь первому прилогу мысленному, сокрушайте младенцы вавилонские, пока они еще младенцы, — молитвою и смирением; а когда возрастут, то уже будут исполинами и трудно им сопротивляться.

Помыслы (откровение помыслов)

Откровение устроено от святых отцов, чтобы не могли укрыться от неопытных вражии козни...

А что есть польза неотъемлемая чрез откровение помыслов, то сама на себе искусила; о чем и святые отцы нас научают, дабы не таити помыслов, но являти их: являемое свет, а неявляемое тьма (Еф. 5, 13). Само бо то, еже являти и открывати злые помыслы отцем, увядает оные и немощнейшие творит.

По уставам иноческого предания, при пострижении от Евангелия предают старицам, а не духовным отцам, которым должны новоначальные открывать свою совесть для получения советов и наставлений, как противостоять искушениям вражиим; но это не есть исповедь, а откровение, исполняя в сем случае апостольское предание: исповедайте друг другу согрешения ваша (Иак. 5, 16). Таинство же исповеди совершенно другое и не имеет к откровению никакого отношения; обязанности духовника совершенно другие, нежели отношение к старицам.

Для тебя все еще ново, и ты не знаешь, с чего начать, о чем вопрошать и в чем открываться матери; в короткое время ничему нельзя научиться; но многим временем, случаями и опытами упремудрит тебя Господь... Соображаясь, сколько можно, с возможностию и с своим устроением, открывайся в недоумениях, в страстных и гордых помыслах, в скорбных приключениях, в осуждении и тому подобных. Откровение, тоже и покаяние, врачует немощи наши и увядает злые помыслы... и сказанные тебе слова на твои недоумения принимай с верою, с каковою должна и идти на откровение.

...Святой Кассиан в Слове к игумену Леонтину пишет, что "рассуждение происходит от истиннаго смирения, да не точию еже творим, но и яже помышляем открываем отцем; и да ни в чем же своему помыслу веруем, но во всем словесем старец да последуем; и оно добро быти веруем, еже аще они искусят"... напротив, кто водится самосмышлением, самочинием и противоречием, тот и не видит, как бывает низлагаем врагом, потому что сии действия происходят от гордости, а какой от нее происходит вред, и напротив, от смирения — польза, прочти сама в Лествице: о послушании, о гордости и смирении, и увидишь явственно.

...Соболезнуем, что спасительное установление — откровение помыслов — у вас находится не только в забвении и в пренебрежении, но даже и в посмеянии. Прочти главы св. Симеона Нового Богослова, св. Иоанна Лествичника, св. аввы Дорофея, св. Каллиста и Игнатия, 14 и 15 главы, и св. Кассиана в Слове к игумену Леонтину; найдете в оных согласно, что невозможно спастись без откровения помыслов и покорения своей воли и разума. Как же бедственно сопротивляться толикому учению святых и всепремудрых мужей, в них же сам Святой Дух действовал.

Я потому тебе предлагал иметь откровение, или совет, не доверяя своему разуму, дабы не принять того за истину, что есть ложь, и не прельститься; а когда не можешь сего сделать, то сама умудряйся и поучайся в том, что более приводит нас к смирению и показует гнусную гордость и от оной происходящий вред.

Тягость твоя точно, видно, оттого происходит, что не чином открывалась, но без веры и с зазрением. Это мы видим и на древних отцах: которые с верою открывали помыслы, те получали пользу; а, напротив, другие без веры говорили, соблазнялись; что было и с покойным батюшкою (Имеется в виду о. Лев (Наголкин)): многие им пользовались, а многие соблазнялись. Помню, м. Н. какую принимала от него пользу по вере; а когда оную потеряла, соблазнялась, и уже не умиротворилась, а он все тот же. Господь да простит ее. Я написал к тебе только живой пример, что тебя тяготило и лежало на сердце.

...Когда В. не находит пользы в откровении, не надобно ее к этому и нудить; без веры и произволения какая уже будет польза? Когда с верою приходит, объясняет свои немощи и смиряется, — Бог дарует и слово к пользе того; а ежели кто идет с сомнением и пренемоганием, когда что не по нем, то какая ж тут польза может быть?

...Кажется, что-то в тебе утаилось, чего ты, по самолюбию, не могла совершенно открыть матери... оттого и не получаешь скоро успокоения в восставшей на тебя брани и буре страстей. Когда получше разберешь сама себя, то найдешь причину — самолюбие и гордость. Советую разобрать себя получше, и чего сама не видишь в себе, то спроси... не замечает ли она чего в тебе; иногда одна мысль утаившаяся много ведет за собою бедствий, а открывшаяся, тотчас подает успокоение. Имей веру и спасешься; все же, что не от веры, грех, и бойся составлять свой разум и волю.

Что было с тобою такое сильное волнение, то ты виновата тем, что не открываешься матери Н.; а о сем я тебе многократно писал и теперь повторяю: стыд твой происходит от гордости, не хочешь пред нею показаться такою немощною и смириться, и тем сама себе умножаешь брань.

К тебе особенно скажу несколько слов касательно откровения: не то только должно открывать, что пьешь, ешь и правил не исправляешь, но главные страсти, которыми ты или действуешь, или помыслом каким борима, надобно объявлять со смирением и самоосуждением, и принимать слова старицы, как Богом внушенные ей к твоей пользе. Главные же страсти суть: гордость, славолюбие, сластолюбие, сребролюбие, гнев, ярость, злопомнение, ненависть, леность, тщеславие, распря, строгое суждение недостатков ближних, строгое взыскание с служащих, скверные мысли, зазрение ближних и подобные таковые; страстные помыслы или деяния должно говорить со смирением, а не скрывать их; явление свет, а не явление тьма. Одно воспоминание том, что надобно сказать, удерживает нас от грехов.

...Главные вопросы твои... об откровении помыслов, кои ты затрудняешься открывать своей старице, а паче такие, кои бывают против нее, и вместе сама сознаешь, когда откроешь оные, то уже более не повторяются. Итак, ты должна из сего заключать, что потому и тяжело врагу откровение, что его козни обличаются и помыслы исчезают; и надобно все помыслы открывать, хотя бы оные казались и преходящими, но все оставляют в сердце след своего зловония; и это еще не твоей меры, чтобы не все помыслы открывать. Святой авва Дорофей пишет о сем в 5 Поучении... как и кому открывать помыслы и что не следует одно говорить, а другое умалчивать, но все сказывать. Святой Симеон Новый Богослов в 122 главе: "подобает же на всякий день исповедати всякий помысл духовному отцу" (а у вас старицам).

Ты, М. А., не оставляй без объяснения своих немощей, только смиренно и сознательно; а если так оставишь, то они останутся неуврачеванными, а к ним и новые прибавятся: тогда труднее будет сбросить с себя бремя.

Помыслы исповедовать надобно те, в которых воля наша участвует и соизволяет на них, укосневая, и делается мысленною преступницею пред Богом. Десятая заповедь ясно показывает нам сие; все заповеди запрещают делать зло, а оная и желать мысленно; но те помыслы, которые только приражаются, а мы с ними не согласуемся, не соизволяем на них и отвергаем, не нужно исповедовать.

