Сайт создан по благословению настоятеля храма Преображения Господня на Песках протоиерея Александра Турикова

Система Orphus







Сквозь века

Чудеса преподобного Сергия Радонежского


На всяком месте в бедах, или в скорбях, или в узах и в плену, в изгнании,
в кровопролитиях и во всяких тяжелых утеснениях и печалях, кто
призовет с верой на помощь этого великого отца, тот ведь
посрамленным никогда не уйдет и в надежде своей
не ошибется. Авраамий Палицын

Где ни призовет его человек с верой сердечной – непременно получает
благую помощь и уходит с радостью. Симон Азарьин


...Михаил ощутил и душой и телом благодатную, неземную, теплую
любовь  Преподобного, в уме и сердце воцарились мир и покой.
Он был словно на Небе... Свящ. Валерий Духанин

Содержание:

О чудесах преп. Сергия Радонежского, совершенных им во время земной жизни (14 в.)

Чудесное избавление Москвы в 1521 году

Чудеса преп. Сергия Радонежского при осаде Троице-Сергиева монастыря в 1608-1610 годах

Чудеса преп. Сергия игумена Радонежского, записанные преподобным Епифанием Премудрым, иеромонахом Пахомием Логофетом и старцем Симоном Азарьиным. 1646 г.

О новоявленных чудесах преподобного Сергия. Рукопись Симона Азарьина 1653 г.

С.А. Нилус. О том, как православный был обращен в православную веру (1901 г.)

С.А. Нилус. Одно из современных чудес преподобного Сергия (1901 г.)

Чудесная помощь преподобного Сергия в наши дни

Священник Валерий Духанин. Новые чудеса преподобного Сергия Радонежского

Священник Валерий Духанин. Как преподобный Сергий спас Московскую духовную академию

Из «Слова благодарственного за все сотворённые чудеса Божии, бывшие в обители чудотворца Сергия по молитвам его», творения инока Авраамия Палицина


О чудесах преп. Сергия Радонежского, совершенных им во время земной жизни (14 в.)


...Молва о святом всё более возрастала и увеличивалась. Много различных чудес совершил преподобный еще при жизни. Господь даровал Своему угоднику необыкновенную чудодейственную силу: так однажды преподобный воскресил мертвого. Сие произошло следующим образом: в окрестностях обители жил один муж питавший к Сергию великую веру; единственный сын его был одержим неизлечимою болезнью; твердо надеясь, что святой исцелит его сына, сей поселянин отправился к преподобному. Но в то время, как он пришел в келлию святого и стал просить его помочь болящему, отрок, изнуренный сильною болезнью, умер. Потеряв всякую надежду, отец сего отрока стал горько плакать:

– Увы мне, – говорил он святому, – я пришел к тебе, человек Божий, с твердой уверенностью, что ты поможешь мне; лучше было бы, если бы сын мой умер дома, тогда не оскудел бы я верою, которую доселе имел к тебе.

Так скорбя и рыдая, он вышел, чтобы принести всё нужное для погребения своего сына.

Увидев рыдания сего человека, преподобный сжалился над ним и, сотворив молитву, воскресил отрока. Вскоре возвратился поселянин с гробом для своего сына.

Чудо воскрешения умершего мальчика преп. Сергием. Н. Климова

Святой же сказал ему:

– Напрасно ты неосмотрительно предашься печали: отрок не умер, но жив.

Так как сей человек видел, как умер его сын, то не хотел верить словам святого; но подойдя, он с удивлением заметил, что отрок действительно жив; тогда обрадованный отец тал благодарить преподобного за воскрешение своего сына.

– Ты обманываешься, – сказал Сергий, – и не знаешь сам, что говоришь. Когда ты нес отрока сюда, от сильной стужи он изнемог, – ты же подумал, что он умер; теперь в теплой келлии он согрелся – а тебе кажется, что он воскрес.

Но поселянин продолжал утверждать, что сын его воскрес по молитвам святого. Тогда Сергий запретил ему говорить о сем, прибавив:

– Если ты станешь рассказывать о том, то и вовсе лишишься своего сына.

В радости великой вернулся сей муж домой, прославляя Бога и Его угодника Сергия. О чуде сем узнал один из учеников преподобного, который и поведал о нем.

Много и других чудес совершал преподобный. Так один из окрестных жителей впал в тяжкую болезнь; несколько времени он не мог ни спать, ни принимать пищи. Братье его, слыша о чудесах преподобного Сергия, принесли болящего к подвижнику и просили его исцелить страждущего, святой помолился, окропил больного святою водою, после чего тот заснул, а проснувшись, он встал совершенно здоровым и бодрым, как будто никогда не хворал; прославляя и благодаря великого подвижника, сей поселянин возвратился к себе домой.

К преподобному стали приходить люди не только из окрестных селений, но даже из отдаленных местностей. Так однажды к Сергию привезли с берегов Волги знатного человека, одержимого нечистым духом. Сильно страдал он: то кусался, то бился, то убегал от всех; десять человек едва могли удержать его. Родные его, услышав о Сергие, решили привести сего бесноватого к преподобному. Больших трудов, немалого усилия потребовалось для того. Когда болящего привезли в окрестности монастыря, он с необычайной силой разорвал железные оковы и стал кричать так громко, что его голос был слышен даже в обители. Узнав о том, Сергий совершил молебное пение о болящем; в сие время страждущий стал несколько успокаиваться; его даже ввели в самый монастырь.


По окончании молитвенного пения, преподобный подошел с крестом к бесноватому и стал осенять его; в сие самое мгновение тот человек бросился с великим воплем в воду, скопившуюся неподалеку после дождя. Когда же преподобный осенил его святым крестом, он почувствовал себя совершенно здоровым и рассудок возвратился к нему. На вопрос, почему он бросился в воду, исцелевший отвечал:

– Когда меня привели к преподобному, и он стал осенять меня честным крестом, я увидел великий пламень, исходящий от креста, и, думая, что тот огонь сожжет меня, устремился в воду.


После сего несколько дней он пробыл в монастыре, прославляя милосердие Божие и благодаря святого угодника за свое исцеление.

Часто и других бесноватых приводили к святому, и все они получали избавление.

Милосердный Господь даровал такую силу Своему усердному и верному рабу, что бесы выходили из людей, одержимых ими, еще прежде, чем болящих подводили к святому. Много и других чудес происходило по молитвам подвижника. «Слепые прозревают и хромые ходят, прокаженные очищаются» (Мф.1:5), словом все, с верою приходящие к святому, какими бы ни страдали недугами, получали телесное здоровье и нравственное назидание, так что обретали сугубую пользу.

Слух о таких чудесах преподобного Сергия распространялся всё далее и далее, молва о его высокоподвижнической жизни росла всё шире и шире; число посещавших обитель возрастало всё более и более. Все прославляли преподобного Сергия, все благоговейно почитали его…

…В сие время Божиим попущением за грехи людские один из ханов татарских, нечестивый Мамай, поднялся на Русь со всеми своими несметными полчищами. Гордый хан хотел даже уничтожить веру православную; в своем высокомерии он говорил вельможам:

– Возьму Русскую землю, разорю христианские церкви и перебью всех князей русских.

Напрасно благочестивый князь Димитрий Иоаннович пытался дарами и покорностью укротить ярость татар; хан был неумолим; уже полчища врагов подобно грозовой туче придвигались к предела земли русской. Великий князь также стал готовиться к походу, но прежде чем выступить в путь, он отправился в монастырь животворящей Троицы, чтобы поклониться Господу и испросить благословения на предстоящий поход у святого игумена сей обители; помолившись усердно пред иконой Пресвятой Троицы, Димитрий сказал преподобному Сергию:

– Ты знаешь, отче, какое великое горе сокрушает меня и всех православных: – безбожный хан Мамай двинул все свои полчища, и вот они идут на мою отчину, чтобы разорить святые церкви и истребить народ русский. Помолись же, отче, чтобы Бог избавил нас от сей великой беды.

Услышав сие, преподобный начал ободрять князя и сказал ему:

– Подобает тебе заботиться о стаде, порученном Богом, и выступить против безбожных.


…преподобный, окропив святой водою великого князя и бывших с ним, сказал ему:

– Врага ожидает конечная гибель, а тебя милость, помощь и слава от Бога. Уповай же на Господа и на Пречистую Богородицу.

Затем, осенив князя честным крестом, преподобный пророчески изрек:

– Иди, господин, небоязненно: Господь поможет тебе против безбожных: победишь врагов своих.

Между тем Русские князья соединились, и собравшееся войско выступило в поход; 7 сентября ополчение достигло Дона, переправилось через него и расположилось на знаменитом поле Куликовом, готовое встретить грозного врага. Утром 8 сентября, в день праздника Рождества Пресвятой Богородицы, войско стало готовиться к бою. Перед самой битвой от преподобного Сергия приходит инок Нектарий с двумя другими братиями. Святой игумен хотел укрепить мужество князя: он передает ему благословение Пресвятой Троицы, присылает с иноками Богородичную просфору и грамоту, в коей утешает его надеждою на помощь Божию и предрекает, что господь дарует ему победу. Весть о посланниках Сергиевых быстро разнеслась по полка и вдохновила воинов мужеством; надеясь на молитвы преподобного Сергия, они небоязненно шли на битву, готовые умереть за православную веру и за свою родную землю.


Во все время, пока происходила ужасная битва, преподобный Сергий, собрав братию, стоял с нею на молитве и усердно просил Господа, чтобы Он даровал победу православному воинству. Имея дар прозорливости, святой ясно видел как бы перед своими глазами всё то, что было удалено от него на большое расстояние; провидя всё сие, он поведал братии о победе русских, называл павших по именам, сам приносил о них моление. Так Господь всё открыл Своему угоднику.

Однажды прибыл в Москву из Царяграда некий епископ; он много слышал о святом угоднике Божием, но не верил сему.

– Может ли, – думал он, – появиться в сих странах такой великий светильник?

Рассуждая так, он задумал отправиться в обитель и самому посмотреть на старца. Когда он приближался к монастырю, им овладел страх; а лишь только он вошел в обитель и взглянул на святого, тотчас же ослеп. Тогда преподобный взял его за руку и ввел в свою келлию. Епископ со слезами начал умолять Сергия, поведал ему о своем неверии, просил о прозрении, каялся в своем согрешении. Смиренный игумен прикоснулся к его глазам, и епископ тотчас же прозрел. Тогда преподобный кротко и мягко стал беседовать с ним и говорил, что не следует возноситься; епископ же, прежде сомневавшийся, стал теперь всех уверять, что святой воистину человек Божий, и что Господь сподобил его узреть земного ангела и небесного человека. С подобающей честью проводил епископа преподобный из своего монастыря, и он возвратился к себе, прославляя Бога и Его угодника Сергия.

Однажды ночью блаженный Сергий стоял пред иконою Пречистой Богородицы, совершая свое обычное правило, и, взирая на святой лик Ее, так молился:

– Пречистая Матерь Господа нашего Иисуса Христа, заступница и крепкая помощница человеческому роду, будь за нас недостойных Ходатаицей, молися всегда Твоему Сыну и Богу нашему, да призрит на святое сие место. Тебя, Матерь сладчайшего Христа, призываем на помощь рабы Твои, Ибо ты для всех пристанище и надежда.

Так преподобный молился и воспевал благодарственный канон Пречистой. Окончив молитву, он присел на короткое время для отдохновения. Вдруг он изрек своему ученику Михею:

– Чадо, бодрствуй и трезвись! в сей час к нам будет неожиданное и чудесное посещение.

Лишь только он произнес сии слова, внезапно послышался голос, говорящий:

– Се, грядет Пречистая.

Явление Богородицы преп. Сергию. С. Ефошкин

Услыхав сие, святой поспешно вышел из келлии в сени; здесь осиял его великий свет ярче солнечного сияния, и он сподобился узреть Пречистую, сопровождаемую двумя Апостолами Петром и Иоанном: необычайный блеск окружал Богоматерь. Не вынося столь чудного сияния, святой пал ниц. Пречистая же прикоснулась к святому Своими руками и сказала:

– Не ужасайся, избранник Мой! Я пришла посетить тебя, ибо услышаны твои молитвы об учениках. Не скорби больше об обители сей: отныне она будет иметь изобилие во всем не только при твоей жизни, но и по отшествии твоем к Богу. Я же никогда не оставлю места сего.

Изрекши сие, Пречистая Богоматерь стала невидима. Святой был поражен великим страхом и трепетом. Придя в себя чрез несколько времени, он увидел, что ученик его лежит как мертвый. Святой поднял его; тогда Михей стал кланяться в ноги старцу, говоря:

– Отче, Господа ради, расскажи мне, что это за чудное явление; едва душа моя не разлучилась с телом, столь дивно было сие видение.

Святой же был объят великой радостью; даже лицо его сияло от несказанного ликования; он не мог промолвить ничего другого, как только:

– Чадо, помедли немного, ибо и во мне от чудного видения трепещет душа!

И некоторое время преподобный стоял молча; после сего он сказал своему ученику:

– Позови ко мне Исаака и Симона!

Когда они пришли, то святой рассказал им всё по порядку, как он видел Пречистую Богородицу с Апостолами и что Она изрекла ему. Услышав сие, они исполнились великой радости, и все вместе совершили молебен Богородице; святой же провел без сна всю ту ночь, размышляя о милостивом посещении Пречистой Владычицы.

Однажды преподобный совершал Божественную литургию. Вышеупомянутый ученик его Симон, муж испытанной добродетели, тогда был екклисиархом. Вдруг он видит, что по святому престолу носится огонь, озаряя алтарь и окружая служащего Сергия, так что святой был объят пламенем с головы до ног. А когда преподобный приступил к принятию Христовых Таин, огонь поднялся и, свившись, как бы некая дивная пелена, погрузился в
святую чашу, из коей и причастился сей достойный служитель Христов святой Сергий.


Видя сие, Симон пришел в ужас и стоял в безмолвии. Причастившись, Сергий отошел от святого престола и, поняв, что Симон сподобился видения, призвал его и спросил:

– Чадо, чего так устрашилась душа твоя?

– Отче, я узрел чудное видение: я видел благодать Духа Святого, действующую с тобою.

Тогда преподобный запретил ему рассказывать о сем кому-либо, сказав:

– Не говори о сем никому, пока Господь не призовет меня к Себе.

И оба они стали горячо благодарить Творца, явившего им такую милость.


Чудесное избавление Москвы в 1521 году


Махмет Гирей вторгся в московскую область с крымскими, ногайскими и казанскими татарами. Великий князь Василий Иоаннович еле успел выйти с войском к Оке, чтоб остановить дальнейшее движение татар. Татары свирепствовали на пространстве от Воронежа до Нижнего и от Нижнего до Москвы-реки: они брали в плен женщин и девиц, убивали детей, во множестве продавали пленников в рабство, святотатствовали в храмах... Наконец, Гирей остановился в виду Москвы и стал жечь окрестные деревни. Москва была в величайшем смятении. Опять надеялись все не на силу человеческую, а на Божье заступничество. Один юродивый Василий в полночь со слезами молился Богоматери о спасении Москвы. Вдруг услышал он сильный шум. Почудилось ему, что соборные двери растворились сами собой, Владимирская икона, поднявшись с своего места, вышла через двери из собора, и был от нее голос: «Выйду из града со святителями». И тогда церковь на миг осветилась пламенем, который тотчас же погас.

В ту же ночь было видение одной слепой инокине Вознесенского монастыря. Видит она, что из Кремля в Спасские ворота идет целый священный собор. Идут святители и другие сияющие праведники, и несколько человек из них несут чудотворную Владимирскую икону. Когда они выходили из Спасских ворот, вышли от Ильинки преподобные Сергий Радонежский и Варлаам Хутынский. Они упали в ноги святителям и спрашивали их, на кого они оставляют город в такой беде? Святители отвечали: «Много молили мы Всемилостивого Бога и Пречистую Богородицу об избавлении от предлежащей скорби; Господь же повелел нам не только выйти из города, но и вынести с собой чудотворную икону Пречистой Его Матери; ибо люди презрели страх Божий и о заповедях Его не радели, почему Бог и попустил придти варварскому народу, да накажутся ныне и через покаяние возвратятся к Богу». Упав в ноги московским чудотворцам, преподобные Сергий и Варлаам стали умолять их, чтоб они смягчили гнев Божий. И вняли святители неотступным просьбам, отпели молебен пред иконой Владимирской, осенили город крестом и вернулись в Кремль, неся с собой обратно икону Владимирскую.


И на этот раз заступлением Богоматери Москва была спасена. Татарам показалось вдруг, что вокруг города стоит громадное количество войска; весть эта дошла до хана; он послал удостовериться в этом, и посланным этим привиделось войско еще более сильное, чем первым. Тогда хан послал одного из своих приближенных. Тот вернулся в трепете: «Бежим немедля, — вскричал он, — от Москвы идет на нас неисчислимое войско!» И тогда татары бежали.

Чудеса преп. Сергия Радонежского при осаде Троице-Сергиева монастыря в 1608-1610 годах

(Из кн.: Сказание Авраамия Палицына об осаде Троице-Сергиева монастыря. Перевод Г. М. Прохорова)

Творение инока Авраамия Палицина, келаря Троице-Сергиевой обители и современника этих событий, является основным источником по истории Троицкой осады. Осада Троице-Сергиева монастыря польско-литовскими войсками Лжедмитрия II продолжалась почти шестнадцать месяцев — с 3 октября (23 сентября по старому стилю) 1608 г. по 22 января (12 января по старому стилю) 1610 г. После того, как войска Лжедмитрия II не смогли захватить Москву, он решил полностью отрезать её от России. Для этого необходимо было взять Троице-Сергиев монастырь. Для осады монастыря было направлено около 15 тысяч человек воинов. В монастыре было примерно 2200-2400 дворян, стрельцов, монастырских слуг, монахов и крестьян. Самоотверженная оборона Троице-Сергиева монастыря в огромной степени способствовала ослаблению сил врага и возникновению народного освободительного движения.

О явлении чудотворца Сергия, о приступе и поджоге Пивного двора

В воскресный день после утреннего пения пономарь Иринарх сел отдохнуть и забылся сном. И вдруг он видит, что в келью его вошел великий чудотворец Сергий и слышит, как тот говорит ему: «Скажи, брат, воеводам и ратным людям: сейчас к Пивному двору будет очень тяжелый приступ, они же да не ослабевают, но с надеждою дерзают». И он видел святого, ходившего по крепости и по службам, кропившего святой водой монастырские строения.


После предупреждения чудотворца, с воскресенья на понедельник в третьем часу ночи, когда никто не ожидал, загремело множество орудий, и многочисленное воинство литвы с громким криком со всех сторон устремилось к крепостным стенам. Против же Пивного двора, взяв множество вязанок дров, хвороста, соломы, смолы с берестой и порохом, они зажгли острог. И от того огня стали видимы все полки. Со стен же крепости и с Пивного двора из-за турусов, из пушек и из пищалей много побили литовцев, и огни их погасили, и острог подсечь не дали. Также и по другим стенам крепости и с башен, козы с огнем спуская, многих литовских людей побили, потому что они подошли близко к крепости.



О явлении Сергия чудотворца архимандриту Иоасафу

В то время в церкви Пресвятой Троицы архимандрит Иоасаф задремал, и вот внезапно видит он святого и блаженного отца нашего Сергия, великого чудотворца, стоящего против чудотворного образа Святой Живоначальной Троицы, руки свои воздевшего вверх и молящегося со слезами Святой Троице. И обратился святой к архимандриту и сказал ему так: «Брат, встань, — это время пения и час молитвы; „бдите и молитесь, да не войдете в напасть". Господь Всесильный по многой своей щедрости помиловал вас и подаст вам еще время, да в покаянии поживете». Архимандрит же Иоасаф, одержимый сильным страхом, поведал об этом явлении всей братии. ...

Об Иване Рязанце

…казак Иван Рязанец рассказал такую историю: «Произошло, дескать, в прошлую ночь с субботы на воскресенье: было явление атаманам и казакам, а сказывал атаман наш Пантелеймон Матерый, также и из нас многие видели своими глазами, и иных станиц атаманы и казаки многие то же видение видели и слова старца слышали твердые с запрещением. Видели они ходивших вокруг крепости по стене двух старцев — бороды седые, светозарные образом, так что быть им по образу и по подобию великими чудотворцами Сергием и Никоном. Один в руке имел золотую кадильницу, а под кадильницей Животворящий Крест и, кадя обитель свою, ограждал стены крепости Честным Животворящим Крестом. Второй держал в правой своей руке кисть вроде кропила, а в другой руке чашу. И, кропя святою водой стены и все прочее в обители, он пел своими устами громким голосом тропарь „Спаси, Господи, люди своя” и кондак „Вознесшийся на крест”, — оба до конца.


И, обратившись к нашим полкам, преподобный — от его лица сиял неизреченный свет, паля, как огонь, — сказал с яростью, сурово грозя: „О злодеи законопреступники! Зачем вы сошлись разорить дом Пресвятой Троицы, осквернить в ней Божии церкви и погубить иночествующих и всех православных христиан? Не даст вам Господь жезла на свой жребий!” Наши же окаянные казаки и литовские люди стреляли по ним из луков и из самопалов, но наши стрелы и пульки, от них отскакивая, возвращались к нам и многих поражали; и многие люди в наших полках, раненные теми пульками, померли, извещая тем самым о большом чуде Бога, прославляющего своих угодников». Той же ночью и во сне явился чудотворец Сергий атаманам и многим казакам.

Тем же образом явился он гетману, начальствующим панам и ротмистрам, сурово предупреждая и так говоря: «Я сотворю на вас, злодеев, мольбу Вышнему Царю, и вы будете осуждены вовеки мучиться в геенских муках». И было, будто молния ударила и громы страшные загремели, и с востока потекла великая река, а с запада и с юга появились два великих озера, и сошлись все три воедино; и поднялась вода, как гора великая, и потопила все полки литовские, и все совершенно пропали. Наутро же Сапега и Лисовский, встретившись вкупе со всеми русскими изменниками, рассказывали друг другу свои сны и говорили: «Что такое должно произойти? Многие воды потопили наши полки!» Тогда предстал пред ними донской атаман Стефан Епифанец из станицы Смаги Чертенского, имевший в своей власти войско из пятисот казаков, и сказал им: «Великие гетманы, я скажу вам: такие сны не к добру бывают. Это знамение являет преподобный Сергий чудотворец: то не водам повелевает он нас потопить, но множество православных христиан вооружит на нас. И великое падение ждет наших людей». Литовские же люди, услышав это, были объяты великой кручиной и договаривались с казаками его убить, говоря, что «этот человек возмущает наши полки и пугает людей воинского чина».

Стефан же и казаки, узнав об этом, собрались все пятьсот человек и той же ночью бежали, пообещав Святой Живоначальной Троице, Пречистой Матери Божией и великим чудотворцам Сергию и Никону больше такого зла не совершать, также и царствующему городу, а стоять заодно с православными христианами против иноверных; и призывали в помощь великих чудотворцев. Литовские же полки догнали их в Троицкой волости в Вохне на реке Клязьме. Но те помилованы были Богом по молитвам преподобных отцов Сергия и Никона и ушли от литовских людей все невредимыми. Также и через Оку-реку переправились они ниже Коломны и пришли на Дон к своему атаману все здравыми.

Об этом знамении и об атамане Стефане Епифанце принесли мне записку оставшиеся в обители чудотворца иноки, а кое-что поведали мне о том и словом. Я же повелел вписать здесь и это, раз и это есть истина, чтобы не оказаться мне перед Богом нерадивым рабом, презревшим чудеса преподобных отцов.

О стрельбе по крепости в восьмой день ноября

Того же месяца в восьмой день на праздник собора святого архистратига Михаила. День тот был днем плача и сетования, потому что прошло уже тридцать дней и тридцать ночей, как беспрестанно со всех сторон били по крепости из-за всех туров из шестидесяти трех пищалей и из верховых орудий.

… В день же архистратига Михаила пели вечерню, и все бывшие в обители люди с воплем и рыданьем, бия себя в грудь, просили милости у Всещедрого Бога, и воздевали вверх руки, и на небо взирали, и взывали: «Господи, спаси нас, погибающих, скорей поспеши и избавь нас от этой погибели ради твоего святого имени. И не предай достояния твоего в руки этим скверным кровопийцам».

Враги же Святой Троицы деятельно и коварно добивались захвата крепости и беспрестанно стреляли из многих пушек и пищалей. Во время псалмопения внезапно ядро ударило в большой колокол, отскочив от него, влетело в алтарное окно Святой Троицы, пробило в деисусе доску подле правого крыла образа архистратига Михаила и, ударившись вскользь по столпу, а затем в стену, отскочило то ядро в насвечник пред образом Святой Живоначальной Троицы, ранило священника и, отлетев в левый клирос, развалилось. В то же время другое ядро пробило железные двери с южной стороны у церкви Живоначальной Троицы и пробило доску местного образа великого чудотворца Николы выше левого плеча подле венца; за иконой же ядра не оказалось.

И тогда в церкви Святой Троицы на всех находившихся там людей напал великий страх, и все заволновались. И полит был церковный пол слезами, и пение замедлялось от сильного плача. И воздевали все руки свои вверх к Пребезначальной Троице, к Пречистой Богородице и великим чудотворцам Сергию и Никону, молясь о помощи и заступничестве от врагов.

Во время же пения стихир архимандрит Иоасаф, будучи в великой печали и сетовании, погрузился в легкое забытье, и вот, видит он великого архистратига Михаила; лицо его, как свет, сияло, в руке своей он держал скипетр и говорил противникам: «О враги лютеране! Вот, беззаконники, ваша дерзость дошла и до моего образа. Всесильный Бог вскоре воздаст вам отмщение». И, сказав это, святой стал невидим. Архимандрит же поведал об этом видении всей братии. И облеклись они в священные ризы, и пели молебны Всесильному Богу и архистратигу Михаилу. …

Архимандрит же Иоасаф, правя келейное правило и взирая на образ Пресвятой Богородицы, со слезами прося помощи и заступничества, задремал. И видит он вошедшего в келью преподобного отца нашего Сергия, говорящего: «Встань, не скорби, но возноси молитвы в радости, ибо предстоит перед Богом и молится об обители и о вас Святая Пречистая Богородица и Приснодева Мария с ангельскими ликами и со всеми святыми».

Также и иные старцы поведали о различных знамениях — священноинок Геннадий, священноинок Гурий, священноинок Киприан и иные многие черноризцы и миряне, — что видели святого Сергия чудотворца, ходившего по монастырю и будившего братию со словами: «Идите, иноки, немедленно в святую церковь и обретете благодать». И потом они видели, как вошел в церковь Святой Троицы Серапион, архиепископ Новгородский, и стал в святительской одежде в святом алтаре перед образом Святой Богородицы. И, обратившись к нему, святой чудотворец Сергий сказал: «Отец Серапион, почему ты медлишь принести моление ко Всесильному Богу и Пречистой Богородице?» Святой же архиепископ Серапион, воздев свои руки, возопил: «О Всепетая Мать, родившая всех святых святейшее Слово! Нынешнее приношение приняв, от всякой напасти избавь всех и от грядущей изыми муки вопиющих: аллилуйя!» И тут начали благовестить к заутреннему пению. Старцы же, это увидев, рассказали архимандриту и воеводам.

Эти старцы все отошли к Богу еще во время тогда бывшей осады. Принес же мне запись об этом дьякон Маркел ризничий. Я же, поправив ее, повелел вписать.


Об умножении в крепости беззакония и неправды

В то время, когда одержимы были люди всеми бедами в обители чудотворца, плакали все, рыдали и горестно сокрушались, долго терпящий нас, сотворивший все, не желающий смерти грешнику, но дающий время для покаяния и призывающий грешников к спасению дал находящимся в крепости в осаде хорошо отдохнуть от рук оскорбляющих. Ибо отступили литовские полки и русские изменники далеко от крепостных стен и впредь в своих жилищах и таборах пребывали. Рвы же свои и ямы, выкопанные ими близ крепости, оставили. Бывшие же в крепости военные люди и многие из народа всякий день из крепости выходили: то ради отдыха от великой тесноты, то за дровами и постирать одежду, иногда же на вылазку против польских и литовских людей и русских изменников. И из повседневных с ними сражений возвращались они здоровыми в обитель чудотворца; иногда же и победителями над ними оказывались, молитвами чудотворцев Сергия и Никона.


Когда же немного отдохнули они от великих бед, тогда забыли Спасающего их и не вспомнили пророка, говорящего: «Служите Господу со страхом и радуйтесь ему с трепетом». Дьявол же, уразумев бывшее на нас просвещение от лица Господня, понуждал нас тогда от славы Божией отпасть, и праздновать не духовно, но телесно, и торжествовать не в целомудрии, но в бесстрашии, чтобы тем самым возбудили мы у Владыки негодование на себя, наподобие того как Ноя, а также Лота, осквернил он пьянством, Давида и Соломона в блудодейство низвел, а людей израильских, сквозь Чермное море прошедших, из-за чрезмерной сытости и веселия под землю низвел; так же и здесь сотворил лукавый.

Ибо опоясывающиеся мечом на радостях часто заходили утешиться сладкими медами, от которых породились блудные беды. Всех возвращавшихся с повседневных вылазок после победы и после пролития крови вином утешали, а от этого все страсти телесные возрастали. На трапезе же братской иноки и простые люди воду пили и военных людей перестать молили. Но те этим пренебрегали. А еще и такое зло добавили — сребролюбие.

Тогда ведь все они, постоянно питаясь от дома чудотворца, брали хлебы по числу каждый для себя, кто на неделю, а некоторые каждый день, и отдавали их за серебро, а сами всегда в трапезной питались. Тяжело тогда было инокам, в монастырской хлебне работавшим: не могли они успеть удовлетворить потребность ратных и не имели ни сна ни покоя ни днем ни ночью, и всегда от жара печного и от дыма глаза у них слезились. Также и молоть было очень трудно. Людей-то множество, жерновов же мало, ибо не ожидали люди, что долго сидение продлится, и налегке сели в осаду. И двенадцать гривен за помол четверти давали, но мало было бравших. Ибо днем всегда из крепости выходили, ночью же на страже крепостной трезвились. И кого в плен брали из русских изменников и некоторые из поселян, а также из христианских жен и оставшихся служилых работниц и прочие, — те им мельниками были, но в тяготах осадных и те быстро помирали.

Нечестно же бравших хлеб монастырский отец Иоасаф много о том молил: «Отстаньте, господа и братья, — говорил он, — от такой безрассудности и глупости и не берите сверх потребы своей. А взятое вами не расточайте попусту, но тщательно сохраняйте. Не знаем ведь, господа, на сколько протянется сидение наше в осаде. Да и какая вам польза истощить понапрасну житницы чудотворца?» И много об этом молил. Те же этим пренебрегали и наперекор говорили: «Большое ли дело, что берем лишнее? Если это позорно в ваших глазах, то перестанем брать. Но с противниками вы что хотите, то и делайте». И потому он замолчал, сказав: «Да видит это Сергий чудотворец!»

И потом является чудотворец Сергий, стоя об руку с Никоном, двум галицким казакам из даточных людей. И говорит им Никон чудотворец: «Вот пришел великий Сергий!» И те видят чудотворца, поникшего лицом на посох, и говорит им Никон: «Возвестите всем, в осаде сидящим, что так говорят Сергий и Никон: „Что обманываете нас, неправедные, и зачем, лишнее взяв, продаете, чтобы сорить серебром и пьянствовать? И что ругаете мучающихся у огня в пекарне? Или не понимаете того, что съедаете пот их и кровь? Следите за собой, потому что поруганы будете вашим чревом и от него все умрете лютою смертью”». Те галичане казаки всему воинству все это рассказали и с плачем умоляли всех. А все люди посмеялись над ними и наплевали на их слова. Они же с того дня и до отхода врагов в плаче и в унынии ходили.

…Послушаем же о том, как из-за невоздержания начали люди все нисходить в истление.

День ото дня мор начал распространяться в доме чудотворца. Благого же и неизменного Владыки благой верный раб неотступно заботился о вверившихся ему душах. Поляки же и литовцы с русскими изменниками, по обычаю своему построившись, ударили в стены обители святого. Шум раздался внезапно, и мужи вооруженные к противникам выходят, и из-за неожиданности приближения врагов руки у правоверных трясутся и лица у них изменились.

Выходя же, они, не веря себе, видят перед собой быстро идущего от надвратной церкви святого чудотворца Сергия, святолепного, сединами украшенного старца, говорящего им: «Что трепещете? Если и никого из вас не останется, не предаст Бог это святое место и не прозвучит среди врагов „мы пленили обитель Пресвятой Троицы”. Мужайтесь, не ужасайтесь. Говорите в обители всем, что нечисто живущие в этом святом месте погибнут. Не нечистыми спасет Господь это место, но имени своего ради без оружия избавит!» И невидим стал.

И узнали люди самого чудотворца. Об этом его явлении всеми было услышано. Но кто избавит человека от смерти телесной и душевной? Сколько и сам Господь учил людей еврейских, но они не послушали и до конца погибли. Так и здесь было с неслушающими начальников этого святого места.

Об утешении явлением чудотворца Иринарху

Утешающий в скорбях великий чудотворец Сергий вновь явился пономарю Иринарху и сказал ему: «Скажи братии и всем страждущим в осаде: зачем унывают и ропщут на держащего скипетр? Я неотступно молю Христа Бога моего. А о людях не скорбите: людей к вам царь Василий пришлет».

И через немного дней посланные царем Василием прошли сквозь литовские полки — вышеназванный атаман Сухан с товарищами и со слугами троицкими, укрытые молитвами чудотворца, — и, не понеся никакого вреда от противников, здоровыми пришли в обитель чудотворца. …

…И боязнь великая охватила их из-за прохода Сухана, и они стерегли, друг друга держась, чтобы никакого вестника ни из крепости, ни в крепость не пропустить. В осаде же печаль на печаль и скорбь на скорбь налагались, и братья все в обители, лица к земле преклонив, унынию поддавались, а болезни и смерть в городе люто хозяйничали. Порадовались они немного приходу слуг и казаков, но и те мало-помалу начали изнемогать и умирать. И малое число их осталось. И была в крепости скорбь великая, утешения же ниоткуда не находили, только и имели утешение — милость Божию и чудотворца молитвы.

О заступничестве Божием: как Господь укрепил немощных против супостатов

По оскудении же всего воинского чина и когда еще от той злой болезни многие умирали, озирались оставшиеся и не знали, что предпринять или что придумать против такого множества врагов, окруживших их: словно воду морскую видят они повсюду, разлившуюся вокруг Сергиева корабля. Надеясь же на доброго кормчего, на молитвы чудотворца, знали они, что его рука держит кормило, направляя оставшиеся души к спасению. И больше они «не надеялись на князя и на сынов человеческих, ибо в них не было спасения», и так далее. И уже самые простые берут оружие, как весла, и готовятся великие волны рассекать и выходят храбрых ратоборцев разрубать. Уразумели все чудотворца молитвы и попечение, и нагие уже не боялись доспехов свечения. И хотевшие дом Пресвятой Троицы горделиво низложить осадою всегда, обагряемые кровью, убегали от немощных, побеждаемые засадою. …


О явлении чудотворца Сергия

Дивный в своих чудесах великий Сергий вновь явился пономарю Иринарху, говоря: «Скажи братии и всем ратным людям: почему скорбят из-за того, что нельзя послать в Москву вести? Я послал от себя в Москву в дом Пречистой Богородицы и ко всем московским чудотворцам, чтобы совершили молебное торжество, трех своих учеников: Михея, Варфоломея и Наума, — в третьем часу ночи. И воры и литовцы видели их. Почему же слуга не известил, что слышал от врагов, что они их видели? Ведь они сами о том, подойдя к монастырю, рассказали. А вы, выйдя из города, скажите врагам: „Видели вы старцев, так почему не схватили их? Вот придет от них над вами победа, да и в Москве всему городу станет о них известно”». Что и случилось.

Ибо видели в то время в Москве, как они пришли со множеством печеного хлеба на возах на Троицкое подворье в Богоявленский монастырь. И стали невидимы. …

Воеводы и все воинство, услышав это от Иринарха, стали разузнавать, кто из литовских людей что слышал. И слуга Федор Чудинов рассказал все по порядку так: «Когда я стоял на страже, охраняя то, что мне было повелено, подошли близко сыновья вражьи и сказали, грозя: „На что вы надеялись, посылая трех монахов в Москву? Не прошли они нашу стражу; хоть два и убежали, но одного мы поймали”». Многие же этому не поверили.

Тогда на другой день воевода послал за город дворян и видных воинов к панам, чтобы разузнать о старцах. И не было согласия в речах панов, говоривших: «Послали-де вы в Москву трех монахов, под двумя лошади карие, а под третьим пестрая; и на стражу нашу наехали, а сторожа наши их перехватили и двух казнили, а третьего к царьку послали». Другие спорили между собою. «Не лгите, — говоря, — никого ведь не поймали». Слыша это, некоторые из православных, смеясь, им говорили: «А кто они по имени, которых вы связанными держите, и каковы обликом, и что за вести сказали вам?» И, ругаясь, те путались в словах.

Воеводы же, посоветовавшись и попросив общей милости у Живоначальной Троицы, выйдя на вылазку ради того, чтобы разузнать истину о чуде, взяли в плен видного шляхтича и возвратились в крепость, не потерпев никакого вреда. И во время допроса и под пыткой пан сказал: «Поехали-де от вас к Москве три монаха и наехали на нашу стражу, а те за ними погнались, да не догнали. А то паны солгали, что поймали. Истинно вам говорю, что не поймали ни одного, лишь лошадей своих поморили. Под старцами же кони очень худые, но словно крылатые».


По этому поводу все с радостным сердцем воздали благодарность всеобщему Владыке, Богу, и угоднику его великому Сергию чудотворцу. А со временем, когда получили возможность, известили обо всем об этом посланием царя Василия.

Свидетельство о том же

В тот же день вечером, когда разведали истину и узнали о приходе нетленных гонцов, некий немощный старец в больнице, слыша такие рассказы о чудесах великого Сергия чудотворца, размышлял, лежа на своей постели, попросту: «Что это за лошади, да и правда ли это?» Думая так, он повернулся к стене и вот слышит, что дверь в больницу ту отворилась, и слышит шаги идущих ног. Он не повернулся посмотреть, потому что много входило тогда в ту келью и выходило больных, и много бедных из мирских людей тут жило. Но слышит тот старец, что его зовут: «Повернись сюда, я тебе что-то скажу!» Старец же, не повернувшись к тому, ответил: «Говори, брат, что надо; я не могу повернуться, сам ведь знаешь, что я болен». Тот снова говорит ему: «Повернись, что ленишься!» А старец отказался: «Не хочу вредить себе, говори так». Ибо думал старец, что кто-то из той же кельи обращается к нему, потому и не хотел на него смотреть. И, помолчав, начал стоявший перед ним поносить его, говоря: «Что безумствуешь, старец, почему непокорен? В этом ли твое иночество? Разве нет у Бога милости, чтобы подать тебе здоровье вместо немощи?» Старец размышлял о поношении, думая про себя: «Кто это понапрасну ругает меня? Кого я оскорбил?» И решил повернуться, и, собравшись со всеми силами, двинулся, и вдруг встал на свои ноги здоровым. И узнал он чудотворца по образу, написанному на иконе.

Икона преп. Сергия Радонежского. 15 век. Деталь

И сказал ему великий чудотворец Сергий: «Что сомневаешься? Воистину послал я своих учеников». А старец, простецом будучи, говорит: «А на чем послал, государь наш?» Преподобный же отвечает: «На трех слепых меринах, которых конюший Афанасий Ощерин из-за нехватки корма выгнал из монастыря в надолбы — на тех послал. Скажи всем об этом: не столько мне гнусен смрад блуда согрешающих мирян, сколько инок, не хранящий своего обета. Под стенами города моей обители всех пришедших врагов я истреблю, а нечисто и двулично живущих в этой обители погублю и причту к осквернившимся». И, сказав это, стал невидим.