Какая ты малодушная! Огорчилась крепко о том, что стужали тебе на меня хульные помыслы; как же ты можешь запретить им стужать? Это не в нашей силе. Прилоги врага не суть наш грех; но тогда, когда мы примем оные, собеседуем с ними и соглашаемся, тогда они могут почесться грехом; а ты не только не соглашалась с ними, но даже и скорбела о том, что они тебе на ум лезут, думая, что тем уже и согрешила. Враг же, видя твое малодушие, радовался сему и больше на тебя восставал; а, напротив, ты нимало в этом не виновна, будь спокойна...

Описываешь свое горестное устроение, которое, сама видишь, происходит от закоснения в откровении; мы тебя отнюдь не связываем на сие, но ты сама себе вредишь и, поступая против отеческих учений, сама себя связуешь, сплетая бездну мыслей неподобных, коими аки веригами опутываешь свое сердце, и не хочешь откровением и сознанием от них свободиться. Знай же, что враг тебе сие запрещает, дабы обладать твоим сердцем; за то и награждаешься от него горькими плодами. Видя в себе все противное и имея при себе врачевство, для чего не открыться? — он тебе запрещает для того, чтоб не только сделать тебя повинною в прошедших принятых помыслах, но впредь еще и горшее предложить напоение. Ты не можешь себе представить, как мы болим о тебе и скорбим — помоги же и ты хоть несколько и пособи; без тебя самой ни молитвы наши, ни помощь Божия не могут содействовать. Ты говоришь: "не имею способности объясняться", — однако ж ты написала нам очень ясно все то, что тебя тяготит. Не можешь языком сказать матери Р., напиши на бумаге, и свободишься, благодатию Божиею, хоть чрез письменное откровение. Откровение являет смирение, а закоснение гордость; равно и худое мнение о других плод есть гордости.

...Откровение тогда пользует, когда соединено с послушанием, — тогда приносит плод смирения; а откровение с требованием, чтобы было так, как и чего ей хочется, нимало не принесет пользы.

Какой же толк в том откровении, когда оное не приносит успокоения? Ведь откровение не одно нужно, а при оном и послушание. Принимать, по откровении, совет и уже не самосмышлять и не верить своему разуму: от этого рождается смирение.

Видим из письма твоего, что страдаешь, при многих твоих немощах, и закоснением в откровении; это самая большая сеть вражия, чтобы запутать тебя в свои пагубные сети и лишить душевной пользы. Отринь всякий стыд и со смирением изъясняйся, — хотя и выговоры будешь получать, все это послужит к твоему смирению.

Когда надобно о чем сделать откровение и чувствуешь закоснение: уничтожь себя, смири, вмени прах и пепел, достойную попрания, и попроси Господа, дабы сие чувство в тебе утвердилось; в сем устроении отойдет от тебя закоснение и, вместо чаемого стыда, найдешь свобождение, спокойствие и утешение. Это пишем не теорию, а практику. Святые отцы сами прошли путь сей и нас научают, а отчасти и сами на себе испытали, что самоукорение и смирение есть надежнейший путь ко успокоению нашему.

Описываешь свои смущения, при откровении помыслов бываемые, и какой терпишь труд, открываясь; а не открываясь, паки и паки находит смущение; также и о постриге смущаешься. На сие скажу тебе, что смущение твое происходит от действия вражия: он завидует твоей пользе и наводит на тебя разного рода смущения: боязнь, неверие, негодование; а после и тем ввергает в уныние, что не откровенна, и внушает требовать вопросов от самой матери и приписывать ей вину, что будто тобою не занимается. У тебя только в том и время проходит; когда ж ты мирно помолишься Богу? И как смиришься, когда всякое смущение противно есть смирению и обличает гордое устроение?

Для того-то и послушание и откровение, чтобы истребилась гордость, а водворилось смирение; открываться должно со свободою и смирением, а тебя запинает враг и не допускает до сего.

...Ты думаешь довольствоваться только откровением. Этого одного мало. Если открыть свои раны, надобно и лекарство на них: укоризну, досаду, поношение, насмеяние и прочие неприятности для самолюбия и гордости, врачевства которых ты и не будешь иметь, а будешь обольщать себя, что живешь с откровением...

...Ненавидяй добра диавол воспрещает тебе это <откровение помыслов>, наводя страх, что ты этим скорбишь старицу, а особенно когда против нее, если будут неприятные помыслы. Но ты должна разумевать козни вражии, ибо он нанесет тебе помысл, которого ты и не желаешь и несогласна с ним, смутит им и запрещает поведать старице, чтобы не обличалась лесть его, а ты, призвав Господа, и скажи старице: вот какие помыслы наносит мне враг и воспрещает о них говорить, но я, хотя освободиться от них, открываю их вам; и уверь ее, что воля твоя нимало в них не участвует. Этим способом эти помыслы уничтожаются...

Я хотел было делать возражения на приносимые тебе от врага на меня ложные подозрительные помыслы, но оставляю, дабы паки не возобновилась в тебе прежняя отрава. Диавол клеветник искони, и ныне оклеветал меня пред тобою; и что ж он тебе принес? Не мир и тишину, а смущение и скорбь; так, как и древле Адаму, — не обожение, а смерть.

Когда тебе придет твой тяжелый нрав, — вини себя, а не других; и понудь себя к откровению, что тебя смущает, хоть бы и на мать Н. что пришло; не бойся, но говори ей, получишь облегчение. Знай, что это враг тебе запинает и хочет тебе погибели, а после и в отчаяние влагает; всему этому корень есть гордость, а победа на оное — смирение.

Ты хочешь, чтобы она тебе не открывала помыслов, которые на тебя ей приходят, отчего и думаешь быть мирна к ней; однако ж я не думаю, чтоб мог мир быть у тебя; хотя она тебе и не скажет, а ты все будешь убеждена, что она ими обладаема, и в прочих ее откровениях останется при тебе жало смущения на нее. Мне кажется, тебе лучше обратить внимание на себя, познать кознь вражию, как ее, так и тебя возмущающую, и не запрещать ей говорить приходящие и всеваемые ей от врага помыслы. Чрез обличения они могут упраздниться, а ты не ей, а врагу приписывай оный прилог; а ей советуй приходящими на тебя помыслами не уязвляться и не смущаться, не ставить даже оные себе в вину, для того, что оные то же, что и хульные помыслы, — токмо беспокоят без всякого на то ее согласия; а она уже думает, что тяжко согрешила, желая найти отраду в откровении; но при смущении твоем еще более возобновляется брань, и наносит враг, что точно так истинно твое к ней нерасположение. Пусть она помыслами сими пренебрегает и не смущается об них, тогда может об них и не говорить, и тем посрамит врага; а когда по немощи и скажет, ты не смущайся и не весели врага.

...Это вы хорошо сделали, что поговорили друг другу откровенно о своих немощах, прося каждая снисхождения себе в оных. Все являемое свет (Еф. 5, 13), а неявляемое тьма. "Якоже змий, от темныя норы изнесенный на свет, тщится бегство употребити и сокрытие; тако и лукавые помыслы, изряднейшею исповедию и изглаголанием явлени бывше, тщатся бежати от человека", — пишет святой Кассиан. Токмо блюдитесь, да не так, как прежде бывало, при объяснении укалывать друг друга, а не себя обвинять; при сем последнем уже не будет иметь места оправдание или воспоминание прежде бывших смущений и явится успокоение и мирное устроение.

После же, в то ли время, а уж непременно по окончании дня, изъяснив друг другу свои смущения, которые имели, испросить прощение, и будете мирны; а когда не будете сего делать, но смущаться за помыслы и таить их, то они могут возрасти и худой плод принести.