Старец же понял, что он здоров, и, будучи охвачен сильным страхом, плакал до утрени из-за пререкания со святым. И сам пришел в церковь и передал всем слова чудотворца. И поискали повсюду тех слепых меринов и не нашли, и чтобы кто-нибудь видел их, — ни от кого не услышали. И уверились, что воистину было, как сказал святой Сергий чудотворец, и воздали все за это славу Господу Богу, творящему удивительное. А приход тех учеников святого не остался неведом в царствующем городе Москве. …

Чудеса преподобного Сергия игумена Радонежского, записанные преподобным Епифанием Премудрым, иеромонахом Пахомием Логофетом и старцем Симоном Азарьиным


О явлении чудотворца Сергия в Москве с хлебом

Во время осады матери городов, Москвы, видели многие из православных, как от восточных ворот, где обычно входили в город, прошествовал благолепный старец, совершенно седой, а за ним поспешали сопровождающие на двенадцати повозках, наполненных печеными хлебами. Люди удивлялись и говорили: "Кто этот старец и кто идет с ним? Как они миновали такое множество войск, как обошли неприступные посты?" Стали расспрашивать старца об этих странных обстоятельствах: "Скажи, отец, откуда вы?" – а тот всем с радостью отвечал: "Мы – воины из обители Пресвятой и Живоначальной Троицы". Люди, заливаясь слезами, восклицали, обращаясь к нему: "Отче господине, стоит ли еще дом Пресвятой Троицы, надежды нашей, Содетеля Бога? Что означает происходящее, сотворенное известными нашими заступниками, богоносными светилами, Сергием и Никоном? Как вы спаслись от наших общих врагов, окружающих всех нас?" Старец же сказал: "По молитвам Матери Слова Божия, всех Сил Небесных и всех святых, не отдаст Господь имени Своего на поношение язычникам. Но только вы, братья, стойте неколебимо от нападений змииных, да не пожрет вас враг, искони ненавидящий всех". И все слушавшие святые рассказы старца проводили его до самого подворья обители чудотворцевой, а находилось подворье у ворот монастыря Богоявления Господа Бога и Спаса нашего.

Вскоре стали собираться жители царствующего града, желая послушать, что скажет старец и пришедшие с ним. Служители подворья спрашивали собирающийся народ: "Зачем вы толпитесь у монастыря и почему так шумите?" Народ же говорил: "Старец из обители Святой Живоначальной Троицы пришел сюда, и пришедшие с ним привезли к вам печеные хлебы на двенадцати возах; их-то мы все и ожидаем, хотим услышать от них что-нибудь полезное для себя". Служители отвечали народу: "Нет, братья, не соблазняйтесь. Никто сегодня не приходил сюда из обители чудотворца". Народ же говорил настойчиво: "Мы все вместе с ними шли до этих ворот, и они рассказали нам все по порядку, как пострадали в обители от лютеран и от еретиков, и о том рассказали, как посещает чудотворец учеников своих. Зачем же вы говорите неправду и утверждаете, что никто не приходил? Ведь они прошли через весь город на глазах у всех, а вы лжете".

В то время как служители в воротах препирались с народом, к Келарю, старцу Авраамию, пришли посланные от Царя Василия, говоря с гневом: "Почему ты до сих пор не известил царя о прибывших и не представил их Царю?" И искали пришедших повсюду на Сергиевом подворье, но не нашли: никто не видел и не слышал о них.

Смятение продолжалось довольно долго, но потом все поняли, что это Бог посетил людей Своих. И с того дня во всех службах на подворье чудотворца был избыток хлеба и всякой еды, и все славили и благодарили богоносного отца, потому что не прекращались молитвы его и попечение об обители своей и о царствующем граде.

А в обители чудотворца говорили, что появление в Москве старцев с хлебами было в тот день, когда преподобный явился в монастыре пономарю Иринарху и сказал: "Я послал в Москву трех учеников своих, и прибытие их не останется незамеченным в царствующем граде".

О явлении чудотворца Сергия Галасунскому архиепископу Арсению

Не подобает обходить молчанием и следующий случай. Прошу вас, прилежно внимайте без всякого сомнения, удалившись от суетного шума, приклоните уши ваши и послушайте о предивных чудесах великого отца нашего и чудотворца Сергия, в особенности же о чуде, случившемся недавно в царствующем граде Москве.

В то время как супостаты окружили с оружием царствующий град, галасунский Архиепископ находился в Кремле, осажденном окаянными поляками и немцами, и обнищал совершенно, потому что дом его поляки и немцы разграбили, а все богатство и запасы расхитили. Архиепископ умирал от голода и уже прощался с жизнью: прочитав отходную молитву, он лежал в келье, и был при нем лишь один старец-келейник. В это время и явился ему великий в чудесах Сергий – тихо подошел к келье и сотворил молитву. Архиепископ, совсем обессиленный, едва мог ответить: "Аминь", и тогда в келлию его вошел преподобный Сергий, и вся келья озарилась ярким светом. И сказал ему святой: "Арсений, по молитвам Всенепорочной Владычицы нашей Богородицы и ради великих святителей Петра, Алексия и Ионы и всех святых, – да и я, грешный, с ними вместе был ходатаем, – Господь Бог передает завтра Китай-город в руки православных христиан, а всех врагов ваших вскоре низложит и из града извергнет". Архиепископ Арсений поднял глаза и ясно увидел великого чудотворца Сергия, стоящего близ его постели, и, узнав преподобного, встал с трудом на ноги и поклонился ему. Святой же стал невидим, и яркий свет, озарявший келлию, рассеялся.

Архиепископ был в сознании, причем почувствовал себя совершенно здоровым и благодарил Бога до самого утра. А на следующий день, двадцать второго октября 121 [1613] года, на память иже во святых отца нашего Аверкия, епископа Иерапольского, чудотворца, воеводы взяли штурмом Китай-город, по слову святого Сергия.

Чудо преподобного и богоносного отца нашего Сергия чудотворца о немом [95]

Не перестану записывать рассказы, не умолчу о чудесах преподобного и богоносного отца нашего Сергия чудотворца, да не постигнет меня, окаянного, участь ленивого раба, скрывшего талант. Не стану уподобляться тому чернецу, который спрятал главу Иоанна Предтечи, чтобы не прославлялось через нее имя Господне. И хотя сам я ленив и жестокосерд, непотребен и каменносердечен, но подобает мне отдать все вам, добрым купцам, по слову истинному. И потому я поведаю вам, благочестивые и истинные работники Христова виноградника, о чуде, случившемся недавно на наших глазах и на глазах всех, находившихся тогда в обители.

Чудо это произошло не в древние лета и не в дальних странах, но в великой лавре преподобного отца нашего Сергия в 127 [1619] году, когда осадил лавру Владислав [96], королевский сын, со всем своим войском. Стоял он со своими войсками лишь с одной стороны, к северу от монастыря, на дороге из Переславля. Находившиеся в обители получили тогда небольшую передышку, потому что ослабел натиск супостатов; и в это время некий человек, по имени Василий рассказал о себе следующее.

Был он нем, по его словам, более пяти лет, а на горле его под щекой была язва от удара грома. "В нынешнее осадное время, – рассказал он, – случилось нам убирать сено, и многие тогда замерзли от стужи, да и сам я был еле жив. Какие-то христолюбивые люди положили меня на воз и повезли, а я мысленно призвал на помощь Сергия чудотворца и дал обет отслужить молебен – и тотчас согрелся и заснул; проснувшись, я заговорил, прося пить, так что все удивились. Между тем о своем обещании я забыл, и вот на третью ночь явился мне святой Николай и сказал: "Почему ты не отблагодарил святого за милость? Поторопись исполнить обещание". Тогда я отслужил молебен, после чего совершенно исцелился и воздал хвалу чудотворцу".

Об умножении хлебов на Троицком подворье — в монастыре Святого Богоявления в Москве [97]

Во время вражеской осады напали на царствующий град всяческие беды и голод великий; обитель же Сергиева тоже была тогда в осаде. Между тем купцы московские, сговорившись, не спешили продавать хлеб, но ожидали, пока цена возрастет, и небогатые люди приходили в совершенную нищету. А извне лютый меч злобно грозил городу. Глядя на это, сжималось от боли сердце у Царя Василия, и повелел он продавать и покупать хлеб по одной и той же цене, однако хлебопродавцы совершенно не исполняли его повеления. Не раз пробовал Царь смирить их государственным законом, но тогда весь хлеб, закупленный ими в других городах и селах, не двигался с места и не приходил в царствующий град. Царь хотел было помешать им в других городах, но ничего не мог сделать, получалось лишь еще хуже. Многие ополчались на Царя и на святителя, говоря: "Этот голод и война – в наказание царю", – и много другого вздора говорили. И тогда Господь Вседержитель расстроил все безумные замыслы следующим образом.

Созван был весь народ, всякого звания, в дом Матери Слова Божия, и Святейший Патриарх Ермоген [98] произнес пространное поучение, чтобы привести народ к любви и единению и обратить к милосердию. Потом и Царь умолял всех, от вельмож до простых людей, чтобы продавали весь хлеб на рынке по одной цене и не поднимали бы цену и чтобы богатые люди не закупали хлеб надолго и не делали бедняков еще беднее. Однако, спрятавшись в доме немилосердия и укрывшись за дверями жестокосердия, все отвечали с лицемерным унынием: "Нет, праведный Царь, нет, святой владыко, ни у кого из нас нет ничего лишнего, но только необходимое, на короткое время", – и выходили из собора, отнекиваясь, каждый щадил сам себя, не желая искать славы Господа Иисуса Христа.

И тогда Бог дал совет святителю и Царю, и никто не знал, что было причиной случившегося потом. Призвали они инока Авраамия, Келаря Сергиева монастыря, и сказали ему: "Авраамий, ты видишь, сколько народу погибает от голода, так что многие, не имея необходимого, поневоле присоединяются к врагам, надеясь пережить осаду. Сделай, как мы тебе велим: сколько имеешь хлеба в житницах чудотворцевых – продай на рынке по самой низкой цене". Авраамий не замедлил исполнить повеление Царя и Патриарха, приказал вывезти на торг для продажи двести мер ржи, и по указанию Царя стали продавать четверть немногим более чем по двести аспр [99]. Другие хлебопродавцы были сильно разгневаны, но ничего не могли сделать. Они слышали, что будут распродаваться все запасы великого чудотворца и понижение цены продолжится длительное время, но считали помощь бедным слишком обременительной для себя. Между тем самые добрые начали снижать цену и на продолжительное время остановились на вышеупомянутой цене. И все с благодарностью прославляли и радостно воспевали великого и богоносного чудотворца Сергия, ведь доброе дело это началось от его дома. Так, по молитвам чудотворца, ослабла брань диявольская, и у людей, пребывавших в осаде, многое необходимое было тогда в изобилии.

Однако враги не отступали, и опять начались лишения, опять хлебопродавцы повысили цену на хлеб сильнее прежнего, и Авраамий, как и в первый раз, получил повеление от Царя и Патриарха. Не видя конца бедам, старец смутился и осмелился возразить Царю: "Но как же тогда, прекроткий самодержец, прокормятся живущие в дому чудотворца? Ведь мы уже ниоткуда не надеемся получить помощи". И Царь ответил: "Если цена возрастет в десять раз против нынешней, я из своих запасов буду кормить тебя и всех твоих, только не ослушайся".

Келарь вспомнил прежние чудеса чудотворца и обещание, данное им обители своей, и, вздохнув, воззрел на образ чудотворца, и сказал, прослезившись: "О великое светило, святой Божий, Сергий, устрой все на пользу душам нашим и спаси нас, совсем погибающих!" — и повелел служителям вывезти из житниц на продажу еще не менее двухсот мер и продавать по прежней цене. И опять была радость миру, а хлебопродавцам скорбь.

Между тем служащий при житницах, по имени Спиридон, по прозвищу Булава, подметая житницу, чтобы набрать зерна на хлеб для братии, видит, как из стены через дыру сыплется рожь; подойдя, он начал сметать рожь в надлежащее место, но из отверстия сыпалось по-прежнему, и он, позвав поскорее служителя, начальника своего, по имени Иуда, сказал ему: "Что это, брат? Я не перестаю мести, а рожь без остановки сыплется из дыры". Они вместе пошли и возвестили о том Келарю; старец же, придя, увидел промысл великого чудотворца и повелел больше не мести.

Этим хлебом, сыпавшимся из дыры в стене, питались, пока длилась осада, все люди в обители Богоявления, на подворье чудотворца Сергия, причем хватало с избытком не только на подворье чудотворца, но и множеству приходящих и просящих. И что особенно удивительно: как только смутятся служители, все необходимое во всем хозяйстве иссякало; когда же всем нуждающимся и просящим подавали довольно, тогда бывало всего в изобилии, по благодати Господней и по молитвам чудотворца.

Чудо преподобного Сергия об отроке Иване, исцелившемся от внутренней болезни

Хорошо и похвально повествовать о делах Божиих и чудесах. Ибо так сказал Ангел Товиту по славном его прозрении: тайну царскую подобает хранить, а о делах Божиих проповедовать [Тов. 12, 7]. Вот и ныне Бог, прославляя Своего угодника, преподобного Сергия, сотворил через него удивительное чудо, о котором подобает поведать в похвалу святому.

Есть близ обители святого, на небольшом расстоянии, село, именуемое Иевлево. Жил в том селе крестьянин, отрок по имени Иван, и случилось ему весьма тяжело разболеться: живот его распухал, и болезнь угрожала смертью. Как-то летом работал отрок вместе со сверстниками, сметал сено в стог. Измученный сильной болью, он прилег отдохнуть и задремал. И видит отрок дивное чудо: над ним в воздухе стоит лучезарный старец, окруженный сиянием. Он провел руками от плеч больного по ребрам, и тот увидел, что внутренности его вынуты и брошены на землю, словно некая тяжесть. И сказал ему старец: "Вот, чадо Иван, если хочешь получить от болезни своей исцеление, ступай в обитель Святой Троицы, там исцелишься, и оставайся там, приняв постриг". Сказав это, святой Сергий стал невидим.

Проснулся отрок и, поверив явлению славного в чудесах великого чудотворца Сергия, оставил родителей, и дом, и богатство и отправился в путь, в обитель святого; там припал он к иконам Святой Троицы и Пречистой Богородицы и у цельбоносного гроба помолился святому Сергию. И милостью Божией, по молитвам святого, стал здоровым, словно ничем не болел. Воздав хвалу Богу, прославляющему Своего угодника, преподобного Сергия, он не ушел из обители святого, но принял постриг, был наречен именем Иринарх и служил пономарем. Когда же литовские войска окружили Троицкий монастырь, святой являлся ему, возвещал грядущее и утешал всех скорбящих благодатью Святого Духа.

Чудо преподобного Сергия о некоем плотнике, уснувшем в церкви

Случилось это в обители Пресвятой Живоначальной Троицы и преподобного отца нашего Сергия чудотворца, в церкви, где работники устанавливали леса для росписи стен. Один из них от сильной усталости прилег вздремнуть и уснул. Все вышли из церкви, а его не стали искать, да и не думали, что он здесь, и заперли западные двери церкви (южные и северные двери закрывались тогда изнутри).

И вот к спящему работнику подошел благообразный старец и ткнул его в ребра; тот, проснувшись, видит — стоит честной старец и говорит ему: "Иди отдыхать от трудов на подобающем месте; здесь, в святой церкви, подобает не отдыхать, но творить молитвы", — и свел его с верхних ярусов на церковный пол. Плотник, сильно испугавшись, не знал, как выйти из церкви. Благообразный старец привел его к церковным дверям, указал на внутренний засов и сказал: "Выйди и расскажи обо всем начальствующим, ничего не утаив". Он отодвинул засов и вышел из церкви, объятый великим страхом, пришел на свое место, к товарищам, но ничего никому не посмел сказать.

Во время утренней службы пономари, открыв западные двери и войдя в церковь, обнаружили, что северные двери не заперты, и, увидев это, похолодели от страха, полагая, что здесь были воры, и поспешили сообщить начальству. Когда рассвело и работники собрались в церковь, начальствующие стали тщательно расспрашивать о случившемся, угрожая наказанием. Но все лишь сокрушались, били себя в грудь и скорбели, ибо не знали, кто это сделал.

Спустя некоторое время пришел тот плотник и рассказал, что с ним случилось, ничего не скрывая; и, услышав его рассказ, все прославили Бога и преподобного чудотворца Сергия, сотворившего это преславное чудо. С тех пор, из-за этого волнения, все двери церковные стали запирать снаружи.

Чудо святого Сергия о некоей инокине Хотьковского монастыря Пречистой Богородицы, честного и славного Ее Покрова, 7140 [1632] года, июня в 12-й день

В монастыре, именуемом Хотьковским, жила некая инокиня. Прочие инокини завидовали ей, потому что Бог посещал ее Своей милостью, и от этой зависти и сильного ропота задумала она уйти из обители.

И вот внезапно нашел на нее сон, и в тонком сне увидела она идущего к ее келлии старца, украшенного сединами, лицо же его сияло, как солнце. Подойдя, он вошел в сени, открыл дверь келлии и, остановившись на пороге, спросил: "Где эта старица, недавно постриженная, которая благословлялась у меня принять иночество?" Та сильно испугалась и, желая утаить правду, указала на другую инокиню: "Это она, отче, благословлялась у тебя". Но старец возразил: "Нет, не она, а ты. Зачем ты смущаешься и хочешь уйти из обители? Оставайся здесь, не будет на тебя гонений, потому что я твой защитник". Сказав это, он вышел из ее кельи и направился к святой церкви честного и славного Покрова. "Кто это приходил и говорил со мной?" – недоумевала инокиня. И услышала голос: "Был у тебя великий чудотворец Сергий".

Пробудившись от сна, она стала молиться и благодарить Бога, призывая на помощь великого чудотворца Сергия, и исполнилась необычайной радостью.

Чудо преподобного Сергия об исцелившемся отроке Севастьяне

Вспомним о великих Господних дарах, о том, сколь славно Господь наш Иисус Христос прославил чудесами, при жизни и по преставлении. Своего угодника, светильника всей Руси, великого Сергия чудотворца, подающего исцеление и здравие приходящим с верою к его цельбоносному гробу.

У одного человека, из воинских начальников, по имени Иакинф, жившего в Троицком городе, при лавре преподобного, был сын, отрок по имени Севастьян, лет семи, и напала на него тяжелая болезнь, так что отрок покрылся гнойными струпьями, и от той лютой болезни глаза его закрылись, и он совершенно не видел света. Родители его почти отчаялись, но вера все же влекла их ко Всещедрому Господу Богу и Пречистой Богородице и к угоднику Их, преподобному и великому Сергию чудотворцу. Родители привели отрока в Сергиеву обитель, и в церкви Живоначальной Троицы после молебна у гроба святого даровал ему Господь, по молитвам преподобного Сергия, выздоровление: глаза его открылись, и он увидел святые иконы, причем видел ясно, как прежде. И пошел в дом свой, прославляя Христа Бога и Матерь Его, Пречистую Богородицу, прославивших Своего угодника, дивного в чудесах великого Сергия.

Чудо преподобного Сергия, который показал на море донским казакам свою обитель и избавил их от безбожных турок

В 7130 [1622] году, в царствование благочестивого Государя всея Руси, Царя и Великого князя Михаила Феодоровича, в лавру Живоначальной Троицы и великих чудотворцев Сергия и Никона приходил с Дона от казаческого войска старейшина по имени Епифан Радилов и с ним семьдесят человек, отправившиеся на богомолье по обету. Они принесли с собой в дар Господу и великим чудотворцам Сергию и Никону две серебряные позолоченные чаши, достойные восхищения, и большое зеркало удивительной работы.

И рассказали они Архимандриту Дионисию [100] и всей братии, как удалось им, благодаря заступничеству великих чудотворцев Сергия и Никона, одержать на море победу над неприятелем – турками [101]. Когда они сошлись с противником и начался бой, турки стали одолевать; казаки же, видя, что силы их слабеют, обратились с молитвой к Пресвятой Троице и Пречистой Богородице и призывали на помощь преподобных отцов наших Сергия и Никона, обещая отправиться в их обитель, если Бог, по молитвам святых, подаст помощь и победу над врагом.

Близок Господь ко всем призывающим Его в истине [Пс. 114,18], – сказано в Писании. Милостивый и человеколюбивый Господь, Который всегда готов спасти уповающих на Него, тотчас показал казакам Свою несказанную милость, по молитвам преподобных отцов Сергия и Никона, ибо многим из них явилась тогда обитель Святой Троицы и великого чудотворца Сергия. Увидев ее, они воспрянули духом, устремились со всей силой на врага, и, по молитвам великих чудотворцев Сергия и Никона, побили всех турок, и невредимыми, с богатой добычей вернулись домой.

Чудо преподобного Сергия о воине, исцелившемся у гроба святого Сергия

В 7140 [1632] году по повелению благочестивого Государя всея Руси, Царя и Великого князя Михаила Феодоровича, повелел Архимандрит Нектарий [102] с прочими подчиненными ему иноками, управляющими Сергиевой лаврой Пресвятой Живоначальной Троицы, украсить церковь Пресвятой Троицы стенным письмом, и по его повелению начали иконописцы расписывать стены.

В то время как они трудились, привели некоего больного воина к цельбоносному гробу святого великого Сергия и держали его у гроба преподобного, а больной сильно кричал, потому что ему сводило голову и руки. После молебного пения, по благодати Христовой и по молитвам святого, здоровье и разум вернулись к нему и он пошел прочь, славя Бога и угодника Его, великого Сергия.

Чудо преподобного Сергия об исцелении от болезни глаз

Один человек, по имени Федор Матвеев, жил близ обители преподобного Сергия, в том месте, которое теперь называется Служня слобода [103]. И напала на него глазная болезнь, весьма тяжкая, так что он не спал много дней ни днем ни ночью. Однажды, в летнее время, он повел мула на поле и, изнемогая от болезни, упал на землю ничком и мысленно просил чудотворца Сергия, чтобы он исцелил его. Лежа так, он заснул тонким сном и услышал голос, говорящий ему: "Иди в монастырь и отслужи молебен чудотворцу Сергию". Потом он услышал, как его зовут: "Федор!" – быстро поднял голову, взглянул и увидел своими глазами инока, сидящего на белом муле, то есть на коне. Инок проехал мимо и стал невидим, и в это время глаза Федора исцелились от болезни. И понял он, что получил исцеление от Бога, по молитвам великого чудотворца Сергия, пошел в обитель Пресвятой Троицы, к великому помощнику преподобному Сергию и отслужил молебен, воздав славу Богу за то, что исцелился от болезни по молитвам святого.

Чудо преподобного Сергия о жене, исцелившейся по молитвам святого чудотворца Сергия

Среди селений, расположенных рядом с лаврой Пресвятой Живоначальной Троицы, обителью великого Сергия, Радонежского чудотворца, есть село, которое называется Подсосенье; от Троицкой обители до него пять поприщ. И была в этом селе церковь Пречистой Богородицы, честного и славного Ее Успения, где служил иерей по имени Феодор, а жену его звали Мария. Случилось так, что она потеряла рассудок, не узнавала ни отца своего, ни матери, ни мужа, ни родственников, ни кого-либо из знакомых, говорила бессмыслицу, и пришлось даже связать ее веревкой. Пресвитер много истратил из своего богатства на врачей, приходивших к ней, надеясь, что они помогут ей своим лечением, однако они ничего не могли сделать, она лишь сильнее страдала. Тогда пресвитер повез жену в обитель преподобного. Они остановились у ее родителей, которые жили рядом с монастырем, и около пяти недель она пребывала в страшной болезни, сильно страдая. Родители плакали и сетовали, видя, как бес мучает ее, но с верою обращались ко Господу и к преподобному Сергию.

Однажды больная во время припадка громко произнесла Христово имя и имя святого Сергия. Родители ее возрадовались и с верою помолились Богу и преподобному Сергию; и тогда сумасшедшая неожиданно закричала: "Из пушки палят!" Открыв окошко, она выглянула на улицу и говорила так, что все слышали: "Вот, от монастыря бегут множество чернолицых, а здесь у окошка стоит седой старец, это он всех разогнал. Посмотрите же и вы на старца, пришедшего ко мне". Все стали смотреть, куда она показывала, но никого не увидели и поняли, что ей являлся Сергий чудотворец, потому что с этого часа, после видения, она стала здоровой и разумной, как и прежде. И все прославили Бога и святого преподобного Сергия чудотворца.

Чудо святого об утопавшем, которому удалось спастись

В 7147 [1639] году, в весеннее время, меня, недостойного инока Симона, отпустил самодержец из Троице-Сергиева монастыря в Соловецкий помолиться чудотворцам Зосиме и Савватию.

Возвращаясь из Соловецкой обители, мы плыли в ладье по реке, называемой Онегой, и отплыли от моря только десять поприщ. Добравшись до первых речных быстрин, мы все сошли на берег, испугавшись бурной воды и желая облегчить ладью, потому что речной поток стремительно несся, с громким шумом, на протяжении примерно пяти поприщ. Множество народа тянуло ладью на веревках, а мы шли по берегу, только двоих слуг оставили, необходимых для надзора. Несколько человек направляли ладью между каменными грядами, остальные тянули за веревки впереди, по обоим берегам. Не знаем, как это случилось, но один из работников Сергиева монастыря, по имени Емельян, стоявший на краю ладьи, оступился и упал в реку. Плавать он не умел и почти сразу скрылся под водою, и не было достаточно времени, чтобы увидеть, как он погрузился в воду и скрылся в глубине, только шапка его плыла по воде, в речных быстринах. Самого же мы никак не могли разглядеть, где несла его река. А если бы кто и увидел, как посмел бы из-за быстроты течения подать ему руку помощи? Ладью быстрым течением несло вниз. Люди старались изо всех сил, чтобы не дать лодке разбиться о камни, и лишь с большим трудом, с помощью двух канатов, направили ее опять по своему пути.

Один из нанятых работников, муж благонравный и богобоязненный, по имени Стефан, после того как ладья выправилась, с болью душевной скорбел о погибшем и решил его отыскать, взяв на себя все бремя беды, заботу об утонувшем. И прочих сверстников своих призвал без промедления начать вместе с ним поиски погибшего. Они же все в один голос сказали: "Не справимся мы с этими быстринами, да и столько времени прошло, где нам найти погибшего?" Но сей муж Стефан, словно Богом наставляемый, скорбел об утопшем и, спустив с ладьи маленький челнок, начал один плавать по реке, ловко поворачивая вправо и влево, потому что был искусен в преодолении быстрин: он часто сопровождал плавающих в ладьях и знал все особенности этого быстрого и глубокого потока. Он осмотрел все те места, где надеялся найти утонувшего (сам он жил рядом с этой рекой), и, не найдя никаких следов, закричал громким голосом, обращаясь к людям на берегу: "Проститесь с ним, его уже не найти!"

О, сколь удивительный рассказ надлежит нам поведать! Какое удивление предстоит выразить хвалебными словами! Ибо давно погибший, которого уже и не чаяли увидеть, услышал голос того мужа, громко вопиющего, рассуждающего о нем и прилагающего немалые усилия из любви к нему, – услышал на самом дне, в глубине, как сам потом об этом рассказывал, и пошевелился слегка, и тотчас показались над ним как бы пузырьки. Стефан, муж рассудительный, искусный рыбак, горел духом любви и, подвергаясь опасности, боролся с волнами, и Господь Иисус Христос пришел ему на помощь; подплыв к тому месту, Стефан опустил свое весло в глубину, но не достал до дна. Отложив весло и взяв шест, он стал опускать его в глубину и внезапно уткнулся утонувшему в грудь, и ухватился за шест погибший, а Стефан на том шесте извлек его из глубины. Стал он хвататься за край челна, но Стефан сказал: "Если ты в сознании, не хватайся за край челна", – и велел ему ухватиться за корму, добавив: "Чтобы нам обоим не утонуть". Спасенный ответил из воды, что он в сознании, и сделал так, как ему было велено: взялся обеими руками за корму, и они поплыли вниз, искусно поворачивая из стороны в сторону, то вправо, то влево, пока не приплыли к берегу. А здесь подхватили их обоих, совершенно обессилевших и едва дышащих.

Когда они пришли в себя, я, недостойный, увидев спасенного из воды, спросил его, как смог он так долго находиться в воде и как помогал ему Бог. Он же рассказал о себе все по порядку.

"Когда я, – сказал он, – упал с лодки, то скоро погрузился под воду, потому что не умел плавать. На дне течение несло меня, а я старался ухватиться руками за большой камень, но поток меня отрывал. И была у меня мысль, что люди с лодки в любом случае меня не оставят, но позаботятся обо мне и вытащат. Не знаю, прибило ли меня к чему-нибудь течением или несла меня вода, но там, на глубине, я надеялся, что люди меня спасут. И вот стало мужество оставлять меня, я уже не чаял получить от людей спасение и мысленно воззвал: "О преподобный чудотворец Сергий, все меня оставили, но ты не оставь меня погибать душою и телом", – и беспрестанно взывал сердцем к чудотворцу Сергию об избавлении. Я уже терял сознание, потому что рот мне заливала вода, как вдруг услышал над собой голос, ощутил у груди своей шест и был вытащен из глубины. Так я спасся, благодаря помощи скорого заступника, великого чудотворца Сергия".

Чудо святого Сергия о скоморохе Сергии

В 7108 [1600] году был в Троицком граде Сергиевой лавры некий стрелец, по имени Сергий, скоморох. Много раз он зарекался скоморошествовать, собираясь прекратить это свое душепагубное занятие, но не исполнял обета. Когда он принимался скоморошествовать, то терял рассудок и впадал в тяжелейшую болезнь, а когда зарекался, то и от болезни своей исцелялся, и от безумия.

Случилось ему быть в Москве, и начал он снова скоморошествовать, забыв про зарок, – и тотчас впал в безумие. Его привели в обитель чудного святого Богоявления, на подворье святого великого Сергия, и он находился здесь несколько дней, а болезнь его не отступала. Тогда вспомнил он свои прежние зароки и дал обет прекратить скоморошество до самой смерти. И стал молиться Всемилостивому Богу, призывая на помощь великого в чудесах преподобного Сергия. И вот, стоя в церкви Богоявления Господня пред иконой Спасителя, именуемой "Предста Царица" [104], он вдруг увидел, что волосы на голове его как бы загорелись огнем, и закричал от страха, и с той минуты рассудок возвратился к нему и болезнь отступила. Придя из Москвы в обитель великого чудотворца Сергия, он служил стрельцом и был здоров и разумен, как и прежде, милостью Божией и по молитвам преподобного Сергия чудотворца.

Чудо преподобного Сергия об исцелении сумасшедшего

Вспомнил я еще одно великое и преславное чудо, сотворенное Господом нашим Иисусом Христом в 7151 [1643] году.

При Троице-Сергиевом монастыре был медных дел мастер по имени Григорий, который сошел с ума: он никого не узнавал, и беспокойно вращая глазами во все стороны, кричал громким голосом; при этом два или три человека едва могли его удержать. Больного привели в обитель святого великого Сергия чудотворца, наложили на него железные вериги и водили в церковь Пресвятой Троицы, к цельбоносным мощам святого Сергия. Спустя несколько дней, по Божией благодати и по молитвам преподобного, он стал здоровым и разумным, словно никогда не болел. И воздал славу и благодарение Всесильному Богу, творящему дивные и преславные чудеса через угодника Своего, великого Сергия.

Чудо преподобного Сергия о другом сумасшедшем

В 7151 [1643] году служитель погребной службы того же Сергиева монастыря по имени Феодор сошел с ума и дико вопил, не узнавая никого из своих знакомых. На него наложили железные вериги, причем два человека едва могли его удержать, и приводили в церковь Пресвятой Троицы, ко гробу святого преподобного Сергия, великого чудотворца. И вот, по Божию милосердию и по молитвам святого Сергия, он стал здоровым и разумным, как и прежде, и славил и благодарил Бога и угодника Его, великого в чудесах Сергия чудотворца.

Еще одно чудо святого о сумасшедшем

В 7151 [1643] году служитель того же Сергиева монастыря по имени Александр, по прозвищу Корсаков, сошел с ума и громким голосом кричал что-то нелепое. На него наложили вериги, причем три человека едва удерживали его, и привели в лавру святого Сергия, в церковь Святой Троицы, к цельбоносным мощам великого Сергия чудотворца. Спустя несколько дней, по милости Святой Живоначальной Троицы и по молитвам преподобного, он стал здоровым и разумным, как и прежде, и пошел в дом свой, радуясь и славя Святую Троицу и преподобного и блаженного Сергия чудотворца.

Чудо об иноках того же монастыря

Инок того же Сергиева монастыря Живоначальной Троицы Феодосий, работавший на хлебном дворе, рассказал о случившемся с ним чуде преподобного Сергия.

Однажды он тайно, без благословения и без отпуска, ушел из монастыря, а вместе с ним и другой брат, тоже работавший на хлебном дворе, некий инок родом из Киева. Они отошли недалеко от монастыря и были посреди монастырского поля. Вдруг, судом Божиим, по молитвам угодника Божия, великого Сергия чудотворца, у инока Феодосия затворились очи. Он остановился и долгое время не мог самостоятельно идти туда, куда хотел: по молитвам святого Сергия Бог не допустил этого. Брат, шедший с ним, взял ослепшего за руку и собрался вести за собой, поскольку он совсем ничего не видел. Но старец, лишившийся зрения, остановился на месте том и вместе со спутником начал плакать о своем согрешении и молиться Господу Богу и Пречистой Богородице и угоднику Их, великому Сергию чудотворцу, и мысленно обещал, что сходит помолиться в святые места, а потом немедленно вернется в его обитель. И тотчас вернулось к нему зрение, и он стал видеть глазами своими по-прежнему.

Они пришли в город Кострому, пробыли там некоторое время, и киевлянин возвратился обратно, в монастырь святого Сергия, а вышеупомянутый Феодосий отправился дальше, в обитель боголепного Спасова Преображения, в Соловецкий монастырь, да и остался там, у преподобных отцов Зосимы и Савватия, Соловецких чудотворцев, забыв об обете, данном святому и славному Сергию. И вот внезапно напала на него сильная болезнь: где бы он ни стоял, где бы ни шел, спал ли он или молился в келли или в церкви – беспрестанно из ноздрей его текла кровь. Он и молебны служил об этом, и молитвы воссылал к Богу, но не получил никакой помощи. Вспомнив об обете, данном святому великому Сергию, он решил отправиться к нему, и тогда кровотечение прекратилось. Пока он не вышел из обители Соловецкой, все время, что он жил тут, из ноздрей его беспрестанно текла кровь; когда же он отправился к святому Сергию, то стал здоровым и ничего не ощущал, никакой болезни. И воздал за это хвалу Богу, прославляющему Своего угодника, великого Сергия.

Чудо святого Сергия о юноше Василии

Было это в 7153 [1645] году с неким юношей, по имени Василий, сыном Андреевым, по прозванию Аничков.

Напала на этого юношу Василия скорбь и сердечная тоска, весьма лютая. От скорби этой и тоски он сошел с ума и, одержимый болезнью и безумием, пребывал у своего родственника, некоего Ивана, в его селе. Как-то раз, все в том же болезненном состоянии, он ехал из села мимо обители преподобного чудотворца Сергия и, свернув со своего пути, направился в обитель, вошел в церковь Святой Троицы, где находится рака с многоцелебными мощами преподобного Сергия, и молился пред образом Святой Троицы, призывая преподобного Сергия и надеясь, что в Троице прославляемый Бог, по молитвам святого, избавит его от страданий. Помолившись, он приложился к цельбоносным мощам – и в ту же минуту исцелился от своей сердечной боли и тоски, и разум вернулся к нему, словно и не было никогда никаких страданий. Он не рассказывал об этом никому в обители, лишь родителям своим, придя домой, поведал, но они выслушали его невнимательно и не придали этому значения. Спустя некоторое время снова напала на этого юношу Василия сердечная мука, еще тяжелее прежнего, так что он в конце концов опять потерял рассудок.

Как-то раз, придя в себя, он стал умолять родственника своего, вышеупомянутого Ивана, чтобы тот отвез его в обитель святого Сергия, но Иван совсем о нем не заботился. Между тем болезнь разгоралась все сильнее, никогда прежде юноша так не мучился. И вот в такой скорби был он охвачен тонким сном: ему явился святой Сергий, указал на него рукою и повелел творить Иисусову молитву.

Очнувшись от видения, Василий почувствовал некоторое облегчение от болезни и в том же году, 12 августа, отправился в обитель святого да там и остался. Много дней молился он Святой Троице и преподобному Сергию, и в 154 [1646] году, 17 ноября, на память ученика святого Сергия, преподобного чудотворца Никона, ум Василия исцелился и рассудок вернулся к нему. От болезни же сердечной он еще не выздоровел. Однако теперь он начал поститься с полным сознанием и, призвав своего духовного отца, священноинока Иону, постился неделю и сподобился от него Святого Причастия Тела и Крови Христа, Бога нашего, на праздник Пречистой Богородицы, честного и славного Ее Введения. И с того дня он исцелился от болезни сердечной, словно никогда не страдал ею.

Чудо о жене, сотворившей пелену

Во дни благочестивого Государя всея Руси, Царя и Великого князя Михаила Феодоровича, в 7153 [1645] году, в 6-й день июня, начальники великой обители Пресвятой Единосущной Нераздельной Троицы и великих чудотворцев Сергия и Никона захотели снять с многочудесного чудотворного образа Пресвятой Живоначальной Троицы древнюю пелену и сделать новую, изобразив на ней Пресвятую Единосущную Троицу и многих святых, по подобию их. Пелену с древним изображением послали некоей женщине, по имени Васса, которая жила недалеко от обители, наказав ей с прилежанием потрудиться (что обычно для ее дела) и изготовить новую пелену к образу Святой Единосущной Троицы, причем изобразить всю полноту Трисоставного Божества, в Трех Лицах, как подобает по уставу. Служившие в той обители (среди них был некий муж по имени Иван) по указанию начальства принесли пелену к вышеупомянутой Вассе и повелели срочно приступить к делу, чтобы не оказалось оно невыполненным. Женщина же, видя, сколь премудро сделана эта вещь и какое необыкновенное искусство здесь требуется, пришла в отчаяние и не могла решить, как ей приняться за такую работу, как сделать столь удивительное украшение. И напали на нее страх, и трепет, и печаль великая, так что задумала она вернуть пелену обратно в обитель, не смея ни прикоснуться к ней, ни начать работу.

По Промыслу Божию случилась в то время сильная буря. Женщина, испугавшись бури, закрыла оконца своего дома и, сидя над пеленою, размышляла, что и как нужно делать. В то время как сердце ее было занято такими размышлениями, внезапно буря сорвала крышу с ее дома и откуда-то раздался голос, повелевающий ей изготовить пелену без размышления и со тщанием, как подобает.

Очнувшись и с трудом придя в себя, женщина пошла в пречестную обитель, в церковь Пресвятой Единосущной Троицы и великого чудотворца Сергия, и отслужила молебен. После молебна, собрав все от прежней пелены, она начала делать новую и, с Божией помощью, через некоторое время сделала все заново своими руками как подобает.

Чудо преподобного Сергия о том, как он избавил человека от смерти [105]

Есть в окрестностях царствующего града Москвы монастырь, именуемый Стромынским [106], расположен он на расстоянии сорока поприщ от обители преподобного Сергия. Во время нашествия иноплеменников, польского и литовского войска, случилось трем мужам идти вместе по полю, недалеко от монастыря, и внезапно напали на них враги на конях и двоих зарубили. Оставшийся в живых, по имени Максим, видел, что смерть приближается, потому что четыре вооруженных воина окружили его и хотели зарубить, и начал он молиться Богу и призывать на помощь скорого заступника великого Сергия, прося избавления, припал лицом к земле – и исчез с глаз злочестивых врагов.

Так человеколюбивый Господь, по молитвам преподобного Сергия, сохранил его невидимым образом и спас от лютой смерти.

Чудо святого о том, как он избавил людей от упавшей башни

Вокруг обители святого, рядом с монастырской каменной стеной, люди копали ров, и в полуденное время трудившиеся около Пятницкой [107] башни уснули близ башни той во рву. И вот внезапно один из них вскочил, пробудившись от сна, и закричал громким голосом: "Башня упадет, вставайте, бегите отсюда!" Услышав это, все проснулись и отбежали, и вскоре после того башня рухнула.

Люди стали спрашивать предупредившего, кто сообщил ему о падении башни. Он же ответил: "Когда я спал, явился мне седой черноризец, ткнул меня в ребра и велел быстро встать, разбудить вас и отбежать от этого места. Проснувшись, я осмотрелся, но не увидел предупредившего меня и решил вас разбудить". Тогда все поняли, что явился и предупредил его преподобный Сергий, избавив их всех от внезапной смерти.

Спустя некоторое время решили эту башню опять строить. Дело приближалось к завершению, уже были выложены зубцы, как вдруг леса, перегруженные множеством людей и кирпичом, от великой тяжести упали вместе с людьми и кирпичами и разрушились, причем и верхние своды и нижние – все развалилось. Но люди, с помощью Божией и по молитвам святого, остались невредимы и воздали славу в Троице преславному Богу, сотворившему такие чудеса через угодника Своего, преподобного Сергия.

(Из кн.: Житие и чудеса преп. Сергия игумена Радонежского, записанные преподобным Епифанием Премудрым, иеромонахом Пахомием Логофетом и старцем Симоном Азарьиным)


О новоявленных чудесах преподобного Сергия

Рукопись Симона Азарьина. 1653 г.

Благоволением Бога Отца Вседержителя, помощью Единородного Сына Его, Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, и содействием Пресвятого и Животворящего Духа была написана эта книга о житии преподобного и богоносного отца нашего Сергия, чудотворца, а написал ее спустя двадцать шесть лет по преставлении святого ученик его Епифаний Премудрый, как написано в его книге. Потом, спустя несколько лет, иеромонах Пахомий тоже вспомнил о его преподобном житии и о чудесах, происходящих от его мощей. А после того было явлено еще большее, неисчислимое количество чудес всем приходящим к нему с верою, причем люди получали исцеление от самых разнообразных болезней, и не только там, где лежат его многочудесные мощи, но и в других городах и селах и в дальних странах – везде, где кто-нибудь призывал с верою его святое имя. 