Ты говоришь, что не знаю, в чем открываться; а когда что и есть, приду и забуду. Во избежание сего, как только заметишь приходящего волка, да украдет и погубит твое устроение какими бы то ни было страстными помыслами, тотчас запиши, чтобы не забыть, а пришедши, и объяви их. О том не смущайся, что будто не так говоришь или не все сказала: это сеть вражия, дабы смутить тебя...

...Также и это отвергай, что мать тобою не занимается: от твоей веры зависит твоя польза, и юное отроча просветит Бог возвестить тебе пользу; а когда без расположения, — то хотя к пророку пойдешь, то и оного обезумит Бог (св. аввы Дорофея Поучение 5). Это все сеть вражия, чтобы тебя против матери восставить. Ты можешь и сей помысл сказать, но в виде покаяния, а не упреков или выговоров. Когда так будешь поступать, то умиротворишься и успокоишься.

...Ты уже испытала, что чрез откровение и изъяснение своих немощей и вражиих подсад можно получить успокоение. Ты говори, что меня смущает такой и такой помысл против вас, или против сестры какой, хотя ты с ним и не согласна; а ежели и согласна по немощи или неразумию и ослеплению, и то объясни; то, кажется, не должно бы быть тут неприятностям, а должно оным разрушаться; только изъясняй со смирением, показуя рану и желание исцелиться, а не вроде выговора или упрека...

Я к тебе много писал и давал наставления, чтобы имела откровение, но ты пишешь, что не видишь своих пороков и не знаешь, в чем относиться и о чем вопрошать? Кажется, это происходит от гордости, ибо смирение открывает нам всегда наши грехи и свои немощи познавать, а без сего трудно спастися. Думая, что идем правым путем, вместо того прельщаемся, и вместо мира, тишины и спокойствия обираем плоды горести, смущения и нестроения, и лишаемся благонадежия во спасении.

Упоминаешь о матери З., что она нудится к откровению, и до болезни; но не видно, есть ли ей от сего польза. Когда получает оную, то пусть и понуждается продолжать. Враг же, "ненавидяй гласа утверждения", наводит ей тяготу и болезни; но на это не должно смотреть: оно пройдет. Так же и на других сестер за сие же самое вооружается враг и вооружает на них людей, противляющихся сему постановлению святых отцов. Но также на это нечего смотреть: лишь была бы им душевная польза и избавились от сетей вражиих.
 
Помыслы на молитве


Не удивляйся тому, что во время службы находят тебе помыслы различные: когда ты принимаешься за оружие против врагов, т. е. молитву, то и они на тебя вооружаются сильнее прилогами помыслов. Прибегай ко Господу на них молитвою и не смущайся: они исчезнут; а когда будешь смущаться, видя, что оные не оставляют тебя, то сим больше их на себя вооружаешь; а когда со смирением стоя вопиешь на них к Богу, то и успокоишься...

В случае же рассеянности мыслей на молитве не надобно смущаться, но смирять себя и окаявать, что может нас успокоивать, в чем святой Иоанн Лествичник укрепляет, научая: "старайся всегда бродящие твои мысли собрать воедино. Бог не взыскивает того, чтоб ты во время молитвы совсем никаких не мог иметь других мыслей; не отчаивайся, будучи мыслями расхищаем, но благодушествуй, созывая всегда бродящие свои помыслы: никогда бо не быти расхищаему мыслями, единому Ангелу свойственно" (Степень 4)...

Ты пишешь, что несколько дней непрестанно борют тебя разные помыслы, которые и объяснить затрудняешься ты. В особенности они смущают тебя во время пения, чтения и церковного служения. Этому удивляться нечего, и не надобно смущаться: помыслы лезут в ум твой против твоего желания, а ты, по немощи твоей, согласуешься с ними и смущаешься. Молитва есть оружие против диавола; ты на него вооружишься, и он противостаёт тебе помыслами; но ты, вместо того чтобы смущаться, кайся пред Богом и смиряйся, сколько бы раз ни случилось тебе увлечься мыслями. Когда будешь иметь залог смирения, то враг не может противостать оному. Итак, не смущайся, а кайся! Бог приемлет молитву смиренных.

Когда становимся на молитве, тогда враги ополчаются против нас, влагая разные помыслы и представляя неподобные мечты, стараясь отторгнуть от молитвы или ввергнуть в уныние. Но мы должны иметь благое произволение о приношении молитвы и стараться о собирании бродящих мыслей наших в словеса молитвы; но при нашествии оных не смущаться, а, познавая свою немощь, каяться пред Господом. Смущение за нашествие помыслов показывает малодушие наше, происходящее от гордости; мы хотим видеть себя чистыми пред Богом, по примеру фарисея, а не грешными, как мытарь; Оттого-то нам и не дается чистота молитвы, что мы возмним о себе нечто высоко; а еже есть в человецех высоко, мерзость есть пред Богом (Лк. 16, 15). Так лучше при недостатках наших смиряться и каяться, нежели смущаться; а при исправлении не высокомудрствовать.

Молись Богу в простоте сердца, находящие помыслы прогоняй смирением, и не думай, что можешь сама их отгонять; и молитва твоя не истинная: в смирении отгонится смущение, и ты можешь успокоиваться, считая себя сквернейшею всех, от усиления противиться помыслам помрачается ум и смущение увеличивается.

Помыслы неверия

Пишешь, что как легкое облако находит неверие о Боге и о будущем <вечной жизни>. Этот помысл причисляется св. Димитрием к хульным помыслам; ибо в них наша воля не соглашается; а только враг наводит на помысл неверия; человек этого не хочет и не виноват; а думая, что виноват, смущается и сим больше веселит врага и дает ему больше повод к приступу. А когда будешь презирать это и не считать за грех, то и он постыдится и отыдет; в этом подает ему повод и осуждение других. Искушение Нифонта было другого рода к увенчанию его; а это иное. Доказательство правой нашей веры мы видим на многих вещах и действиях: после исповеди получаем успокоение в совести — отчего это? А не исповедал — чувство мучения — отчего? Видим мощи святых угодников и бываемые от них чудеса. Кем содеваются от чудотворных икон чудотворения? Кто производит сие? Все это действует Бог, давший нам слово Свое к познанию Его в воплощении и искуплении нас от заблуждений. Кто для тебя услаждал чтение, когда читала св. Варсонуфия книгу? Бог! Весь мир исполнен чудес Божиих. Дивна дела Твои, Господи, вся премудростию сотворил еси (Пс. 103, 24).

...И паки помыслы хвалят, что себя укоряешь. Это очень опасно. Чем тут хвалиться? когда ты дурна? и, помня свою худость, не хвалы, а осуждения достойною считать себя должна.

Помыслы плотские

Когда же и случится ниспасть чрез сложение и пленение помыслов в помрачение мысленное и плениться, то, не закосневая, припадай ко Господу с покаянием, смирением и сокрушением сердца; а не предавайся отчаянию, еще горшему самой страсти. Ищи же вины, откуда пришло сие, что тако пострадала? А вины суть: гордость, мнение о себе, уничижение и осуждение других, сластопитание, излишний покой, сообращение с полом противным; и старайся удаляться, сколько можно, всего оного; а паче старайся смиряться, ибо, по слову св. Лествичника: где есть падение, тамо предварила гордость (Степень 23). Не закосневай в откровении, и это приводит к смирению, обличив себя пред другим; помнишь, когда сокрывала, что пострадала?

...Не предавай самовластия твоего первомыслию прилогов, которые по сложении с ними возжигают сласть в теле.

Ты неоднократно повторяла в сем письме находящий тебе помысл, что чрез пострижение сестры может нарушиться ваш мир: ее будут лучше уважать, к ней относиться и прочее. Ты сама познаешь, что эти помыслы вражии, ничего не видя, нарушающие твой покой; а они отчего приемлют силу над тобой? понимаешь, что от гордости. Чем помог Господь тебе отразить сильное рвение на сестру? Самоукорением и откровением, и какое таинство сего действия? — в одну минуту из бури делается тишина.

Ежели ж ты повинишься помыслам, влекущим тебя в мир и приносящим удовольствие от плотских наслаждений, то что безумнее этого? Будь уверена, что ни на малое время не получишь утешения, а томление и мучение совести всегдашнее обрящешь; когда же будешь противиться, то помощию Божиею и убежит от тебя враг.

Говоришь, что борешься с помыслами так, что делается боль в груди. Видя немощь свою в борении с помыслами, повергай себя пред Богом со смирением и призови Его помощь: Он силен прогнать их, только ты не приписывай себе победы.

...Не допускать помыслам входить в сердце, но когда начнут приходить, восставать и просить помощи от Бога.

Помыслы хульные

Очень жалею о твоем смущении, от врага происходящем. Ты считаешь себя такою грешницею, что и подобной нет, не понимая того, что враг борет тебя хульными помыслами, влагая в мысль твою неподобные и неизъяснимые слова его; а ты думаешь, что они от тебя происходят, а ты, напротив, не имеешь оных, но ужасаешься, скорбишь и смущаешься, тогда как они совсем не твои, а вражеские; твоего участия в них ни малейшего нет, и даже в грех вменять их не должно, а надобно быть спокойным, нимало не обращая на них внимания и ни во что вменяя; они и исчезнут. А когда ты смущаешься о сем, скорбишь и отчаиваешься, то врага это утешает и он еще более на тебя оными восстает. Ты отнюдь не считай их за грех, то и успокоишься; какая тебе нужда скорбеть за грехи врага; он и на небе хулил Господа... Но с твоей стороны вот какая вина и грех: ты думаешь о себе много, увлекаешься гордостию, зазираешь других, осуждаешь их и подобное, и мало о сем печешься, за то-то и попускается на тебя этот бич, чтобы ты смирилась и считала себя последнейшею всех, но не смущайся, ибо смущение-то и есть плод гордости. Перестань осуждать, не думай о себе много, не презирай других, то и отойдут хульные помыслы.

Святые отцы вообще хульные мысли почитают не нашими, а вражиими прилогами, и когда мы с ними не соглашаемся, но и скорбим о том, что они к нам на ум лезут, то это и есть знак нашей в оных невинности. Отнюдь не надо смущаться о том, что они приходят. Ибо если человек смущается, то враг более на него восстанет, а когда не внимает оным, ни во что вменяет и за грех не считает, тогда и помыслы исчезают. О сем ясно пишет св. Димитрий Ростовский в "Духовном врачевстве".

Но помыслы сии, хотя не суть грех, но попущением Божиим находят от врага за возношение наше, за мнение о себе или о своих исправлениях и за осуждение ближних. Когда человек, познав в этом свои грехи, смирится и не станет осуждать других, а принесет о сем покаяние, то получает от них освобождение... У св. Исаака Сирина в 79 Слове, между прочими видами попущений, в наказание за гордыню, есть и сие: "хуление на имя Божие". В надсловии на книгу преподобного Нила Сорского... пишется так: "неции же подобострастнии и неразсуднии, и не точию не имуще в себе ни едино поне чувство, ниже едино дарование от предреченных (т. е. выше написанных в оном надсловии), но ниже познавающих когда таковая: поревновали пост и труды святых, не добрым разумом и предложением, вменяюще сия, яко добродетель проходят. Приседяй же диавол, яко пес ловитве, повергает во чрево их семя радостного мнения, от него же заченшися, воспитуется внутренний фарисей; и тако, день от дне возрастающи, предает таковых совершенной гордыни, ея же ради попускаются от Бога области сатаниной".

В хульных помыслах тебе нет никакого греха, они не твои, а вражии; это доказывается тем, что ты не хочешь их, но и скорбишь, когда они на ум лезут. Враг же, когда видит, что ты смущаешься от его внушения, радуется сему и больше на тебя нападает... Что в них нет греха, то всякому известно, но они обличают наш грех гордости, который мы и не признаем за грех, а оный весьма близок к нам. Если мы что делаем хорошо, что бы то ни было, утешаемся этим и, по наущению врага, обольщаемся нечто имети благо; и хотя по маковому зерну — прибавляется, возрастает; а нам надобно всегда помнить слово Господне: аще и вся повеленная сотворите, глаголите, яко раби неключими есмы (Лк. 17, 10), и вся наша жизнь должна проникнута быть смирением и покаянием. Смирение сокрушает все сети и козни вражии.

Преподобный Амвросий Оптинский:

Помыслы

Враг наш невидимый сам же вложит мысль греховную в душу человека, да тут же и запишет ее, как его собственную, дабы впоследствии на Страшном Суде Божием обвинить человека.

Господь тебя избавит от всех недолжных помыслов, только смиряйся.

Когда найдет день, что будто хорошо живешь — весело и покойно, а вдруг сделается беспокойство, и помыслы будут тебя смущать, тогда скажи себе: что ж ты теперь смущаешься? А помнишь, когда была покойна.

Против помыслов немощных молись Господу: «от тайных моих очисти мя» и прочее и будешь получать облегчение...

...Пишешь... что тебе приходило сильное желание умереть, и не боялась смерти, все это обольщение вражие.

Когда найдут смутные помыслы, тогда молиться: «Да воскреснет Бог» и поклон. — «Богородице Дево» три раза, и за каждым разом поклон. — «Достойно есть» и поклон.

...Вся эта противоречащая путаница есть действие врага, который борет и десными и шуиими, то тоскою и страхом, то высокоумием и самонадеянностью, а когда отвергают его внушения, то опять шепчет: «благоже, благоже сотворил, победил, соделался велик». Тебе сильно казалось, что действительно пришла в меру совершенства, а сама пишешь, что голова пустая, душа, как разграбленная храмина, что с трудом привыкаешь к устной молитве, а четочного правила ни разу не выполнила, потому что, как только за него берешься, начинает тебя сильно ломать. Откуда же взялось твое совершенство? Видим, что тут явное противоречие, которое прежде всего врачуется искренним покаянием и чистосердечным исповеданием «кому следует».

Вперед будь осторожна и осмотрительна при внушениях благовидных помыслов от врагов душевных. Как бы благовидны помыслы эти ни были, но ежели они приносят смущение и отчаяние, то это волки в овчих кожах, говорит Варсануфии Великий.