Много лет прошло, почти двести лет или даже больше, с тех пор как было написано Житие святого, и никто не дерзнул дополнить книгу его жития сведениями о новых чудесах – то ли по небрежению настоятелей, то ли сам он, преподобный, не желал этого. Ведь еще при жизни он стяжал такое смиренномудрие, что из-за плохой одежды его порой не узнавали, и кто не удивится его тяжелым трудам, терпению, воздержанию, нестяжанию и скудости потребностей, как повествует о том книга его жития! И чем более смирял себя преподобный Сергий, тем более прославлял его Бог. А он и ученикам своим заповедал любить смирение и не искать славы от людей.

Поскольку ученики преподобного не написали о нем, Бог Сам прославляет его людям на удивление – не в одном только Российском государстве, но и во всех странах земли известно имя его и прославлено как величайшее из имен. И в наше время приходят из дальних стран на поклонение к преподобным мощам его патриархи и митрополиты, архиепископы и епископы, архимандриты и игумены, честные старцы, иноки и миряне из Азии, Африки и Европы и со всей вселенной и во святой обители его возносят молитвы ко Святой Троице и Пречистой Богородице, призывая преподобного Сергия на помощь и торжествуя духовно. И бывают сопричастниками пищи чудотворца, принимают честные дары и необходимую в дороге пищу и питье в достатке и уходят восвояси, радуясь, что сподобились видеть Сергиеву обитель и поклониться его преподобным мощам.

Быть может, кто-нибудь, по неведению или помраченный мраком неверия, скажет: "Кто, когда и откуда приходил, какие великие святители, да еще со всей вселенной? Ведь в книге о нем того не написано". Мы ответим.

Первым был на Святой Руси и в Сергиевом монастыре Святейший Иоаким, Патриарх великой Антиохии [1].

Потом приезжал Святейший Иеремия, Вселенский Патриарх Царьграда [2], который украсил саном патриаршества престол Российский – поставил в Москве Преосвященного Митрополита Иова [3] в Патриархи.

Потом Святейший Феофан, Патриарх святого града Иерусалима [4], поставил на Москве в Патриархи Филарета Никитича [5]; находясь в обители святого Сергия и стоя у мощей Преподобного, он снял со своей святительской головы клобук и возложил на голову Архимандрита Дионисия [6], произнес некие молитвы на возложение клобука и повелел носить этот клобук, знак особой власти, ему и следующим после него Архимандритам Троице-Сергиева монастыря.

В 7157 [1649] году приезжал Святейший Паисий, Патриарх святого града Иерусалима [7].

В нынешнем же, 161 [1653] году в Сергиевом монастыре снова побывал Святейший Вселенский Патриарх – Афанасий Царьградский [8].

А перед тем был тырновский святитель, из Болгарской земли, который тамошними жителями именовался Патриархом [9].

Мы сказали только о Первосвятителях, которые бывали в Московском государстве и в обители святого Сергия, чудотворца, поклонялись его преподобным мощам. А митрополитам, архиепископам и епископам, архимандритам и игуменам и честным мирянам со всей вселенной, как мы уже сказали, несть числа, они и доныне приходят каждый год и поклоняются его святым мощам, и написать обо всем этом в книге его жития невозможно. Но если кто-нибудь захочет узнать о том доподлинно, пусть сделает выписки из монастырских книг келарской и казенной службы и уверится воистину, какую честь им оказывают, какие дары преподносят и как снабжают всем необходимым в дорогу.

Преподобный Сергий не стремился увидеть ни Царьград, ни Святую Гору Афонскую, ни Синайскую гору, ни Иерусалим, ни прочие святые места, но оставался на том месте, где дал обет с открытой душой и чистым сердцем, прося милости у Пресвятой Троицы и возложив надежду на Пресвятую Богородицу, – и Бог, увидев его благое изволение, кротость и незлобие, привел к нему в обитель пастырей, и учителей, и благочестивых людей всякого звания не только из дальних краев Русской земли, но и со всей вселенной, дабы они и в северных краях узрели образ благочестия и насладились плодом терпения.

Но есть такие, что не боятся Бога и, охваченные завистью, говорят безумно, как несмысленные: "Если бы греки, – говорят они, – не получали даров, они бы не приходили на поклонение в Сергиеву обитель, как и в прочие обители не ходят". Они и слышать не хотят о том, что можно прочесть в Житии Преподобного: когда в обители его не было ни золота, ни серебра и не хватало самого необходимого для пропитания, уже тогда Святейший Вселенский Патриарх Филофей [10] прислал из Царьграда своих послов к Преподобному Сергию и с ними почетный дар – золотой крест с парамандом, схиму и общежительный устав.

Он же, приняв дары, показал их Преосвященному Митрополиту Алексию, сообщил и об уставе и спросил: "Ты, владыко, как повелишь поступать с этим?" Святой Алексий сказал ему: "Видишь, какого блага ты сподобился, о Преподобный, как прославил тебя Бог и до каких стран достигли известия о твоей обители – сам Вселенский Патриарх шлет тебе советы к великой пользе! Мы же, – добавил он, – благодарим тебя и еще кое-что тебе посоветуем", – таким образом, Преподобный получил от двух Первосвятителей советы, а не приказания. Ведь обитель Сергия и тогда была славна не золотом и серебром, но его великим смирением и терпением, по благодати Божией.

Некогда епископ Царьграда был наказан Богом за свою дерзость и неверие, ибо он пошел из царствующего града Москвы в обитель к Преподобному Сергию, главным образом, для того, чтобы посмотреть, как тот живет, потому что сомневался и говорил: "Разве может в этих краях, да еще в последние времена, явиться такой светильник, как мне рассказывали о нем?" Думая так, по своему неверию, епископ, едва достиг обители и увидел Преподобного, тут же ослеп и ничего не видел до тех пор, пока не был приведен в келлию Преподобного и, умоляя его со слезами, не покаялся в своем неверии. Святой Сергий прикоснулся к глазам епископа и вернул ему зрение и беседовал с ним о том, как неполезно превозноситься над смиренными, и, угостив, отпустил его с подобающей честью.

Множество греков приходили в обитель, желая послушать о чудесах Преподобного Сергия, просили книгу с его Житием и, прочтя с благоговением, воздавали благодарение Богу и прославляли Преподобного Сергия. И об одном только недоумевали: как же это – много лет прошло, а никаких новых чудес его не записано? И спрашивали живущих тут иноков: "Бывают ли еще чудеса и исцеления от цельбоносных мощей Преподобного Сергия?" А те отвечали: "Как река многоводная течет и не умаляет струй своих, так и чудеса от святых мощей Преподобного Сергия не иссякают. Но если все эти чудеса, бывающие по его святым молитвам, и рассказы о них записывать, то не хватит чернил и бумаги, да и никакого усердия человеческого".

Мы же, услышав о том, пришли в сомнение и подумали: а не возомнит ли кто-нибудь из них, что чудеса Преподобного Сергия уменьшились? И выписали некоторые из чудес его, лишь немногое из множества, – те, что случились в наше время, и другие, из летописных книг и из книги Келаря Сергиевой обители об осадном сидении [11], то есть чудеса, которые содеяны Преподобным в военное время.

Между тем по воле Самодержца, Государя Царя и Великого Князя всея Руси Алексея Михайловича приказано было напечатать Житие Преподобного Сергия; и то, что мы записали, Самодержец повелел тут же напечатать. Однако печатники, служившие на Печатном дворе, поместили в книге о Сергии лишь тридцать пять глав из тех новых чудес, которые были принесены нами; остальные же чудеса Преподобного оставили в небрежении. Возгордились они и пренебрегли чудесами святого, потому что некоторые из них сами проводили жизнь свою в небрежении.

Истину они называли ложью и чудеса считали случайностью. Так, об источнике новоявленного колодца, что у церкви Пречистой Богородицы [12], в стене у паперти, они не стали печатать всю правду; потом, с понуждением, все-таки напечатали, но не чистую правду, а добавив некую ложь, по своим домыслам, и напечатали об этом источнике лишь в некоторых книгах, в других же книгах с Житием Сергия и того не поместили, обличаемые своей совестью. Так же и другими чудесами святого они пренебрегли и не стали о них печатать.

Смотрите же, боголюбивые: некогда гордые, посчитав это неважным, не захотели напечатать всю правду о новоявленном колодце, который Бог и Пречистая Его Матерь даровали по молитвам святого Сергия, и вот ныне от той богодарованной воды обильно подаются великие чудеса и дары целебные, и не только простой люд, но и вельможи получают исцеление от различных болезней, а более других – Государь и Самодержец, Царь и Великий Князь всея Руси Алексей Михайлович, который всегда приходит, черпает своими царскими руками от того святого источника, в честь и похвалу Пресвятой Троицы и Пречистой Богородицы, и воздает благодарение преподобным чудотворцам Сергию и Никону.

И Святейший Патриарх Московский и всея России Иосиф [13] в нынешнем, 160 [1652] году, 25 сентября, вместе с Самодержцем праздновал память Преподобного и открыто проповедовал всем о чуде святого Сергия: как его святыми молитвами он получил исцеление от утробной болезни и излечился водою из новоявленного колодца. Он повелел нам записать это в чудеса святого, что мы и сделали, как будет видно из дальнейшего повествования.

Государь же Царь и Великий Князь всея России Алексей Михайлович изволил спросить меня, Келаря Симона, о чудесах святого Сергия: "Записываете ли вы для памяти чудеса, которые бывают от мощей святого в наше время?" Я отвечал: "С тех пор, Государь, как написано учеником его Епифанием и Пахомием Житие его, – с тех пор никто не дописывал в книге о нем новых чудес. Только теперь, когда ты, Государь Царь, изволил напечатать книгу его жития, мы собрали новые чудеса святого, случившиеся в наше время, затем выбрали из летописных книг и из книги об осаде обители чудеса, случившиеся тогда, и все это предложили Печатному двору. И из тех, Государь, чудес одни были напечатаны в книге о преподобном, другие же, не знаем по какой причине, остались в небрежении и были утеряны печатниками".

Государь Царь и Великий Князь всея России Алексей Михайлович, услышав об этом, приказал нам впредь записывать случающиеся чудеса святого, чтобы не были забыты эти чудеса преподобного Сергия. Я же, недостойный, услышав царское повеление, подумал: "Если я не пишу и другие тоже не станут писать, и от нашего небрежения и лености забудется что-нибудь из чудес его, то мы наведем на себя гнев самого преподобного либо за неисполнение царского приказа заслужим гневное слово от Государя Царя". Убоялся я, вспомнив притчу о ленивом рабе, ведь хотя я весьма грешен и недостоин послужить такому делу, но надеюсь на кротость и милосердие самого чудотворца Сергия и на его святые молитвы.

Он был весьма милостив и кроток со своими учениками, как в этой жизни, так и по преставлении подавая равную милость и щедроты, и никто тогда не уходил из обители его с пустыми руками, не получив полезного слова и благого подаяния, да и теперь никто не уходит со скорбным лицом, не получив неисчерпаемых его даров и целебной благодати. Воистину не оскудевает и ныне благодать Пресвятого Духа по молитвам его, но растут и множатся чудотворения от его преподобных мощей.

Где ни призовет его человек с верой сердечной – непременно получает благую помощь и уходит с радостью; кроме того, уносят в свои дома и в путешествие берут мед и хлеб чудотворца и получают от этого исцеления. Так же и по обителям его в Казани, в Свияжске, на Балахне и в других городах – где бы ни находился мед чудотворца – и до сего дня после молебного пения, благодаря Бога и преподобного, испивают его и обретают здравие.

А если мы умолчим о его чудесах и не расскажем никому, что сотворил преподобный, бездушные предметы заговорят и бессловесная тварь станет проповедовать. Ведь мы говорим не просто так, но воистину то, что видим, да и сами вещи действием и чудотворением, как перстом, указуют: так, и доныне цела житница преподобного чудотворца Сергия, сберегаемая Богом на удивление и на память о его преподобных трудах, и христолюбивые паломники берут щепочки от ее порога или угла для исцеления зубных болезней и всяких скорбей и относят в свои дома, благодаря Бога и преподобного; точно так же и его служебные ризы и пастырский посох сохраняются в ризнице до сего дня.

В те времена вокруг обители были непроходимые леса, ныне же все видят вокруг широкие поля, многолюдные села и деревни. В те времена не было тропинки, и нельзя было пройти человеку – ныне же видим широкие пути-дороги и проезды, по которым беспрестанно, днем и ночью, идут люди всякого звания. В те времена являлось Преподобному множество гадов и ползающих змей для устрашения живущего бесстрастно – ныне же, по его молитвам, вокруг обители на десять поприщ и более не встречается ужей и змей, потому что туда, где слышен колокол, они не могут заползти.

В те времена место это было безводно, и, кроме источника, который пробился по молитвам святого Сергия, не было воды у его обители – ныне же зримо для всех явилось множество источников. Первым после Преподобного Сергия ученик его, преподобный Савва Сторожевский, по молитвам своего духовного отца, извел источник чистой воды выше Конюшенного двора [14], – из него и доныне берут воду, благодаря Бога. Потом, спустя семь лет, в 151 [1643] году, под горою Волкушею [15], а также возле самого Конюшенного двора, позади Свитошного [16] и еще во многих местах пробились источники чистой воды, из которых все люди черпают и пьют, благодаря Бога. Источники дали начало реке, текущей от обители Преподобного, на которой поставлено множество мельниц, что все могут видеть. А в наше время, благодатию Божией, как мы писали выше, пробился целебный источник внутри обители, который все видят своими глазами и пьют на веселие и в просвещение души и тела, молитвами святого. Итак, чем более увеличивалось число людей в обители и около нее в слободах, тем более появлялись в изобилии и вода, и все необходимое.

В те времена, когда вблизи обители святого православные христиане терпели разорение от поганой литвы, многие говорили: "Не бывать уже Сергиевой обители прежней". Ныне же для всех очевидно и все помнят, что в те времена не было в окрестных рощах столько деревьев, сколько теперь людей в слободах, – великое множество, на тех самых местах, где были огромные рощи.

Так обогатил Бог чудесами обитель Преподобного, что и бессловесное естество говорит о его чудесах.

И вновь видя милосердие Божие и щедроты, изливаемые по молитвам Богоматери, Пренепорочной Владычицы нашей, и Преподобного Сергия, как умолчим о дивных чудесах? Ведь храм Святой Троицы, где покоятся мощи Преподобного Сергия, Богом хранимые, не так сильно охлаждается в зимнее время от мороза, как прочие каменные церкви, но как бы содержит в себе легкую прохладу, и люди в нем не страдают от мороза. Кроме того, внутри алтаря, по благодати Божией, Святыня, которой приносится Небесному Царю Непорочная Жертва, не замерзает даже в лютые морозы, но невидимой силою Божией согревается, как от солнечного тепла, и руки служащих, по их словам, не зябнут.

И чем более сам Преподобный смирял себя, никогда не похваляясь своим житием, тем более Бог прославил его чудесами. Словно солнце, сиял он перед всеми людьми, и множество его учеников, подобно солнечным лучам, просияли. Как звезды посреди неба, светились они, просвещая всю Русскую землю добрым житием и чудесами, так что обители их не забыты доныне и о чудотворениях их все знают.

И вот еще о чем рассказывают: однажды ученик Преподобного Афанасий, Игумен Высоцкого монастыря [17], по какой-то надобности приехал в Царьград, а там в это время не было Патриарха, и началось великое смятение по поводу избрания на патриаршество – одни хотели того, другие иного, и не было согласия в Священном Соборе. И вот взяли этого Афанасия, высоцкого Игумена, как странника и ученика Преподобного Сергия, имя которого было уже тогда известно по всей вселенной, и поставили его Патриархом Царьграда, и Богу известно, как долго пребывал он на святительском престоле. Позднее, как говорят, московские послы видели его гробницу с надписью. А я что слышал, то и написал, подумав, что невозможное для людей возможно Богу. Если же кто-нибудь узнает об этом достовернее или гробницу его увидит, пусть просветит и нас.

И зачем много говорить и писать? Все равно мне не хватит разумения, чтобы толком начать или кончить.

Ум человеческий постигает величие Божие, ибо Сам Господь чудесами соделал Преподобного Своего Сергия достойным удивления.

Преподобный Сергий изначально получил наставление не от людей: прочие святые учились от святых, преподобные от преподобных, следуя по стопам отеческим и угождая Богу, а Сергий еще во чреве матери явился освященным сосудом Святой Троицы и троекратным возглашением прославил Святую Троицу во время Божественной литургии. Рождение его, и воспитание, и детство, и возрастание, и воздержание, и постничество от самых пеленок были, по воле Божией, выше человеческого обыкновения, и родители его спустя 40 дней по рождении сына принесли его в церковь, в дар Богу. Книжную грамоту он постиг благодаря Ангелу Божию, а не людям и не пришел иночествовать к кому-нибудь другому под начало, но, Богом наставляемый, сам себе уготовал место и устроил церковь.

Брат его единоутробный лишь указал ему пустынное место, немного помог ему в трудах – и ушел. Он же в пустыне той еще до пострижения в одиночестве приносил Богу множество молитв и трудов, и Бог, видя его стремление к иночеству по Божию установлению, послал ему того, от кого можно было принять постриг. Вместе с пострижением новоначальный чернец, как совершенный инок, стал причастником Святых Тайн, и когда святой причастился – не только в церкви, но и вокруг нее распространилось сильное благоухание, свидетельствуя о его душевной чистоте.

Он же, став иноком, снова предался постоянному бдению и слезам, принося их, один, единому Богу. О трудах его и воздержании выше меры кто сможет рассказать? Долгие годы он жил в пустыне со зверями и испытывал множество искушений от бесов, до того как сошлись к нему, изволением Божиим, братия и составился общежительный монастырь, благодатию Божией и помощью Пречистой Богородицы, по молитвам его, – такой, какой видят теперь очи наши.

А кто сможет достичь степени его смирения? Кто не удивится терпению его и нестяжанию? Ведь Преподобного порой не узнавали из-за бедности его одежды, а в церкви, по скудости, приходилось канонаршить по книге с лучиною, но за великое его терпение Бог помогал ему и братии ангельским хлебом. Ему не нужно было ни золота, ни серебра, ни риз украшенных, ни хорошо выезженных коней; –с великим смирением ходил он пешком, где хотел.

Как-то Преосвященный Алексий Митрополит возложил на него золотой крест с парамандом, желая возвести Сергия на митрополию, но он не повиновался, считая это непомерной тяжестью. "Золота, – сказал он, – я никогда не носил". И не смог святой Алексий уговорить его, согласился с волей Преподобного. А тот за свое смирение сподобился посещения Богоматери.

Ризы его служебные и посох пастырский и доныне можно видеть своими глазами: на праздник Преподобного Архимандрит во время службы облачается в его ризы и держит его посох в своей руке, и таким образом показывается совершенное смирение Преподобного. Ведь обитель его в те времена известна была его чудесами, а не золотом и серебром; мы слышали из Жития его о нищете и нехватке самого необходимого, и сколько выносила эта терпеливая душа поношений и ропота даже от братии.

Но каким же благополучием наделил Бог обитель его впоследствии! Чем более, как говорится в Житии, умножались приношения в обитель, тем более возрастало утешение для странников, и никто, сказано в Житии, не уходил из обители Преподобного с пустыми руками. Сам же он заповедал и после своей кончины принимать как следует не только нищих и странников, но всякому просящему подавать: "Если исполните без роптания эту мою заповедь, – говорил Преподобный, – получите награду от Господа и по преставлении моем обитель весьма расширится и долгие годы будет стоять без разрушений, по благодати Христовой".

Эту заповедь Преподобного Сергия исполняют неукоснительно, и бывает так: не только простолюдины, больные и нищие, но и князья, и бояре, и воеводы, и военные люди – все, проходя мимо, получают подобающее и достойное угощение, словно от источников неисчерпаемых, и сверх того необходимую в пути пищу и питье, как и в Житии его написано. Служащие, говорится там, подавали всем щедро и с радостью и при этом ясно видели: там, где в храмах было все как подобает, там и еда, и напитки, и хлеб, и вареная пища – все это приумножалось, по благодати Христовой, по молитвам Преподобного, как видят все своими глазами.

Такая благодать Божия споспешествовала Преподобному, что и Ангелы Божии служили с ним; кроме того, братия видели, как он причащался Божественным огнем.

А дар исцеления, дарованный ему от Бога, и чудеса, случавшиеся тогда и теперь, кто сможет описать? Дары исцеления и доныне подаются всем приходящим к Преподобному, к цельбоносным его мощам, но, кроме даров исцеления, дана ему от Бога благодать защищать всю Российскую землю от нападений врагов христианства – от безбожных татар, немцев, литовцев и прочих народов, не чтущих по истине Бога, Господа нашего Иисуса Христа, и желающих уничтожить православное христианство.

Как Богом данный помощник всему государству, он везде и всюду являлся для царей и великих князей помощником в сражениях. Так, Преподобный Сергий дал благословение Великому князю Димитрию на битву с безбожным царем Мамаем на Дону и во время боя вооружил и укрепил его своими посланиями, а потом своим посольством помог Великому князю Димитрию Ивановичу установить вечный мир с рязанским и с нижегородскими Великими князьями [18]. Точно так же и под Казанью, и под городом Свияжском он своими чудесами даровал Царю и Великому князю Ивану помощь в сражении с безбожными татарами [19], устрашая неверных частыми явлениями, а православные христиане, попавшие в плен, по молитвам его, невидимым образом освобождались от рук поганых, как сообщает Житие. В городе Себеже [20] православные с его помощью освободились от литовской осады. Точно так же и в Псковской земле, в городе Опочке, после явления его была снята осада и врагов разогнали.

Во время суетного восьмого Собора, собранного папой и русским Митрополитом Исидором [21], Преподобный являлся в латинских и в немецких землях и похвалил святого Марка Ефесского, назвав его равноапостольным и многострадальным, и явлением своим сохранил от поганых по дороге оттуда иерея Симеона [22] и других, повелев проповедать на Руси правоту веры православной. А во времена крымского царя и татарского нашествия [23] он явился вместе с московскими чудотворцами и с Леонтием Ростовским и Варлаамом Хутынским [24], умоляя Владыку и Пречистую Его Матерь, как написано.

И где бы ни приходилось сражаться государям, царям и великим князьям, они постоянно имели на устах имя Преподобного Сергия, ставили полотняную дорожную церковь во имя его близ своих шатров и каждый день приходили в нее на молитву: под Казанью, – и в городе Свияжске, где ныне монастыри во имя его, и под Москвой, в обозе против крымского царя, где ныне церковь Пречистой Богородицы, именуемой Донскою [25]. И везде – на всех путях и во всех напастях – призывали имя его, а когда мирились, то скрепляли мир его именем.

Когда же Великий Князь Василий Иванович [26] лежал на смертном одре, последним словом его, сказанным вслух, было величание Преподобному Сергию, а потом он предал дух свой в руце Божии. Такую веру имели самодержцы к Преподобному, что обращались к нему с просьбой умолить Бога о чадородии, и не ошибались – что просили у Бога, получали, по его молитвам, и с радостью уходили домой.

Как умолчать о нынешних, последних милостях Божиих, которые дарованы, по молитвам Преподобного, во времена литовского разорения [27]? Ведь все помнят, как было разорено Московское государство; как города, села и деревни были преданы огню и мечу, а всякая душа, от мала до велика, истреблена; как Московским государством, многими городами, завладели поляки, литовцы и немцы, иные города были разорены русскими ворами, и ниоткуда не было помощи Московскому государству; лишь одна обитель Святой Троицы и чудотворца Сергия стояла, заступничеством Пречистой Богородицы и милостью Божией, процветала и изобиловала всяким богатством. Ведь прежние государи, благочестивые великие князья и цари, наполнили Сергиеву обитель всяким богатством, давая в достатке не только земельные угодья, но и торговые промыслы во многих городах – на окраинах и за морем, причем беспошлинно, прикладывая к полноте полноту; и за много лет наполнили обитель его всем в изобилии, словно сподобились пророческого дара и провидели Духом Святым, какая кровопролитная война будет в Российском государстве.

И так, наставляемые Божией благодатью, живущие в этой обители иноки, военные и всякого звания люди прочно укрепились духом против безбожников, не поддались прельщению литовцев и поляков, не стали объединяться с клятвопреступниками, с русскими изменниками, как было в других городах, но все стояли твердо, как истинные поборники Московского государства, и терпели всякую осадную нужду, ожидая милости Божией, имея надежду на Пречистую Богородицу и на преподобных чудотворцев Сергия и Никона, – и не ошиблись в уповании на помощь Богоматери и преподобных. Ибо Пречистая Богородица, как и обещала прежде, не отступала от обители Сергиевой, по молитвам его, и освободила монастырь от осады, спасла православных людей от поганых, а во время нехватки пищи накормила, умножив хлеб, устрашила поганых чудесами и даровала тишину и мир.

Во время разорения Московского государства обитель была ему опорой и помощницей, обеспечивая проезд из не занятых врагом городов к Московскому государству и обратно из Москвы к этим городам – путь чистый и гладкий, а также покой и пристанище князьям, боярам и людям всякого звания. Если же сказать всю правду, для нагих здесь была одежда, для странников – упокоение, для нищих и голодных – питание, для погибающих от мороза – утешение; странники, раненые и умирающие, покидая мир сей, получали напутствие в Жизнь Вечную, мертвые же – погребение.

Все это делалось в обители чудотворца Сергия добрым ее Строителем, о котором мы еще скажем впереди. И не было иного пути и проезда, кроме как через этот монастырь, пока не очистилось Московское государство.

А если кто-нибудь хочет узнать истину об умирении и тишине и о прекращении пролития христианской крови в Московском государстве и по всей России, о том, как собирались ратные люди для очищения Московского государства, – и это все было по молитвам Преподобного Сергия и сопровождалось его чудесами.

Все мы ясно видели, что не было согласия между боярами и между дворянским и казачьим войском, когда гетман Хоткевич [28] во время своего последнего похода на Москву хотел освободить из осады литовцев и поляков, а русских людей побить. У Архимандрита Дионисия и Келаря Авраамия было тогда много забот: еле удалось им привести бояр в смирение, а дворянское войско – в согласие с казаческим, для чего они призывали к себе представителей обоих полков и каждый день кормили множество сотников и утешали их всяческими напитками. Достойно удивления, как помогала тогда благодать Божия: если бы Бог не даровал умножения, откуда было взять пищи и питья на столько человек? Ведь в монастыре за время осады совершенно иссякло все необходимое, и все вотчины монастырские были разорены.

Уже в наши, в самые последние годы в дальней стороне, на Яицких горах, Преподобный Сергий даровал воеводе Льву Афанасьевичу Плещееву с товарищами помощь и победу над погаными калмыками [29]: своим явлением он вооружил крепких на битву и соделал сердца их мужественными, а поганых устрашил, уподобив их многочисленность, да и храбрость и ратные доспехи сплетенной паутине, как о том написано ниже.

Но пора остановиться, ибо уже довольно сказано для прославления чудес Преподобного.

Не сетуйте же, отцы и братия, что мы не расположили главы по порядку и по чину, так что события одного года оказались в разных местах, ведь как только мы что-либо от кого-нибудь слышали или находили в древних записях, так тотчас и записывали. Кое-что мы видели своими глазами, как уже говорили выше, но тогда мы еще не думали о записях, пока не вышло повеление Государя Царя. А с тех пор, призвав на помощь Бога, и Богородицу, и самого Преподобного, дерзаю писать так.

1. Из летописной книги. О чуде святого Сергия, как он исцелил слепую жену.

В книге о житии Преподобного оно не записано

В 7063 [1555] году, 25 сентября, в день памяти Преподобного и богоносного отца нашего Сергия, чудотворца, пришла помолиться некая женщина, по имени Домникия, раба Василия Машутки, слепая; два года она болела и не видела света, но со слезами просила чудотворца Сергия, чтобы он смиловался и подал ей исцеление. И дивный в чудесах Преподобный Сергий помог ей – она стала здоровой, как будто никогда и не болела, глаза ее прояснились. Увидев это, Царь и Великий Князь воздал хвалу Пресвятой Троице и Пречистой Богородице и, отслужив благодарственный молебен Преподобному чудотворцу Сергию, угостив братию и раздав богатую милостыню, ушел из обители в радостном расположении духа.

2. О умножении муки от небольшого сусека по молитвам святого

Поведал нам соборный ключарь Иван, по прозванию Наседкин [30]. Было это, рассказывал он, в ту пору, когда Господь Бог наш, по благодати Своей, изволил излить милость Свою на христианский народ и бурю многомятежной этой жизни преложить на тишину: Троице-Сергиев монастырь освободился от долгой осады и полковники литовские Петр Сапега и Лисовский бежали из-под монастыря с великим срамом. В то время служилые люди, все еще остававшиеся в Троицком монастыре, терпели всякую нужду и скудость вместе с иноками и мирянами; и ключарь Иван был тут, жил в монастыре. Пути и проезды еще не очистились, поляки, литовцы и русские изменники устраивали засады в проезжих местах, убивая христиан, не пропуская ни с чем в Московское государство и к Троицкому монастырю, не давая подвозить продовольствие.

А в это время в Троицком монастыре смиренно жил бывший старицкий Архимандрит Пимен [31], отец инока Амфилохия Рыбушкина, и томили его работой в пекарне за измену сына, потому что сын его, упомянутый Амфилохий, был послан троицкими властями в Троицкий казанский монастырь Строителем и во время смуты, объединившись с дьяком Никанором Шульгиным, со всем казанским монастырем отказался повиноваться троицким властям [32], и не просто не подчинялся, но посадил в темницу посланных к нему.

За это отец его Пимен просеивал муку в Троицком большом монастыре. Хлебные запасы монастыря уменьшались с каждым днем, оставался лишь один маленький сусек. Из этого сусека брали во все квашни не один раз в день, а много раз – на всю братию, на мирян и на ратных людей, но сусек этот снова наполнялся, невидимой силою Божией. Пимен, удивившись, распознал Божий Промысл, призвал упомянутого ключаря Ивана и поведал ему о чуде, происходившем с мукой. Вдвоем они несколько дней наблюдали действие Божия Промысла, удивляясь милости Божией, и поняли, что не остался без награды подвиг Архимандрита Дионисия и забота о бедных.

В то суровое мятежное время, видя, что люди Божии, покалеченные и раненные, погибают по путям и дорогам, по лесам и дебрям, лежат без присмотра, нагие, терзаемые зверями и псами, а иные еле дышат, – видя все это, Архимандрит Дионисий призвал Келаря, Казначея, братию, и слуг, и мирских людей всякого звания, плакал пред ними горькими слезами, и взывал, рыдая, и говорил: "Нужно оказать милость бедным, больным и раненым, порубленным и израненным погаными, брошенным нагими по лесам и дебрям, надо послать людей и собрать несчастных отовсюду в обитель нашу, подумать как следует об их лечении, построить приюты и позаботиться о пище и одежде для них – кто чем сможет помочь; нужно позаботиться и о погребении мертвых. Запасы хлеба и хорошего кваса, что еще есть у нас в монастыре, надо приберечь для больных и раненых, а нам самим можно довольствоваться овсяным хлебом и водой, и, насколько даст нам Бог здоровья, будем довольствоваться этим". Выслушав его, Келарь, братия и миряне – все единодушно решили так и сделать.

С тех пор, по совету архимандрита Дионисия, было положено начало заботе о бедных. Посланные собирали на повозки и привозили в обитель больных, раненных и покалеченных, мужской пол, и женский, и девиц; некоторые, кто мог, приходили сами. Одних отправляли в братскую больницу, других – в богадельню за монастырем; для женщин же и девиц ставили вне монастыря особые избы. Всем им по приказанию архимандрита Дионисия предоставились покой, пища и питье и подавалась всевозможная врачебная помощь; мертвых же погребали. И с тех пор как они решили заботиться о бедных и сами дали обет терпения и воздержания, благодать Божия обильно проявлялась во всех их делах.

Итак, Иван и Пимен, придя к самому Архимандриту Дионисию, рассказали ему о случившемся. Он же, истинный попечитель, и отец, и питатель сирых, услышав об этом, возрадовался душою, пошел с ними в пекарню, где находился небольшой сусек той муки, и сам увидел действие Промысла Божия – и обильные слезы потекли по его щекам при виде благодати Божией, посланной уповающим на милость Его.

Дионисий возвестил об этом деле Келарю и старейшим братиям, и все вознесли хвалу Святой Троице, и Пречистой Богородице, и великим чудотворцам Сергию и Никону. А тот небольшой сусек не оскудевал до сорока дней, пока не очистились пути и не привезли из сел достаточно хлеба.

Многие из тех, кто заботами Архимандрита Дионисия был избавлен от ран и наготы и получил исцеление, и доныне трудятся в его обители на многих работах, – их около пятисот человек или более, а таких, которые, исцелившись, с радостью разошлись по домам, еще больше. Погребено же было, как говорится в повести [33], более семи тысяч странников, не считая тех, кто был в осаде.

3. О голосе, обращенном к ключарю Ивану, и об исцелении, по молитвам святого, расслабленного инока и немого отрока

Тот же ключарь Иван поведал нам следующее: "Когда я жил в Троицком монастыре, Архимандрит Дионисий, как я уже говорил, поручил мне служить в церкви Чудотворца Сергия для мирских прихожан, потому что около монастыря в то время не было церквей: все были разорены погаными. А для телесного отдыха он дал мне небольшое помещение в каменной ограде монастыря. Тут я и жил и часто молился Богу, и Пречистой Богородице, и преподобным чудотворцам Сергию и Никону о милости Божией, о посещении и об избавлении от гнева, нашедшего на нас, видя, как много крови христианской проливалось в те времена".

И вот, по благодати Божией, Московское государство и Троице-Сергиев монастырь освободились от осады, в других же городах было еще неспокойно: где-то христиане объединялись, боролись с поляками, а где-то поганые одолевали; некоторые же проявляли малодушие – то обращались к христианству, то снова делались отступниками и присоединялись к поганым. Все пути были заняты погаными и русскими изменниками, и по всем дорогам проливали христианскую кровь, как воду, и беды эти невозможно описать.

Как-то раз ключарь Иван, сидя в своей каморке, скорчившись, начал плакать и рыдать, помышляя в сердце своем о том, как в прежние времена латиняне отступили от Православия, а за ними все западные страны уклонились в лютеранскую ересь и тоже стали отступниками от Православия. И вот пришла ему мысль, что и здесь еретики уже победили, и вдобавок еще вспомнил он слова, сказанные в Апокалипсисе, в притче о жене и о змие [34], и подумал, что уже не бывать на Руси Православию, и изнемог от горького плача, и впал в забытье.

"И вдруг я услышал голос, доносящийся из оконца, как бы наяву, укоряющий и стыдящий меня: "Да кто ты такой, – говорил он, – почему ты думаешь, что не бывать на Руси Православию, и рассуждаешь о том, что суждено Богом? А того ты не знаешь, – говорил некто, – что молят Бога за вас Василий Великий и Димитрий Солунский, да и ваш Преподобный Сергий, чудотворец, и будет Православие на Руси по-прежнему". И, укоряя меня, сказал еще много другого и отступил от оконца.

Я же, как бы проснувшись и не видя никого, трепетал, размышляя об этом удивительном голосе, и, поднявшись, пошел к Архимандриту Дионисию, собираясь рассказать ему.

Когда же я приблизился к келлии Архимандрита, то увидел, что он стоит на помосте перед своей келлией и расспрашивает некоего отрока, юного возрастом. А этого отрока все мы знали как немого и совсем не способного говорить, и вот он говорил с Архимандритом совершенно свободно. Мы стали слушать, и отрок поведал следующее.

"Я был в келлии, – сказал он, – и сидел в это время на печи, а в углу лежал лицом к стене один расслабленный инок, не способный самостоятельно повернуться. И вот в келллию вошли два инока, светлые лицом, с седыми бородами, подошли к расслабленному и, сотворив Иисусову молитву, сказали ему: "Брат, будь добр, повернись к нам". Он же отвечал: "Не могу". Боголепные иноки снова обратились к нему, велели повернуться к себе и сказали: "Таково, брат, твое иночество? Не будь упрямым и повернись к нам". Но он отвечал им с гневом, как невежа, говоря: "Кто вы такие? Отойдите от меня! Или вы не знаете, как я болен? Я не могу повернуться!" И вот святые боголепные старцы, взяв его, как будто насильно повернули к себе лицом и поставили на ноги рядом с постелью, говоря: "Ты лжешь, сказываясь больным, – ведь ты здоров". И, оставив его, вышли из келлии, а мне, сидящему на печи, сказали, назвав меня по имени: "Иди и расскажи Архимандриту Дионисию об этом спорщике и ослушнике, о том, как он спорил с нами". Я же отвечал: "Пойду и расскажу, как вы повелели", – ибо в то время как они говорили, язык мой разрешился от немоты".

Мы, слушая его, удивлялись, потому что все знали отрока этого как немого, а инока того как расслабленного, не способного повернуться, если кто-нибудь не повернет его. Пока мы разговаривали, пришел и тот инок, что был расслаблен, сам по себе и никем не сопровождаемый, и рассказал Архимандриту и нам все подробно о милости, явленной ему по благодати Божией и по молитвам преподобных чудотворцев Сергия и Никона.

А потом и я, Иван, – продолжал рассказчик, – поведал Архимандриту Дионисию о своем видении и о слышанном голосе, и мы прославили Бога, и Пречистую Богородицу, и преподобных чудотворцев Сергия и Никона, которые опекают обитель свою и предивными чудесами делают явным Божие человеколюбие и милосердие к православным христианам, приводя уже отчаявшихся и безнадежных к несомненному упованию на Христа Бога, Спасителя нашего".

Я же, Симон, услышав от него этот рассказ, записал, а спустя некоторое время показал ему, и он, прочтя, исправил своей рукой некоторые слова и засвидетельствовал, что все это истина.

4. О монастырской лодке, которую Господь, по молитвам святого, спас на море от потопления

В 7122 [1614] году инок Троице-Сергиева монастыря Гедеон Коротнев плыл на лодке из-за Студеного моря [35], из волости, именуемой Варзуга, к Холмогорам, с монастырской осенней рыбой.

Между тем на море началось великое волнение, так что монастырскую лодку заметало льдом, и она замерзла; другие же четыре двинские лодки разбило. Люди, плывшие в монастырской лодке, видя приближающуюся погибель, совершенно отчаялись; а среди них был один человек с Двины, по имени Иаков.

От великой печали и усталости люди задремали и уснули, и вот Иаков, что родом с Двины, увидел чудотворца Сергия, который указал перстом, где им пройти к берегу, а потом будто бы сам чудотворец, поставив их лодку на железные колеса, привез ее к пристани, завез в новый амбар и запер ее там.

Воспрянув от видения, он разбудил инока и остальных и рассказал о своем видении, и они, услышав об этом, стали взывать к чудотворцу Сергию, чтобы он избавил их от потопления и спас души их от смерти. И в это время лед на море начал расступаться. Они, подняв паруса, по образовавшейся щели добрались до пристани, на которую чудотворец Сергий указывал перстом, а на море позади них лед опять соединился.

Увидев это, люди, получившие неожиданное спасение, – ибо спас их Господь, по молитвам Преподобного, ликовали и пришли в обитель святого, прославляя имя его, обрадовав своим возвращением начальствующих и братию, потому что получили спасение нежданно-негаданно.

5. О чудесах святого Сергия, список которых привез из Холмогор иерей Стахий

В 7122 [1614] году, 17 марта, один человек, по имени Игнатий, по прозванию Яскин, идя по берегу морскому, взошел на торос, то есть на лед, и отнесло его в море, и он начал тонуть. Воззвав же ко святому Сергию чудотворцу, чтобы тот избавил его от потопления, он непостижимым образом оказался на морском берегу, спасшись по молитвам Преподобного чудотворца Сергия.

6. Об исцелении бесноватого

В Холмогорах же, в Курьской волости, в слободе Троице-Сергиева монастыря есть храм Преподобного чудотворца Сергия, и туда привели некоего человека из той же слободы, по имени Яким Ильин, одержимого падучей и страшно беснующегося, и он, по молитвам святого Сергия, исцелился от его иконы и пошел домой здоровым, благодаря Бога.

А было это чудо в 123 [1615] году.

7. Об исцелении бесноватой

В той же Курьской волости, в Сергиевой слободе, в храм Преподобного чудотворца Сергия пришла помолиться женщина по имени Ксения, из Кехотской волости, одержимая болезненным недугом и мучимая бесом, так что рука ее была скрючена и прижата к сердцу. Скорый помощник, Преподобный Сергий, даровал ей исцеление, и она вернулась в дом свой здоровой, как будто никогда не болела, воздавая благодарение Преподобному Сергию, давшему ей исцеление.