Брань с помыслами

Многоразличные внушения вражий считай наравне с хульными помыслами и старайся презирать их, молясь псаломским словом: «Боже, в помощь мою вонми: Господи, помощи ми потщися. Да постыдятся и посрамятся ищущий душу мою, да возвратятся вспять и постыдятся хотящий (мыслящий) ми злая» (Пс. 69, 2—3). Когда же будут враги внушать похвалу и гордостное возношение, то продолжай следующий стих, глаголя: «да возвратятся абие стыдящеся глаголющий ми: благоже, благоже» (Пс. 69, 4). Также приличное и в приличное время произноси из 39-го псалма, начинающегося так: «терпя потерпех Господа, и внят ми и услыша молитву мою» (Пс. 39, 2) и прочее по избранию до конца. Иногда же против гордых помыслов молись, как молился некто из древних отцев, глаголя: «Господи, чужда есмь всякого блага и исполнена есмь всякого зла: помилуй мя единым милосердием Твоим». И повторяй это много раз, если возможно, с земным поклонением. Главное же, старайся удержать веру и упование спасения, что Господь хощет всем спастися и в разум истины прийти. Враг же немощной только силится удалить человека от спасительного пути разными нелепыми внушениями, и устрашениями, и возможными искушениями, чтобы как-нибудь поколебать человека и отвратить от истинного пути, и хотя он иногда, аки лев рыкая, ходит иский кого поглотити, но святой апостол Петр увещевает противиться ему твердою верою и упованием на Господа, что Он не оставит нас и силен упразднить и разрушить все козни вражий, как слышим часто в тропаре мучеников, которые, имуще крепость от Господа, мучителей низложиша и сокрушиша демонов немощныя дерзости.

Когда за работою по послушанию стужают злые помыслы, оставь работу и положи 33 поклона, смиренно призывая милость и помощь Божию.

Спрашиваешь: как лучше, скорбеть ли о помыслах или не обращать на них внимания? И то и другое не твоей меры, т. е. не следует тебе бестолково скорбеть, и не можешь еще презирать помыслов, а следует тебе со смирением обращаться к Богу и молиться. Только во время молитвы должно стараться отвергать всякие помыслы и, не обращая на них внимания, продолжать молитву, если же стужение помыслов очень усилится, то опять должно просить против них Божией помощи.

Вопрос: «В книге Варсануфия Великого написано: повергни немощь свою пред Богом. Как это?» Ответ: «Когда нападут помыслы и не в силах бороться, тогда сказать: «Господи, Ты видишь немощь мою, я не в силах бороться, помоги мне!»

Человека постоянно смущают греховные помыслы, но если он не соизволяет им, то не бывает в них виновен.

Мы жалуетесь на брань мысленную. Хотя совершенно невозможно избежать этой брани ни в каком месте, но ее острота и сила притупляются при правильном образе жизни и удобном к тому месте.

Помыслы хульные

Особенно не тревожься хульными помыслами, которые явно происходят от зависти вражией. Со стороны же человека поводом к оным бывает или горделивое самомнение, или осуждение других. Поэтому в нашествии хульных помыслов прежде всего укоряй себя за осуждение других и гордое мнение, за настоящее или прошедшее, нисколько не беспокоясь тем, что слышим неизреченные хулы вражий. А благо временно иногда произноси против оных слова святого Иоанна Лествичника: «иди за мною, сатано! Господу Богу моему поклонюся и Тому Единому послужу, а болезнь твоя и слово сие да обратится на главу твою, и на верх твой хула твоя да взыдет в сем и в будущем веце».

...Необходимо тебе в настоящее время иметь в виду и твердо помнить совет Исаака Сирина; он пишет в 56-м Слове: «когда человек, заботясь об очищении внутреннем, милостью Божиею будет приближаться к первой степени духовного разума, т. е. разумения твари, тогда враг от зависти сильно вооружается на него хульными помыслами. И ты... да не станеши в стране сей без оружий, да не вскоре умреши от подседающих и прельщающих тебя. Да будут же тебе оружие слезы и частое пощение. И охраняйся не прочести догматов еретических; сие бо есть вооружающее на тя яко наимножайше дух хулы. Егда же насытиши чрево твое, да не возбезстудствуеши испытати что от божественных вещей и разумений, да не раскаешися. Во чреве наполнение разума тайн Божиих несть». Внимая сим словам сего великого отца, старайся иметь посильное воздержание в пище и в питии и сокрушенное и смиренное пред всеми сердце, чтобы прибрести спасительный плач о прежних и настоящих согрешениях и чрез то сохранить себя безвредно в настоящем твоем искушении от духа хулы. Знай, что враг, если не может кому сделать вреда, то по злобе своей силится по крайней мере смущать его, досаждать ему разными помыслами и злыми внушениями.

...Ты не можешь сознавать себя грешнее и хуже других. Чувство это явно горделивое, от которого и рождаются, и укрепляются хульные помыслы и хульные глаголы, как свидетельствует святой Лествичник, говоря: «корень хулы есть гордость». Если желаешь смирить себя, то помни всегда слово одного святого, глаголющего, что самая исправная жизнь человека-христианина подобна только купели, а заповеди Божий подобны неизмеримому морю, как глаголет псаломник Господу: «заповедь Твоя широка зело» (Пс. 118, 96). Если сравнить великое море с малою кадочкою воды, то и нечем будет возноситься возносящемуся. Не вотще говорит и Апостол: «вси согрешиша, и туне оправдаеми благодатию Христовою» (Ср.: Рим. 3, 23—24). Чтобы смирить себя, прими в помощь и слова преподобного Григория Синаита, написанные в 115-й главе, и почаще повторяй их себе. Знай, что кроме смирения и слез невозможно избавиться от хулы.

А хульные помыслы известно за что борют: первое — за возношение, второе — за осуждение. Смирись, не думай о себе, что ты лучше других, не зазирай никого, а себя за согрешения и поползновения укоряй, то и хульные помыслы утихнут. Впрочем, во всяком случае, не смущайся — невольные хульные помыслы святые отцы не считают грехом, а их причины — грех.

Знай, что хулу, внушаемую врагом на кого-либо, вполне повторить грешно, и вредно, и оскорбительно.

Помыслами хульными не смущайтесь, а только укоряйте себя в это время за горделивое расположение души и за осуждение других. Первые без последних не вменяются в грех.

Если придут хульные помыслы и осуждающие других, то укоряй себя в гордости и не обращай на них никакого внимания.

Преподобные Варсануфий и Иоанн:

59. Другой брат спросил того же великого старца, как различать помыслы: который происходит от Бога, который от естества и который от демонов.

Ответ. Сын мой Феодор! Спрашивая о сем, вникни хорошенько, о чём ты спрашиваешь, и приготовь себя к исполнению этого на деле. Ибо в Писании сказано: «не высокомудрствуйте, но последуйте смиренным» (Рим. 12, 16). То, о чём ты спрашиваешь, относится к людям, достигшим великой меры духовного возраста. Если внутреннее око не будет очищено многими врачеваниями, то оно не может избавиться от терний и волчцов и собрать грозд винограда, укрепляющего и веселящего сердце. Если человек не достигнет сей меры, то не может различать оных помыслов, но будет поруган демонами и впадет в обольщение, поверив им, потому что они изменяют вещи, как хотят, особенно для тех, которые не знают козней их. Возлюбленный! Уповай на Господа, «и Он исполнит желания сердца твоего» (Пс. 36, 4). Говори Ему во всех случаях: да будет, Господи, «не чего я хочу, а чего Ты» (Мк. 14, 36); и Он сотворит с тобою по воле Своей. Теперь выслушай, сын мой, какое различие помыслов, о которых ты спросил. Когда внушает тебе помысл сделать что-либо по воле Божией и ты находишь в сем деле радость и в то же время скорбь, ей противоборствующую, то знай, что сей помысл от Бога, и понудь себя претерпеть, по слову Апостола: «усмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным» (1 Кор. 9, 27), и исполни волю Божию. Если же придет тебе естественный помысл, то есть желание естественное, рассмотри его прилежно, и будешь в состоянии рассудить о нём; ибо божественное Писание говорит: «Потому что оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будет [два] одна плоть» (Быт. 2, 24). Апостол, зная, что воля Божия состоит в том, чтобы мы оставили не только демонское, но и естественное, сказал: «плоть не пользует нимало» (Ин. 6, 63). Но прилепляющийся к жене плоть есть, а прилепляющийся к Богу дух есть (см. 1 Кор. 6, 16-17). Почему желающим быть духовными надобно отвергаться плоти: ибо что неполезно, то и вредно, а вредное должно отвергать. Желающим же в мире жить благочестиво сказал Апостол: «брак... да будет честен» (Евр. 13, 4) и проч. А помыслы, происходящие от демонов, прежде всего бывают исполнены смущения и печали и влекут вслед себя скрытно и тонко, ибо враги одеваются в одежды овчие, то есть внушают мысли как будто правые, внутренне же суть «волки хищные» (Мф. 7, 15), то есть восхищают и «обольщают сердцá простодушных» (Рим. 16, 18) тем, что кажется хорошо, а в самом деле зловредно. Писание говорит о змéе, что он мудрейший, а посему и блюди всегда его главу (см. Быт. 3, 1, 15), чтобы он не нашел у тебя норы и, поселившись в ней, не произвел опустошения. Итак, если и ты желаешь сделаться духовным, отложи плотское, ибо от чего кто отрекается, то и отвергает; и внимай слову Самого Господа: «если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мф. 16, 24). А как отрекается от себя человек? Лишь тем, что оставляет естественные желания и следует Ему. Посему-то и говорит Он здесь, собственно, о естественном, а не о неестественном; ибо если кто оставит только неестественное, то он не оставил еще ничего из своего собственного ради Бога, потому что противоестественное не принадлежит ему. А тот, кто оставил естественное, всегда взывает с апостолом Петром: «вот, мы оставили всё и последовали за Тобою; что же будет нам?» (Мф. 19, 27-29). И слышит блаженный глас Его и обетованием удостоверяется в наследовании жизни вечной. Что оставил Петр, будучи не богат, и чем хвалился, если не оставлением естественных своих желаний? Ибо, если человек не умрет для плоти, живя духом, он не может воскреснуть душой. Как в мертвеце вовсе нет желаний естественных, так нет их и в духовно умершем для плоти. Если же ты не достиг меры духовной, а еще младенчествуешь умом, то смирись пред учителем — «пусть наказывает меня праведник» (Пс. 140, 5) — и без совета ничего не делай (Сир. 32, 21), хотя бы что и казалось тебе по-видимому добрым, ибо свет демонов обращается впоследствии во тьму. Итак, ежели тогда, как ты что-либо слышишь, мыслишь или видишь, хотя мало смутится сердце твое, то это демонское. Приими же написанное тебе вкратце, веруя, что если потрудишься получить в сем успех, то Бог, Который всем дает бытие, даст и тебе вместе с ними наследовать «благое» о Христе Иисусе, Господе нашем, Которому да будет слава, честь и держава, ныне и присно и во веки веков, аминь.

91. Некто другой из старцев вопросил того же старца: как блюсти сердце свое? Каким образом бывает брань вражия? Должно ли прекословить борющему нас врагу? О помысле блудном: должно ли заграждать ему вход? И как поступать, если он войдет? О пище: принимать ли ее на вес унций или просто руководясь благоразумием и сохранением себя?

Ответ. Блюсти сердце — значит иметь ум трезвенный и чистый от помысла, наводящего брань. Сперва ум пренебрегает помыслами своими, а потом уже, когда враг увидит нерадение, старается ввести в него брань. Если же хочешь узнать о помысле, враг ли он тебе или друг, сотвори молитву и спроси его: наш ли ты, или из неприятелей наших? (Нав. 5, 13), и он скажет тебе истину, ибо предательство бывает от нерадения. Не противоречь же, потому что враги сего желают и, видя противоречие, не перестанут нападать, но помолись за них ко Господу, повергая пред Ним немощь свою, и Он может не только отогнать, но и совершенно упразднить их. Касательно же блудного беса весьма хорошо заградить ему вход; если же увлечешься и он войдет через помыслы, то подвизайся против него, повергая немощь свою пред Богом и молясь Ему, и Он изгонит его. На вопрос же твой о пище скажу: пусть благоразумие и охранение себя руководят жизнью твоею, и помолись обо мне любви ради.

Вопрос 141. Брат, живший в общежитии и прислуживавший старцу, вопросил великого старца о своих помыслах.

Ответ. Ты неразумен; потому и обладают тобою помыслы, или, лучше сказать, самооправдание. Господь хочет, чтобы ты почитал всякого человека превосходнее себя. Итак, оказывай старцу своему послушание во всём и исполняй всё, что ни говорит тебе, будет ли то относиться к пище, или к питию, или к какой-либо другой вещи, во всём повинуйся ему. Если же случится какое-нибудь трудное дело, то спроси совета у аввы (игумена Серида) и сделай так, как он скажет. Касательно псалмопения и бдения: если что приказывает тебе старец, исполни, и всё послужит тебе во спасение души; если и оклевещет тебя — радуйся: это весьма тебе полезно; если и оскорбит тебя, претерпи: «претерпевший же до конца спасется» (Мф. 10, 22). За всё же благодари Бога, потому что благодарение ходатайствует пред Богом о немощи человеческой. Во всём и всегда осуждай себя как согрешающего и прельщаемого, и Бог не осудит тебя; смирись во всём — и получишь благодать у Бога. Если навыкнешь сему, Бог поможет тебе обрести силу, ибо воля Его состоит в том, чтобы каждый человек спасся и пришел в познание истины (см. 1 Тим. 2, 4).

Ответ 142, того же великого старца к тому же.

Брат! Не позволяй себе рассуждать о приходящих тебе помыслах: это дело не твоей меры; ты не понимаешь хитрости их, посему-то они и смущают тебя, как хотят. А когда смущают тебя, то скажи им: я не знаю, кто вы такие; Бог, знающий сие, да не попустит вам прельстить меня. И повергни пред Богом немощь свою, говоря: Господи! Я в руках Твоих, помоги мне и избавь меня от рук их. Помысл же, который медлит в тебе и борет тебя, объяви авве твоему, и он, с помощью Божиею, исцелит тебя. А в отношении к рукоделию: что прикажут, исполняй — и спасешься о имени Божием. О псалмах: не оставляй изучения их, ибо и сие относится к духовному деланию, и постарайся произносить их наизусть, это для тебя весьма полезно. Не желай услышать о том, что выше силы твоей; ты имеешь поучения, которые и по силе твоей, и полезны тебе.

Ответ 143, того же великого старца к тому же.

Не будь поруган, о неразумный! Не надобно верить врагам своим. Если оставишь попечение о себе и вознерадишь, то враги придут снова. Воин во время мира изучает то, что потребуется от него во время брани. Смотри, что сказал Господь змею: он «будет поражать тебя в голову, а ты будешь жалить его в пяту» (Быт. 3, 15). До последнего издыхания не должен человек оставлять попечения о себе. Итак, внимай себе, брат, и берегись гнева, тщеславия, сна и прочих страстей, зная, что враг не спит и не нерадит.

Брат! Если хочешь спастись, приобрети смирение, послушание и произвольное повиновение. И когда слышишь что-нибудь от старца, что бы то ни было, скажи ему со смирением: помолись обо мне, отец мой, да подаст мне Бог разум и бодрость, чтобы не оскорбить тебя. Сохрани сие — и спасешься.