Было же это чудо в 124 [1616] году.

8. О боярине Иване Никитиче Романове

Однажды в обитель Святой Троицы пришел помолиться и поклониться мощам чудотворца Сергия боярин Иван Никитич Романов [36], и после молебного пения он рассказал Архимандриту Дионисию и нам о следующем чуде Преподобного Сергия.

"Когда я, – сказал он, – был в опале у Царя Бориса, по зависти вражией, везли меня в заточение на плохой повозке, покрытого лохмотьями, во множестве оков – на шее, на руках и на ногах. Я не знал, куда меня везут, но в это время зазвонили в колокол, и я понял, что нахожусь близ обители Святой Троицы. Дрогнуло сердце мое от горькой печали, и множество слез пролилось, пока я молился Святой Троице, и Пречистой Богородице, и Преподобному Сергию, чтобы он спас меня, помог бы страждущему в беде и ниоткуда не имеющему помощи.

Так я плакал, призывая на помощь Преподобного Сергия, и хотел взглянуть из-под лохмотьев, которыми был прикрыт, на обитель чудотворца – и не мог, потому что стражники с обеих сторон не давали высунуться, сильно притесняя меня, по приказу Царя Бориса.

Вдруг словно некоей силою Божией спали оковы железные с шеи моей, с рук и ног, а сквозь дыру я увидел обитель чудотворца – и возблагодарил Бога, и Пречистую Богородицу, и Преподобного Сергия, скорого помощника, и успокоился, обнадеженный, ожидая милости Божией. Когда мы проехали монастырь, я рассказал обо всем стражникам. Те, осмотрев все, удивились и испугались и сменили звериный нрав на овечью кротость, так что я после этого получил у них послабление.

Спустя некоторое время Бог освободил меня от этой напасти, и вот я, пребывая в своем прежнем звании, каждое лето, как и обещал, прихожу к чудотворцу Сергию, чтобы поклониться его гробу".

Услышав эту историю, Архимандрит Дионисий и все мы возблагодарили Святую Троицу и Пречистую Богородицу и прославили Преподобного Сергия, скорого помощника, ибо он защитник всех, кто на него уповает.

9. О явлении чудотворца Сергия Козьме Минину и о собирании ратных людей для освобождения государства

Во время оно, Божиим попущением за грехи наши, случилось нашествие безбожных поляков и литовцев на Российское государство, и в течение многих лет погибало христианство по городам и весям от огня и меча. Московское государство было вконец разорено богопротивными, все были побиты – от мала до велика, от благородных до простых; многие были уведены в плен, прочие же разбежались по всей Русской земле, словно овцы, не имеющие пастыря, скитались по городам и селам и пустынным местам, переходя с места на место, ища как бы спастись от горькой смерти. Беду эту неописуемую не сможет изобразить язык человеческий, скажет лишь: "Ох! Ох! Увы! Увы! Горе! Горе!" – так долго продолжалась эта кровопролитная напасть.

Но не будем больше говорить об этом, потому что все и сами помнят то печальное время, и пойдем далее.

Итак, в то время как Московское государство находилось в осаде, окаянные еретики, поляки и литовцы, захватили московских бояр, князя Федора Ивановича Мстиславского [37] с товарищами, и всячески притесняли их, содержа едва живыми. Весь народ христианский, от благородных до простых, – все были побиты, как мы уже сказали выше. Города же все пребывали в разногласиях: одни присоединились к полякам и литовцам и вместе с еретиками проливали христианскую кровь; другие же присоединились к ворам, к так называемым царевичам, и тоже стали врагами православных христиан, не меньше того кровь проливали; иные российские города оказались под властью немцев; прочие же, отделившись, управлялись самостоятельно, так что Московскому государству ниоткуда не было помощи: одолели окаянные еретики.

В обители Святой Троицы, у преподобных чудотворцев Сергия и Никона, управляли тогда преподобный Архимандрит Дионисий и Келарь Авраамий Палицын; они слышали, что Московское государство, захваченное еретиками, пребывает в совершенном разорении, и, посоветовавшись с братией и с военными людьми, основательно укрепили обитель. Возложив упование на Бога, и Пречистую Богородицу, и на преподобных Сергия и Никона, они мужественно вооружились против безбожников, ибо видели, что православная вера попирается и христиан побивают безбожники, и весьма страдали оттого, и сопротивлялись врагам, полякам и литовцам, с Божьей помощью.

Архимандрит Дионисий не занимался ничем иным, только молился, горько плача, в церкви и келейно Христу и Владычице нашей, Пречистой Богородице, всего мира Заступнице и скорой Помощнице, воздевая руки свои и призывая на помощь преподобных чудотворцев Сергия и Никона. От горькой печали он томил себя бдением и воздержанием и по многу дней вкушал лишь немного хлеба, видя, что люди Божии совершенно погибают и многие уже впали в отчаяние.

Отдыхом же от великих трудов было для него вот что: имея у себя писцов, быстрых и знающих, он, сидя с ними, порою по ночам, писал поучительные грамоты и посылал их во все города. Тех, кто попрал веру христианскую и был заодно с поляками и литовцами, разоряя православных христиан, он умолял отойти от еретиков и вновь соединиться с православными. А тех христиан, что еще оставались в некоторых городах, он награждал похвалами и молил их твердо стоять против безбожников и мужественно бороться вместе с христианами, напоминая им Священное Писание и приводя примеры из истории древних государств о том, сколь много людей из прошедших поколений мужественно стояли за православную веру, не щадили головы своей и претерпевали мученическую кончину, а ныне Церковь Божия прославляет их мучения и воспевает им на службах своих хвалу.

Эти грамоты, написанные его преподобными трудами, достигли многих городов, и люди, читавшие их, приходили в сокрушение. Так пришли под Москву боярин князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой [38], и Иван Заруцкий [39], и прочие, из многих городов, с большим войском, и вместе с Прокофием Ляпуновым [40] окружили Московское государство, осадили безбожных поляков и всячески теснили их.

Но хотя сошлись громадные полки и собралось бесчисленное войско, однако без Божия Промысла огромное войско, по грехам нашим, ни на что не годилось. Военных людей охватило волнение, и они перестали подчиняться боярину князю Дмитрию Тимофеевичу, а лучшего своего попечителя, Прокофия Ляпунова, убили своими руками. Иван же Заруцкий, словно взбесившись, бежал с большим войском, отрекся от Православия и много зла сотворил русским городам, хуже поляков, пока не постиг его суд Божий. Прочие же ратники, видя беспорядок в войске, разошлись в разные стороны.

И вот Архимандрит Дионисий, бодрый разумом, истинный пастырь стада овец Христовых, и Келарь Авраамий снова неустанно трудились и писали грамоты, как и прежде, во все города вверх и вниз по Волге, умоляя русских людей и подвигая их на то, чтобы выступали на защиту Московского государства, а уж Господь поможет им, по заступничеству Пречистой Богоматери и по молитвам святых чудотворцев. И снова многие начали приходить в сокрушение. Особенно основательно взялись за дело в Нижнем Новгороде и стали размышлять, как и каким образом оказать помощь Московскому государству. Когда же Промысл Человеколюбца Бога обратился к народу христианскому и, по благодати Его, мы обрели заступника Московскому государству и всей Российской земле – Преподобного Сергия, чудотворца, тогда православные христиане, как после лютой зимы, обратили лица свои к праведному Солнцу, Христу Богу, желая приблизиться к теплоте спасения, ибо Христос, Бог наш, озарил сердца верных Своим милосердием.

Не сетуйте на меня, отцы и братия, за долготу речи: хотя и грубо, и неблагозвучно мое бормотание, но это истина, и я слышал об этом из уст самого Архимандрита Дионисия, а кроме того, сверялся и с другими достоверными свидетелями. Но оставим эти рассуждения и снова обратимся мыслью к повествованию.

Был в Нижнем Новгороде муж благочестивый по имени Козьма Минин, по ремеслу мясник, проводивший жизнь свою в целомудрии и прочих добродетелях. Он, любя безмолвие и постоянно имея Бога в сердце своем, надолго разлучался с женой своей, уходя в особую комнату.


Однажды, когда он спал в этой комнате, явился ему чудотворец Сергий и повелел собирать казну, нанимать ратных людей и идти на освобождение Московского государства. Пробудившись, Козьма пребывал в великом страхе, но подумал, что устроение войска для него непривычно, и не придал этому сну значения. И в другое время было ему такое же видение, во второй раз, – и снова он пренебрег им.

И вот спустя некоторое время снова явился ему Преподобный Сергий и сказал с укором: "Разве я не говорил тебе? Такова воля Божия – помиловать православных христиан и от шумного мятежа привести к тишине, потому-то я и велел тебе собрать казну и нанять ратных людей, чтобы они, с Божией помощью, очистили Московское государство от безбожных поляков и прогнали еретиков". И еще сказал ему Преподобный: "Старшие не возьмутся за такое дело, но младшие начнут его, начинание их будет делом благим и придет к доброму завершению". И как бы дав ему наказ, отошел и стал невидим.

Козьма, проснувшись в трепете и великом ужасе, почувствовал, что все внутренности его сдавлены, и так он ходил с больным животом, молился Преподобному Сергию об исцелении и каялся о своей небрежности, обещая исполнить все, что тот повелел, и размышляя, как и с чего начать дело.

И вот, по Божию Промыслу, избрали его всем городом в земские старосты, поручив ему попечение обо всем городе, чтобы он выполнял и устраивал земские дела, по обычаю. Козьма же, увидев в этом действие Божия Промысла, возложил упование на Бога и, обнадеженный Преподобным Сергием, стал думать, как исполнить дело Божие. В земской избе и везде, где бывал, он обращался ко всем со слезами, плача и рыдая: "Московское государство, – говорил он, – и прочие города, большие и малые – все разорены безбожниками, люди благородные, от вельмож до простых, – все побиты, жены их и дочери опозорены на глазах их и уведены в плен, и невозможно рассказать об этом бедствии. Говорят, что Москва и прочие города до сих пор заняты еретиками, завоевали поганые почти всю российскую землю. Только наш город, по благодати Божией, сохраняется Богом, и мы живем так, словно ничего не боимся. Враги наши, поляки и литовцы, а вместе с ними и русские клятвопреступники, словно свирепые волки, разевающие пасти свои, хотят расхитить нас, как овец, не имеющих пастыря, и город наш предать разорению; мы же об этом совсем не заботимся и ни о чем не думаем".


Многие, слыша это, стали приходить в сокрушение, другие отходили, ругаясь. И как сказал святой Сергий: "Младшие скорее возьмутся за дело", так и получилось. Молодые слушали охотнее, скоро соглашались и говорили своим отцам: "Что в нашем богатстве? Только на зависть поганым. Если они придут и возьмут наш город, разве не сделают они то же, что и в других городах? И разве устоит наш город в одиночку? Нет, давайте отдадим всю свою жизнь и богатство на Божию волю и начнем собирать и нанимать ратных людей. А некоторые из нас и сами могут пойти, мы готовы положить головы за освобождение христианской веры".

Слыша это, все нижегородцы положились на Божий Промысл и человеколюбие Его и как, с Богом, начали, так и сделали. Весь город подписался под приговором, чтобы во всем слушаться Козьму, и отдали Козьме этот приговор.

Он прежде всего начал с себя: кое-что немногое оставил в доме, а остальное имущество свое отдал в общий котел для снаряжения ратных людей. Точно так же и другие купцы и торговые люди стали приносить много денег. Иные же хоть и не желали, по скупости своей, но приносили уже с принуждением, потому что Козьма, получив власть над ними по их приговору, с Божией помощью, и ленивых приводил в трепет. Между тем и уездные люди, не одного Нижнего Новгорода, но и прочих городов, тоже везли деньги кто сколько мог, по его повелению. И собрали весьма богатую казну.

А в это время дворяне, и дети боярские, и стрельцы из города Смоленска, покинув свои дома, стояли близ Арзамаса, потому что их город, Смоленск, был взят польским королем Жигимонтом [41], а жены и дети их были отведены в плен. Они, не желая отказываться от христианской веры, не присоединились к еретикам и пришли под Москву, но стоявшее здесь казачье войско, проявляя самоволие, оказалось несогласным с дворянами, стало завидовать им и хотело побить. Те разгневались, но не захотели начать междоусобную войну, а ушли из-под Москвы в арзамасские земли и переходили с места на место, не вредя ничем православным христианам, ожидая милости Божией, пока Он не ущедрит людей Своих.

Услышал Козьма, что это люди благочестивые и искусные в воинском деле, а кроме того хотя и бедствуют и пребывают в большой нищете, но христианам насилия не чинят, и послал к ним с просьбой, чтобы они приходили в Нижний, пообещав помочь с пропитанием и дать денег. И те с радостью пришли, а было их около двух тысяч и даже более.

Чем более умножалась казна, тем больше приходило и ратных людей, словно со всей вселенной. Воеводой избрали князя Дмитрия Михайловича Пожарского, как способного к устроению ратных дел. И, подготовив полки, отправились на освобождение Московского государства.

Когда они пришли в Троице-Сергиев монастырь, было с ними огромное войско. Отслужили молебен, и Козьма поведал Архимандриту Дионисию о явлении Преподобного, о чем мы писали выше. Услышав об этом, Архимандрит, изливая горячие слезы по ланитам, возблагодарил Святую Троицу, и Пречистую Богородицу, и Преподобного Сергия и никому не рассказывал о том, пока не исполнилась благодать Божия.

После молебна Архимандрит Дионисий со всем Священным Собором вышел из монастыря провожать войско и, взойдя на гору, называемую Волкуша, осенял крестом войско, идущее мимо, и повелел кропить святой водою. Сильный ветер дул в лицо ратникам, так что они едва могли усидеть на конях, и от этого были в войске великий страх и сомнение немалое. Под конец подъехали князь Дмитрий и Козьма и, взяв у архимандрита благословение, отправились в путь, и когда архимандрит вслед им еще раз осенял их крестом, внезапно встречный ветер переменился и стал дуть в спину ратникам, от обители Святой Троицы, словно от самого гроба чудотворца Сергия. И были веселье и радость среди воинов, потому что они получили надежду и ожидали милости Божией.

Вскоре они пришли под Москву и сильно потеснили поляков и литовцев.

Но извечный враг, всегда ненавидевший род человеческий, снова начал строить козни, по грехам нашим. Между боярами князя Дмитрия Трубецкого и князя Дмитрия Пожарского и у их советников появилась зависть и великая вражда, да и между войском дворянским и казаческим обнаружилось несогласие, так что едва не началось междоусобное кровопролитие.

Услышав о разногласиях, поганые поляки и литовцы с гетманом своим Хоткевичем, тотчас налетели от Можайска, словно хищные птицы, как будто желая когтями своими разорвать стадо Христово, и беспрестанно день и ночь нападали на православных. Воинство же христианское обоих полков, как уже было сказано, было в раздоре, друг другу не помогали, но, сопротивляясь поганым, каждый полк выступал отдельно. А казаки не только не помогали дворянам, но и похвалялись, что сами разорят дворянские полки.

Узнав об этом, Архимандрит Дионисий и Келарь Авраамий весьма опечалились. Призвав Преподобного чудотворца Сергия, скорого помощника, они оставили обитель, пришли под Москву и вместе с Козьмой умоляли всех помириться и тем самым не чинить препятствий ратному делу, долго уговаривали их и наконец помирили. Ратников из обоих полков они призывали к себе, угощали их всякими яствами и напитками и таким образом, долгими уговорами, склонили и их к братолюбию. Казакам же, которые говорили с негодованием, что они обеднели, а жалованье им не платят, обещали отдать всю Сергиеву казну. "Если, – сказали им, – поможет вам Господь, и вы устоите; если же не выстоите, и одолеют поганые – все будет разграблено". Услышав это, казаки с радостью обещали стоять за веру Христову и головы свои положить.

И вот в подходящее время оба полка, дворяне и казаки, кликнули кликом чудотворцевым: "Сергиев! Сергиев!" – и единодушно устремились на поганых. И помог им Господь Бог, по молитвам Преподобного Сергия: били они и рубили врагов и покрыли поля московские телами поганых; оставшиеся же побежали без оглядки и убежали в свою землю.

Тогда власти троицкие привезли из монастыря, из казны и из ризницы, все дорогие вещи: сосуды служебные, золотые и серебряные, шапки архимандричьи, тоже золотые и серебряные, ризы, стихари, поручи, орари, пелены, украшенные дорогими камнями, – все это привезли в табор к казакам и положили перед ними. Те, хотя и намеревались и желали получить добычу и с радостью поспешили за обещанным, но когда увидели привезенное, стали говорить, стыдясь друг друга: "Все это, – говорили они, – собиралось долгие годы, да и принесено в дар Господу, для службы". Устыдились казаки и ударили челом начальствующим, а потом избрали от себя именитых людей, послали их в обитель, проводив с честью, и все привезенное вернули в Сергиеву казну в полной сохранности.

Спустя некоторое время Преподобный Сергий на своем подворье у Богоявления, в Москве, явился галасунскому Архиепископу Арсению, избавил его от голодной смерти и поведал ему об очищении Московского государства. На следующий день русские люди взяли приступом Китай-город, а вскоре взяли и Кремль [42], побили окаянных поляков, оставшихся же отправили в заточение.

Так, по молитвам Пречистой Богородицы, и святых московских чудотворцев, и Преподобного чудотворца Сергия, явлением его, была одержана преславная победа и одолели врагов, так что государство, долгие годы попираемое нечестивыми, очистилось, и корабль христианский, проплыв сквозь беды жизни сей, словно по многоволнуемому морю, достиг тихого пристанища.

10. О некоем вельможе, похулившем еду

Во времена благочестивого Царя, Государя и Великого князя всея Руси Михаила Феодоровича некий вельможа, по чину рында [43], был с Царем в походе. По обычаю, существовавшему в доме Святой Троицы, в обители Преподобного Сергия, по праздникам, по древнему чину, начальствующие посылали еду и напитки от трапезы Преподобного Сергия, чудотворца, боярам, и вельможам, и государевым людям всякого звания. Принесли еду и напитки этому вельможе, и он, не знаем по какому вражьему искушению, вместо благодарности произнес хульные слова и поносил начальствующих, выражаясь не благолепно и называя Келаря королем [44], ругаясь по гордости своей.


Когда же пришло ему время уходить из монастыря, он внезапно, задрожав, упал на глазах у всех перед церковными дверьми и долгое время трясся и кричал. По уходе Самодержца его приложили к раке чудотворца Сергия и отслужили о нем молебен. Придя в себя, вельможа с сокрушением каялся в своей дерзости и, простившись с начальствующими, отправился в путь здоровым, благодаря Бога и преподобных чудотворцев Сергия и Никона. И с тех пор каждый год приходил пешком к чудотворцу Сергию и имел горячую веру до самой своей смерти.

Я же нашел чью-то запись об этом деле, где говорится, что вельможа якобы видел двух боголепных иноков. Один из них повелел второму наказать вельможу, и тот бил его жезлом, потому-то, как говорил сам вельможа, он кричал и трясся, пока не исцелился у гробницы святого. А я, увидев эту запись, прибавил ее сюда.

11. О хождении с образом на спорную землю

В те же годы по повелению Самодержца писцы описывали Нижегородский уезд и мерили землю.

Когда они приехали в вотчину Троице-Сергиева монастыря за рекой Кудмою, в деревню, называемую Бурныковка, при селе Ондрейкове, то наветом дьявольским началась междоусобная вражда у крестьян боярина Федора Ивановича Шереметева с троицкими крестьянами. И решили, что троицкий крестьянин принесет образ, а боярский крестьянин, взяв образ, будет отмерять спорную землю, потому что ссора разгоралась и боярские крестьяне никак не хотели поступить по правде.

Взяв образ Явления Пречистой Богородицы, как Она явилась Преподобному Сергию, чудотворцу, боярский крестьянин устремился прямо на середину поля, похваляясь и собираясь захватить чудотворцеву землю по самые дворы. Монастырские же крестьяне, увидев это, вздыхали, обливаясь слезами, и про себя призывали чудотворца Сергия.

Пройдя немного, тот сошел со своего пути и возвратился назад, на то место, откуда ушел, обойдя всего с полдесятины, и закричал громким голосом, чтобы у него взяли образ, потому что он ослеп. Писцы, осмотрев его и увидев, что он действительно ослеп, испугались и повелели поставить образ в селе Ондрейкове, в церкви чудотворца Сергия, а вокруг земли, которую он обошел, поставили столбы и выкопали ямы на память и на удивление будущим поколениям о чуде Преподобного Сергия, чтобы и другие убоялись и научились не делать так.

Спустя несколько дней христианин тот, много плакав о своей дерзости, исцелился от того же Сергиева образа и снова стал видеть. Однако, по зависти бесовской, он был оклеветан перед боярином, как будто бы он из хитрости или специально, по наущению, сказался слепым, и подвергли его различным мучениям. Потом говорили, что от тех мук он умер.

Чудо это я нашел в записях прежних начальников; оно списано у соборного старца Исаии Печерского, бывшего очевидцем случая на спорной земле.

12. О послах, спасенных на море

Во времена благочестивого Царя, Государя и Великого князя всея Руси Михаила Феодоровича некий дворянин пришел в Москве к Архимандриту Дионисию, Келарю и старцам и рассказал о случившемся на море чуде Преподобного Сергия.

"Мы, – сказал он, – были посланы Самодержцем в персидскую страну с посольством к персидскому шаху. Когда мы плыли по морю, началось великое волнение, ветер и буря продолжались много дней, так что мы шесть недель носились в корабле по водам. Утомившись от сильной качки, а еще более от голода, мы лежали еле живые, отчаявшись в своем спасении.

Между тем, – продолжал он, – приблизился праздник Преподобного чудотворца Сергия, мы вспомнили о празднике святого и о чудесах его и, постаравшись, пропели вечернюю службу. Получив некоторое облегчение от скорби и едва прикоснувшись к пище и питью и немного поспав, мы снова поднялись и отпели заутреню, часы и молебен Преподобному чудотворцу Сергию, призывая его на помощь, да помилует и спасет в беде страждущих".

Когда совершили молебен, тотчас послал Бог Свою милость – волнение на море прекратилось, и наступила тишина. Они продолжали свой путь с великой радостью и за один день достигли того места, куда направлялись.

После того как они сошли с корабля на землю, прошло немного времени – и снова поднялся ветер, началось сильное волнение, корабль оторвало от пристани, и в одно мгновение он, вместе с моряками, исчез. "Только мы одни были спасены, по молитвам святого чудотворца Сергия", – говорил рассказчик, проливая обильные слезы.

В то время это чудо не было записано, ведь, как мы уже говорили, и о других чудесах Преподобного Сергия не писали. А теперь мы записали это со слов соборного старца Аверкия, поскольку тот жил в келлии у Архимандрита Дионисия и слышал этот рассказ из первых уст, как сам говорил Архимандриту. Поэтому имя того дворянина, бывшего в царском посольстве, здесь не указано, известно только прозвище его – Погожих.

13. О полковнике Лисовском, как он, похваляясь захватить обитель святого Сергия, сам погиб

Было тогда вражеское нашествие на Русскую землю: за грехи наши польский и литовский королевич Владислав [45] собрался завоевать нашу землю и достичь Московского государства.

Впереди себя он послал полковника Александра Лисовского с большим войском. Тот подошел к границе русского государства, встал на некоем поле и начал всех приводить ко кресту и сам тоже целовал крест, что будет в российской земле предавать православных христиан мечу без всякой пощады, весь мужеский пол – до грудных младенцев. "Если бы мы, – говорил он, – и прежде убивали без пощады, то теперь у нас не было бы противников". А Троице-Сергиев монастырь он в безумии своем похвалялся разорить до основания, оставить от него пустое место.

А того не чувствовал сердцем своим, окаянный, что Бог, по благодати Своей, милует кого хочет, а кого хочет наказывает в гневе как Ему, Создателю нашему, угодно.

День, в который он похвалялся, был праздником Преподобного отца нашего Сергия – 25 сентября. Внезапно окаянный Лисовский стал кричать и терзаться, напала на него великая тоска, он то садился на лошадь, то слезал и, беснуясь, валялся по земле, вопия и крича на виду у всех: "О великий Сергий! Ты не позволил мне!" И так, каясь во всем, что задумал против обители Преподобного, и сильно тоскуя, испустил дух свой в страшных мучениях.

А Сергиевой обители он, окаянный, грозил, похваляясь, потому что и раньше, с гетманом Петром Сапегою, он полтора года стоял под Троице-Сергиевым монастырем, собираясь взять крепость и разорить монастырь, в котором прославляется Троическое имя Бога, величают в песнопениях Богородицу и призывают на молитву преподобных чудотворцев Сергия и Никона. Между тем, заступничеством Пречистой Богородицы и по молитвам преподобных Сергия и Никона, они не только не смогли причинить монастырю никакого зла, но не раз получали печать на лице своем от бывших тут Сергиевых воинов и наконец с великим стыдом бежали вместе с другими от его обители, потеряв тогда все свое вооружение и все штурмовые орудия. Теперь же окаянный и вовсе потерял разум и погубил душу свою, а войско его разбрелось, видя исполнившийся на нем гнев Божий.

Спустя некоторое время кое-кто из его войска снова собрался пролить кровь православных христиан. Вместо Лисовского избрали они полковника Чаплинского [46], пришли на Русскую землю и прошли войной через многие города. Но и его вскоре постиг суд Божий: в вотчине Троице-Сергиева монастыря, в местечке, называемом Вохна, не далее пятидесяти поприщ от монастыря, он был убит Сергиевыми воинами – Рахманином Базловым с товарищами, а войско его разбрелось. Был он преемником Лисовского, и оба имели один и тот же образ мыслей и гордость по отношению к православным, потому и испили одну и ту же чашу гнева Божия. По молитвам святого Сергия, чудотворца, избавил Бог православных христиан от их окаянных рук.

Видя все это, кое-кто из их войска, Иван Полев и еще некоторые другие, бывшие свидетелями и очевидцами чуда Преподобного Сергия и смерти их, окаянных, пришли в монастырь святого и рассказали обо всем Архимандриту Дионисию и братии и работали в обители святого много лет: Иван Полев по царскому указу служил губным старостой [47], а другой принял иноческий постриг и диаконский чин, имя ему Вассиан. И проводили они свою жизнь, прославляя Святую Троицу и Пречистую Богородицу и благодаря святых угодников Божиих Сергия и Никона.

Всему этому мы нашли неложное свидетельство – грамоту Самодержца, которую прилагаем здесь, дабы кто-нибудь, возгордившись, не счел наш рассказ ложью, как прежде на Печатном дворе, где про это не стали печатать.

"От Царя и Великого князя всея Руси Михаила Феодоровича в Сергиев монастырь Живоначальной Троицы богомольцу нашему Архимандриту Дионисию да Келарю старцу Авраамию Палицыну с братией.

В нынешнем, 125 [1617] году, 5 октября, писал к нам из Стародуба стольник наш и воевода Александр Нагов да Иван Кологривов, что 20 сентября пришел под Стародуб Лисовский с литовцами, и стояли под городом полтора дня, и отошли от Стародуба на десять верст. 26 сентября приехали на наше царское имя в Стародуб пять человек литовцев и на допросе рассказали, что Лисовский с ратниками пошел из Стародубского уезда в Комарицкую волость, и когда они отошли верст двадцать восемь от Стародуба, Лисовского настигла смерть: он упал с коня и испустил дух у них на глазах 25 сентября, на память чудотворца Сергия.

Да 14 октября писали к нам из Брянска князь Иван Дашков [48] да Василий Протопопов [49], что привели к ним языка, литовца из полка Лисовского, и тот литовец на допросе рассказал, что Лисовский скончался внезапно: поразила его невидимая сила Божия, и он умер дурной смертью.

Услышав о таком милосердии Божием и Пречистой Богородицы и о явной помощи нам и всему христианскому роду великого чудотворца Сергия, о том, что в пресветлую его память и невидимым его покровительством сокрушил Бог такого злого врага и губителя, вам следовало бы воздать хвалу Всесильному Богу нашему, в Троице славимому, за Его великие щедроты, и Пречистой Богоматери, Заступнице нашей, и Их великим угодникам – чудотворцу Сергию и Никону; и учинить по такому поводу особое празднование, полное, со всей торжественностью, великому чудотворцу Сергию, предивному помощнику нам и всем христианам; и молить Бога, в Троице славимого, и Пречистую Богоматерь, и великих чудотворцев Сергия и Никона, чтобы милостивый Бог наш, в Троице славимый, подал нам победу и одоление на всех видимых и невидимых врагов наших, установил бы в царстве нашем тишину, мир и безмятежие и покорил бы под ноги наши все народы, желающие воевать; и следовало бы вам распорядиться, чтобы братию накормили довольно.

Писано в Москве, в 7125 [1617] году, месяца октября в 16-й день".

14. О жене, исцелившейся по молитвам святого

Вскоре после литовского разорения, когда Господь освободил монастырь святого чудотворца Сергия от осады, жил в слободе слуга [50] по имени Яков Дементьев со своей женой Натальей. Жили они благочестиво и смиренно, по заповедям Господним, всегда посещали церковь Господню и совершенно не терпели никаких игр и глумлений.

Однажды, по случаю, были они в гостях где-то в своей же слободе, и пришли скоморохи, затеяли всевозможные представления и стали всякие шутки шутить, как научил их диавол для прельщения малоумных людей. Подошли эти шутники к Наталье, прося платы за представление, но она отвратила от них свое благоразумное лицо и ответила: "Глумления вашего видеть не хочу, представлений бесовских не слушаю и денег вам не дам". Они же, окаянные, исполнившись бесовского духа и разозлившись на нее, отошли, похваляясь, и каким-то диавольским ухищрением навели на нее порчу, лютую болезнь, так что лицо ее оказалось повернутым к спине.

Наталья, увидев, какая злая напасть ее одолела, не пожелала принять помощи от них, окаянных, как делают многие люди, ища помощи у колдунов, но возложила все свое упование на Бога и на Преподобного Сергия, чудотворца, зная, что он может умолить Спаса и подать ей исцеление. Она пришла в монастырь, припала к преподобным мощам его со слезами и просила исцелить ее от этой внезапной беды.

И скорый помощник вскоре после молебного пения даровал ей исцеление: она стала здоровой по-прежнему, словно никогда и не болела, и пошла в дом свой, радуясь и благодаря чудотворца Сергия, давшего ей здоровье. А по смерти своего мужа, через несколько лет, она приняла иноческий постриг в Пятницком девичьем Дольнем монастыре [51] и проводила жизнь свою в посте и молитве, любя Божию Церковь и щедро подавая милостыню.

15. О некоем вельможе, отдавшем вотчину свою в монастырь, и о гневе Божием за то, что не исполнили его повеления

Некий вельможа, по имени Богдан Михайлович, называемый людьми Нагой [52], стяжал великую веру ко святому Сергию, чудотворцу, и в 7141 [1633] году, когда пришло ему время отойти к Богу, приказал он поминать душу свою и за домом надзирать, а имение и вотчины свои приказал раздать властям Троице-Сергиева монастыря, брату своему Василию Иванову, сыну Нагому [53], родственникам, Семену Головину [54] и прочим, и жене своей. В духовной он расписал точно, что из имения его и вотчин должно быть отдано жене и что из вотчин – в дом Святой Троицы на помин его души, во владение без выкупа. Другие свои вотчины и московский двор он велел продать и на те деньги расписать стенной живописью церковь Святой Троицы в доме Святой Троицы, у чудотворца Сергия, где лежат его многочудесные мощи, да церковь Чудотворца Никона.

Родственники и жена разделили его вотчины и имение между собой, а к душе его, к тому, чтобы поминать ее и церкви расписать, отнеслись весьма нерадиво.

Власти троицкие, которым Богдан заповедал в духовной поминать свою душу, говорили им, что надо исполнить его приказ по духовной о церквах – о стенной живописи – и вотчины разделить. Но они возлюбили жизнь этого века, так что радовались его смерти и веселились его вотчинам – тому, что присвоили их по своей воле. О строении же церковном и о поминовении души его они совершенно не пеклись, забыв о своем смертном часе.

Но суд Божий неподкупен, и век сей не по человеческому хотению течет. Вскоре суд Божий настиг Семена Головина и лишил его жизни.

Жена же Богдана, позабыв наказ покойного мужа, вышла замуж за другого, а на устроение церковной росписи прислала от имущества своего так мало, что и на один левкас, чем стены белят, не хватило; вотчины же и двор она оставила себе.

Власти обители, видя, что родственники покойного и жена ничего не дают и не устраивают, стали брать средства из монастырской казны: золото, дорогие краски и все необходимое, что нужно для этого дела; все купили, заплатили мастерам за труды и на пропитание мастерам выдали из монастырской же казны. И сделали обе церкви предивно, а на стенах подписали, что делали по указанию и по духовной Богдана Нагого.

После того как все было сделано, Келарь Александр, будучи в Москве, говорил брату Богдана Василию и к жене Богдана много раз посылал сказать, чтобы они прислали денег за роспись храма, ведь на устроение церкви было потрачено более 1000 рублей из монастырской казны, между тем вотчинами и двором, которые по завещанию надо было продать, чтобы расписать стены в церкви, владела жена покойного Богдана, а вотчинами, которые по завещанию были отданы монастырю во владение без выкупа, владел Василий, брат его. Говорили им это не один раз, но многократно, и Святейший Патриарх призывал их склонить души свои к правде, не прогневлять чудотворца Сергия. Но они хотя говорили языком своим скромно, однако сердце их не склонялось к тому, чтобы оправдаться перед чудотворцем и исполнить указание Богдана, – позабыв о смертном часе, о том, что и сами умрут, они все это оставили в небрежении.

И вскоре настиг суд Божий и Василия, брата Богдана.

Однажды случился в Москве пожар. Василий спал в полуденное время; и вот, услышав вестовой колокол, он вскочил как безумный, сел на коня и поскакал на пожар – никем не понуждаемый, не подождав никого из своих людей, словно кто тащил его на предназначенное ему место суда Божия. Когда он прискакал на пожар, сверху скатилось бревно и ударило его по голове так, что он упал с коня. Подняли его еле живого и отвезли домой.

В тот же полуденный час Келарь Александр собирался уезжать из Москвы в монастырь и сетовал на то, что не исполнено приказание по духовной. Присев отдохнуть, он задремал и увидел в видении, как бы во сне, Преподобного Сергия и перед ним Богдана, укоряющего брата своего Василия за то, что не исполнено приказание его по духовной. Потом Василий будто бы сошел под гору, а Богдан, стоя на горе, столкнул на него с той горы большой дом, который задавил Василия.

Очнувшись от видения, Келарь Александр с трепетом рассказал обо всем находившимся у него и послал узнать, что случилось с Василием. Посланные, вернувшись, рассказали, что его убило бревном на пожаре.

А Василий, находясь при смерти, понял, что его настиг гнев Божий, и в тот же час послал за Келарем и плакал перед ним о непослушании своем, особенно о небрежении и неисполнении своих обязанностей по духовной. Келарь же рассказал, какое ему было видение.

Умер Василий в благом покаянии и вотчину свою, сельцо Клобуково, отдал в монастырь по Богдану, брату своему, и по родителям своим. За прочие же вотчины, которые были за ним, приказал своей жене Парасковье дать денег в монастырь, и она так и сделала: по его приказанию весь долг его заплатила.

А за церковную роспись и доныне Богданова жена не дала денег в монастырскую казну.

Да не вменит им сие Господь Бог во грех, и да проведут они жизнь свою в мире сем безмятежно, по молитвам преподобных отцов.

16. О прозрении инокини

В те времена из Москвы в обитель святого Сергия пришла помолиться чудотворцам Сергию и Никону одна инокиня. Стоя в церкви Святой Живоначальной Троицы у гроба великого чудотворца Сергия, она молилась с рыданием и со слезами многими и поведала Архимандриту Дионисию и прочим братиям, оказавшимся тут, о чуде святого Сергия – как он исцелил ее от глазной болезни.

Она жила в Москве близ церкви чудотворца Сергия, что на Неглинной в Пушкарях [55], и часто приходила в ту церковь, молясь Преподобному Сергию об исцелении от глазной болезни и обещая побывать в его обители и отслужить молебен у честных его мощей. Прошло много времени, и вот явился ей Преподобный Сергий, повелевая исполнить обещание и идти в свою обитель. Пообещав сделать это, она тотчас получила исцеление.

Придя во святую обитель, инокиня плакала пред честными мощами чудотворца Сергия и много слез пролила, благодаря Бога и Преподобного Сергия, подавшего ей исцеление. И ушла из обители радостная и совершенно здоровая.

17. Об отроке Фоме, который ушел из обители святого, сошел с ума и был спасен, снова вернувшись в обитель

В 7145 [1637] году некий отрок, по имени Фома, жил в Москве на Троице-Сергиевом подворье, в Богоявленском монастыре [56], и нес клиросное послушание. А отец его трудился на братию тут же, в монастыре, в поваренной службе. По зависти бесовской Фома не захотел оставаться в Сергиевой обители, но ушел в церковь святого страстотерпца Христова Христофора и стоял там на клиросе под началом иерея по имени Трофим. Пробыв там некоторое время, отрок тронулся умом и не узнавал никого из людей.

Его связали и долгое время водили по разным святым местам, но нигде он не получил исцеления, пока отец не привел его обратно в Сергиеву обитель, в Богоявленский монастырь. Здесь он исцелился и стал здоровым, как прежде, по молитвам святого чудотворца Сергия, и не уходил уже из обители Преподобного, каясь о своем согрешении, о том, что презрел обитель святого по своему невежеству.

Видите, братия, из этого, что не следует оставлять свою обитель и своих чудотворцев, которым обещали служить, прося у Спаса милости в отпущении грехов своих, и уходить в иные обители искать пользы, как бы презирая свое обещание и своих чудотворцев, которым поручили души свои, давая обет.

Так бывало и прежде в Троицком монастыре у Преподобного Сергия: жил здесь, в обители, некогда один человек, по имени Емельян, который ходил в Соловецкий монастырь к преподобным чудотворцам Зосиме и Савватию за исцелением от падучей и, придя оттуда, снова был одержим этим недугом много лет. Пошел он и во второй раз – и опять не получил исцеления. Возвращаясь оттуда по реке Онеге, недалеко от моря он упал в воду и там, в глубине, вспомнил своего чудотворца Сергия: "Ведь возле него я родился и ему обещал служить до смерти!" – и с помощью Преподобного избавился вскоре от потопления, а вместе с тем исцелился и от падучей, как уже было прежде напечатано об этом предивном чуде. Мы не говорим, что Соловецкие чудотворцы не смогли исцелить его от болезни, – нет, да не будет того! – но Сам Бог не попустил, желая, чтобы и прочие научились просить у Спаса милости с верою и пребывали бы там, где дали обеты [57].

Ведь мы знаем из Писания, что даже если дойти до Иерусалима или Рима и иных святых мест, но без веры все это не имеет смысла, это лишь бесполезные труды и напрасные старания души. А с верою если и здесь попросим – Бог может для верных Своих и здесь поставить Петра и Павла и прочих Своих угодников, может показать святые места и сделать полезное просящим у Него с верою. Как и в случае с Емельяном, который не захотел смиренно просить милости, сидя дома, а заехал в дальнюю страну и там в опасности обратился все-таки к святому Сергию, и не ошибся, но вскоре получил помощь, ибо святой Сергий и там показал свою милость к нему; точно так же и на Фоме было явлено милосердие святого.

Вот и нам надлежит стараться и следовать Священному Писанию и обещания свои хранить до самой смерти, как и выше, в Житии святого Сергия, написано: получившие исцеление не возвращаются домой, но смиренно работают здесь по обету. Если же кто-нибудь уходит из обители святого, то недуг гонит такого человека обратно, и, получив вразумление, он снова работает в обители, благодаря Бога.

18. О некоем юноше, который сошел с ума и потом исцелился по молитвам святого

В 7148 [1640] году в обители Святой Троицы и Преподобного чудотворца Сергия был слуга по имени Богдан, по прозванию Дементьев. Он отпустил сына своего, по имени Петр, еще юного, в город Тверь к тамошнему Архиепископу на службу. Пробыв на службе у Преосвященного Архиепископа несколько лет, юноша заболел тяжелой болезнью и весьма сильно помешался, так что и людей не узнавал в лицо и ни отца ни матери не мог вспомнить. В таком состоянии он пробыл немалое время, и почти пять недель не могли его принудить произнести молитву.

А потом его привели из города Твери в слободу под Троице-Сергиев монастырь, где он родился и был воспитан, к отцу с матерью и к родственникам, и их он тоже не узнавал, – такой болезнью был одержим. Родители, увидев сына, опечалились и повели его в монастырь, в церковь Святой Троицы, к мощам Преподобного чудотворца Сергия. Он вырывался из рук ведущих его и не хотел входить, так что они едва притащили его с большими усилиями и крепко держали, пока не отслужили молебен, и после молебна болезнь его стала утихать. Спустя некоторое время он совершенно исцелился и ушел, благодаря Бога, и Пречистую Богородицу, и Преподобного чудотворца Сергия.

19. Об отроке Иване, спасшемся от разбойников по молитвам святого

Был некий отрок по имени Иван, по прозванию Махов, отец которого торговал в рыбном ряду. Отец понуждал его сочетаться законным браком, а он не хотел и умолял родителей, чтобы они его не принуждали. Как-то раз отпросился юноша у родителей своих на праздник Преподобного чудотворца Сергия, который празднуется 5 июля, на обретение честных его мощей. Не дождавшись спутников, он пошел один, влекомый верою к святому, и по дороге попал в руки разбойников. Они стащили с него одежду и собирались уже убить, но Господь Бог дал ему благой помысл призвать Преподобного Сергия, чудотворца, чтобы избавиться от нашедшей на него напасти.

И лишь только он мысленно помянул святого – они, немилосердные, словно бы потеряли рассудок и опустили свое оружие, отвели его в чащу леса и, привязав нагим к дереву, ушли.

Долго жалили его пауки, комары и мошки, так что он едва не умер и уже не надеялся спастись, но снова вспомнил Преподобного чудотворца Сергия и стал призывать его, умоляя избавить от такой страшной смерти. И вот видит, что идет к нему старец и несет в руках одежду. Освободив юношу от пут, старец дал ему одежду и сказал: "Иди в дом Святой Живоначальной Троицы, в Сергиев монастырь, и получишь желаемое". И, сказав это, стал невидим.

Понял отрок, что святой старец был сам Преподобный чудотворец Сергий, избавивший его от лютой смерти, пришел в обитель его, и, нимало не медля, принял иноческий постриг, и пребывал там до конца дней своих, благодаря Бога и святого Сергия.

20. О некоем человеке, который был спасен от разбойников по молитвам святого

В 7149 [1641] году некий слуга этой святой обители по имени Димитрий, по прозванию Послужильцев, был на монастырской службе. На дороге близ Нижнего Новгорода схватили его разбойники и вместе с конем увели в чащу леса. Раздев, они собирались убить его, держа оружие обнаженным над его головою. Тот уже не надеялся спастись, но возложил все упование свое на десницу Всемогущего и вспомнил скорого помощника, Преподобного Сергия, чудотворца, восклицая так, что все слышали: "О великий Христов угодник Сергий! Помоги мне, избавь от такой страшной смерти! Знаю, если захочешь, ты сможешь избавить меня своими молитвами от этой напасти". И мысленно пообещал принять ангельский образ. Разбойники же словно потеряли рассудок и выпустили оружие из рук.

Внезапно, словно посланные Богом, появились боголюбивые люди и, увидев разбойников, закричали и бросились к ним. Те оставили Димитрия, бросили его коня, убежали в чащу леса и разбросали по лесу все, что захватили.

Так заступничеством Преподобного Сергия, чудотворца, он был спасен от лютой смерти. Придя в обитель святого, Димитрий рассказал обо всем начальствующим и принял, по своему обещанию, иноческий постриг. Наречен он был Дионисием и пребывал в обители до самой смерти, благодаря Святую Троицу, и Пречистую Богородицу, и преподобных чудотворцев Сергия и Никона.

21. О падении палат

В 7151 [1643] году в Троице-Сергиевом монастыре из-за ветхости перестраивались заново келарские службы – каменные гостинные палаты [58], где угощали гостей и где жили иноки и миряне, несущие там службу. Были возведены три каменных свода, и рабочие занимались отделкой близ кровли. В нижних палатах уже жили, там же готовилась всякая необходимая пища на братию и мирских.

В обеденное время строители и другие монастырские слуги и стрельцы, множество людей, до тысячи или даже более, сошлись в нижние палаты, где, по обычаю, получали необходимую пищу. В тот день был крестный ход, и начальствующие устроили утешение на трапезе братиям и мирским людям всякого чина, потому что молили Бога о дожде, ради плодов земных.

Когда все заняли, как обычно, свои места, внезапно словно гром загремел, ибо каменные столпы и стены дрогнули, и три перекрытия палат обрушились до земли. Люди в страхе бежали через три двери, а по подолам их били камни и кирпичи; некоторые же выпрыгивали в нижние окна за стену монастыря. По благодати Божией, все спаслись, столько народу осталось невредимым, и все с радостью возблагодарили Пресвятую Троицу, и Пречистую Богородицу, и преподобных чудотворцев Сергия и Никона, потому что были спасены их молитвами.

Поверх палат ходил в то время некий инок Исаия. Когда палаты загремели и стали рушиться, он от страха побежал по верху их, ступая ногами как по горе, потому что своды подгибались, и, взбежав, встал на одном из углов, громко призывая Сергия Преподобного. А потом по монастырской стене сошел без вреда, спасенный молитвами святого Сергия, и угол, где только что стоял инок, тут же обрушился.

22. О падении строительных лесов

В том же году в церкви Святой Троицы, с южной стороны под кровлей наверху, по повелению начальствующих иконописцы писали на церковной стене образ Святой Живоначальной Троицы, а с ними были и прочие мастера, травописцы [59] и плотники – строители лесов. Во время Божественной литургии леса внезапно дрогнули. Мастера соскочили на кровлю церкви Чудотворца Никона, некоторые бросились на придел Серапиона чудотворца, а один плотник стал падать вместе с лесами, молясь в уме чудотворцу Сергию о спасении. Никто даже не успел ничего сказать в спешке и в страхе, но все были спасены и благодарили преподобных Сергия и Никона, потому что по молитвам их остались невредимы. Леса же рассыпались по земле до самых архимандричьих келлий. А плотник тот встал на ноги, словно кем-то поставленный.

Мы, видев все это, благодарили Бога и Преподобного Сергия и, записав по цареву повелению, принесли на Печатный двор вместе с другими чудесами святого, но там отнеслись к этому с пренебрежением, как уже было сказано выше, сочли это случаем, а не чудом. Мы же все это записали еще раз: хотя они и пренебрегли нашими записями, но мы, где бы ни сидели, где бы ни находились, в любое время, постоянно имеем на устах святое имя Преподобного Сергия, потому что для нас, сирых, он неизменный отец, ведущий нас к Вечной Жизни.

23. Об утопшем, спасенном по молитвам святого

В 7152 [1644] году шло по реке Волге вверх от Астрахани судно купца Надеи Светешникова, и на том судне был приказчик по имени Одинец. Когда подошли к устью Казанки, внезапно с судна свалился человек в Волгу и сразу утонул, потому что был одержим лихорадкой и весьма немощен. Люди, бывшие при этом, закричали, некоторые бросились в небольшую лодку и стали искать его, но не нашли. Решив, что он утонул, они возвратились на большое судно, насад, который тянули на канате, проходя то место, как это обычно делают, на завознях – лодках для завода якоря.

Когда человек тот погрузился под воду, словно бы по некоему Промыслу Божию, поднялся сильный ветер, на насаде подняли парус и быстро пошли своим путем. Между тем несчастный, находясь на дне реки, мысленно призывал Бога на помощь. Внезапно видит он светообразного инока, украшенного сединами; взяв утонувшего за руку, инок вывел его из воды и поставил на берегу реки, на суше. Спасенный, думая, что это Никола Чудотворец, так и называл его, но святой сказал: "Нет, я из Троицкого монастыря, Сергий мое имя", и он, услышав это, припал к ногам Преподобного, орошая землю слезами, а святой Сергий в это время стал невидим. Поднявшись, человек тот возблагодарил Бога и чудотворца Сергия, потому что был спасен из воды, да к тому же и от болезни исцелился. От Казани он пошел пешком, не догнав свой насад, и пришел в Нижний Новгород.

А насад в это время находился у пристани и ярыжные [60] брали с приказчика плату по уговору. И вот утонувший предстал перед приказчиком и своими товарищами; увидев его, все удивлялись, что ему удалось спастись, ведь все видели, как он утонул. И тогда он поведал о явлении Преподобного чудотворца Сергия, как тот вывел его на берег и к тому же даровал ему исцеление от болезни.

Слушая его рассказ, все благодарили Бога и Преподобного Сергия, чудотворца, и, посоветовавшись между собой, дали ему достойную плату за его труды, говоря так: "Хотя и взяли на его место другого человека, но следует дать ему за то, что Бог изволил показать на нем Свою милость и чудотворец Сергий спас его от болезни и от воды. А нам, – сказали они, – в то время Бог даровал ветер для парусов, по молитвам Преподобного Сергия, так что мы, идя на судне, пребывали в покое и не устали, и это тоже дело Промысла Божия".

Рассказал же об этом чуде инок Дионисий, по прозванию Бирягин.

24. Об окольничем, который, не расположив сердца своего к чудотворцу Сергию, приехал ревизовать монастырь

В 7150 [1642] году была в Троице-Сергиевом монастыре ревизия и проверка, по навету некоторых из живущих здесь, не боящихся Бога. Счетчиками были окольничий Федор Васильевич Волынский [61], дворянин Никита Панин, дьяки Иван Федоров и Дмитрий Прокофьев да подьячих государевых восемь человек. И находились они в монастыре с ревизией до 152 [1644] года.

В самом начале ревизии возникло у окольничего недовольство монастырскими властями вот по какому поводу.

Родная его сестра дала в обитель святого чудотворца Сергия свою вотчину, сельцо Вороново, и сам Федор, брат ее, руку приложил к ее духовной, и подтвердили они клятвою, поклявшись Страшным Судом Божиим, что вотчина их будет принадлежать обители Сергия чудотворца вечно и никто из рода их не может ее выкупить. А если кто-нибудь, презрев эту клятву их рода, дерзнет выкупать, то должен будет дать за ту их вотчину 1700 рублей в дом Святой Троицы по ним и по их родителям.

И вот окольничий Федор, позабыв, что поклялся Страшным Судом Божиим, что дал обещание сестре своей и духовную своею рукою утвердил, стал говорить начальству, чтобы они продали ему сестрину вотчину, сельцо Вороново. Начальство же весьма смутилось и отвечало ему: "Ты сам знаешь, что написано в духовной твоей сестры, мы, – говорили они, – не можем нарушить эту клятву". Разгневался окольничий, захватил сельцо по своей воле и вместо 1700 рублей дал только 150, говоря: "Отдам его потом детям своим", поскольку у него было два сына. И радовался он, часто устраивал праздники, ел и пил, веселясь, и на праздниках этих играли на сурнах и трубах, били в тимпаны и литавры, устраивали игры, словно празднуя победу, под самой стеной монастыря близ Святых ворот. Братия осуждали это, но говорить ему не дерзали: обстоятельства не располагали к тому.

Но Содетелю нашему и Спасу это было неугодно; внезапно напала на окольничего весьма тяжкая болезнь: один глаз его застыл и оставался неподвижным, веком не закрывался, а рот искривился, и весь вид его был страшен. Осознав свое согрешение, он припал к чудотворным мощам Сергия чудотворца, стал просить прощения за свою дерзость и вскоре получил от Преподобного Сергия исцеление: стал здоровым по-прежнему и снова стал с прилежанием относиться к своему счетному делу, выказывая немалую любовь ко всем.

Однако вотчину он оставил себе, не пожелав исполнить распоряжение сестры, да еще и похвалялся, как будто доброе дело сделал, выкупив вотчину из монастыря, а сестру свою не хвалил и о начальствующих часто говорил с укором. В великой гордыне позабыл он в сердце своем рассудить, что Бог владеет жизнью и смертью и, кому хочет, дает города и волости как Ему угодно.

И вот спустя некоторое время настиг его суд Божий: сын его умер, и сразу за тем и другого унесла смерть. Сильно скорбел окольничий, плача и рыдая по своим детям, о которых он думал как о наследниках и вотчину готовил им впрок. Неожиданно лишился он детей и уже попросил у начальствующих прощения за вотчину – и вдруг как будто разъярился он: продал вотчину за 1400 рублей, обещания же сестры своей не захотел исполнить. Ибо сердце его окаменело от скупости, а еще более от ярости – вотчину он не вернул в монастырь и денег не дал, потому что из-за нее, мол, лишился детей; таков нрав сердитых.

Вскоре окольничий заболел тою же болезнью, но еще сильнее прежнего, так что и голова его и шея искривились на сторону, а рот искривился хуже прежнего, так что он не мог говорить. Тогда осознал он свою вину перед Сергием чудотворцем и то, что преступил клятву сестры, и решил в сердце своем, что всякое доброе дело его и любое действие неугодно было чудотворцам. Оставил ревизию, поехал в Москву и со слезами просил у чудотворца Сергия милости, чтобы исцелиться от своей болезни. Спустя некоторое время он исцелился и поспешил в обитель Преподобного Сергия, припал к его многочудесным мощам, воздавая ему благодарение, и просил прощения у начальствующих, и вернулся домой. Вскоре он ушел в иной мир и был погребен в обители у чудотворца Сергия.

25. О новоявленном колодце

Невозможно предать молчанию и не рассказать во всеуслышание о том, как в наше время, милостью Богоматери, Пречистой Богородицы, по молитвам Преподобного отца нашего Сергия пробился новый источник воды, и от того источника все приходящие к нему с горячей верой черпают в изобилии целебную благодать, что можно видеть своими глазами.

Не осуждайте меня, государи мои и братия, за то, что я, хотя и младше всех вас, дерзаю писать о чудесах святого. Я и сам сознаю свое недостоинство и осуждаем бываю совестью и умишком своим, а особенно тягостно для меня это великое дело из-за моих грехов. Не мое это дело, но ваше, древних летами и великих отцов, – размышлять о чудесах Преподобного отца нашего Сергия, и нас, невежественных, просвещать учением, и письменно проповедовать о том будущим поколениям. Но прошу вас, выслушайте со вниманием: если я не буду писать и вы тоже не станете, то кто исполнит царево повеление, кто возвестит о чудесах святого, ведь и прежние отцы не писали столько лет? Хотя я и грешен, и невежда, и неискусен для такого дела, но таков Промысл Божий, и должен я начать, а довершает всякое благое дело Отец и Сын и Святой Дух.

Я хочу поведать не древнюю повесть, нет, в наши дни, в 7152 [1644] году, сподобились все, благодатию Божией, этого дара и благодати целебной, всем она была в помощь – и инокам и мирским. Не просто так и не случайно истекла эта вода (как раньше полагали некоторые); послушайте внимательно, хотя и сами знаете не меньше нашего.

Прежние начальники, и мы тоже, не раз думали об устройстве колодца, и в разное время, не один год, но много раз, посылали старцев и слуг в дальние города – в Тотьму и в Устюг, и денег с ними посылали, чтобы они нашли знающих мастеров, искусных в своем деле, пытаясь устроить такое дело человеческими руками. Приготовив необходимый лес и железные снасти для устройства колодца, мы надеялись найти воду в глубине земли, но посланные нами ничего не добились, и поиски их и долгий путь были тщетны. Ибо Промыслитель, Спас наш Господь Иисус Христос, по молитвам Пречистой Своей Матери и Преподобного отца нашего Сергия, всегда знающий желания людей, не попустил, чтобы такое дело было сотворено руками человеческими, но излиял свыше Свою благодать – даровал воду не только для нужд телесных, но и душам нашим на просвещение и недугам нашим во исцеление, и не на простом месте, но внутри обители, под стеною храма Пречистой Богородицы, честного Ее Успения, у паперти.

А обрели воду так.

В то время мы ждали из Тотьмы или с Устюга вестей от соборного старца Ионы, который, как уже говорилось, был послан, чтобы призвать мастеров колодезного дела, и все необходимое было приготовлено. И вот, Божиим мановением, у церкви Пречистой Богородицы, с западной стены, у паперти, немного оползли кирпичи. Мы решили починить стену, но когда мастера начали разбирать кирпичи и кирками расчищать место, внезапно явно для всех пробился источник воды, чистой, как зеркало, и словно силою Божией отделяющей от себя всякую грязь: сколько ни копали и ни мутили воду, она опять становилась чистой, как стекло. Множество людей сошлись в то время и внимательно смотрели на это, как на некое удивительное зрелище; одни благодарили Бога, и Пречистую Богородицу, и Преподобного Сергия, другие же – нет, но даже говорили хульные слова. И уже на следующий день явилось доказательство Божией благодати.

Один инок по имени Пафнутий, по прозвищу Озорной, страдавший весьма сильной глазной болезнью, рано утром пришел от заутрени, лег на своей постели и стонал и охал от зуда, ибо уже много лет он был одержим своей болезнью: одним глазом видел он немного, а вторым не видел совсем. Наконец, он задремал, и вот видит Пречистую Богородицу, говорящую ему как наяву: "Чем ты болен?" Он отвечал: "Глаза, Госпожа моя, болят у меня". И Святая Богородица сказала ему: "Пойди умойся из нового колодца, который Господь даровал вам вчера". Он же, словно безумный, ответил: "Не смею, Госпожа моя, умыться; ведь многие говорят, что вода мутная и ни на что не годится". И опять, во второй раз, явилась ему Святая Богородица и сказала: "Пойди и умойся, ибо вода чистая, и исцелишься".

Проснувшись, он пошел и умылся той водою и прозрел: словно чешуя спала с его правого глаза. И, придя в то утро к Архимандриту и к нам, Пафнутий рассказал о случившемся, и утверждал, что уже много лет он не видел ничего вблизи себя. "Теперь же, – говорил он, – когда я от радости поднялся на крепостную стену, то видел далеко в поле".

И еще в тот же день, по прошествии примерно двух часов, пришли ко мне, Симону (а я в то время еще был Казначеем), слуги, Иван, по прозванию Мешков, да Емельян Тимофеев, и рассказали мне, что видели они слугу, по имени Первой Лопухин, больного, плачущего и охающего и просящего их, чтобы отвезли его к новоявленному колодцу и покропили той святой водою. "Вчера я, – говорил он, – вместе с другими пил ту святую воду и похулил ее, в неверии своем полагая, что инок тот не с ее помощью исцелился от глазной болезни; все это я посчитал ложью и произнес много неподобающих слов". Друзья едва довели его. "Словно мороз вошел в сердце мое", – говорил он и совершенно обессилел. И когда они еще говорили, пришедшие сообщили, что этот слуга испустил дух свой.

Мы же, слыша все это, благодарили Пресвятую Троицу, и Пречистую Богородицу, и Преподобного Сергия и повелели записать, а над источником велели сделать колодец, который и доныне можно видеть, и возвестили о том Самодержцу Царю Государю и Великому князю всея Руси Алексею Михайловичу и Святейшему Иосифу, Патриарху Московскому и всея Руси. И по их повелению отдали описание этого чуда на Печатный двор, чтобы напечатали в книге его с прочими чудесами. Печатники же, не знаем какого духа исполнившись, не сочли это чудом, но сказали, что это случай. И лишь принуждаемые, по повелению, напечатали, причем не подлинную запись и не истинную, как уже говорилось, да и то лишь в некоторых книгах поместили, а в другие так и не добавили. Но чем больше они хотели утаить от людей это чудо, тем больше прославлял Бог угодника Своего, и все могут видеть, какая благодать изливается от этой святой воды и доныне.

26. О государевом дьяке Григории Одинцове, который исцелился от болезни по молитвам святого

Поведал нам государев дьяк Григорий Одинцов: "В 152 [1644] году я, – сказал он, – сильно болел внутреннею болезнью, которая тянулась долгое время, так что я думал, что умру от этой болезни. В молитвах призывал я святого чудотворца Сергия, скорого помощника, прося помощи в своей неизлечимой болезни, – и вдруг присылает мне один знакомый из обители чудотворца Сергия просфоры, мед и святую воду. Приняв все это с радостью, я вкусил от просфоры и меда и покропил водою больные места – и выздоровел, по молитвам святого Сергия. Потому-то, – сказал он, – я и пришел сюда, помолиться Преподобному и возвестить о чуде святого Сергия чудотворца".

Мы же, услышав об этом, благодарили Святую Троицу, и Пречистую Богородицу, и Преподобного чудотворца Сергия.

27. О двух людях, которые спаслись от утопления по молитвам святого

Поведал нам инок Дионисий, по прозванию Бирягин: "В прошлом 153 [1645] году, – сказал он, – был я в нижних городах, что по реке Волге. В то время вверх по Волге шел государев насад с государевой рыбой, и, когда поднялся он выше города Самары на расстояние около семи поприщ, Бог даровал попутный ветер. Подняв паруса, люди шли своим путем, сидели на насаде радуясь, и многие сидели на краях паруса. Вдруг дунул сильный ветер и ударил в парус, и тем парусом столкнуло с насада в воду семнадцать человек, и они стали тонуть в реке. Оставшиеся на насаде люди, пересев в маленькие лодки, спасли, кого смогли, но двух человек они не видели и, подумав, что те утонули, оставили их и поднялись на насад, скорбя о них как о погибших.

А те двое носились по волнам от восхода солнца почти до полудня и видели друг друга в воде, но далеко от себя, как потом сами рассказывали, и больше не видели никого, кто бы мог им помочь. И вложил им Бог в сердце помысл призвать на помощь чудотворца Сергия, чтобы он избавил их от утопления. Они уже изнемогли от волн и были как мертвые, и вдруг некоей силою Божией оказались на берегу Волги между больших камней и лежали, онемев, один подле другого, на расстоянии около пяти поприщ ниже города Самары. И вот один из них видит боголепного инока с седой бородой, который сказал ему: "Благодарите Бога, спасшего вас от потопления". Он же спросил: "Кто ты, отче?" "Я смиренный Сергий из Троицкого монастыря", – ответил святой и стал невидим.

Тот же, словно очнувшись ото сна, поднялся и сел, потом увидел своего товарища, лежащего рядом с ним, еле живого, и, подняв его, рассказал о явлении Преподобного чудотворца Сергия. Понемногу придя в себя, они стали ходить. Боголюбивые люди, увидев, что они спасены из воды, взяли их и отвезли в город Самару. Приказчик того насада, с которого они упали, как раз был тут. Он взял их на свой небольшой струг и отвез на насад.

И все люди с того насада, увидев это и услышав от них, как они были спасены, воскликнули радостными голосами, воздали благодарение Богу и прославили Преподобного Сергия, чудотворца, спасающего от бед и напастей уповающих на него. И дивились милосердию Божию, потому что товарищи их так далеко были отнесены волнами вниз по Волге, но оказались спасенными по молитвам святого Сергия.

28. О некоем иноке, который спасся от разбойников молитвами святого

В 7156 [1648] году один инок по имени Нифонт, по прозванию Кобылий, и с ним прочие слуги были посланы начальством Сергиевой обители, большого монастыря, в Вологду, в монастырь, называемый Авнежскии [62], который находился в подчинении у начальствующих большого монастыря. Ранним утром, когда они проехали город Ярославль и отъехали несколько поприщ, напали на них разбойники и, связав, побросали в снег, а инока стали душить в санях его же треухом, который был у него на голове по причине зимней стужи. Дыхание его уже останавливалось, как потом он сам рассказывал, и тут вспомнил он скорого помощника Преподобного великого чудотворца Сергия, и мысленно стал молиться Преподобному: "О великий Сергий! Посмотри, ведь я погибаю совершенно неожиданно и ни от кого не имею помощи; ты же, о Преподобный, помоги мне, избавь от горькой смерти по своему милосердию!" И тотчас отскочили от него разбойники, словно некая сила Божия разогнала их. В руках у них были топоры и бердыши, а один из них хотел заколоть инока огромным ножом, и они долго стояли и совещались, что с ним делать, но он молитвами святого Сергия был защищен от них.

Наконец, сев на монастырские сани, разбойники уехали, оставив инока в одной свитке, а на ногах оставили только чулки. И вот инок и слуги, развязавшись, пошли обратно, замерзая от холода, и снова стали громко молиться Преподобному Сергию, чтобы он помог и спас беспомощных от случившейся с ними беды.

Вдруг догнали их люди с пустыми санями, смиловались над ними, дали им одежду, взяли к себе в сани, отвезли в Троице-Сергиев монастырь и доставили к нам, и спасенные рассказали о том, что случилось с ними и как они получили от Бога спасение по молитвам святого Сергия. Мы же, услышав об этом, благодарили Святую Троицу и скорого помощника Преподобного Сергия.

29. О человеке, упавшем с угловой башни

В 7158 [1650] году в обители Святой Живоначальной Троицы, у великих чудотворцев Сергия и Никона, построили каменную угловую башню, что на Житном дворе [63].

Плотники начинали покрывать эту башню крышей и поднимали воротом наверх лес, причем один из них стоял на башне над окнами, которые называют зубцами, и опускал с башни на землю канат, подтягивая его своими руками. Другие поддерживали ворот, осторожно опуская канат, – и вдруг руки их ослабели, отпустили ворот, так что он быстро завертелся.

Плотник, стоявший на зубцах, закачался и полетел с башни вниз головой, держась за канат. Увидев это, люди, бывшие на башне и на земле, закричали, и плотники, быстро схватившись за ворот, снова закрепили его. Упавший, немного не долетев до земли, повис, крепко держась руками за канат, и на том же канате снова поднялся кверху с помощью ворота, а на башне его подхватили, невредимого и оцепеневшими руками державшегося за канат.

Услышав об этом, мы благодарили Бога, и Пречистую Богородицу, и преподобных чудотворцев Сергия и Никона, ведь плотник этот с такой высоты летел – и опять подняли его кверху невредимым. Высота же была 14 саженей.

30. Об исцелении внутренней болезни некоего вельможи

В том же 158 [1650] году окольничий Государя Царя и Великого Князя всея Руси Алексея Михайловича Михайло Алексеевич Ртищев [64] поведал нам следующую историю о чуде Преподобного Сергия.

"Когда я, – рассказал он, – шел с Царем и Великим князем всея Руси Алексеем Михайловичем в поход в город, называемый Углич, я просто изнемогал от внутренней болезни, потому что внутренности мои вышли из живота лоном, и болезнь эта тянулась два года. В болезни я призывал на помощь дивного в чудесах Преподобного чудотворца Сергия, прося себе облегчения, и однажды покропил все больные места водой из новоявленного колодца из Сергиевой обители, что у церкви Пречистой Богородицы, в стене. В тех местах, где я покропил, боли с того часа облегчились, но святая вода кончилась, некоторые больные места покропить было нечем, и места эти очень болели, так что я сильно страдал. Когда же посланные привезли мне еще воды и я покропил те места, то совершенно исцелился, по молитвам Пречистой Богородицы и Преподобного чудотворца Сергия, и живот мой и лоно перестали болеть и были хотя и в старом человеке, но как при рождении".

Со слезами рассказывал окольничий Архимандриту и нам о том, как, идя в Углич мимо монастыря, он получил исцеление и от радости никому не сказал об этом, удивляясь скорому исцелению и боясь сразу рассказывать, потому что в сердце еще сохранял неверие, памятуя о тяжести болезни, и просил за то прощения. "Ради этого я и пришел из города Углича поклониться Преподобному чудотворцу Сергию у многоцелебных мощей его и рассказать вам о том, как благодатью Святой Троицы, и Пречистой Богородицы, и Преподобного чудотворца Сергия я выздоровел от своей болезни".

31. О чуде от новоявленного колодца

В то же время в обитель Святой Троицы пришел помолиться боярин Михайло Михайлович Салтыков [65] и по молебном пении поведал нам следующее.

"У меня, – сказал он, – очень сильно болели этим летом глаза, от сильной опухоли вид глаз моих изменился; много дней я не видел света и, будучи сильно болен, призывал на помощь скорого помощника, великого в чудесах Преподобного Сергия. И вот я услышал, что в обители его есть источник, который пробился недавно, по молитвам Преподобного, из стены у церкви Пречистой Богородицы. Мне привезли той воды, я умылся ею и тотчас, по молитвам святого чудотворца Сергия, исцелился – даровал Бог свет очам моим, как и прежде".

32. О той же святой воде

В то же время поведал нам боярин Лаврентий Дмитриевич Салтыков [66], что дочь его, девица, была весьма немощна телом, так что уже и не чаяли, что она будет жить с такими болезнями. "Как-то раз, – сказал он, – я услышал, что у святого Сергия есть новоявленный колодец, и послал за той водой; когда привезли ту святую воду, я окропил дочь – и она тотчас получила неожиданное спасение: исцелилась от болезни, словно никогда и не болела. И потому я пришел сюда, чтобы помолиться Преподобному чудотворцу Сергию и вам рассказать об этом". Мы же, услышав об этом чуде, благодарили Святую Троицу, и Пречистую Богородицу, и Преподобного Сергия чудотворца.

33. О князе Семене Шаховском, который был спасен на море

Князь Семен Иванов, сын Шаховской [67], поведал нам в обители Святой Троицы следующее: "Когда я, – сказал он, – плыл Студеным морем из города, называемого Кола, к городу, именуемому Архангельск, нашу ладью очень сильно били морские волны, так что мы уже не надеялись остаться в живых, просили друг у друга прощения и призывали преподобных Зосиму и Савватия, Соловецких чудотворцев, ибо таков был обычай в тех землях – плавающие по пучине морской призывали Соловецких чудотворцев. Мне же в такой беде едва пришло на ум помолиться вслух Преподобному Сергию чудотворцу.

И вот плывший с нами на той ладье стрелецкий сотник увидел совершенно ясно Преподобного Сергия, идущего по морю и повелевающего морским волнам: "Не вредите, – говорил он, – ладье сей, потому что люди, плывущие в ней, держатся за мое имя". Сотник сказал нам о своем видении – и в этот момент волнение на море прекратилось, и наступила тишина.


Мы же, – продолжал князь Шаховской, – получив надежду, воздали благодарение Богу, и Пречистой Богородице, и Преподобному Сергию, скорому помощнику, отслужили молебен, сердца наши исполнились радости, и вскоре мы достигли тихого пристанища, спасенные именем святого".

О сотворении икосов

И еще тот же князь Семен поведал: когда они, по его словам, подошли к пристани, то, призвав на помощь Преподобного Сергия, чудотворца, сотворили Преподобному Сергию кондаки и икосы, по подобию акафиста, и, придя к нам, в Сергиеву обитель, принесли их с собой и представили Архимандриту и нам. Мы же, просмотрев их, повелели книгописцу Ивану, по прозванию Бабик, переписать кондаки и икосы в новые тетради. Переписав, Иван принес их к Архимандриту и к нам и рассказал следующее.

"Я, – сказал он, – переписывал кондаки и икосы, и вчера вечером оставалась недописанной одна страница. Рано утром я велел жене зажечь огонь, потому что сегодня праздник Сретения Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, и мне хотелось дописать эту страницу. Когда я еще лежал в постели и дожидался огня, пришло мне на ум: а будет ли угодно это переписывание Преподобному Сергию? И впал я в забытье и видел видение, как будто во сне: в келарской келлии Архимандрита Андреина [68] стоят Келарь с Казначеем, и они вместе обращаются к образу Святой Троицы: "О Пресвятая Троица! Угодно ли Твоему человеколюбию, чтобы был почтен написанием этим угодник Твой, Преподобный Сергий?" Я же, как мне казалось, стоял в заднем углу и слышал голос, доносившийся с восточной стороны и говоривший: "Достойно написание это, чтобы воздать честь и хвалу Преподобному Сергию, угоднику Моему".

Проснувшись, Иван пребывал в раздумье и пришел к нам, чтобы рассказать об этом, а заодно принес и написанные тетради. Мы же, выслушав его, повелели слова его записать, а потом кондаки и икосы эти и рассказ писца послали на свидетельство к Святейшему Иосифу, Патриарху Московскому и всея Руси.

34. Об исцелении расслабленной жены иерея

В 7158 [1650] году из-под города Кашина, из села Ильинского, в дом Пресвятой Троицы и великих чудотворцев Сергия и Никона пришел помолиться некий иерей со своей женою и поведал нам о чуде святого чудотворца Сергия следующее. "Моя жена, – сказал он, – была расслаблена телом много лет, так что не могла двинуться, и в этой неисцелимой болезни жена моя стала призывать на помощь Преподобного Сергия, чудотворца, а вместе мы – она и я – обещали пойти вдвоем в обитель Преподобного и поклониться его гробу, если он подаст исцеление. Вскоре она получила неожиданное исцеление и стала здоровой. А с исполнением обещания мы медлили, потому что стояли дни сырной недели и приближалась святая Четыредесятница, и мы не поспешили прийти и поклониться гробу святого, как обещали.

Вскоре жена моя снова расслабла телом сильнее прежнего. Мы же, – говорил он, – плакали о лености своей и опять стали призывать на помощь Преподобного Сергия, умоляя его простить нам согрешение и обещая обет свой исполнить немедля. И скорый в помощи Преподобный Сергий снова даровал ей исцеление, словно она никогда не болела".

На первой неделе в пятницу пришли они в обитель помолиться Сергию чудотворцу и поклониться чудотворным мощам его, как и обещали, и возвестили Архимандриту Андриану и нам о том, как она была спасена от болезни молитвами святого чудотворца Сергия.

35. О воре, который украл колокола и был обличен

Однажды ночью пришел в обитель Святой Троицы человек, по прозвищу Девятой, взошел на паперть церкви Чудотворца Сергия, что на воротах, и, дьявольским наущением, забыв страх Божий и чудеса Преподобного Сергия, отвязал два малых колокола, думая тем приобрести себе выгоду. Один колоколец он положил в свой колпак, другой держал в руке и хотел идти, но, как после сам рассказывал, не попустил ему чудотворец Сергий сделать это: он впал в забытье и лишился рассудка. Один колокол он уронил на пол на паперти, другой же донес в руках до половины лестницы и тут поставил в своем колпаке, а потом ходил словно безумный и вышел из монастыря, и никто этого не заметил.

Поутру пришли церковнослужители, подобрали колокола, принесли мне колпак и рассказали о случившемся. Я велел стрельцам взять колпак, положить на виду в монастырских воротах и спрашивать входящих, не знают ли они, чей это колпак. И вот тот, словно некоей силою Божией влеком к обличению, позабыв, что он собирался сделать, пришел и схватил свой колпак; тут и его самого схватили, повели и стали допрашивать. И он нехотя, но все же исповедал сам свою вину и каялся со слезами о своем согрешении, говоря так: "По диавольскому прельщению дерзнул я на такое беззаконное дело, но Бог не попустил этого: разум мой внезапно помрачился, и я ходил как опутанный сетью, совершенно себя не помня".

Повелев смирить вора обычным наказанием, чтобы научился впредь такого не делать, его отпустили, а чудотворцу Сергию воздали благодарение за то, что постоянно охраняет обитель и лихоимцам заграждает путь страхом, дабы и другие научились так не поступать.

36. О тяжбе по наговору и о том, как гнев Божий настиг корыстолюбца

В недавние годы – с тех пор минуло пять лет или даже менее – случилось еще одно чудо в обители святого Сергия, а именно вот какое: проезжали недалеко от монастыря Сергиевы слуги Василий Карсаков да Олексей Бужанинов и прочие, и началась у них ссора с крестьянином боярина Никиты Ивановича Романова Богданом Окуловым да с крестьянином соборного протопопа из Юрьева-Польского, которые пришли к нам в монастырь, составили жалобу и прибавили большой иск – не по размерам имущества тех слуг и не по размерам своего имущества. Монастырских слуг мы основательно смирили монастырским смирением за эту ссору, а иску не придали значения, потому что невозможно было удовлетворить его; крестьянам же мы сказали, чтобы они помирились со слугами по правде, а иск отложили бы. Но они опять и опять приходили к нам и не желали убавить из иска ни одной монеты, а слуги из-за этого иска долгое время пребывали в заточении.

Спустя некоторое время в дом Святой Троицы пришел помолиться боярин Никита Иванович Романов; крестьянин же Богдан и товарищ его опять кричали дурными голосами, обращаясь к боярину и к нам, утверждая с клятвой, что те слуги ограбили их и взяли все то, что было указано в иске. Боярин же говорил начальствующим с гневом, что они понесли большой убыток сверх иска, от частого хождения. Мы отвечали: "Они предъявили иск и счет, который невозможно оплатить, к тому же он не соответствует их имуществу". Тогда и боярин стал с гневом требовать от крестьян, чтобы они сказали правду, а иск оставили бы и помирились бы по правде. Но они вовсе не стремились к правде, только клялись именем Сергия чудотворца: "Все, – говорили они, – было у нас отнято – так, как мы сказали". Однако и слуги клялись именем Сергия, что не повинны ни в одной монете.

И вот шли они мимо церкви Святой Живоначальной Троицы, и те и другие с именем Сергия на устах, и когда они находились против северных дверей, вдруг помутился дух Богдана – он ударился о землю, вопил и трясся, валяясь, и пена текла из уст его. Увидев это, товарищ его, протопопов крестьянин, побежал в трепете и рассказал боярину всю истину, признавшись, что они оклеветали слуг напрасно.

Богдана вывели из монастыря, отвезли домой, и там вскоре он испил смертную чашу. А слуги ушли, благодаря Преподобного Сергия, освободившего их от неожиданной беды.

37. О некоей расслабленной инокине, которая исцелилась по молитвам святого Сергия

В 7160 [1652] году одна инокиня, по имени Феодосия, находилась здесь, близ монастыря чудотворца Сергия, под горою, пребывая с прочими сестрами у Пречистой Богородицы, в монастыре честного Ее Введения и мученицы Христовой Параскевы. Была она в расслаблении, так что половина головы, рука, нога и вся сторона у нее омертвели, причем она не чувствовала даже прикосновения пламени, язык ее не действовал, и она не могла говорить. Сама инокиня не могла двигаться, но несколько человек поддерживали ее, если нужно было переместить ее с одного места на другое. Пищу Феодосия вкушала раз в два или три дня – немного хлеба и воды, да и то кормили ее своими руками другие люди. Жалко было видеть ее, ибо от горести сердца своего она кивала головою и смотрела в разные стороны, вздыхая со слезами, глаза же ее говорили тем, кто был при ней, о нестерпимой боли, и казалось, что она желает себе смерти. И эта ее болезнь продолжалась долгое время.

И вот спустя какое-то время Феодосия стала рукою указывать своей дочери, чтобы отвезли ее в монастырь, к мощам чудотворца Сергия. Родственники, поняв ее желание, позвали несколько человек и едва смогли положить ее в сани, привезли в монастырь, подняли на руках, с большим трудом ввели в церковь Святой Троицы и стали петь молебен. Ее хотели посадить, по причине сильной болезни, она же не захотела, но возложила крепкую надежду на святого и, поддерживаемая руками помогающих ей, стала опираться на свои ноги.

После молебна инокиню отвезли в Дольний девичий монастырь, где она была прежде, и, слушая литургию, Феодосия стала понемногу отходить от поддерживающих ее и встала крепко, отстояв всю литургию без чьей-либо помощи. И язык ее стал действовать, она заговорила, исцелившись от немоты и от расслабления, и говорила громко, во всеуслышание. А потом пошла в свою келлию самостоятельно, радуясь душою. И все, увидев такое преславное чудо, воздали благодарение Святой Троице, и Пречистой Богородице, и Преподобному чудотворцу Сергию.

38. О пожаре, который был под монастырем на воловьем дворе [69] и утих от Сергиева образа

В нынешнем, 160 году по семитысячном годе [1652], за неделю перед праздником Святой Троицы, в субботу, случился под монастырем на Воловьем дворе пожар вот каким образом.

Божиим произволением разыгралась сильная буря, и дождь, и гром, и молния – столь сильные, что от страха невозможно было смотреть на это; все бежали и укрывались в домах, где кто мог. От этой грозы загорелся Воловий двор огнем небесным, и поднялось высокое пламя, которое во мгновение ока охватило половину всего двора. Люди, сбежавшиеся во множестве, не могли помочь, и сильный дождь не мог угасить пламя; между тем дул сильный ветер и задувал на слободы, где жили слуги, и ветром носило горящие головни.

Наконец подоспели с образом Преподобного чудотворца Сергия, который всегда выносили на крестный ход, встали против ветра – и дивное чудо видели все мы своими глазами: благодатию Божией огонь словно устыдился и отвернулся от образа Преподобного Сергия, ветер подул на горелое место, и прочие постройки на другой половине двора остались целы, пока были охраняемы образом Сергиевым. Мы же, увидев это преславное чудо, возблагодарили Святую Троицу и великого чудотворца Сергия, творящего предивные чудеса своими молитвами.

39. Об исцелении диакона и его дочери по молитвам святого чудотворца Сергия

В нынешнем же 160 [1652] году пришел из Казани в обитель Святой Троицы один диакон, по имени Илия, поклониться Преподобному чудотворцу Сергию у преподобных мощей его и поведал нам о чуде святого следующее.

В прошлом, 158 [1650] году, рассказал он, случилось ему заболеть, и от той болезни он стал косноязычным, едва с трудом мог говорить. Да у него же, как он сказал, дочь, девица Анна, упала и сломала спину, так что на спине у нее были неизлечимые гнойные язвы, а ноги скорчены, и в этой болезни пребывала она уже шестой год. "Мы, – сказал он, – страдая такими болезнями, дали обет молиться Казанскому образу Пречистой Богородицы и пели в Казани молебен Преподобному чудотворцу Сергию.