245. Тот же брат, будучи назначен аввою жить с одним старцем и служить ему, вопросил другого старца, авву Иоанна: как мне узнать, отец мой, живу ли я богоугодно или получаю вред оттого, что не живу с братиею в общежитии, а наедине? К тому же и страсти беспокоят меня. Как повелишь мне поступать относительно псалмов? Равным образом, дай мне наставление и о сне, боюсь, как бы он не овладел мною; равно и о забвении. А как нечистая страсть много беспокоит меня, то спрашиваю: в чём состоит признак согласия с помыслами?

Ответ Иоанна. Когда хочешь уразуметь, получаешь ли пользу, или вред, живя особо, узнавай то по следующему признаку: если живешь так из послушания, то знай, что получаешь пользу. Ибо Писание говорит: что «послушание лучше жертвы» (1 Цар. 15, 22). Если же противоречишь, то вредишь себе, ибо это есть злая воля. Ты не разлучился от братии своей, вовсе нет! Но Бог устроил так, чтобы, по немощи тела своего, ты приобрел себе награду через старца. Касательно же страстей: они не могут не восстать на человека к испытанию его. Муж, не испытанный искушениями, неискусен. Ты сказал: «Живу один», — не полагай так, чтобы не повредить себе, ибо если ты веруешь, то ты уже не один, но имеешь с собою Бога, Которому предал тебя великий старец, и молитву его, содействующую тебе; а ты покажи только послушание — и спасешься. Ты не получаешь вреда, так не бойся. О псалмах же: как делают братия, так делай и ты. Произноси на каждую песнь по три псалма и делай земной поклон, и сон но овладеет тобою, исключая немощи. Так должен ты поступать каждую ночь. Забвение есть погибель души; происходит же оно от презрения и нерадения. О скверной и ненавистной страсти скажу: для искоренения ее необходим труд сердечный и телесный — сердечный, чтобы сердце непрестанно молилось Богу, телесный, чтобы человек умертвил и посильно поработил свое тело. Согласие же с помыслами состоит в том, что когда что-либо нравится человеку, он услаждается сим в сердце своем и с удовольствием размышляет о сем. Если же кто противоречит помыслу и ведет с ним брань, чтобы не принимать его, — это не есть согласие, но брань, и сие приводит человека к опытности и успеху. Господь Иисус Христос да очистит тебя от грехов твоих и да укрепит тебя благостию Своею в немощи твоей. Аминь.

Вопрос 301, того же. Если страстный помысл войдет в мое сердце, чем я должен отразить его: тем ли, чтобы противоречить ему, или произнести запрещение и как бы прогневаться на него, или тем, чтобы прибегнуть к Богу и повергнуть пред Ним свою немощь?

Ответ Иоанна. Брат! Страсти — те же скóрби, и Господь не отделил их, но сказал: «призови Меня в день скорби; Я избавлю тебя, и ты прославишь Меня» (Пс. 49, 15). И потому, в отношении всякой страсти ничего нет полезнее, как призывать имя Божие. Противоречить же прилично не всем, но только сильным о Боге, которым повинуются бесы; если же кто из несильных будет противоречить, бесы ругаются над ним, что, находясь в их власти, он им же противоречит. Также и запрещать им дело мужей великих, имеющих над ними власть. Многие ли из святых запрещали диаволу, подобно Михаилу архангелу, который сделал сие потому, что имел власть. Нам же немощным остается только прибегать к имени Иисусову; ибо страсти, как сказано, суть демоны и исходят от призывания Сего имени. Чего же ты хочешь более сего? Бог да укрепит тебя во страхе Своем и да подаст тебе победу.

Вопрос 406. Может ли человек мыслить что-либо благое по своему произволению?

Ответ. Нередко случается и от движения естественного помысла помыслить благое; но и сие надлежит приписывать Богу, ибо естество наше есть Его творение. А мы должны знать, что не можем привести сего (то есть благого) в исполнение иначе, как заповедью Божиею: то есть, когда предлагаем ее перед глазами, тогда сердце наше утверждается в ней к исполнению благого.

Вопрос 407. Также, когда делаю что-нибудь благое, как я должен смирять свой помысл? И как укорять себя, совершив благое?

Ответ. Для смирения помысла, когда бы совершил ты все благие дела и сохранил все заповеди, вспомни Сказавшего: «когда исполните всё повеленное вам, говорите: мы рабы ничего не стóящие, потому что сделали, что должны были сделать» (Лк. 17, 10), тем более, когда мы не достигли еще и того, чтобы исполнить и одну заповедь. Так всегда должно думать и укорять себя при благом деле, и говорить себе: не знаю, угодно ли оно Богу. Великое дело — творить по воле Божией, а исполнить волю Божию — еще большее: это есть совокупность всех заповедей; ибо сделать что-нибудь по воле Божией есть дело частное и меньшее того, чтобы исполнить волю Божию. Посему-то Апостол и сказал: «забывая заднее и простираясь вперед» (Флп. 3, 13). И сколько он ни простирался вперед, не останавливался, но всегда видел себя недостаточным и преуспевал; ибо он же (Апостол) сказал: «кто из вас совершенен, так должен мыслить» (Флп. 3, 15), то есть чтобы преуспевать. Сказал также, что, если и иное что мыслите, и то откроет вам Господь.

Вопрос 416. Иногда вижу в сердце моем, что злые помыслы окружают мою мысль, как звери, но нисколько не могут вредить мне. Что сие значит?

Ответ. Это обольщение вражие, в котором сокрыто высокомудрие, с целью уверить тебя, что злые помыслы нимало не могут вредить тебе, дабы чрез то вознеслось твое сердце. Но ты не прельщайся сим, а вспоминай свою немощь и грехи и призывай в помощь на врага святое имя Божие.

Вопрос 424. Если во время псалмопения, или молитвы, или чтения придет худой помысл, должно ли обратить на него внимание и оставить на время псалмопение, молитву или чтение для того, чтобы воспротивиться ему чистыми помыслами?

Ответ. Пренебреги им, вникни тщательнее в псалмопение, молитву или чтение, чтобы заимствовать силу от произносимых тобою слов. Если же станем упражняться во вражиих помыслах, то никогда не будем в состоянии сделать что-либо доброе, внимая тому, что внушает враг. Хотя же видишь, что хитросплетение его мешает псалмопению, молитве или чтению, то и тогда не вступай с оными в прение, потому что это дело не твоей силы, но постарайся призывать имя Божие, и Бог поможет тебе и упразднит ухищрение врагов, ибо Его сила и слава вовеки, аминь.

Вопрос 429. Что значат слова, сказанные одним из отцов: не то навлекает на нас осуждение, что помыслы входят в нас, но то, когда мы даем им худое направление. Авва же Иосиф сказал одному из братий: отсекай тотчас помыслы; а другому сказал: попусти им войти, потом вступи с ними в брань и будешь искусен.

Ответ. Словá «Помыслы входят в нас» означают то, что они посеяваются в нас, и в сем еще нет осуждения. Соглашаться с ними — значит давать им худое направление, что навлекает на нас осуждение. Различие же между тем, чтобы позволять помыслам входить в нас и отсекать их, есть следующее: допустить их войти в себя может лишь тот, кто силен противиться им, бороться с ними и пребыть непобедимым; а кто немощен и не может сего, но соглашается с помыслами, тот должен отсекать их, прибегая к Богу.