И вот, по молитвам Пречистой Богородицы и великого чудотворца Сергия, язык мой исправился, и я стал говорить внятно, а у дочери моей, девицы Анны, ноги тоже исцелились от корчи, гнойные язвы затянулись, и мы стали здоровы. Поэтому я пришел в дом Святой Троицы, по обету, помолиться и поклониться его преподобным многоцелебным мощам", – сказал диакон. И, записав это своею рукою, отдал написанное нам.

Мы же, услышав об этом, прославили Святую Троицу, и Пречистую Богородицу, и предивного в чудесах чудотворца Сергия.

40. Об исцелении болезни Святейшего Иосифа, Патриарха Московского и всея Руси, по молитвам святого

В 7160 [1652] году, на праздник Преподобного чудотворца Сергия, 25 сентября, в дом Святой Троицы и Преподобного чудотворца Сергия вместе с Государем Царем и Великим Князем всея Руси Алексеем Михайловичем пришел помолиться Святейший Иосиф, Патриарх Московский и всея Руси; по обычаю, они устроили пресветлое празднество, и братия получила угощение по царской милости.

Затем Святейший Патриарх Иосиф, призвав Архимандрита и нас, возвестил о чуде Преподобного чудотворца Сергия следующее. "Одолели меня, – сказал он, – лютые внутренние болезни и нестерпимые боли в животе, так что длительное время я не мог заснуть хотя бы ненадолго. И молился я Преподобному Сергию, чтобы он помог и выпросил мне у Спаса терпение в немощах, а еще больше просил у него исцеления моих болезней. От сильного недомогания пребывал я, – рассказывал он, – в забытьи и думал, что вижу сон: будто бы я, как наяву, иду поклониться мощам Преподобного Сергия. И когда, придя, припал я к преподобным его мощам и стал молиться со слезами, прося помощи, вдруг увидел, что Преподобный Сергий, чудотворец, поднялся, сел в раке своей и стал благословлять меня рукою, призывать к себе, к вечному покою, и все болезни мои словно рукой снял.

Проснувшись, – продолжал Святейший, – я ничего не увидел, а болезни мои стали проходить, и я стал здоров, как будто никогда и не болел. Поднявшись с постели, я благодарил Бога и Преподобного чудотворца Сергия, потому что получил облегчение от болезни его святыми молитвами, и задумал в тот же день послать в обитель святого, чтобы принесли мне просфору и мед от чудотворца и воду из новоявленного колодца. Пока я думал об этом и хотел специально за этим послать, вдруг в тот же час сообщили мне, что от вас прислан соборный старец, и все это у него с собою, он уже принес мне. Получив все это, я пришел в чрезвычайное удивление, воздал благодарение чудотворцу Сергию и уговорил Самодержца пойти на праздник и вознести хвалу Преподобному".

Мы же, услышав об этом, возрадовались в душе, и сердца наши исполнились веселия, потому что сподобились слышать от Первосвятителя о таком чуде, происшедшем в наши дни. Святейший Патриарх Иосиф сделал большой вклад в Сергиеву казну, парчовые ткани и прочие вещи, а также пообещал дать на прокорм братии большое количество мер хлеба, что и было сделано. По его святительском отшествии к Богу Самодержец Царь и Великий Князь всея Руси Алексей Михайлович исполнил его обещание, повелел дать по нему 10 000 четвертей ржи братии на пропитание и повелел служить по нему каждый день в двух церквах литургию, пока стоит Сергиева обитель.

41. О боярине князе Алексее Михайловиче Львове, который получил исцеление по молитвам святого

В том же 160 [1652] году, в июле, пришел в дом Святой Троицы помолиться и поклониться мощам Преподобного чудотворца Сергия боярин князь Алексей Михайлович Львов [70] и после молебна возвестил Архимандриту и братии о чуде Сергия чудотворца следующее.

"Не так давно, – сказал он, – у меня сильно разболелся живот, так что я и двинуться не мог и, страдая от этой болезни, вспомнил прежнюю милость к себе Преподобного чудотворца Сергия: в прежние годы я дважды получал исцеление от таких же болей, но было это далеко отсюда, и я тогда не сообщил начальствующим обители Преподобного. Теперь я скорбел об этом и призывал святого Сергия чудотворца, прося помощи и облегчения болезни. Наконец, – сказал он, – привезли мне от вас меда чудотворцева и воды из новоявленного колодца, и, отслужив молебен чудотворцу Сергию, я вкусил просфоры и меда и окропился водою – и благодатию Божией и молитвами святого болезни мои облегчились.

Поэтому я пришел в обитель святого помолиться чудотворцу Сергию, поклониться его чудотворным мощам и возвестить о его чудесах – о прежних и о нынешнем, ведь по молитвам его я трижды получал исцеление от своих болезней и благодарю Бога и святого Сергия, исцеляющего меня".

42. О церковнослужителе Иоакиме, который исцелился от болезни по молитвам святого

В 7160 [1652] году я был в Троицком Киржачском монастыре, который находится в ведении большого Сергиева монастыря, и вот что рассказал мне инок Нифонт, по прозванию Кобылин, бывший там Строителем, о чуде Преподобного Сергия.

Был у них, сказал он, церковнослужитель по имени Иоаким, одержимый лихорадкой; в нынешнем году болезнь его тянулась с весны до половины лета, он падал посреди монастыря и лежал долгое время, пока кто-нибудь, сжалившись, не доводил его до келлии.

"Он был очень сильно болен, а мне, – рассказывал Нифонт, – пришло в то время желание написать тропари храмам и местным образам для приезжих богомольцев, у которых был такой обычай – прочитать тропари и поклониться образам. А тот церковнослужитель Иоаким переписывал тропари весьма искусно, но из-за его немощи я не говорил ему о написании тропарей, думая, что он обидится на меня, поскольку он был очень болен.

Спустя некоторое время я шел по монастырю, а он лежал на земле еле живой, и я сказал ему в простоте сердца: "Что ты лежишь так праздно? Иди, – сказал я, – и напиши тропари Богородице и прочим храмам, что есть в обители, и местным образам". И добавил от себя как бы в шутку, а не по правде: "Мне, – говорю, – явился благолепный инок и сказал: "Передай Иоакиму, если он перепишет эти тропари, то исцелится от своей болезни".

Между тем больной, услышав это от меня, поверил и стал вслух призывать чудотворца Сергия и, возложив на него свою надежду, с радостью начал писать. И по молитвам святого чудотворца Сергия помог ему Господь Бог: он написал тропари на листах, принес в церковь и прилепил как положено к местным свечам, так что приходящие молиться читают вслух эти тропари Господу, и Пречистой Богородице, и святым угодникам и просят милости.

И с того часа, по молитвам Преподобного чудотворца Сергия, болезнь его облегчилась, и он выздоровел".

Мы же, услышав его рассказ, возблагодарили Святую Троицу, и Пречистую Богородицу, и Преподобного Сергия, чудотворца, и записали это в чудесах святого.

43. О пожаре и о том, как по молитвам святого огонь угас

В нынешнем, 161 году 7-й тысячи лет [1653] написал мне, Келарю Симону, из Москвы князь Семен, сын князя Ивана Шаховского, о чуде великого чудотворца Сергия следующее.

На самый праздник Преподобного, 25 сентября, случился в его вотчине большой пожар, некоторые из построек на его дворе были объяты огнем, и сильный ветер дул в сторону Божией церкви и на его хоромы. Огненные языки уже приближались, и все были в отчаянии, потому что множество людей ничем не могли помочь. В это время князь Семен вспомнил о недавнем чуде – о случившемся незадолго перед тем пожаре как раз под стеною Сергиевой обители, на Воловом дворе, когда от образа Преподобного ветер обратился вспять и огонь угас, – и, словно Богом наставляемый, взял образ Сергия чудотворца, бывший у него, встал против огненного пламени и начал читать икосы своего сочинения.

И, по молитвам Преподобного Сергия, внезапно ветер повернул на горелое место, огонь угас, а церковь и остальные хоромы, которые князь заслонил Сергиевым образом, уцелели от огня.

Мы же, прочтя его рукопись, возблагодарили Святую Троицу, и Пречистую Богородицу, и Преподобного Сергия и повелели записать этот рассказ, чтобы не были забыты чудеса Преподобного.

44. Об исцелении правого уха иерея по молитвам святого

В 7161 [1653] году некий иеромонах по имени Авраамий, по прозванию Лютиковский, поведал нам еще об одном чуде святого Сергия.

"Несколько лет назад был я, – сказал он, – в обители Преподобного Сергия, чудотворца, и подошла моя очередь служить, но случилось так, что во сне мое правое ухо как бы наполнилось водою, я оглох и не слышал ни церковного пения, ни человеческой речи, и так продолжалось почти шесть месяцев. Спустя несколько дней, перед началом всенощной, послышался мне еще до церковного благовеста звон великий во все тяжелые колокола. Быстро встав, я с радостью поспешил к соборной церкви Живоначальной Троицы, где пребывают мощи Преподобного Сергия, но церковные двери были заперты, потому что служба еще не начиналась. Постояв немного, я вернулся в свою келлию, удивляясь случившемуся чуду, и стал молиться Преподобному Сергию, чудотворцу, размышляя о звуке, который я слышал своими ушами.

Когда же по благовесту пришел я в церковь Святой Троицы, то припал к мощам Преподобного Сергия, чудотворца, молясь со слезами и прося совершенного исцеления от глухоты, затем приложился правым ухом к мощам святого, и в это время что-то случилось с моим ухом, и я стал им слышать. Войдя в алтарь, я влил себе в ухо святой воды и получил совершенное исцеление по молитвам Преподобного Сергия, чудотворца".

45. Об одном монастырском слуге, который, по молитвам святого, остался живым и невредимым, будучи засыпан камнями от старой стены

В 7159 [1651] году строили монастырские зодчие каменную башню Каличьих ворот [71]; старые ворота были разобраны, а для нового фундамента готовили рвы и бут. С левой стороны старая стена была подсечена, потому что была ветхой и на ее месте собирались строить новую стену. Строители приготовили канаты, наложили на зубцы и стали выбивать подпоры – бревна и доски; при этом множество людей – около 400 человек или даже больше – тянули за канаты, собираясь свалить старую каменную стену под гору, чтобы быстрее построить новую. Тут же оказались и мы.

Один из слуг, по имени Костянтин Селижаров, стоял близ стены с киркой в руках, и многие кричали ему, чтобы он отошел, но он, не знаю почему, замешкался, не успел отбежать, и засыпало его обломками. Жалко было видеть, а еще более – слышать его стоны: лишь голова его была свободна, а так весь он был засыпан, камни горой лежали на нем, он просил помощи, и особенно меня, Келаря Симона, звал по имени.

Мы все призывали Преподобного Сергия, а между тем множество людей, собравшись, разобрали обломки стены от головы и живота его и до ног и вынули его живого, не задавленного камнями, только киркой он повредил правую ногу. Спустя некоторое время он совершенно исцелился, по молитвам Преподобного Сергия, и стал здоровым, как и прежде.

Мы же, смотря на это удивительное чудо, воздали благодарение Пресвятой Единосущной Троице, и Пречистой Богородице, и преподобным Сергию и Никону.

46. О боярине и о Сергиевых крестьянах

Во дни благочестивого Царя Государя и Великого Князя всея Руси Михаила Феодоровича в дом Святой Троицы и к преподобным чудотворцам Сергию и Никону пришел помолиться один боярин. После молебна он был на трапезе, а мы подавали ему пищу и напитки по монастырскому чину (по обычаю Сергиевой обители потчевать честных бояр), и в это время между нами зашел разговор о чудесах Преподобного Сергия. Боярин, услыхав, о чем мы говорили, рассказал нам еще об одном чуде Преподобного.

"Случилось мне, – сказал он, – вскоре после московского разорения ехать из Костромского уезда, из своей вотчины, в Москву. Когда я доехал до великой реки Волги, она только что замерзла; я простоял на берегу со всеми своими с утра до вечера и не знал, как поступить. Основательная необходимость понуждала меня ехать в Москву, но, глядя на то, как опасен путь, я уже думал возвращаться обратно.

Вдруг вслед за нами подъехали крестьяне Троице-Сергиева монастыря на санях, десять их было или даже больше, из костромских же сел, живущие недалеко от моей вотчины; как соседи, они часто бывали в междоусобных ссорах с моими крестьянами, отчего я был на них зол.

Они спросили нас, не ездил ли кто-нибудь уже через Волгу. Я же отвечал им: "Поезжайте, не бойтесь; я, говорю, поджидаю своих людей, но многие при нас сегодня переезжали". И пальцем показал им, как ехать. Они, поверив мне, сели в сани, и, призвав имя чудотворца Сергия, ударили бичами своих лошадей, и поехали друг за другом.

И удивительно было видеть это глазам нашим: лед под ними сильно прогибался, а потом опять поднимался, и все они выехали на берег.

Мы тоже, глядя на них, захотели поехать и стали спускать с горы по одной лошади с санями тою же дорогой, пробуя и вправо, и влево – по-всякому. Однако не только лошадь с санями проламывала лед на реке, но даже и пеший человек не мог устоять: лед подо всеми подламывался, и мы едва спаслись от потопления, а утомились люди и лошади чрезвычайно.

И тогда мы поняли, что крестьянам Троице-Сергиева монастыря Бог даровал прочную дорогу через реку по молитвам Преподобного Сергия чудотворца. Мы же согрешили перед Преподобным Сергием, потому что в насмешку говорили крестьянам его, в искушение, желая им зла, и сами пострадали от того, что готовили другим".

А потом боярин просил у нас за это прощения, говоря, что поступил он так по молодости. Мы же, слушая его рассказ, благодарили Святую Троицу и Преподобного Сергия, чудотворца.

47. Об исцелении глазной болезни Архимандрита

Поведал нам отец наш Архимандрит Андриан: "Когда, – сказал он, – по изволению Государя Самодержца Царя и Великого Князя всея Руси Михаила Феодоровича был я прислан Архимандритом в Троице-Сергиев монастырь от Пречистой Богородицы, из Толгского монастыря [72], то в ту пору у меня болели глаза, и я читал по книгам с большим трудом, надев очки. Когда же в прошлом, 152 [1644] году, по молитвам Преподобного Сергия, даровал Бог источник святой воды в стене у паперти Богородичной церкви, я, придя, умылся той святой водою, и с тех пор очи мои прояснились, очки я отложил и по сей день читаю по книгам без очков, благодаря Бога, и Пречистую Богородицу, и преподобных чудотворцев Сергия и Никона".

48. О пожаре на житном дворе

Лет десять тому назад или чуть меньше случился пожар в обители святого, на Житном дворе [73]. У келлии, где жили житничные старцы, в трубе загорелась сажа, и оттого загорелся деревянный амбар, где записывали приход и расход хлеба, возле житницы самого Преподобного Сергия, чудотворца. Дощатые сусеки на крепостной стене и амбары по обе стороны были полностью засыпаны хлебом. Огонь пробирался между ними, касался стен ближних житниц и дощатых сусеков и особенно льнул к самой житнице чудотворца Сергия, но стены никак не загорались, только один амбар в самой середине сгорел.

Люди сначала ужаснулись и не хотели приближаться к пожару, потому что посреди Житного двора, возле самых стен житницы, была каменная палата, заполненная порохом для пищалей. Когда же они увидели милосердие Божие, что стены, по заступничеству Пречистой Богородицы и по молитвам преподобных Сергия и Никона, не занимаются от огня, то, как обычно с именем Преподобного Сергия на устах, растащили огонь в разные стороны и погасили.

Мы же, видев это, возблагодарили Святую Троицу, и Пречистую Богородицу, и преподобных Сергия и Никона.

49. О пожаре в Троицкой вотчине

В 7140 [1632] году я был Строителем на Алатаре, и пришлось мне там проездом ночевать в вотчине Троице-Сергиева монастыря, в селе Ичиксе. А в том селе жил крестьянин по имени Иван, по ремеслу же кузнец. Нравом был муж сей боголюбив, привечал странников и нищих и потому был многим известен, так что никто не проходил тем путем, не отдохнув у него и не получив всего что нужно.

В ту ночь случился у этого крестьянина, у Ивана, пожар в доме: загорелась кузница, где ковали железо и медь. Рядом с кузницей с одной стороны, на расстоянии всего одной сажени, стояла изба, в которой жили работники, а с другой стороны – запасной амбар, причем слеги были напущены на самую кузницу. По всему двору была постелена солома для скота, да кроме того, сено и солома были сметаны в копны, про запас, ведь за страннолюбие Бог одарил его богатством, и скота тоже было у него много.

На пожар сбежались люди, потом и я прибежал, и удивительно было видеть: горела такая большая кузница, внутри ее пылал яростный огонь и подымался высоко кверху, и у избы и амбара половина слег обгорела, но к стенам и к кровле избы и амбара огонь совершенно не прикасался, словно некоей силою Божией; множество огненных искр падали на сено и на солому и исчезали сами собой.

Я стал утешать Ивана: "Благодари Бога и чудотворца Сергия, потому что Бог помогает тебе по молитвам Преподобного Сергия". А он говорит мне: "Когда я услышал, что у меня начался пожар, я встал с постели, выбежал из избы и вижу – кузница моя уже вся занялась огнем, внутри и снаружи, и у избы и амбара слеги горят. Я стал звать своих, призывал и чудотворца Сергия на помощь, и увидел, что впереди всех прибежал инок – мне показалось, что это ты, Строитель, прибежал, – и, сгребая снег руками, стал быстро бросать его на амбарные и на избяные слеги. С этого времени огонь стал утихать и слеги потухли".

И тогда я сказал: "Благодари Преподобного чудотворца Сергия, спасающего тебя и избавляющего от напастей, а я пришел позже всех".

Кузница же словно истлела, никак не повредив других зданий; ни сено, ни солома не загорелись во время посещения Преподобного Сергия, за нищелюбие кузнеца и радушие к странникам.

50. Об обидах, нанесенных монастырским крестьянам

Не так давно, лет семь или восемь назад, был и другой случай. В Нижегородском уезде Закудемской волости крестьяне Преподобного Сергия со слезами жаловались начальствующим на боярских крестьян князя Бориса Михайловича Лыкова [74], которые, придя за много верст от своих деревень, захватом расчищают леса под троицкими деревнями и распахивают пашню, и даже пашенную землю захватили насилием. Начальствующие не раз посылали к тому боярину письма об этом деле, прося, чтобы он запретил своим слугам и крестьянам обижать Сергиевых крестьян и отнятую землю возвратил бы в монастырь. И он собирался сам прибыть туда и учинить расправу.

Слуга же его, бывший в той вотчине приказчиком, по имени Петр Жуков, усиливал ссору и увеличивал неправду, обманывая боярина, и много раз вместе с боярскими крестьянами, взяв оружие и дреколье и силою захватив монастырскую землю, расчищал ее и распахивал и постоянно подзуживал троицких крестьян на ссору. А того не ведал этот Петр, что боярские крестьяне замышляли и на его счет, задумав убить приказчика за его жестокость, рассуждая так: "Как начнется у нас бой с троицкими крестьянами, мы в то время убьем своего приказчика, а свалим убийство на троицких крестьян".

Троицкие же крестьяне ни о чем таком не помышляли, лишь имя Сергия было на устах их и на него одного они имели упование, на драку же не выходили, поддерживаемые повелением начальствующих, переданным через приказчиков.

И вот приехал этот боярин в свою вотчину, а начальствующие по его просьбе прислали соборного старца по имени Иона Дружков, чтобы он бил челом о разборе дела. Боярин же, позабыв о смертном часе, объятый любовью к миру сему, увидел, что начальствующие ни в чем ему не перечат, но во всем полагаются на его боярскую душу, ожидая от него одной лишь правды, и, объехав с соборным старцем Ионою всю троицкую землю и не склонившись к добру, сказал, что крестьяне его, расчищая лес и распахивая пашню, затратили много сил. "Подержу за собою эту землю некоторое время, – решил боярин, – а потом отдам обратно в монастырь". Он приказал своему слуге Петру отдать в монастырь половину земли, указав границу по ручью, и поехал в Москву.

Слуга же его Петр после отъезда хозяина собрался опять со множеством боярских крестьян, по прежнему обычаю с оружием, с бердышами и рогатинами, с самопалами и луками, не зная, что боярские крестьяне сговорились убить его. Приехав под троицкую вотчину, они сделали не по боярскому приказу и отмерили троицкую землю не по ручей, но по самые гумна, захватив и старую, мягкую землю, и межи сами сделали, думая тем самым подбить троицких крестьян на драку. Соборный же старец, и слуги, и крестьяне Сергиева монастыря, видя это, весьма скорбели, но помочь делу не могли, по пословице "Сила закон пересиливает"; и всю надежду возложили на чудотворца Сергия.

Между тем слуга боярский Петр Жуков был рад, уехал веселым и словно победу праздновал, думая, что раздобыл для боярских крестьян большие угодья, пил с ними и веселился. А боярские крестьяне, выпив изрядно, потеряли голову и убили своего приказчика Петра Жукова, – как прежде они замышляли, так и сделали. Вот какую мзду получил он от Бога за свое насилие.

Боярин же тот, князь Борис Михайлович Лыков, находясь при смерти и слабея, чего никому невозможно избежать, призвал троицкого Строителя Евфимия и стряпчего Прокофия Мусина, обещая вернуть землю в дом Святой Троицы. Но суд Божий не замедлил отослать его из этого мира в иной, и душа его вскоре разлучилась с телом; он успел только дать приказание своим родственникам, чтобы они отдали землю, а уж те, как Бог благоволит, исполнят повеление.

51. О слуге Феодоре, который, по молитвам преподобных, получил спасение от смерти

В 7160 [1652] году работавший в доме Святой Живоначальной Троицы, в обители у преподобных, слуга по имени Феодор Каменев поздно вечером в своем доме лег спать в своей постели, как обычно; домашние же его спали не с ним, а в другом помещении. Когда все уснули крепким сном, Феодор, встав с постели, хотел выйти до ветру и, запинанием вражиим, впал в забытье, сбился с пути и упал на крышку над тесным лазом в подполье, провалился и не мог выбраться. Долгое время лежал он вниз головой и хотя кричал громко, насколько хватало силы голоса, но никто его не услышал, потому что все в доме спали. От долгого крика он потерял голос, душа его была уже при последнем издыхании, и вспомнил он о смертном часе, о том, что умирает без надежды, и стал тихим голосом призывать имя Святой Троицы, и Пречистую Богородицу, и преподобных, прося жизни для покаяния.

И Человеколюбец Бог, Который постоянно заботится о спасении человеческом, щедротами Своими, по молитвам Пречистой Богородицы и ради преподобных, уготовал для спасения его такой случай.

Один слуга, по имени Иосиф Голчин, был задержан в монастыре у начальствующих из-за какой-то монастырской надобности и, задержавшись, шел поздно из монастыря мимо Феодорова двора, услышал голос внутри ограды и узнал его. Он остановился, услышав, как Феодор взывает с земли жалостными словами: молит Святую Троицу, и Пречистую Богородицу, и преподобных Сергия, и Никона, и Серапиона, и преподобного Архимандрита Дионисия, обращаясь к нему, как к живому, со своей молитвой. Удивившись, Иосиф из-за ограды стал звать его по имени, но Феодор не откликнулся, потому что уже умолк, едва не отошел дух его. Тогда Иосиф разбудил его домашних и сказал о нем. Найдя его, еле живого, они благодарили Бога и Пречистую Богородицу и прославляли преподобных, ибо по молитвам их он получил спасение от смерти.

52. Об отроке, который видел перед собою образ Сергия чудотворца

В 7161 [1653] году отрок по имени Ондрей Пестриков поведал мне о чуде Преподобного Сергия следующее.

"Я видел во сне, – сказал он, – как будто стою я в церкви Преподобного чудотворца Никона во время литургии, размышляю об учении книжном и мысленно призываю на помощь Преподобного Сергия, чтобы он подал мне разум для чтения книг. И, находясь в забытьи, увидел я на церковной стене образ Преподобного чудотворца Сергия как бы написанный, и удивление и страх вошли в мое сердце, стал я молиться и кланяться этому образу. И показалось мне, что образ как бы отступил от стены и встал предо мною, а на стене осталось пустое место, обычная стена. Я же, – сказал он, – проснулся от этого страшного видения, и сердце мое трепетало".

Услышав об этом, мы повелели записать для памяти, чтобы не были забыты чудеса Преподобного.

53. О жене, исцелившейся по молитвам святого

В 61 [1653] году, 4 марта, в дом Святой Троицы и Преподобного чудотворца Сергия пришла из Городецкого посада, что на реке Волге, одна женщина по имени Ксения, жена Терентия Власова, пришла по обету помолиться Преподобному Сергию чудотворцу. После молебна, стоя у раки чудотворца, она расплакалась, с плачем и рыданиями припадала к мощам чудотворца и поведала стоящим у раки следующее.

Она, по ее словам, болела сердечною болезнью и была одержима таким недугом, что не владела языком пять лет. Матери ее, вдове Парасковье, явился во сне благолепный инок в священнических одеждах, повелевая отпустить ее в обитель к чудотворцу Сергию, "чтобы получила, – сказал он, – исцеление".

"И я, недостойная, не предаваясь мирской суете, выбрала время и, присоединившись к родственникам, доехала до города, называемого Балахна. Здесь есть монастырь Покрова Пречистой Богородицы и святого Николы [75]; тут же, в приделе Преподобного чудотворца Сергия, есть образ его чудотворный, и рядом с образом стоит кружка с медом. Когда отслужили молебен и дали мне испить того меду из кружки, я в тот же час, по молитвам святого Сергия, получила неожиданное исцеление, стала здоровой и разум мой восстановился.

Я, по простоте, никому о том не сказала, но после выздоровления стала жить с ленцой, мало ходила в церковь Божию, и болезнь сердечная опять стала меня томить. Я, окаянная, позабыв про милость ко мне чудотворца Сергия, собралась лечиться неким зельем, и нашла на меня весьма тяжелая болезнь. Тогда, вспомнив о милости ко мне Преподобного Сергия, я пообещала без всякого сомнения идти в обитель его. И вот ныне я совершенно исцелилась от сердечной болезни, язык мой освободился от немоты, и по молитвам святого я стала здоровой, как раньше".

Мы же, услышав об этом, возблагодарили Святую Троицу и Преподобного Сергия, творящего дивные чудеса, и повелели все это записать.

54. Об исцелении недужного по молитвам святого

В том же 161 [1653] году, в феврале, в обитель Преподобного Сергия привели крестьянина троицкой вотчины, села Выпукова, по имени Кирилл и содержали его в оковах, потому что он был совсем безумным; приходилось крепко держать его, чтобы он не повредил себя и других людей. Его приводили к мощам чудотворца, Преподобного Сергия, и через две недели он, по молитвам святого, выздоровел, и разум вернулся к нему, как будто он ничем не страдал.

Он рассказал, что все бывшее с ним случилось от большой и безрассудной печали: жена у него, сказал он, умерла, а дети болели, и потому он сошел с ума. Ныне же, по молитвам святого, разум вернулся к нему, и он пошел домой, благодаря Бога.

55. Об исцелении немого по молитвам святого

В 161 [1653] году, 7 марта, в обитель Святой Троицы и к чудотворцу Сергию пришел помолиться иерей села Лыскова Нижегородского уезда по имени Иаков и после молебна поведал следующее.

"Я, – сказал он, – дал обет помолиться Преподобному чудотворцу Сергию в обители его, но почему-то замедлил с исполнением обета и не поехал в обитель. После того сын мой Михаил, еще очень маленький, вышел на улицу поиграть, что обычно для детей, и его ударили по голове так, что мальчик заболел и долгое время оставался немым. Наконец я, – рассказывал священник, – вспомнил о своем обете и решил без всякого сомнения идти в обитель к Преподобному Сергию, причем с детьми, чтобы не было хуже. И в тот же час сын мой исцелился, немота его прошла, и он стал разговаривать, как прежде".

И священник отправился в путь свой, благодаря Бога и Преподобного Сергия.

В 161 [1653] году из вотчины Троице-Сергиева монастыря, села Пирова городища Владимирского уезда, писал к нам приказчик Алексей Ефремов о чудесах Преподобного Сергия, происшедших от его чудотворного образа.

56. Об исцелении глазной болезни по молитвам святого

В Сергиеву вотчину, село Пирово городище, к чудотворному образу пришла помолиться женщина по имени Христина, из деревни Тарханово Зарецкого стана Вязниковской государевой волости, и после молебна она поведала о своей болезни следующее. "Я была слепой семь лет, – сказала она, – и мысленно дала обет: пойти к чудотворному образу и отпеть молебен". И, по ее словам, в это время, по молитвам Преподобного Сергия, Божией милостью, глазная болезнь прошла, она выздоровела и теперь, благодаря Бога и Преподобного Сергия, прибрела помолиться Преподобному и поклониться чудотворному образу его.

Это чудо произошло в 7158 [1650] году, 27 октября.

57. Об исцелении одной женщины по молитвам святого

В то же село Городищево в 161 [1653] году из деревни Колошино Нагуевской пятины [76] Ерополческой государевой волости пришла помолиться женщина по имени Агафья и поведала следующее.

"Болела я сильно, – сказала она, – все члены мои ослабли, так что я лежала в постели два года, а глаз у меня выпучился, и от той болезни я не видела одним глазом. Будучи больной, я дала обет пойти помолиться Сергию чудотворцу и поклониться образу его, и в это время, – сказала она, – исцелилась от болезни, глаз мой стал зрячим. И я пришла поклониться его святому чудотворному образу".

58. Об исцелении одной девицы

В том же 161 [1653] году из той же волости, из Сельской пятины, из деревни Селище, пришел помолиться крестьянин Кузьма Семенов и после молебна рассказал следующее.

"Несколько лет тому назад, в 155 [1647] году, дочь моя, девица Варвара, лежала, измученная тяжелой болезнью; от той болезни она ослепла и совершенно не видела света. Тогда я дал обет отслужить молебен чудотворному Сергиеву образу в селе Пирово городище и образ его выменять [77]. И вскоре, – сказал он, – по молитвам святого, дочь моя выздоровела, глаза ее стали видеть, как прежде. А я пришел исполнить обет, который дал во время ее болезни".

59. Об исцелении девицы по молитвам святого

В том же 161 [1653] году Павел Леонтьев, крестьянин Матвея Кравкова из деревни Малагчеганово Коншаковской пятины Ерополческой волости, рассказал следующее.

"Несколько лет назад, в 153 [1645] году, моя дочь, девица Феодосия, лежала в расслаблении и потеряла рассудок. Тогда я, – сказал он, – дал обет молиться чудотворцу Сергию и поклониться его чудотворному образу. По молитвам Преподобного Сергия дочь моя выздоровела, и разум вернулся к ней, и мы благодарим Преподобного, подавшего исцеление моей дочери".

60. Об исцелении Романа Боборыкина по молитвам преподобных Сергия Радонежского и Саввы Сторожевского, чудотворцев

В 7161 [1653] году, 27 апреля, Роман Федорович Боборыкин [78] поведал нам следующее.

"Пару лет назад, – сказал он, – в 159 [1651] году, я был тяжело болен, не мог ни двинуться, ни повернуться, так что и друзья, и приятели, и домашние мои – все считали, что я при смерти. Я уже и сам потерял надежду выжить, и тогда, возложив все упование на десницу Всемогущего, решил просить милости – исцеления – у преподобного Саввы Сторожевского, чудотворца, и повелел везти себя в его обитель, в Звенигород. Там я слушал всенощную, лежа на одре своем (стоять и сидеть я не мог), и дал вклад по своей силе – 50 рублей.

И вот один инок, по имени Тихон Пестриков, сказал мне: "Не скорби, – говорит, – но уповай на Бога и на преподобного Савву; у преподобного Саввы, чудотворца, есть обычай: за кого он станет молиться Спасу, тому сам явится".

После молебна я повелел везти себя в свою вотчину, в село Воскресенское, что рядом с монастырем, и оставался там, еще одержимый болезнью.

Несколько дней спустя, как обычно, стоял на моем дворе человек мой, по имени Фаддей Флоров, ночной сторож, и, стоя на крыльце, он увидел, что мимо него вверх по лестнице идут два человека; ноги их ступали не как в сапогах, но как в сандалиях, не имеющих железных скоб. Сторож, затрепетав, стал спрашивать: "Кто идет?" – и так трижды. Они же сказали ему: "Молчи! Мы, Сергий Радонежский и Савва Сторожевский, идем подать исцеление от болезни господину твоему". Он замолчал, удивляясь происходящему, и больше их не видел.

Утром человек тот рассказал о случившемся всем моим домочадцам, а я, услышав от них об этом, не поверил, решив, что он лжет.

Спустя три дня я спал во внутренней комнате со своей женой и от немощи находился в некотором забытьи и думал, что вижу сон. Я слышал, как вошли в переднюю комнату, а потом прошли и во внутреннюю два инока с боголепными лицами, в священнических одеждах; я слышал шаги их – такие, как описывал человек мой, Фаддей Флоров. Подойдя, они остановились у моей постели; я поднял на них глаза и узнал по облику Преподобного Сергия и преподобного Савву. Великий страх напал на меня, и от страха я не мог ни смотреть на их боголепные лица, ни сказать чего-либо, только взирал на священные их ризы и тайно, про себя, повторял молитву Иисусову".

Преподобные сказали ему: "Не бойся! Мы – Сергий Радонежский и Савва Сторожевский". И почудилось боярину, что Сергий чудотворец обратился к нему: "Пойди, – сказал он, – еще раз в монастырь, в обитель к преподобному Савве, и дай вклад, еще полсотни рублей, а о болезни своей не скорби: ты исцелишься по молитвам преподобного Саввы". "Я, – рассказывал Роман Федорович, – стал помышлять в сердце своем: даже и полтораста рублей дам". Но тот возразил: "Нет, исполни то, что я тебе сказал". И преподобные вышли из комнаты.

Я же, – продолжал боярин, – проснувшись, очнулся от видения и разбудил жену, и жена моя видела, как они выходили из комнаты, в священнических одеждах. После их ухода жар отступил от моего тела и болезнь облегчилась, я встал с постели моей и ходил.

Потом я отправился в обитель к чудотворцу Савве и отвез вклад по явлению чудес их, воздавая благодарение преподобному Савве. А потом молился по многим святым местам Новгородской земли и у Пречистой Богородицы в Печерах [79], добрался и до обители Преподобного Сергия, воздавая благодарение, потому что получил неожиданное исцеление после их посещения. Близкие мои и знакомые и теперь удивляются, глядя на те места, которые у меня болели, – как это спас меня Бог от такой смертоносной болезни, по молитвам преподобных и великих отцов Сергия и Саввы".

61. Об исцелении больного лихорадкой по молитвам святого

В том же 161 [1653] году о чуде Преподобного Сергия поведал мне Андрей по прозванию Шахов, который служил подьячим у Самодержца и по его поручению занимался строительством в монастыре Святого Саввы Сторожевского. Несколько лет назад, по его словам, в 159 [1651] году, после Светлого Христова Воскресения, он заболел тяжелой болезнью, так называемой лихорадкой, и так разболелся, что уже отчаялся выжить, но и сам он, и жена его молились по многим чудотворным местам об исцелении, прося милости.

От порученной службы Андрей не мог отказаться, хотя и болел, и повелел везти себя, чтобы заняться строительством, в Саввин монастырь, призывая на помощь Преподобного Сергия, чудотворца, так как смолоду привык постоянно иметь на устах его имя. Под стенами Сергиевой обители он и его жена были вскормлены хлебом чудотворца и потому постоянно поминали его имя, да и строительство в монастыре святого Саввы Андрей считал своим делом, поскольку Преподобный Сергий был учителем преподобного Саввы: раньше Андрей работал в обители у Сергия, а теперь – у преподобного Саввы, ученика его, и оттого имел неослабевающую надежду на Преподобного Сергия.

Спустя некоторое время, измученный болезнью, он уснул на своем обычном месте и во сне увидел у своего изголовья Преподобного Сергия, со светлым сияющим ликом; и стал он припадать к святому, со слезами молясь об исцелении, думая, что это происходит наяву. Внезапно пробудившись от видения, он, сидя на своей постели, с трепетом размышлял о видении Преподобного, и с этого времени почувствовал себя здоровым, как будто никогда не болел, и благодарил Бога и Преподобного Сергия. И послал известие об этом домой, своей жене.

"Когда же я вернулся домой, жена рассказала мне следующее. Видя мою болезнь, она, по ее словам, сильно скорбела и ходила по многим святым местам, служила молебны, и однажды, придя домой и от сильной печали не прикоснувшись к пище, упала на подушку, со слезами молясь о моем исцелении. И нашел на нее сон: видит она, что пришел к ней старец и говорит: "Не скорби, муж твой здоров, его исцелил Сергий чудотворец". Пробудившись от видения и никого не видя, она обрадовалась и поведала всем домочадцам о видении Преподобного Сергия".

А после того Андрей и его жена воздали благодарение Преподобному Сергию, отслужили молебен у его мощей и пошли домой, благодаря Бога.

62. О видении Преподобного чудотворца Сергия Льву Афанасьевичу Плещееву и о победе над неверными калмыками по молитвам святого

В 7151 [1643] году, 2 июля, повелением Государя Царя и Великого Князя всея Руси Михаила Феодоровича на его государеву службу в калмыцкий поход был послан Лев Афанасьевич Плещеев. Когда он был в степи, в трех днях пути от реки Сороки, пришли к нему уфимские татары и стали торопить его, а ему спешить было нельзя, потому что с ним были государевы большие пушки и много пушечных запасов. Лев Афанасьевич собрал государевых дворян, лучших людей, и стал советоваться с ними, как поступить. И пребывал в великом смущении.

3 июля, когда наступила ночь, он, помолясь пред образом Живоначальной Троицы и великого чудотворца Сергия, задремал и уснул тонким сном. И явился ему великий чудотворец Сергий и сказал: "Не сомневайся, иди, победишь неверных", а потом благословил его крестом и стал невидим.

Встав поутру, Лев Анафасьевич рассказал о видении многим людям и, пойдя на калмыков, разбил их, захватил обозы, взял много пленных, множество верблюдов, оружие и военную сбрую. И вернулся в Московское государство с великой радостью, благодаря Бога и Преподобного чудотворца Сергия.

63. О посещении Преподобным Сергием обителей, в которых начальниками были его ученики

В 7161 [1653] году, 24 апреля, из Звенигорода, из обители святого Саввы Сторожевского, чудотворца, уже упоминавшийся Андрей Шахов написал мне следующее.

Рассказывал ему подмастерье по каменному делу по имени Иван Шарутин: "В нынешнем, 161 [1653] году, 20 апреля, я очень скорбел, – сказал он, – потому что в то время у меня умерла мать, а я был совершенно один на таком большом государевом деле. Я очень горевал о смерти матери, а еще более об одиночестве, думая, что дело мне не под силу: даже на малое время некому меня подменить, везде надобно поспеть, – и впал в великую печаль".

И ночью видит он во сне, как будто он по-прежнему занимается каменным строительством в Саввином монастыре, а впереди него, видит он, ходит и указывает, занимаясь тем же делом, юноша в вишневой однорядке. И слышит Иван голос, обращающийся к нему и говорящий об этом юноше: "Это подмастерье, прислан к тебе на помощь из Троице-Сергиева монастыря". Он удивился, потому что тот был очень молод, и такие обычно бывают учениками.

Пробудившись от видения, он стал размышлять и благодарил Бога и Преподобного Сергия за посещение, уразумев с удивлением, что святой помогает ему и в строительстве и в жизни, вместе с учеником своим, преподобным Саввою, заботясь о своих обителях и опекая их.

Тому же Андрею рассказывал ризничий Филарет, что Преподобный Сергий посещает обитель ученика своего, святого Саввы. Многие видели, как они ходили вместе по монастырю и будили братию к заутрене, и на караулах их тоже видели.

И рассказал подробно.

Нынешней зимой пришли преподобные на караул и говорят сторожам: "Идите к пономарю Ефросиму; до каких пор он будет спать? Уже время утреннего благовеста". Они так и сделали, пошли и сказали о том Ефросиму. И сами преподобные тоже явились пономарю и сказали: "До каких пор ты будешь спать? Уже время благовеста, Архимандрит повелевает благовестить", – и стали невидимы. Тот, вскочив в трепете, поспешил к Архимандриту и попросил благословения на благовест, но Архимандрит сказал ему с гневом: "Ступай в свою келлию, еще не время благовеста". Пономарь испугался, удивившись такому повороту дела, и рассказал Архимандриту о том, как разбудили его стражи из караула, и о приходивших к нему двух иноках, будивших его, причем сторожа подтвердили его слова; и все поняли, что это преподобный Сергий и Савва посетили обитель.

А недавно, 21 апреля, поведал ему, Андрею, жилец государев [80] Иван Кучецкой о чудесах преподобных Сергия и Саввы.

"В нынешнем году, – сказал он, – ходил я пешком молиться в обитель святого Саввы и, пока не исполнил своего обещания, пока не отпел молебен и не сподобился поклониться мощам преподобного Саввы, воздерживался от вина.

Потом я, опять-таки пешком, пошел в обитель великого чудотворца Сергия, где тоже отслужил молебен, милостью Божией, поклонился чудотворцевым мощам и отправился домой, благодаря Бога и преподобных. Но, идя к чудотворцу Сергию, я по дороге не воздержался от винопития, посчитав это неважным, по запинанию вражию.

Когда же я отъехал от обители Преподобного на десять поприщ, в вотчине Сергия чудотворца, в селе Рогачеве, случилось мне выйти из саней. И пока люди мои что-то поправляли в санях, я, – рассказывал он, – прислонился к саням и впал в забытье и услышал голос, говоривший мне: "Я ведь не пью хмельного". И от того голоса вошли в мое сердце страх и трепет, ужас напал на меня, я даже подскочил на месте от страха и, придя в себя, рассказал своим, что было со мною.

А потом пошел к Преподобному, и отслужил молебен у его чудотворных мощей, и, со слезами попросив прощения за дерзость свою, вернулся домой, благодаря Бога и Преподобного Сергия чудотворца.

64. Об исцелении сердечной болезни и гортани у слуги Сергиевой обители

Поведал мне о себе и о своей болезни слуга обители Святой Живоначальной Троицы по имени Григорий Ратманов.

"Года за два или за три до этого, – сказал он, – у меня болело сердце, к тому же и гортань моя сильно разболелась, так что невозможно было ни есть, ни пить, и тянулась болезнь эта долгое время. В болезни я призывал Преподобного Сергия, молясь ему, великому чудотворцу, об исцелении, просил, чтобы он излечил меня. И вот пономарь церкви Святой Троицы, что здесь, в обители, дал мне артос; я взял у него и дома съел – и с того времени стал здоровым.

Потом я был в Москве на монастырской службе стряпчим, и опять та же болезнь одолела меня, и болел я долгое время. Приехав в обитель Преподобного, я взял у того же пономаря артос и съел – и опять получил совершенное исцеление, как будто никогда не болел".

Я же, услышав об этом, записал, чтобы не забылось это чудо Преподобного.

65. Об исцелении инока Савватия

В прошлом, 161 [1653] году инок Савватий, по прозванию Вятченин, сообщил нам и оставил собственноручное письмо о чуде Преподобного.

"Некоторое время тому назад, – рассказал он, – я дал обет великому чудотворцу Сергию помолиться в обители его и поклониться его мощам. И когда я ехал по дороге в Москву рукополагаться во священника, то позабыл о своем обещании святому, пренебрег им, проехав мимо монастыря к Москве, и за грех свой и нерадение тяжело заболел: внутренняя болезнь одолела меня и тянулась долгое время. Тогда я, – сказал Савватий, – понял, что согрешил перед святым, вспомнил свой обет и стал призывать Преподобного, обращаясь к нему в молитвах, как к живому и находящемуся рядом, и решил безотлагательно исполнить обещание.

Приближался праздник Бориса и Глеба; я же той ночью от сильной боли постоянно призывал Преподобного, прося его об исцелении, и впал в забытье, и во сне увидел чудотворца Сергия. Он сказал мне: "Вправду ли ты пообещал помолиться в моей обители? Если сделаешь это, исцелишься", – и стал невидим; я же пробудился от сна и почувствовал себя здоровым".

После этого инок Савватий пришел в Москву и рассказал обо всем мне, Симону, тогда еще несшему келарскую службу. Я же, услышав это, послал его в обитель к Преподобному Сергию, и теперь он пребывает здесь, благодарит Бога и Преподобного, подавшего ему исцеление.

66. Об исцелении святыми болезни одной женщины

В 7161 [1653] году в Москве одна женщина, по имени Мария, из купеческого сословия, болела сильной болезнью, долгое время лежала на постели, ничего не говоря, и была уже при смерти. Родственники, знавшие ее, пришли к ней проститься, и, увидев больную, решили, что она вскоре умрет, и разошлись восвояси, только ближние ее остались и сидели рядом с ней, ожидая исхода ее души.

Она слышала все, что они говорили, и показывала глазами, но не могла ответить, только мысленно обращалась к Московским чудотворцам Петру, Алексию, Ионе и Филиппу и молила их об исцелении от своей болезни. Внезапно в тонком сне, словно бы наяву, видит она близ одра своего чудотворцев Петра, Алексия, Иону и Филиппа и с ними Николу и Преподобного Сергия. "Словно наяву, они совещались между собою о моей болезни, называя друг друга по имени, и говорили: "Кто сказал, что она сегодня умрет? Нет, – говорили они, – она выздоровеет". А Преподобного Сергия называли они великим чудотворцем.

Я же, – продолжала она, – все это видела, но из-за болезни не могла обратиться к ним, только в уме своем молилась, призывая их спасти меня. Один из них, подойдя ко мне, положил руку свою мне на голову и исцелил меня, а кто из них исцелил – того нельзя понять. Только я, пробудившись от видения и никого не видя, встала с постели здоровой и рассказала обо всем родственникам и близким своим. И после выздоровления, отслужив благодарственный молебен Московским чудотворцам, дала обет Преподобному Сергию побывать у мощей его, отслужить молебен и воздать благодарение, что и сделала, по своему обещанию".

Да и здесь для того написано – на славу и честь и в похвалу чудотворцам.

67. Об исцелении расслабленного, его жены и детей

В 7162 [1654] году, 27 сентября, Архимандрит сей обители Андриан дал мне запись о чуде святого Сергия, а записано следующее.

"Крестьянин Сергиева монастыря, деревни Ерденихи, села Олексина Суздальского уезда, по имени Иосиф поведал об исцелении от болезни по молитвам святого Сергия.

Жил он, по его словам, под монастырем, в слободе у монастырских слуг, уйдя из своего дома, по обычаю ремесленников, потому что был искусен в портняжном мастерстве. Несколько лет назад, в 157 [1649] году, он бежал оттуда и стал жить в селе Павлов Перевоз, в вотчине боярина князя Якова Куденетовича Черкасского. И тут он впал в расслабление, объяла его тяжелая внутренняя болезнь, и глухота напала, ни руку, ни ногу он не мог протянуть, и эта болезнь тянулась два с половиной года.

Болея так, он молился Богу о своей неизлечимой болезни и призывал на помощь Преподобного Сергия, чудотворца, чтобы тот молитвами своими исцелил его от болезни, и мысленно дал обет: если получит исцеление, примет иноческий постриг. И на третий день, по молитвам Преподобного Сергия, даровал ему Бог выздоровление от расслабления, как будто он никогда и не болел.

Позабыв о своем обете, Иосиф не спешил возвратиться в обитель Преподобного Сергия, стал жить в харчевне, оставаясь в миру, и вскоре опять объяла его тяжелая болезнь. Жена и дети его тоже заболели, так что и речь у них отнялась.

Узнав об этом, его духовный отец, спасский священник Василий, повелел ему немедленно идти в обитель к Преподобному Сергию и исполнить свой обет. Иосиф отвез жену и детей к себе на родину, в село Олексино, где родился и вырос, и все исцелились от болезни, по молитвам Преподобного Сергия. А сам пошел и постригся в Хотимской пустыни, что находится в подчинении у начальствующих того же Троице-Сергиева монастыря; его иноческое имя – Иона. Придя в большой монастырь, он благодарил Святую Троицу и Пречистую Богородицу и прославлял Преподобного Сергия, потому что его молитвами получил исцеление от болезни".

68. Об исцелении зубов одной вдовы

В 7162 [1654] году, 8 октября, вдова Татьяна из Подмонастырной слободы, жена служебника [81] Логина Федорова, поведала о чуде Преподобного Сергия следующее.

После смерти мужа болели у нее зубы очень сильно одиннадцать недель. В нынешнем месяце октябре, 5-го числа, она послала своего сына к старцу Кариону, что стоит у чудотворного гроба, чтобы тот прислал ей от чудотворных мощей чего-нибудь для исцеления зубов, и инок Карион послал с ее сыном маленькую частицу покровца чудотворцева. Она, получив ее с сердечной радостью, положила себе на зубы – и с этого времени зубы перестали болеть, и она исцелилась, воздавая благодарение Святой Троице, и Пречистой Богородице, и преподобным чудотворцам Сергию и Никону.

69. Об исцелении одного крестьянина

В 7162 [1654] году, 7 октября, пришел помолиться Преподобному Сергию один человек, по имени Симеон, из Романовского уезда Савинской волости, крестьянин Ивана Лукьянова, сына Талызина. Отслужив молебен, он рассказал Архимандриту, Келарю Пафнутию и Казначею Дионисию о том, как Бог даровал ему исцеление по молитвам Преподобного Сергия.

Несколько лет назад, по его словам, в 158 [1650] году, он очень тяжело заболел, и тянулась болезнь шесть недель, причем он совершенно не владел ногами, не мог двинуться с места. Болея так, он стал обращаться к Преподобному чудотворцу Сергию, чтобы тот исцелил его, и обещал каждый год приходить в его обитель, служить молебен и поклониться его чудотворным мощам. И с того дня болезнь его стала утихать, он опять мог ходить и через шесть дней совершенно исцелился, как будто никогда и не болел.

"И вот уже пятый год, – сказал Симеон, – я прихожу молиться, исполняю свой обет и благодарю Святую Троицу, и Пречистую Богородицу, и Преподобного Сергия чудотворца, исцелившего меня от болезни".

Мы же, услышав об этом, записали, чтобы не были забыты чудеса Преподобного.

70. О монастырском слуге, который, потеряв деньги, нашел их по молитве преподобного

В 7162 [1654] году поведал мне в обители Преподобного Сергия человек, по имени Ермола Азанчеев, о чуде Преподобного чудотворца Сергия следующее.

В недавние годы он вместе со старцем Боголепом был послан от нас вниз по реке Волге, на монастырскую рыбную ловлю, и случилось так, что старец послал его из города Тетюши на монастырский рыбный промысел более чем за 600 верст, в стан, называемый Черебаево, у конца Золотых гор [82]; и отправил с ним на промысел денег пятьдесят рублей. Ермола, увидев проезжавших мимо стрельцов и иноземцев, сел на струг, доехал до рыбного стана и деньги довез.

Однако, приехав в стан, он узнал от своих бывших тут промышленников, что стан ограблен разбойниками-казаками и находившиеся здесь люди избиты палками, а кроме того, разбойники похвалялись на следующую ночь прийти опять и ограбить и разорить все, что еще оставалось в стане.

Услышав об этом, Ермола испугался и рассказал одному из своих про деньги, что были с ним, от прочих же утаил, боясь, как бы не узнали про монастырскую казну разбойники. Договорившись между собой и утаясь от прочих, Ермола и товарищ его, по имени Павел, сели в небольшую лодочку и поехали на остров, находившийся неподалеку, сложили деньги в кожаную сумочку, да еще кошелек с деньгами, завернув в лист бумаги, положили сверху на сумочку и закопали в землю под одним из деревьев. Заметив место, они вернулись опять в стан, и никто не знал об этом. Несколько дней они оставались в стане, постоянно были вместе, ни днем ни ночью не отлучаясь друг от друга, и призывали на помощь Преподобного чудотворца Сергия, да избавит их от внезапной беды и не предаст промысел на поругание врагам, на полное разорение.

"Когда же, по молитвам Преподобного Сергия, – рассказывал Ермола, – избавились мы от разбойников и не было слышно про них, пришло время вернуть деньги на промысел. Мы вместе с Павлом поехали на остров и, придя на место, нашли его пустым. Там, где мы спрятали деньги, земля была раскопана, и сумки и кошелька мы не нашли, видели только разорванный и брошенный на том месте лист бумаги, в который был завернут кошелек с деньгами. Увидев это, мы пришли в ужас и от великой скорби долгое время не могли говорить, только смотрели друг на друга и недоумевали. Мы ни разу друг с другом не разлучались, никому о тайнике не говорили и подозрений ни на кого не имели, но подумали: разве что камышники [83], случайно раскопав, взяли, потому что на том месте и вокруг него мы видели след звериный или песий. И стали мы плакать и рыдать, вздыхая и сетуя о приключившейся напасти, и решили между собой не возвращаться ни на промысел, ни в монастырь, из которого посланы были, потому, мол, что не поверят нам и обвинят в воровстве. И договорились так: уйдем далеко, в незнакомые земли, присоединимся к разбойникам и будем с ними заодно.

Проплакав довольно долго, мы впали в забытье и стали ходить по острову, то вперед, то назад поворачивая, и опять ходили по одним и тем же местам, без смысла глядя по сторонам. И тут вспомнили мы о чудесах Преподобного Сергия и стали призывать святого на помощь, обращаясь к нему, как к живому: "Неужели тебе, свету нашему, угодно это, что мы от такой напасти хотим погибнуть душою и телом? Смилуйся над нами, Преподобне отче, помоги нам и не отринь нас от своей обители, не дай душам нашим впасть в вечную погибель!" И это, и еще многое другое говорили мы от горести своего сердца.

Долго ходили мы и опять пришли на место, где было спрятано наше сокровище, и стали распутывать след, и, довольно долго походив по тому месту, зашли в лес саженей [84] на сорок или больше, – и, по молитвам Преподобного Сергия, нашли сумочку свою и кошелек, лежащие в одном месте – деньги все оказались в сохранности, только сумочка была искусана зубами.

Найдя их, мы закричали от радости и от всей души воздали благодарение Преподобному Сергию, потому что его святыми молитвами избавились от напасти".

Нагруженные рыбными запасами, Ермола и Павел вернулись в обитель Преподобного Сергия, рассказали нам обо всем и, собственноручно все записав, принесли мне; я же, услышав эту историю, повелел сделать запись, в честь и в похвалу Преподобному, чтобы не были забыты чудеса святого.

71. Об исцелении инокини по молитвам святого

В том же 162 [1654] году, 15 февраля, инок Карион, постоянно пребывающий у раки Преподобного чудотворца Сергия, сообщил мне, что в этот день приходила молиться Святой Троице и поклониться преподобным мощам чудотворца Сергия инокиня из Москвы по имени Феодосия, по прозванию Давыдовых, которая поведала о своей болезни следующее.

Долгое время она, по ее словам, лежала, одержимая тяжелой болезнью, была уже при смерти, и речь у нее отнялась, так что келейные старицы сочли ее мертвой и уже собирались ее переодевать, как подобает мертвым. Родственники же и знакомые инокини положили ей на грудь образ Преподобного Сергия, чудотворца, призывая его на помощь, да покажет на ней милосердие свое и исцелит от смертного недуга. И внезапно в тот же час она поднялась, болезнь оставила ее, и она стала здоровой. "И вот теперь, – сказала она, – я пришла отблагодарить Преподобного Сергия, потому что исцелилась по его молитвам".

72. Об исцелении иконописца, страдавшего от бесовского страхования

Поведал мне иконописец нашей обители, по имени Моисей Савельев.

"В нынешнем, 162 [1654] году, 12 февраля, ночью, под воскресный день, внезапно обступили мою избу множество нечистых духов – стоял ужасный шум и крик, все тряслось, и мне казалось, что потолок избы вот-вот рухнет на меня. И напал на меня великий страх, так что дух мой едва не разлучился с телом. Наконец, опомнившись, я вскочил и стал молиться перед образом Святой Троицы, припадая к нему со слезами, и призывал на помощь Преподобного чудотворца Сергия, чтобы он избавил меня от нашествия вражьей силы. Помолившись, я немного успокоился и лег спать на своем месте.

И вижу во сне, как будто кто-то подошел к избе и, приоткрыв оконце, сказал мне: "Иди в обитель, помолись Преподобному Сергию и получишь исцеление".

Утром я пришел в обитель Преподобного, к церкви Святой Троицы, к южным дверям. И когда церковь открыли, я услышал голос, говорящий мне: "Войди в церковь Святой Троицы, припади к чудотворным мощам Преподобного Сергия, и получишь прощение".

Я, слыша это, но говорившего не видя, вошел в церковь. Нечистые духи мешали мне, повелевая выйти вон из церкви, но я возложил несомненное упование на святого Сергия, припадая ко гробу его и слушая обедню, и исцелился, а нечистые духи с того времени исчезли и больше мне не являлись".

И он пошел домой, благодаря Бога и Преподобного Сергия.

73. О неправедном иске, о том, как монастырскую казну забрали поклепом

В 7140 [1632] году русские люди сражались с поляками и литовцами под городом Смоленском [85]. В то время дворяне и дети боярские, жившие в Алатырской крепости, вспомнили о некоей обиде на прежних алатарских Строителей Троицкого Алатырского Сергиева монастыря [86], который подчинялся властям большого монастыря, и, улучив время – время воинской службы [87], возбудили большое недовольство. Стали они громко кричать начальствующим о своих обидах и предъявлять множество всевозможных исков, составили ложную опись и вместо прежних Строителей, на которых негодовали, захватили оказавшегося тут Строителя Симона и передали его весьма немилосердному судье по имени Григорий, прозванному людьми Зловидовым. И каково имя, таков был и нрав его: кротость он носил на языке, но нравом был подобен зверю; говорил льстивым языком, как бы заботясь о правде, но сердце его не стремилось к правде; во всем угождая истцам, он велел бить того безвинного Строителя без милости.

Власти большого монастыря ничем не могли помочь: время было такое – годы военные. Понимая, что с этой внезапной бедой им не справиться, они, возложив упование на Всевидящее Око, послали из казны чудотворца Сергия тысячу рублей и прекратили это дело. Истцы же, взяв деньги, радовались, словно получили большую выгоду, а не ведали суда Божия, не вспоминали о смертном часе.

Спустя некоторое время они услышали, что старейшины их, отцы и братья умирают под городом Смоленском от разных весьма тяжких болезней, иные просто обессилели, и нет никого, кто был бы здоров; никто уже не надеялся спастись, все ожидали смерти, прибыль же неправедная, которую они получили из казны чудотворца Сергия, была им теперь не впрок. И многие писали оттуда родственникам своим на Алатырь, чтобы оставили всякую вражду против обители чудотворца Сергия, а деньги, взятые из Сергиевой казны, и присвоенных монастырских крестьян из Сергиевых вотчин – все решили отдать. Так и сделали: приехав из-под Смоленска, те, кого Бог оставил в живых, вернули деньги в Сергиеву казну, крестьян отпустили в Сергиеву вотчину и просили прощения у начальствующих и Строителя за то, что затеяли ссору, по подстрекательству некоторых, не боящихся Бога.

Ведь это судья Григорий Зловидов, угождая истцам, ввел дворян и детей боярских во вражду с начальствующими и неправдою отдал истцам исконных крестьян из Сергиевых вотчин вместо их белых крестьян [88]. Алатырские монастырские вотчины не были должны тем истцам ни одной монеты; Строитель был новый – они же предъявляли свои старые претензии. Судья тот угождал людям, а не истине, и был на них грех великий, потому что выгоду они получили, не боясь Бога.

Захотел судья и предводительствовать тут, в Алатырской крепости, потому и угождал дворянам и детям боярским, чтобы командовать ими, и похвалялся, что опустошит Сергиевы вотчины, все до единой. Однажды в торговый день он повелел привезти из лесу туда, где собирается множество людей, два полных воза батогов, высоко наложенных и увязанных веревками, и поставили их посреди базара для устрашения. И повелел судья Григорий многих крестьян Троице-Сергиева монастыря бить батогами посреди базара и приговаривать, чтобы не назывались Сергиевым именем. А глашатаи объявляли, указывая на возы: кто станет зваться Сергиевым именем, будет бит батогами. Многие осуждали Григория за это ужасное зрелище, а он словно без ума шатался, омрачен злобою, занимаясь человекоугодием.

Но Всесильный Бог, все видящий и устрояющий весь мир Своею мудростью, не попустил того, и Божиим Промыслом судья был остановлен.

Внезапно велено было судье в несколько дней прибыть в Москву, и, хотя он и не желал того, послали его в Крым на замену. И там, как сам он потом говорил, пришлось ему пережить такое бесчестие, как никому другому, потому что поганые сбрили ему усы и бороду [89], издеваясь и мучая его немилосердно.

Раньше Григорий не хотел и слышать имени Сергиева и другим не велел его произносить, теперь же он постоянно со слезами призывал на помощь имя чудотворца, каясь в своей злобе, в том, что сделал или приобрел неправедно. И выкупал на свои деньги пленных крестьян Сергиева монастыря, присылая их из Крыма в Троице-Сергиев монастырь со своими письмами.

Наконец, помощью Преподобного Сергия, судья был освобожден от поганых, пришел оттуда больным и стал жить в монастыре, молясь у гроба Преподобного Сергия. Со слезами рассказал он обо всем монастырскому начальству, воздавая благодарение Преподобному Сергию, и вскоре отошел ко Господу.

Мы же записали это для памяти, думая о нынешних временах, о том, что многие люди, благоденствуя, проводят жизнь свою в забвении и небрежении, гордятся, ищут выгоды, и в приобретениях своих не знают насыщения, и гордости своей и тщеславию не полагают меры. Когда же озарит Господь Бог благодатию Своею сердце человека или изволит наказать какой-нибудь бедой или напастью, тогда человек пробуждается от бесчувствия, как ото сна, и отлагает гордость, честолюбие и тщеславие, и о богатстве уже не радеет, но лишь вспоминает смертный час. Тому, кто терпит и переносит напасти, время это кажется горьким, но потом становится очевидной польза, и слаще всякой сладости услаждается сердце человека.

Так и напасти, которые пришлось нам тогда перенести, да и те беды и скорби, что выпали судье Григорию, – все это послужило ко спасению. Потому всем нам подобает в благоденствии не возноситься, а в бедах не падать духом, но всякому делу, и радостям и напастям, полагать свою меру и уповать на Вседержительную Десницу.

74. О непочитающих святые места и о гневе Божием

Невозможно предать молчанию и оставить в забвении еще одно чудо святого, происшедшее несколько лет назад.

Некий вельможа был весьма суров по характеру, к тому же и корыстолюбив, и не особенно боялся Бога; ум его постоянно искал, откуда бы извлечь выгоду, отсудить себе чужие вотчины или крестьян чужих приобрести, – это было заботой его жизни.

Особенно же не любил вельможа Сергиеву обитель, в которой славится имя Безначальной Троицы и Пречистой Богородицы и служат молебны преподобным чудотворцам Сергию и Никону. Некоторые вотчины Сергиевы он выменял себе, и в то время как начальствующие полагались на его душу в купчих крепостях, не предполагая в нем злого умысла, он обманул их и нанес монастырю большие убытки, потому что не боялся Бога. К монастырским слугам он приставал со множеством несправедливых исков и вверг их в большую нужду, так что они не могли расплатиться, – глумясь над ними, он приобретал себе богатство. И крестьян из вотчин Сергеевых он забирал себе, не вменяя того себе во грех; начальствующие же не могли ничего с ним сделать, потому что был он в большой силе.

Не раз вельможа в своем высокоумии превозносился и над самой обителью чудотворца, осуждая распоряжения прежних начальников, бывших здесь, и желая учинить некое новое устроение в обители Сергиевой, не по чину прежних уставов и не такое, как устроили за много лет прежние Государи Цари и Великие Князья по своему царскому рассмотрению и по завещанию самого святого чудотворца Сергия, о чем в Житии его написано, что и доселе соблюдается и неизменно сотворяется. И в таких его помышлениях прошло некоторое время.

Как рассказывали некие боголюбивые люди, трижды собирался он ехать в Троицкий монастырь и трижды препятствовал ему Промысл Божий: то задержала его глазная болезнь, то от Сергиева образа свалилась свеча и спалила ему бороду, а в третий раз он получил повеление от Самодержца ехать на службу на Украину. Вельможа не спешил ехать, потому что Бог судил ему вскоре на уже уготованном месте получить мзду за свои дела. Ибо не только Сергиевы сироты плакали от него, но и весь мир стонал ко Господу Богу от его обид, и уже прошло время злобы его, множество слез со всего мира излилось ко Всевидящему Оку.

В 7156 [1648] году, на праздник Святой Троицы, во время Божественной литургии ставил он у Преподобного Сергия, у раки, свечу, и, сколько он ни ставил, она все время падала из его рук на землю. Охваченный стыдом, он отдал свечу стоявшему у раки иноку и, отойдя, встал на место, лицо же его изменилось.

Стоявшие тут иноки и миряне, глядя на него, удивлялись, как изменилось лицо его, и говорили между собой: "Что это значит? И свечи, – говорили они, – не изволил чудотворец Сергий от него принять". Ибо таков обычай людей мира сего: от кого они принимают любовь и добро или от кого терпят зло и напасти, на того и смотрят больше, чем на других людей, и глаза их постоянно на том останавливаются; так и здесь случилось.

Через десять дней после того как он ушел из обители, в Московском государстве взволновалась чернь [90] словно безумная, и, восстав, ограбила дома многих бояр, иных же честных людей и побили. Да к тому же, гневом Божиим, в это мятежное время начался большой пожар, и многие люди сгорели.

Вельможа бежал из Москвы по Ярославской дороге, но посланные за ним, догнав под Троицким монастырем, схватили его и привели в монастырь. И прежде не попустил ему Бог судить монастырь Сергиев с гордостью и со злобою, теперь же все увидели его, силою приведенного, в смиренном виде. Вспомнив о своем грехе, вельможа плакал перед всеми и, припадая к раке Преподобного Сергия, взывал во всеуслышание, рыдая и всхлипывая и говоря, что виноват перед его обителью. И, отойдя от Сергеевых мощей и увидев тех, кому некогда сделал зло или принес убытки, просил у них прощения со слезами; и у начальствующих тоже просил прощения, более же всего просил принять его покаяние, исповедь о грехах. Но священники отказывались принять его на покаяние из-за страха, нависшего над Москвой, и потому, что говорили о нем много дурного.

Келарь же умолил о нем сторожей и послал священноинока из своей келлии, по имени Авраамий, повелев исповедать этого вельможу в церкви Святой Троицы. Получив возможность покаяться, в день воскресный он был отправлен(Редактору: неграмотно) в Москву, и утром в Сергиевой вотчине, в селе Ростокине, священноинок Авраамий причастил его Телу и Крови Христовой.

В тот же день на земском дворе [91] этот вельможа был убит чернью, сподобившись покаяния и причастия милостью Преподобного Сергия.

75. О слуге, убежавшем из Сергиевой обители

В то же время был в Сергиевой обители один слуга, по имени Василий, по прозванию Корабль. Служа приказчиком в Троицкой вотчине, он разбогател и, вражиим наветом, возгордился, ушел из Сергиевой обители и поступил на службу к некоему боярину. Будучи сильно обижен на монастырь и на начальствующих, он втравил боярина того в большую ссору, так что боярин своей властью захватил вотчину Сергиеву с крестьянами, ни в чем перед ним не виноватыми и полагавшимися на его боярскую душу в ожидании праведного рассмотрения дела. Начальствующие говорили ему: "Пошли для разбора кого-нибудь, кому бы ты верил, но только не этого Василия, потому что Василий сеет вражду и убежал из Сергиевой обители".

Но боярин не обращал внимания на разбирательство, а только радовался о вотчине, которую добыл силой, и Василия жаловал за это, и не прекратил вражды с соседями, Сергиевыми крестьянами.

Много слез пролили из-за него Сергиевы крестьяне, и вскоре суд Божий постиг того Василия: глаза его ослепли. Осознав свое согрешение, он просил знакомых иноков, чтобы отвезли его в монастырь к чудотворцу Сергию и сподобили иноческого образа, дабы он, по милости Преподобного Сергия, до конца не отпал и не погиб.

А дело это не могло состояться без воли его господина. Между тем, милостью Божией, очи его опять прозрели, но он так и не смог от вражды обратиться к кротости, потому что уже одолела сердце его злоба, и, не имея позволения, он медлил отправляться к чудотворцу Сергию – и напрасно. Объятый лютой мукой, он много плакал, а более всего скорбел о том, что когда-то оставил обитель Сергиеву. Долго болел Василий и, наконец, приняв иноческий постриг, испустил дух свой.

Быть может, кто-нибудь засомневается и сочтет это ложью – то, что мы часто говорим о вражде и ссорах, случавшихся между монастырскими слугами и крестьянами, но пусть не удивляется этому. Сергиев монастырь имеет множество вотчин, и много ссор затевается соседями. Но во всех случающихся напастях иноки и мирские без сомнения возлагают упование и имеют надежду на Пресвятую Троицу и на своих чудотворцев, и Сергиево имя постоянно у них на устах. И, уповая, не ошибаются, ибо много раз получали неожиданную помощь от Сергия чудотворца. А если кто-нибудь все-таки захочет убедиться в том, что у Сергиева монастыря действительно много спорных земель в разных городах и уездах, пусть прочтет, взяв в расправных палатах, списки – не менее сотни статей найдет и узнает, как обитель Преподобного страдает от обид.

Нам же, наблюдающим, как наши преподобные чудотворцы спасают свою обитель, защищают во всяких напастях и устраивают все на пользу людей, как не воздать Богу благодарения, как не радоваться заступничеству Пречистой Богородицы и чудотворцев Сергия и Никона, как не поведать об этом грядущим поколениям? Ведь чему нам еще радоваться в нашей жизни, как не милости Божией и государеву расположению?

76. О спорной земле в вотчине чудотворца и о гневе Божием на враждующих

В том же 161 [1653] году поведал нам инок Антоний Яринский и другие вместе с ним.

"Когда мы, – сказал он, – были в Нижегородском уезде, в Троице-Сергиевой вотчине, на собрании о спорной земле, то вместе с людьми и крестьянами Никиты Ивановича Шереметева съехалось из прочих окрестных сел и деревень много людей, живущих поблизости, как это обычно бывает, когда выходят на спорные земли. И было большое сборище и шум великий, подогреваемый завистью, желанием забрать землю чудотворца не по правде, на восемь поприщ вокруг всей чудотворцевой вотчины. Да к тому же Никитин человек, Стефан, принес роспись и выкрикивал всевозможные угрозы, желая захватить земли больше чем на 10 рублей.

Но благодатию Божией, по молитвам святого, царским распоряжением и царской грамотой, все ненавистники были посрамлены: в то время как они начали неправедный раздел земли, пришла государева грамота с указом – и потеряло силу неправедное сборище, захотевшее несправедливо захватить землю чудотворцеву, и посрамлены были помогавшие тому. Тянулась же эта междоусобная ссора более десяти лет.

На том съезде некий иерей, по имени Иаков, сильно смалодушничал и наговорил про Сергиеву обитель много неподобающих хульных речей, ибо сердце его было исполнено злобы. Многие его останавливали, но он, ничуть не колеблясь, еще больше, в безумии своем, злословил и даже назвал ложью показания и подпись своего отца, бывшего прежде на том спорном разделе. Когда собрание закончилось, он, в безумии своем, не поехал к чудотворцу Сергию и спустя девятнадцать дней скоропостижно скончался, отошел от жития сего к будущему, как его и предупреждали некоторые: "Не пройдет тебе это безумие даром".

Мы же, услышав эту историю, повелели записать, да научатся и другие во всяких скорбных напастях уповать на десницу Всемогущего и возлагать искреннюю надежду на скорого заступника, дивного в чудесах Преподобного Сергия; другие же да убоятся злословить и не станут говорить неправедных речей. Ведь все мы, пока живем, если и приобретаем, то не себе и с собою ничего не возьмем. Будем же делать все во славу Божию и от вражды избавляться государевым царским рассуждением, а не злобою и не клеветою, как делают ненавистники [92].



77. Левко Алексеев сын Гаитинов, человек боярыни княгини Настасьи Федоровны, вдовы боярина князя Юрия Михайловича Одоевского, с 188 [1680] года страдал от сильных, часто повторявшихся болезненных припадков. "В нынешнем, 200 [1692] году, в ночь на 18 октября, – поведал он, – мне во сне явился угодник Божий и сказал, чтобы я во все дни и ночи читал ему, Преподобному отцу Сергию, чудотворцу, тропарь "Иже добродетелей подвижник" [93]. Я, не зная тропаря, спросил, как его читать, тогда угодник Божий не спеша трижды прочел тропарь и стал невидим. Пробудившись от сна, я рассказал всем домашним о чуде Преподобного, а болезнь моя с того времени прекратилась".



17 декабря 207 [1699] года стряпчий из Москвы Семен Брехов по поручению дьяка Печатного приказа писал монастырскому начальству, что по указу Великого Государя и Святейшего Патриарха велено Печатному двору рассмотреть и вновь издать книгу о житии великого чудотворца Сергия с исправленным текстом и новоявленными чудесами. Для этого нового издания необходимо получить в качестве образца предыдущее издание Жития великого чудотворца Сергия – наиболее исправную книгу, которую следует взять из книгохранилища монастыря. Если же еще обнаружатся какие-либо записанные и ненапечатанные новоявленные чудеса великого чудотворца Сергия, то эти записи надлежит незамедлительно послать в Москву на Печатный двор вместе с книгой для подготовки вышеуказанного нового издания.

21 декабря по распоряжению монастырского начальства Семену Брехову была послана книга "Житие великого чудотворца Сергия" предыдущего издания, а также тетради со списком этой, отысканной в книгохранилище монастыря, рукописи о новоявленных чудесах великого чудотворца Сергия. Семену велено показать посланные книги, "Житие великого чудотворца Сергия" и список новоявленных чудес, начальникам Печатного двора [94].

В посланных тетрадях на полях сделана приписка: "Книгохранительной палаты Троицкого Сергиева монастыря иеродиакон Иона нашел в переплетенных тетрадях, переписал и, прочтя, руку приложил".

(Источник текста:


С.А. Нилус

О том, как православный был обращен в православную веру


… Когда я еще был в IV классе московской 1 прогимназии (теперь 7 гимназия), перед наступлением выпускных экзаменов (тогда V класса при ней еще не было и мы считались выпускными, чем не мало гордились), в тревоге за успех их окончания, я дал обет в присутствии товарища, с которым тогда был особенно дружен, пойти, как я выражался, к "Троице-Сергию" "перекреститься обеими руками и ногами". Конечно, условием для выполнения этого обещания я ставил успех на экзаменах. Экзамены сошли чуть что не блистательно, прошли и другие, и третьи, и гимназия наконец была окончена, и университет был пройден, а об обете я не только ни разу не подумал, но, кажется, в глаза бы рассмеялся тому, кто бы мне о нем напомнил.



...Никогда не забыть мне того священного трепета, той духовной жажды, с которою я подъезжал из Москвы с поездом Ярославской дороги к духовному оплоту престола и родины. Вся многострадальная, смиренномудрая история русской земли, казалось, невидимою рукой развертывала свои пожелтевшие, ветхие деньми, страницы.

Благоговейно преклонял я свой слух к тихому, но вещему шелесту, и что-то новое, неизведанное и вместе необыкновенно сладостное зарождалось, росло и охватывало с необычайною силой любви мою душу. Душа рождалась вновь. И что это было за благодатное рождение!

Сколько лет уже прошло с того времени! Но до сих пор я вижу и чувствую на себе силу влияния той таинственной православной Руси, которая открылась мне во мгновение душевного моего возрождения, открылась и на всю жизнь запечатлела свой девственный образ в моем благодарном воспоминании. Да! Видение отрока Варфоломея, давшее России преподобного Сергия, сплотившее во имя Божие в дремучем лесу вокруг убогого храма, под державой Великого Князя - князей, бояр и смердов, создало и прославило, во славу Божию, великое русское царство, обнявшее своей Москвой полмира. Тут весь "закон и пророки" земли русской.

По святыням лавры водил меня монашек из нестарых и из простеньких - первый встреченный мной у врат обители, благоговейный, тихий и смиренный; он же привел меня и к раке, где покоятся нетленные мощи преподобного Сергия. Молящихся было довольно много. Служил очередной иеромонах общий для всех молебен.


Я стал на колени и в первый раз в своей жизни отдался дивному чувству молитвы без мудрствования лукавого. Я просил преподобного простить мою духовную слабость, мое неверие, мое отступничество. Невольные благодатные слезы закипели где-то глубоко в сердце: я почувствовал, как будто я ушел куда-то из себя. И вдруг, подняв голову и взглянув сквозь туман набежавших слез по направлению к раке преподобного, я увидел на стене, за стеклом, охраняющим его схиму, над схимой, лик старца с грозно устремленным на меня суровым, гневным взглядом. Не веря своим глазам, я отвел их в сторону, продолжая еще усерднее молиться, но точно какая-то незримая сила опять заставила меня взглянуть на то же место - и вновь, но уже яснее, и как будто суровее, блеснули на меня очи схимника.


Меня объял ужас, но я стоял перед этим строгим ликом, уже не отводя от него глаз и не переставая еще усиленнее молиться. Это уже не была молитва, как мы ее привыкли обыкновенно понимать, - в ней не было слов, не было даже самого представления о слове, это был какой-то взлет необычайной продолжительности из самых тайников глубины душевной. Продлись он долее, разорвались бы союзы души и тела. И я видел, я утверждаю, что не галлюцинировал, а видел, именно видел, как постепенно смягчался суровый взор, как благостнее становился лик дивного старца, как все легче и отраднее делалось моей потрясенной душе, и как постепенно под схимой туманилось, исчезало и наконец исчезло чудесное изображение...

Я далек от утверждения, что грешными своими глазами я удостоился в то время видеть святыню, видеть самого Божиего угодника, хотя самый факт видения был для меня слишком очевиден, чтобы его можно было принять за галлюцинацию. Призрак, вызванный экзальтированной фантазией, не мог бы принести тех плодов, которые впоследствии получила моя душа - я как блудный сын после того вернулся в лоно любящей матери-Церкви.

Духовное возрождение было прямым следствием испытанного и виденного у раки преподобного Сергия.

Когда кончился молебен, все пошли прикладываться к мощам чудотворца; пошел и я, уже спокойный и радостный и как-то по особенному легкий. Я никогда такой легкости не только душевной, но и физической, до этих пор не испытывал. Точно тяжелый давнишний гнет, долго давивший мне плечи, был снят с меня сильной и власть имеющей рукой. С особенным благоговением поцеловал я св. мощи, поцеловал стекло, оберегающее схиму... Мой монашек-проводник уже стоял около меня и приглашал идти в ризницу - величайшую достопримечательность лавры.

Был я и в ризнице, пил воду из св. колодезя, видел охраняемое мрачными вековыми сводами под церковью место, где, по преданию, являлась св. Сергию Сама Владычица Небесная; но ходил я по всем этим священным и дорогим русскому сердцу местам точно в каком-то тумане, весь исполненный великим таинством испытанного.

Смутно помню, как при прощальном выходе из лавры у святых ея ворот купил я кипарисовый складень и житие преподобного, как простился с милым моим проводником.. Даю ему на прощание не то три рубля, не то пять. Не взял: "Помилуйте, за что же-с?" Так и не взял, как я ни настаивал. Простая, милая душа!

Эти несколько часов, проведенных под кровом св. обители, этот исполненный наконец обет дней зеленой юности, это дивное молитвенное настроение, свыше ниспосланное, по молитве, верую, преподобного, - все это совершило во мне такой перелом в моей духовной жизни, что уже сам по себе перелом этот не что иное, как чудо, въяве надо мной совершившееся.

Я уверовал.

Да, я уверовал, и, видит Бог, чувство, с которым я возвращался из Троице-Сергиевой лавры, было исполнено такой неземной теплоты, такого полного душевного смирения, такой любви к постигнутому Богу, такой покорности Его святой воле - так я познавал в те минуты Христа, моего Искупителя, что дивное это настроение не могло быть ничем другим - это была вера глубокая, бесповоротная, в которой Творец и тварь невидимо соединяются во единое, в которой благоговейная благодарность твари возносит ее до Самого Сотворившего.

1901 г.


С.А. Нилус

Одно из современных чудес преподобного Сергия


Проповедуй слово, настой во время и не во время
(2 Тим. IV, 2)

В тех местах, в которых мне последние пятнадцать лет довелось жить и действовать, я познакомился с одним высокопоставленным лицом польского происхождения, занимавшим видное административное положение в управлении обширным правительственным учреждением губернии. Лицо это, теперь уже в отставке, и поныне благополучно здравствует, но я не имею разрешения открывать его имени, да и не в имени тут дело. Так как сообщение, сделанное мне этим лицом, носит на себе печать полной и искренней достоверности свидетельского показания и притом в деле необыкновенной важности, то я и постараюсь передать его в форме и по возможности в выражениях самого повествователя.