Вопрос 445. Когда приходит мне лукавый помысл, вместе с тем как сознаю оный, сердце мое приходит в движение, быстро отвращается от него, боясь, чтобы он не овладел им по немощи моей; и когда сие делаю, то ощущаю большую тяжесть в душе и бываю утесняем. Благоволи сказать мне: что должно мне делать при унынии от лукавого помысла, и как он прогоняется?

Ответ. Движение против злых помыслов должно состоять в том, чтобы не склоняться к лукавому помыслу и не соглашаться с ним, но безмятежно прибегать к Богу. И ты не должен говорить, что смущаешься из боязни, как бы помысл не овладел тобою. Уразумей сущность сего из следующего примера: если один на другого приносит кому-либо жалобу о каком-нибудь деле и обвиняемый познает, что не может удовлетворить его, то смиряется. Если же имеет сильного землевладельца, то смело приходит к нему, прося защиты, и, надеясь на него, не смущается. Также когда случится кому подвергнуться нападению разбойника, и, сопротивляясь упорно, он не попустит ему отнять у себя что-нибудь, то такой поступил хорошо. Если же разбойник и отнимет у него что-либо, но он заметит разбойника и место притона его, то идет к правителю, и тот удовлетворяет обиженного, и не только возвращает ему отнятое у него, но и самого разбойника наказывает. Итак, если войдет помысл, не смущайся, но рассмотри, что он хочет сделать, и сопротивляйся безмятежно, призывая Господа. Ибо не в том еще состоит зло, что разбойник войдет в дом твой, а в том, когда похитит, что в нём находится. Если же он должен будет удалиться с бесчестием, то это делает честь владельцу дома, бесчестие же разбойнику, что он вышел, не успев ничего взять. Господь, придя в землю Иудейскую, то есть в сердце человека, изгонит демонов. Итак, воззови к Нему, как македоняне к Павлу: «приди в Македонию и помоги нам» (Деян. 16, 9), и как ученики: «Господи! спаси нас, погибаем» (Мф. 8, 25-26); и Он, пробудившись, запретит ветрам мысленным, и утихнут, ибо Его есть сила и слава вовеки, аминь.

Вопрос 555. Писание говорит: «Если гнев начальника вспыхнет на тебя, то не оставляй мéста твоего» (Еккл. 10, 4). Что это значит?

Ответ. Вместо сего (то есть вопроса о том, что это значит), не позволяй помыслу войти в тебя и не беседуй с ним, но прибегай к Богу; ибо, если захочешь дать ему (помыслу) ответ, увлечешься в размышление о нём, которое отвлечет тебя от теплоты молитвенной.

Вопрос 583. Выслушав сие, авва Елиан прославил Бога и сказал старцу: отец мой! Я новоначальный и ничего не знаю, что повелишь мне сказать братии?

Ответ. Скажи им следующее: Господь Иисус, сказавший: «Не оставлю вас сиротами; приду к вам» (Ин. 14, 18), печется о вас; вы же внемлите себе со всяким смиренномудрием и любовью к Богу, и Он благословит вас и будет вам покровом и вождем. Скажи им также: да не скрывает никто помысла, ибо, если кто скрывает помыслы, злые духи радуются, усиливаясь погубить его душу. И если кто из братии объявит тебе помысл свой, то воззови мысленно: «Господи! Что Тебе угодно для спасения души брата, подай мне, дабы мог сказать ему и дабы сказал Твое слово, а не мое», — и приходящее тебе на ум скажи, говоря в себе: это не мое слово, ибо написано: «Говорит ли кто, говори как словá Божии» (1 Пет. 4, 11).

Вопрос 603. Если признаю нужным сделать перемены в том, что установлено блаженным аввою в завещании его или исправить что-либо в обители, повелеваешь ли сделать это или нет?

Ответ. Если находишь, что надобно переменить что-нибудь, сделай сие со страхом Божиим, не сомневаясь, и что требует исправления, пусть будет исправлено, не до излишества, но сколько требует того нужда, и то с некоторым утеснением, как бы имея в виду переселение, ибо здания вéка сего, в отношении к вечности, не более как палатка. Когда видишь, что помысл побуждает тебя сделать что-либо, скажи ему: «Для чего ты хочешь сделать это?» И если сие действительно необходимо, то пусть совершится. А когда нет в том особенной нужды, скажи помыслу: «Какую пользу получишь ты из сего?» При помысле плотском просто презри его; если же он будет сильно докучать тебе, то не отвечай ему, а прибегни к Богу.

Вопрос 651. Тот же брат вопросил того же старца: «Что значит, отец мой, что иногда, видя, что авва беседует о добродетелях старцев, я утешаюсь словами его как назидательными, иногда же думаю, что они не назидают, а соблазняют слышащих, потому что он сам хвалит своих отцов, и скорблю о сем. Смущаюсь и о других отцах, думая, что их словá напрасны. Итак, прошу тебя, отец мой, объясни мне сие и помолись, чтобы мне избавиться от сего злого помысла».

Ответ Иоанна. Брат! Да подаст тебе Бог слышать, разуметь и на деле исполнить то, что тебе говорится. В том, о чём ты мне писал, заключается и самооправдание, и осуждение; самооправдание потому, что ты почитаешь себя достойным слышать повествования оные; осуждение же потому, что ты говоришь: «Зачем он (авва) оное рассказывает?» И не вспоминаешь, что «Дух дышит, где хочет» (Ин. 3, 8). Можешь ли ты сказать мне, почему Господь, исцеляя некоторых, запрещал им говорить о сем кому-либо, а некоему сказал: «пойди, покажи себя священнику и принеси дар» (Мф. 8, 4) за очищение твое, и еще: «во свидетельство им» (Мф. 8, 4), и: «расскажи... что сотворил с тобою Господь» (Мк. 5, 19). То, что говорит авва, служит к пользе слушающих со страхом Божиим и к осуждению тех, которые не принимают слов его с верою; но ты еще не можешь рассуждать о сем, потому что сердце твое подвержено изменению. Апостол говорит: «мы Христово благоухание Богу в спасаемых и в погибающих: для одних запах смертоносный на смерть, а для других запах живительный на жизнь. И кто способен к сему? Ибо мы не повреждаем слóва Божия, как многие, но проповедуем искренно, как от Бога, во Христе» (2 Кор. 2, 15-17). Если же ты сомневаешься о старце, что он тебе запретил говорить о нём, а авве не запретил, то ты не должен предполагать, что есть какая-либо особенная причина сему, но смиряться сердцем, говоря: мне старец запретил по недостоинству моему, ему же (авве) как достойному позволил говорить для пользы слышащих. Рассмотрим же, как старец всячески приводит нас к смирению, чтобы укорять нам себя и считать недостойными, а мы не хотим преклонить своей выи. Итак, придем в смирение и Бог откроет нам таинства Свои, чтобы мы могли беседовать, где нужно, а где не нужно, всегда молчать, и чтобы и то, и другое служило к пользе нашей и слушающих нас. Мы не должны осуждать или уничижать говорящих, чтобы вместо назидания не получить нам осуждения. Ибо если спросим помысл наш: знаем ли мы, как говорит говорящий: по действию ли в нём Духа, или нет — то найдем, что вовсе не знаем сего. Итак, будем думать доброе, а не злое; ибо злой думает злое, а добрый — доброе, о Христе Иисусе, Господе нашем, Которому слава вовеки, аминь.








Яндекс.Метрика