Ему было известно мое обращение из тьмы неверия у раки преподобного Сергия. Как-то разговорились мы с ним о вопросах веры, о вере в чудеса святых угодников, которые так упорно стали отвергаться последнее время. К удивлению моему, мой собеседник, иноверец по исповеданию, высказал такое благоговейное отношение к памяти преподобного Сергия, что я не мог не заинтересоваться происхождением у него этого чувства к такому святому, который ему, как поляку, не мог быть особенно приятен даже по историческим воспоминаниям.
...
- Если это вас интересует, - сказал он мне, - извольте, расскажу. Я не скрывал никогда и не скрываю даже от своих единоверцев и единоплеменников моей веры в этого великого вашего православного святого. Хотя происхождением своим я - поляк, а по вере и умру католиком, но чту обряды и верования вашего Православия, как своего католичества. Признаться, я не вижу в наших вероисповеданиях той существенной разницы, которая бы эти два лагеря верующих могла бы разделить на два враждующих стана. Если и есть вражда, то она, по-моему, - не столько дело веры, сколько политики. Скажу вам больше: обряды Православной Церкви мне даже как будто более по духу, чем наши, и особенно я люблю вашу пасхальную заутреню. Это не мешает, однако, быть мне верным сыном своей церкви. Соединение наших великих Церквей - дело неизбежного будущего, и притом будущего довольно близкого, но, как всякое будущее, оно - в руках Божиих, и человечество, думается мне, напрасно изыскивает свои средства для осуществления этого соединения. Как разошлись когда-то, так и сойдемся, а пока, видимо, времена еще не созрели; будем стараться в простоте сердца веровать в Господа нашего Иисуса Христа, перед лицом Которого "несть ни эллин, ни иудей"...

Я не беру на себя смелости в этих моих словах отражать взгляды и мысли всего католичества. Легко может статься, что эти мои - умеренность и терпимость - во многом зависят от среды, в которой воспитывался мой дух: среда эта была чисто русская, сперва офицерская, а затем коренная помещичья, православная, из которой родом была моя первая жена. Женился я, когда уже был на службе по старым судебным учреждениям; в той местности и женился, где служил. Семья моей жены и жена были люди глубоко верующие и все постановления Православной Церкви и ее обряды соблюдали с несокрушимой преданностью.

В 1862 году я получил назначение в Кострому по другому ведомству.

В те времена из местности, в которой я служил, железных дорог еще не было, и весь путь с женой и братом моим мне надлежало совершить в коляске на почтовых. А путь был не близкий: до Москвы верст без малого двести, да от Москвы до Костромы побольше четырехсот. Переезжать нам надо было в самую жару и пыль в июне или июле месяце.

За месяц или за два до нашего переселения у меня заболели глаза. Вначале я не обратил на эту болезнь особого внимания, но усилившаяся боль потребовала вмешательства людей науки, к которым я и вынужден был обратиться. "Брады уставивши, наморщивши чело", "люди науки" определили у меня трахому и объявили мне, что эта болезнь требует продолжительного и упорного лечения, но и при этом условии угрожает весьма скверными последствиями, которые могут оставить сами по себе след'на всю жизнь. Для моего успокоения напро-писали мне всевозможных лекарств и не велели глядеть на свет Божий... Казенная служба - не богадельня, и потому волей-неволей мне пришлось спустя месяца два безуспешного лечения пуститься в дальний путь к месту своего служения.

Жара и пыль стояли в ту пору нестерпимые, и мои больные глаза до того разболелись, что я был вынужден буквально исполнять совет докторов и не мог взглянуть на свет, так как глаза заплыли гноем, и я мог смотреть только тогда, когда жена мне их промывала теплой водой, да и то смотрел только через очень темные очки.


В таком положении добрались мы до обители преподобного Сергия, расположенной, как известно, на пути из Москвы в Кострому. Как сейчас помню я это время - так оно врезалось у меня в памяти. Было около трех часов дня, жаркого и пыльного, как и все дни, которые мы провели в дороге. Жена моя, в виду моего утомления и из понятного желания помолиться у преподобного, предложила мне остановиться в лавре на сутки.

- Помолимся вместе - может быть, Господь за молитвы своего угодника и пошлет тебе исцеление.

Я согласился.

Ударили к вечерне. Жена промыла мне глаза, я надел свои очки, и мы отправились в тот храм, где покоятся мощи преподобного Сергия. Иду с женой да и спрашиваю:

- А что, Машенька, можно покровом, который лежит на мощах, коснуться своих больных глаз?

- Отчего же! Конечно, можно! Да ты помолись только поусерднее угоднику: он чудотворец великий. После вечерни мы попросим отслужить ему молебен, а ты после молебна, прикладываясь к мощам, и потри себе глаза пеленой.

- Сумею ли я помолиться?!.

Во все продолжение вечерни я стоял истукан-истуканом: ни веры, ни теплого чувства. Слова молитвы не шли на ум. Сердце, как лед, было холодно. Рассеянно стоял я во время службы и занимался больше, насколько позволяли больные глаза, глазеньем по сторонам - то на молящихся, то на обстановку храма.


Вдруг я заметил в той стороне, где почивают мощи, за стоящим у мощей иеромонахом, большую железную дверь и в ней неправильной формы довольно значительное отверстие, точно выломанное чем-то тяжелым или пробитое. Отверстие это приковало к себе все мое внимание: я уже не видел и не слышал ничего вокруг меня происходящего, и весь был поглощен соображением, что бы это такое было и кто бы мог и для какой цели испортить такую массивную дверь.

Когда кончилась вечерня, я не утерпел и, не сказав ни слова жене, пошел к этой двери с целью поближе рассмотреть занявшее мое внимание отверстие. Подхожу и вижу под отверстием подпись, выбитую в железной створке двери:

"Сие отверстие сделано было польским ядром при Осаде Троице-Сергиевой лавры поляками в таком-то году".

Меня точно обухом по голове ударило. Вы себе представить не можете, какая буря впечатлений и воспоминаний поднялась в моей душе по прочтении этой немногоречивой надписи. Как озаренный каким-то внезапным светом, я вдруг в одно мгновенье вспомнил, что я поляк, что я католик, что в жалованной грамоте на дворянство, выданной польскими королями родоначальнику моей дворянской фамилии, значится, что этот мой предок участвовал в войнах Польши с Россией, что за особые услуги, оказанные им в тысяча шестисотых годах польскому оружию, он возведен в потомственное дворянское достоинство и пожалован "староством", - населенным поместьем, носящим название, от которого происходит моя фамилия; вспомнил я, что я, как католик, - враг Православию и, следовательно, враг православному святому, что, во всяком случае, я - потомок его врага, пролившего когда-то русскую кровь и, может быть, одною из тех услуг, которые оказал мой предок польскому оружию, и было метко им наведенное орудие, святотатственно пробившее брешь в двери у самого изголовья преподобного.

Под наплывом этих впечатлений я и был как бы вне себя.

Молебен уже начался. Я подошел к раке преподобного весь дрожащий, испуганный и вместе с какой-то особой силой, с особенным подъемом духа дерзновенный и стал молиться с пламенными слезами:

- Угодник Божий! - говорил я почти в исступлении. - Ведь ты святой! Ведь потому что ты святой, у тебя не может быть вражды. Ты, отдавший душу свою за Христа, молившегося на кресте за своих врагов, ты также прощаешь тем, кто наносит или наносил тебе поругание, кто бесчестил твою святыню, кто проливал кровь твоих братьев, твоих чад по духу. Вот я перед твоими святыми мощами, враг твой, враг твоей Церкви, потомок злейшего твоего врага, стою перед тобою, молюсь тебе, молю тебя об исцелении моего неисцелимого недуга: ты, святой Божий, должен меня исцелить, должен меня услышать, должен простить! Иначе ты не святой, если не забудешь обиды врагов, иначе ты - не Христов, Который учил благодетельствовать ненавидящим и молиться за проклинающих!..

Молитва моя так и лилась из переполненного сердца, растворяемая и орошаемая слезами веры и благоговейного дерзновения к угоднику Божию.


Кончился молебен; я приложился к мощам преподобного, покровом коснулся своих больных глаз и вместе с женой и другими богомольцами вышел из храма.

- А ты плакал, когда молился, - сказала мне жена.

- Да, - ответил я, - хорошо молился!

У святого колодца жена меня напоила святой водой, и ею же обмыла мне глаза, успевшие уже загноиться. Чуда исцеления, которого я так жаждал во время молебна, не последовало, и я, до известной степени разочарованный, опять впал в полнейшее религиозное равнодушие. С женой мы в этот вечер съездили в окрестности лавры - в Вифанию, еще где-то были; домой вернулись в лаврскую гостиницу уже довольно поздно.

Глаза мои болели едва ли не хуже, чем до приезда в лавру, но я не роптал, а смирился и перестал ждать чудесного.

Перед сном, уже почти засыпая, я говорю жене:

- Так как ты хочешь, Машенька, завтра перед отъездом сходить со мной к обедне, а обедня будет рано, то не забудь встать пораньше и промыть мне глаза. Ты ведь знаешь, что эта процедура берет времени не мало. Пока-то ты еще воду подогреть успеешь...

С этими словами я заснул. Рано утром я сам проснулся от движенья в соседней комнате - это жена грела мне воду и суетилась, торопясь одеваться к обедне. Я лежал с закрытыми глазами, зная по опыту, что открыть их может только продолжительное промывание.

- Ну, скоро ты там, Машенька? - Сейчас, мой друг, сейчас иду! - с этими словами жена подошла ко мне, смочила губку в теплой воде, хотела начать привычное обмывание и взялась уже было за веку, чтобы ее приподнять... Глаза мои сами собой раскрылись, совершенно здоровые и чистые, как будто никогда не было моей страшной болезни... Вы можете себе представить что с нами тогда было!.. С тех пор мои глаза ни разу в продолжение всей моей жизни не болели, а я уже за седьмой десяток переваливаю. Из лавры я тогда уехал, никому не сказав о совершившемся надо мной чуде. Долго меня это мучило, и я решил побывать еще раз у преподобного Сергия и объявить о чуде лаврскому начальству. Года два или три спустя, я был в обители, нарочно за этим заходил к архимандриту и просил засвидетельствовать чудо, со мной совершившееся.

- Чудо, с вами бывшее, - песчинка в море чудес, изливаемых благодатью Божией от мощей чудотворца: всего не опишешь и всего не засвидетельствуешь. Для благодарной души вашей довольно и того желания, которое вы мне выразили, - так сказал мне архимандрит.

И я на этом успокоился. Но теплое воспоминание о совершившемся осталось на всю жизнь неизгладимым в моей душе, и не оно ли и спасало меня от бездны неверия, которая затягивает в себя окружающее человечество?.. Да, должно быть, оно!..

Вот откуда у меня такая вера к преподобному Сергию. Преподобный отче Сергие, моли Бога о нас!
25 сентября 1901 г.

(Из кн.: С.А. Нилус. Великое в малом)


Чудесная помощь преподобного Сергия в наши дни

Истории из редакционной почты портала «Православие.Ru»

Накануне дня памяти преподобного Сергия Радонежского мы попросили читателей поделиться своими историями о чудесной помощи Игумена Земли русской.

Сергий Б.

Однажды я попал в переделку

Давно это было... Ночью один попал в переделку — и не был ограблен и избит только потому, что зовут Сергей и что про преподобного Сергия знал. Старый вор, синий от наколок, заслонил меня от своих и уговорил их меня не трогать, а мне наказал благодарить Преподобного и помянуть всех с именем Сергей.

Анна

Теперь у нас есть Дашенька

Более 20 лет назад на источнике преподобного Сергия Радонежского я попросила святого помочь моей сестре забеременеть и родить ребенка. Почти сразу произошло чудо. А ведь моя сестра до этого много лет не могла забеременеть. Благодаря молитвам преподобного Сергия теперь у нас есть наша Дашенька, дар от Господа.

Наталья И.

Я хотела уходить из центра по работе с наркозависимыми

Это произошло со мной в 2002 г. К тому времени я уже 7 лет работала в Центре св. прав. Иоанна Кронштадтского в Москве. Наш центр помогает людям, пострадавшим от сект, оккультизма, алкозависимости и наркомании. Послушание моё было очень тяжёлым: постоянное общение, помощь этим несчастным требовали большой физической и духовной самоотдачи. И вот настал момент, когда я совсем иссякла. Малодушие захлестнуло меня полностью. Лукавый нашептывал мне, что такая большая жертва с моей стороны не имеет смысла — неизвестно ещё, насколько нужна моя помощь. Появились мысли об уходе. И я, как обычно в трудные для меня минуты, решила помолиться у мощей прп. Сергия в Троице-Сергиевой Лавре с просьбой получить ответ на мои сомнения.


Троице-Сергиева Лавра. Троицкий собор

При входе в храм, где покоятся мощи Преподобного, я столкнулась с тремя нашими подопечными, как говорится, «лоб в лоб». Они рассказали, что приехали за помощью к прп. Сергию, чтобы святой помог им справиться с наркозависимостью. Мне всё стало ясно. Ответ от Преподобного «стоял» передо мной в виде этих трёх ребят. Святой как бы передал их из своих рук в мои. Все мои сомнения сразу исчезли. Слава Богу! Один из них ныне закончил духовную семинарию и стал священником. Учится в духовной академии. Сейчас у него трое деток, а может, уже и четверо — давно не созванивалась. Вот такое произошло со мной чудо!

Максим

Святой помог мне найти работу

Я две недели искал работу, была пара вариантов, но неинтересных. После поездки к преподобному Сергию мне позвонили сами, и место оказалось идеальным для меня! Слава Богу!

Ольга

Обо мне начали рассказывать гадости на работе

Случай, о котором я хочу написать, произошел этой весной. У меня появились проблемы на работе: кто-то начал рассказывать обо мне нехорошие вещи, которые я не совершала, руководителю учреждения. Он вызвал моего непосредственного начальника и сказал ему, чтобы тот уволил меня как можно быстрее. Мой начальник тоже был в растерянности, так как у него не было никаких видимых причин увольнять меня, но в то же время он не мог ничего сделать. Я работаю в Университете и работа связана с учебой, поэтому я и поехала к Батюшке Сергию в Лавру. Преподобный всегда помогал мне в учебе, а позже — в работе. Я помолилась Батюшке и когда пришла на следующий день на работу, начальник сказал, что произошло какое-то недоразумение и что я могу спокойно работать дальше. Я уверена, что все это произошло по молитвам Преподобного.

Анна

Перед каждым экзаменом я молилась Преподобному

В этом году я закончила вечернюю школу и сдавала ЕГЭ. Перед каждым экзаменом молилась Преподобному. По математике оказался неожиданно лёгкий вариант с моими любимыми задачками. Русский... Это были три года ужаса моих учителей в вечёрке. Я не умею писать сочинения по чужому тексту и за всё время учёбы в школе едва написала одно целое тренировочное сочинение, провозившись с ним несколько дней. А на самом ЕГЭ мне попался замечательный текст для сочинения, и для аргументов идеально подошли те произведения, которые я давно и хорошо знаю и люблю, причем они далеко не из списка рекомендуемых школьникам книг. Итог: «5» по математике и 90 баллов по русскому. После ЕГЭ я практически сразу забыла, как решала все эти задания. Но аттестат уже есть — значит, он для чего-то был нужен. Дивен Бог во святых Своих!

Ксения К.

Я молилась о поступлении в вуз

В то лето, когда я закончила школу и поступала в институт, зашла однажды в церковь на службу. После неё батюшка рассказал, как в свои студенческие годы молился прп. Сергию Радонежскому перед экзаменом, чтобы сдать его на «4». И сдал его именно на «4»... После этого я стала молиться, чтобы мне сдать вступительное испытание в ВУЗ на минимальный проходной балл. И я сдала... Именно набранное мною количество баллов было проходным. Преподобне отче Сергие, моли Бога о нас!

Яна Я.

Я долго искала работу

Однажды я долго, в течение нескольких месяцев, искала работу. Хотя у меня хорошее образование и я знаю три иностранных языка, меня никуда не брали... И вот привезли к нам в город икону батюшки Сергия с частичкой мощей. Я пошла на молебен (правда, не с целью просить работу, а просто помолиться: очень я люблю ходить в церковь, люблю Сергиев Посад и святого Сергия Радонежского). После молебна вернулась домой, открыла почту — а там приглашение на собеседование! И в другой раз я очень переживала из-за собеседования и решила, чтобы успокоиться, почитать акафист Сергию Радонежскому и легла спать. Утром пришла на собеседование с хорошим настроением — и меня встретили так, как будто только меня и ждали, с распростертыми объятиями! И, конечно, приняли, причём все совпало, как я и хотела: и график и зарплата! Вот так!


Екатерина К., г. Минск

Я почувствовала душу своего сына

Случайно увидев на сайте Православие.Ru прямой вопрос: «Помог ли вам когда-то преподобный Сергий?», не задумываясь, ответила себе: «Конечно, помог!» Преподобный Сергий — один из моих любимых угодников Божиих. Я думала, что мне будет легко изложить те случаи, когда он помогал нам, но оказалось, что прп. Сергий присутствовал в нашей жизни постоянно, и вычленить что-то конкретно не получалось. Казалось: ну, что тут такого, какое это чудо, зачем писать?.. Потом решила, что будет нечестно, если промолчу. В результате прп. Сергий помог мне осмыслить большой кусок моей жизни — очень тяжелый, но и очень важный.

И хотя моя жизнь не стала безмятежной, теперь я знаю, что Богородица и святые угодники обязательно помогут мне, лишь бы я не забывала о них и доверяла во всём. Тогда нам всё возможно!

Чудо особенно заметно на фоне полной безнадежности ситуации, когда в жизни человека, казалось бы, нет никаких предпосылок для улучшений, когда все обстоятельства давят на него, лишают сил и надежд. Именно поэтому у меня получился довольно длинный рассказ.

 

Преподобный Сергий явно присутствует в жизни нашей семьи с 2010 г. В этот год мой сын Константин пошёл служить в армию. До этого времени нам с ним и ему самому было тяжело.

Когда Косте было 9 лет, мы с мужем развелись. Спустя 3 года я стала жить гражданским браком с другим мужчиной. Отношения между ним и Костей не сложились и к 15 годам стали очень напряженными. Костя отдалился от меня, успеваемость в школе снизилась, и, что хуже, он стал часто прогуливать уроки. Будучи способным, особенно к языкам, ничего не доводил до конца, постоянно пропадал по клубам, чужим квартирам и игральным автоматам. В результате пришлось перевести его в другую школу из гимназии. Потом он решил не идти в последний класс, а поступить в колледж на иностранные языки. И поступил. Но не окончил его, т.к. не смог учиться — опять стал пропускать, но только уже по причине «любви» (появилась очередная девочка). Два раза его восстанавливали на 1-м курсе — и всё зря. В результате, когда ему исполнилось 18 лет, у него даже не было аттестата среднего образования (он должен был его получить после 3 курса колледжа). Вот так, без образования, без интересов, без работы мой Костя получил повестку из военкомата.

Думаю, резонно задать здесь вопрос: «А что делали мать, отец, другие родственники, наблюдая, как пропадает ребенок?» Скажу честно: такой финал был обусловлен всей нашей предыдущей жизнью: я жертвовала общением с сыном ради престижной высокооплачиваемой работы, муж-врач выпивал, бабушки и дедушки болели, переносили операции, и все мы были очень далеки от церкви. Ребенку обеспечивалась материальная сторона жизни (игрушки, компьютер, модная одежда, кафе, поездки), а о духовной стороне жизни я почти не думала, хотя старалась растить его приличным и воспитанным человеком. Поэтому престиж в образовании для последующего устройства в жизни играл большую роль. Но Костя, как назло, нарушал все мои честолюбивые планы.

Когда всё начало рассыпаться, я вдруг почувствовала, что не справляюсь. Я стала понимать, что в том, как я живу, в моих ценностях, кроется большая проблема. Я начала пересматривать и переоценивать свою жизнь. То, что я делала и чем, о ужас, хвасталась, стало мне противно. Я начала испытывать за себя стыд там, где раньше испытывала удовлетворение и гордость. Через восточных философов и эзотерические книги я неожиданно нащупала тропинку, с которой не хотелось сходить. Как будто случайно я подошла к бездонному колодцу, наполненному такой мудростью, что хотелось пить из него без конца. В результате я выставила большие стопки всех моих эзотерических книг возле мусорных баков. И стала ходить в ближайшую церковь.

На тот момент, когда Костя получил повестку, у меня за плечами было 9 лет сложного пути к храму, к Православию, череда неумелых, болезненных исповедей, сложных подготовок к Причастию, всевозможных ломок и препятствий. Но я тогда уже знала, что без этого я жить не могу, что это единственный путь, который будет спасителен как для меня, так и для моего сына и всей нашей семьи. Помню, как в один из дней, на исповеди, батюшка сказал, что не допускает меня к причастию: мы должны определиться в отношениях с гражданским мужем (кстати, в тот день мой Костя причастился и был очень удивлен, что мне не разрешили). Тогда мне впервые стало страшно. Я поняла, что это всё очень серьёзно, что игры кончились и надо совершать поступок. В 2008 г. мы официально оформили брак.

За эти годы в мою жизнь вошла молитва. После развода это были просто стенания и крики о помощи, об облегчении боли, о прощении, защите. Потом, в новой семье, — просьбы о том, чтобы не повторять прежних ошибок. Когда обострились отношения с Костей, я начала молиться нашей Владычице Богородице. Раньше я как-то мало к Ней обращалась. Когда Костя пропадал по несколько дней, я неотступно взывала к Ней, просила вернуть его, сохранить. Именно в это время я признала полное своё фиаско как матери и молила Богородицу взять под Свой покров моего сына, а меня вразумить, как себя с ним вести. Только тогда я поняла, что мне уже неважно, закончит мой сын престижный вуз, будет ли много зарабатывать и станет ли успешным в этой жизни. Мне было всё равно, как мы выглядим в глазах окружающих, что мы теперь круглые «двоечники» во всём.

Молилась я и многим святым. Мой домашний иконостас увеличивался. Каждый образ святого становился образом друга. Слава Богу, в интернете сейчас много материалов, житий. Какие-то святые становились особенно близки мне по духу. Вот таким «близким» стал для меня и преподобный Сергий Радонежский, игумен земли Русской. Информации про него было, кстати, не так много. Но мне даже это нравилось, потому что это было так на него похоже: скромность даже в наши дни, спустя 700 лет! Я стала чаще обращаться к прп. Сергию, постоянно подходила к его иконе в храме и просила за сына. У меня была уверенность, что святой «вытянет» моего Костю из «двоечников», укрепит, вразумит и благословит на бой в этом миру, как он благословил на бой прпп. Ослябю и Пересвета.

С. Ефошкин. Преп. Сергий Радонежский благословляет Дмитрия Донского

Вот так, с Богородицей и с преподобным Сергием, я решила благословить Костю идти в армию. К моему удивлению, он сказал, что и сам хочет служить, хотя раньше собирался упрашивать отца-врача «отмазать» его.

Утром перед выездом в военкомат я решила помазать Костю маслом, освященном на мощах прп. Сергия. Когда я тянулась рукой к его лбу, бутылочка почти опрокинулась, и масло щедро вылилось на лицо и грудь сына. Мы почему-то оба обрадовались, и я сказала, что прп. Сергий дал своё благословение на службу. Вот с этого момента и начались чудеса от преподобного.

Костя попал в очень хорошую часть, у него был замечательный командир и сослуживцы. Ему, привыкшему к ночным клубам, ходившему в рэперской одежде и с серьгами в ушах, расслабленному и несобранному, очень понравилось служить! Когда я к нему приезжала в часть, поражалась, как быстро он меняется, не верила своим глазам. Больше же всего я удивилась, когда он сказал, что хочет экстерном сдать экзамены за среднюю школу и получить аттестат зрелости. Я честно высказала ему мои сомнения и недоверие к этому предприятию, зная, что он не привык утруждать себя учебой, да и как во время службы в армии еще учиться и сдавать экзамены — 12 предметов экстерном?! Но он был спокоен и уверен в себе. Мне стало за себя стыдно, я решила во что бы то ни стало помочь ему, т.к. понимала, что его желание появилось не просто так, а с Божьей помощью. Всё прошло гладко, быстро. Все документы сами собой собирались, не было никаких препятствий. Люди в процессе попадались прекрасные, понимающие. Командир части отпускал на экзамены. В конце концов, Костя всё сдал и получил свой аттестат. Оценки были хорошие, таких бы он в школе не получил.

В армии он приобрел много хороших друзей, с которыми дружит и сейчас. Ему дали прекрасную характеристику. После срочной службы Костя прослужил в своей части по контракту ещё 2 года. Как только пришел из армии, сразу же поступил на заочное отделение вуза на отделение психологии. Учится там до сих пор. Потом очень быстро нашел стабильную работу в хорошей компании, на которую его привел друг.

А еще я верю, что благословение прп. Сергия и заступничество Богородицы помогло Косте найти хорошую невесту из семьи военного. В прошлом году дети поженились.

Обязательно хочу сказать, что в то сложное время, когда я полностью положилась на Приснодеву Марию, когда молилась прп. Сергию и другим святым, я вдруг впервые почувствовала душу своего сына, за долгие годы ощутила тепло, которое от неё исходит. Оказалось, что дверь-то не закрыта! 18-летний ребенок неожиданно пустил меня к себе, как будто я наконец-то угадала пароль доступа. У нас сейчас с сыном и его женой теплые отношения. Надеюсь, с помощью Богородицы и по вразумлению прп. Сергия Радонежского мы сохраним эту связь на долгие годы, дождемся внуков и постараемся воспитать их в любви к Богу, Богородице и святым угодникам Божиим. Слава Тебе, Господи, за все Твои уроки и заботу о нас!

Ольга Ш.

Съездили две девчонки в Сергиев-Посад поклониться преподобному...

После крещения племянника я начала активно воцерковляться, даже чересчур. Надоела многим, особенно одному священнику, у которого начала часто исповедоваться. Он меня направил на дистанционные курсы катехизации. Но так как опоздала на осенний курс, ждала начало весеннего. При этом в декабре посетила Лавру, где меня буквально «перевернуло», вытряхивало из меня весь мусор. С первого дня я ощущала себя там как дома. Радовалась каждому мгновению. Продлевала дни пребывания в гостинице... А стоила она достаточно. Там у меня появилась очень близкая подруга, с которой мы до сих пор общаемся. Естественно, молилась о своем прощении. В это время, как выяснилось позже, мой будущий муж благополучно поступил на те самые дистанционные курсы, но, проучившись некоторое время, бросил. В итоге на весенние курсы мы пошли одновременно. В конце обучения было предложено всем желающим встретиться в Москве. И мы встретились. Познакомились, обменялись телефонами и забыли. Вернулись домой. Каждый занялся своим делом. Мы с одного города, но встреча произошла в Москве. Через некоторое время созвонились, пообщались и начали периодически встречаться... Довстречались... Начали вместе работать. Поженились.

Моего мужа зовут Сергей. И мужа той самой моей подруги тоже зовут Сергей. Вот так съездили две девчонки в Сергиев-Посад поклониться преподобному. Вообще с момента начала воцерковления меня начали окружать одни Сергеи: священник, друг, подопечный... Потом появился кум Сергей. Я благодарна преподобному Сергию Радонежскому за то, что он незримо хранит и оберегает нашу семью. В конце октября еду в Троице-Сергиеву лавру. Не была два года. Как будто вечность прошла! Надеюсь хоть немного успокоить свою душу. Мой муж умер, но это место и для него и для меня было всегда больше, чем просто место упокоения Игумена всея Руси, — это наш дом.

Ольга В.

Мне сказали, что будет патология

Преподобный Сергий Радонежский — удивительный святой. Первый раз он мне помог, когда я еще была неверующей, лишь крещеной в младенчестве. Я была беременна дочерью, когда в конце 8 месяца беременности мне поставили в качестве диагноза тяжелую патологию. Два врача, указывая на мой живот, кричали: «Вы представляете, ЧТО (а не кто) у вас там развилось?! При таком пульсе у вас во время родов будет остановка сердца. Завтра срочно на кесарево сечение с вещами!» Я прорыдала ночь, а утром поехала в Лавру к прп. Сергию. Приложилась к мощам. Слава Богу, по молитвам Сергия Радонежского родила здоровую дочку, причем сама и в срок, хоть и не в своем роддоме.

И еще Преподобный помог моему сыну поступить в институт. У сына нарушение письменной речи, и один из экзаменов — сочинение — сдать для него нереально. Я опять к Сергию Радонежскому поехала помолиться о помощи. Приезжаем с сыном сдавать документы в институт, а на его факультете сочинение заменили тестом по русскому языку. Слава Богу! Благодаря Сергию Радонежскому, его теплым молитвам сын поступил в институт. Слава Богу!

Светлана Демина

«Знал я Анатолия, которого придавила балка»

Хочу рассказать об одном чуде. Ездила я в лавру прп. Сергия и в трапезном храме решила заказать обедню о здравии близких. Перечислила всех и дошла до Анатолия (папа мой). И тут вдруг монах, который записывал имена, начал что-то чертить на бумаге. Потом говорит: «Знал я одного Анатолия, которого придавила балка». И показывает мне чертеж. Мне как-то стало не по себе. Потом думаю: наверное, ошибся. На том и расстались. Прошло время. Мы с папой на даче строили дом, и оставалось положить последнюю балку наверх. Папа хотел просто закинуть ее без мер предосторожности. А мне на память пришел тот монах со своим чертежом: все в точности повторяет нашу ситуацию, да и слова о том, что балка задавит Анатолия, в голове звучат. Я говорю:» Папа, так не годится, нужно по-другому сделать». И балку подняли благополучно. Вот такая история.

Маргарита Д.

В воскресной школе начались нестроения

Я — мама троих детей, двое из которых учатся в воскресной школе. Как-то в воскресной школе начались большие конфликты и нестроения. Мы с детишками воскресной школы поехали в Лавру к мощам святого, просили о воскресной школе. Через 3 месяца (прошло лето) к нам пришли новые педагоги из Московской духовной академии (при Троице-Сергиевой Лавре). Замечательные педагоги, которых мы очень любим!

Мария

Как я нашла жилье, отучилась в ПСТГУ и вышла замуж

Мне Преподобный помогает всегда. Не знаю почему, но у себя на родине я ходила в храм Преподобного, а когда приехала в Москву, перво-наперво поехала в Лавру (с детства мечтала там побывать). О том, что со мной будут происходить чудеса, почему-то была уверена. Как и была уверена в молитвенной помощи святого.

То, что я по молитвам Преподобного поступила в Свято-Тихоновский, я здесь опущу. Потому что «самое интересное» у меня началось в первую сессию. Начнем с того, что я ехала на сессию без каких-либо «договоренностей» о проживании: в Москве у меня знакомых не было — была только уверенность, что Преподобный поможет. И я сразу приехала в Сергиев Посад. Дело было осенним вечером, на улице было темно и, по моим украинским «меркам», холодно. Помню, я спросила у кого-то на вокзале, как пройти к Лавре, и побежала. К сожалению, лаврские ворота уже закрывали. Я зашла на тогда еще находившийся рядом с Лаврой телеграф: решила погреться. А сама мысленно молюсь: «Преподобный, помоги!» И тут в телеграф влетает стайка молоденьких хорошеньких девчушек. Они были в длинных юбках и платочках, и я сразу поняла: наши. Я кинулась к одной из девочек, говорю: «Помогите, мне переночевать негде». Девочки оказались ученицами иконописного класса, и я переночевала у них. Казалось бы: ничего особенного — так бы помогли всем. Однако у меня был «знак»: девочка, к которой я обратилась, оказалась ученицей той школы, в которой я преподавала русский язык после первого университета.


Дальше — еще удивительнее. Утром проснулись. Я приложилась к мощам. Выхожу за ворота. А сама все молюсь, не перестаю: «Преподобный, помоги, посели где-нибудь». И, пожалуйста, не подумайте, что я какая-то излишне экзальтированная барышня — вовсе нет: нормальная. Но чувствую какую-то неизъяснимую радость. И эта радость ведет меня. Я иду, иду. Вроде ноги я переставляю, а ведет — радость. И вдруг вижу: женский силуэт внизу дороги. Я поняла, что женщина пожилая, бегу к ней и кричу: «Бабушка, постойте». «Бабушка» остановилась. Поставила ведро на землю (она за водой ходила). Ждет меня. Я подбегаю. Говорю: «Бабушка, возьмите меня к себе, мне жить негде». Она мне: «А ты меня знаешь?» Я: «Нет». Она: «Бери ведро». Я беру ведро. Она: «Неси на крыльцо». Я отнесла. Там стояло еще одно пустое. Она мне: «Набери в это воды». Я пошла на улицу (там была колонка), набрала, принесла. Она мне: «Заноси в дом». Я заношу. Заходим в дом. А там под иконами сидит матушка, молится. Я внутренне ахнула. Та «бабушка», которую я на улице встретила, была без апостольника, и я не поняла, что она монахиня. И вот та, что привела меня с улицы, спрашивает у другой: «Ну что, матушка, возьмем ее жить?» А та заулыбалась, просияла и руками как замашет: «Возьмем-возьмем!» Так я у них и осталась.

Наверное, то, что в Свято-Тихоновском учиться не просто, я тоже опущу. Как и то, что на каждой сессии мне, не очень радивой студентке, помогал преподобный Сергий...

Расскажу, как меня Преподобный после учебы замуж выдал. На защите меня рекомендовали в аспирантуру. Матушка моя, которую я на улице встретила (она построже), была не очень за продолжение учебы. Но я рассуждала так: все равно я не замужем, чем еще заниматься? В общем, пошла учиться дальше. Но внутри было какое-то беспокойство: не хватало мне чего-то. Тем более что поступала я в Свято-Тихоновский девушкой взрослой, а оканчивала уже совсем... взрослой. Когда я только начинала учиться, познакомилась с человеком, который был меня старше и очень меня любил, но попыток жениться не предпринимал (такое бывает, когда мужчина взрослый и в браке ни разу не состоявший, а девушка глупая и о замужестве не думающая). Человек был очень хороший, добрый, я его помнила и, что тут скрывать, страдала. Но честно училась. А тут уже одна учеба закончилась, вторая началась, а я... В общем, поехала к Преподобному. Молюсь, а о чем — сама не знаю. Просто молюсь. Уехала. Так получилось, что от Преподобного попала в другой монастырь — Покрова Божией Матери. И вот, выхожу я из этого монастыря — вдруг телефонный звонок. Звонит тот самый мужчина, который ныне муж мой. Естественно, я сразу приехала к нему. Собрались у друзей, в беседке пьем чай, болтаем... А меня мысль не покидает: ну как же это так? это же чудо! Пока все сидели на улице, я тихонько прошла в дом руки сполоснуть. А сама думаю: ну как же? кто помог? А друзья наши — люди хорошие, добрые, но не церковные. И вот я иду к ванной, все думаю «Ну, кто же?!» И вдруг смотрю: на столике рядом с ванной стоит иконочка преподобного Сергия, единственная в этом доме. Ну, я тогда все поняла, конечно.

Подготовил Антон Поспелов
8 октября 2015 г.


Новые чудеса преподобного Сергия Радонежского

Священник Валерий Духанин

Истории лаврских насельников

Собирание чудес, явленных по молитвам преподобного Сергия Радонежского, началось с древнейших времен. Ученик святого Сергия Епифаний Премудрый в житии Преподобного описывает прижизненные чудеса смиренного аввы Сергия. И далее в истории неоднократно фиксировались проявления благодатного участия Преподобного в судьбах нашего Отечества и в жизни простых людей. Известны и сегодня случаи очевидной помощи преподобного Сергия. Мы постарались собрать хотя бы некоторые из подобных историй и предлагаем читателю с надеждой, что эти истории принесут духовную пользу.


Небесная просфорка схиархимандрита Иосии (Евсенока)

После революции и прихода к власти безбожников Лавра была закрыта. Лишь в 1946 году началось возрождение обители. К этому времени уцелело всего несколько монахов, живших в Лавре до закрытия. Один из них – постриженик Черниговского скита схиархимандрит Иосия (Евсенок), до схимы архимандрит Иосиф. Отец Иосиф нес послушание духовника и обладал многими благодатными дарами. Его духовная жизнь, уважение к нему множества людей вызывали негодование властей, и в хрущевские времена отца Иосифа сослали в далекий северный лагерь. В морозную зиму он заболел воспалением легких, несколько дней провел в лазарете с температурой за 40°. Врачи, убедившись, что больной уже на пороге смерти, решили не тратить на него времени и лекарств и велели перенести его в неотапливаемое помещение: мол, до утра всё равно не доживет.

Была ночь, темнота и холод, вдруг отец Иосиф увидел, как к нему подходит преподобный Сергий и говорит: «О тех из вас, кто в изгнании, вне обители, я забочусь еще больше», – и протягивает ему просфорку. По виду это была лаврская просфора, отец Иосиф ощутил в замерзающей ладони ее тепло, как будто она только что испечена. Он съел эту просфорку. Наутро, когда пришли врачи убедиться в его смерти, а с ними двое носильщиков, чтобы отнести труп к месту захоронения, батюшка не только был жив, но и абсолютно здоров. Так преподобный Сергий сохранил отцу Иосифу жизнь, чтобы он смог вернуться в Лавру и поведать о заботе Преподобного. Потом уже, когда отца Иосифа освободили и он оказался в родной обители, батюшка скорбел только об одном: «Почему же я тогда всю просфорку съел? Это же была небесная просфора, можно было хотя бы немножко оставить».

Видение будущему лаврскому звонарю игумену Михею (Тимофееву)

Одним из учеников преподобного Сергия практически нашего времени был известный звонарь Лавры игумен Михей (Тимофеев). В обители он появился в 1951 году и тем самым являл собой первое поколение лаврских монахов после возобновления обители.

Сам жизненный путь игумена Михея достоин описания. Происходил он из простой деревенской семьи (село Чернявка Белгородской области). Отец его, Михаил, был настоящий богатырь – не находилось в деревне равного ему по силе, в связи с чем дали ему кличку, правда, несколько дерзкую, – Мишка-бог. Таким же вроде бы должен был стать и родившийся в 1932 году сын Иван. Но Господь не дал маленькому Ване пойти по пути мирского преуспеяния. С самого рождения Ване были попущены сильные скорби: он родился инвалидом с какой-то очень серьезной болезнью мозжечка. В любой момент мог настать кризис и мальчик быстро бы умер. В начале Второй мировой войны у него еще обнаружили опухоль головного мозга, а потом добавился и диабет. С детства он уже готовился к монашеству, а кризис болезни Господь отложил до почтенного возраста. В 8 лет он перестал расти, и только когда поселился в Лавре на 20-м году жизни, чудесным образом он достиг среднего роста взрослого человека.

Иван Тимофеев сподобился великого счастья – стать келейником знаменитого лаврского старца архимандрита Тихона (Агрикова). Жил он в келлии отца Тихона. Как-то Иван задумался о своем дальнейшем пути и возможности стать монахом в Лавре. После этого он приклонил голову и впал в тонкий сон. Видит во сне, как идет к Троицкому собору, хочет пройти в храм к мощам преподобного Сергия, но всё пространство перед храмом занимает множество каких-то темных силуэтов, через которые почти невозможно протиснуться. С неимоверными усилиями Ивану удалось пройти в храм, там уже находилась братия монастыря. Он увидел, что рака с мощами Преподобного почему-то располагается не на обычном месте, а по центру перед амвоном. Вокруг раки собрана монастырская братия, монахи держат в руках черпаки, а в самой раке – сияющее, необыкновенно благовонное миро, которое монахи зачерпывают. Среди присутствующих Иван увидел протодиакона Феодора, отличавшегося удивительным голосом. Вот отец Феодор зачерпнул, а по его кружке стекает маленькая капелька мира. Иван подумал: «Дай-ка я воспользуюсь хотя бы этой капелькой», – протянул руки, принял капельку мира и стал смотреть на нее: капелька расширилась и начала благоухать – какие же радость и духовное веселье озарили всю его душу. Держа в руках благоухающее миро, он направился к выходу, и все темные силуэты снаружи тут же расступились.

Проснувшись, Иван пересказал сон отцу Тихону, тот сразу сказал: «Смотри, Ваня, ты про этот сон никому не рассказывай», – и пояснил, что монахи, зачерпывающие миро, принимали от преподобного Сергия подходящие для каждого дарования. «И тебе, – объяснил отец Тихон, – Господь даст какой-то дар, которым ты послужишь преподобному Сергию».

Иван принял постриг с именем Михея и стал уникальным для своего времени звонарем. Вообще это было удивительное дело: болезнь отца Михея вызывала нарушение координации движения, а насколько координация важна для звонаря, ясно каждому. Тем не менее, с 1962 года отец Михей самостоятельно звонил в колокола и стал возродителем традиции лаврского звона, переняв эту традицию от звонарей, знавших дореволюционный звон. На протяжении многих лет он был главным звонарем Лавры. Как говорят специалисты, отец Михей обладал уникальным музыкальным слухом и безупречным чувством ритма. Он создал собственную мелодию звона, в настоящее время известную как звон Свято-Троицкой Сергиевой Лавры.

В течение многих лет отец Михей был еще и цветоводом, обустраивал лаврские клумбы, его постоянно видели с ящиками рассады, с мотком поливочного шланга на плече. По утрам это было обычное дело: отец Михей прокладывал шланги для полива. Паломники и прихожане удивлялись обилию роскошных цветов: лаврские георгины вырастали под два метра, так что за ними не был виден вход на братскую территорию.

Однажды отец Михей получил сильную травму: поливая цветы в патриарших покоях, поскользнулся и упал со стола. Помимо сильного ушиба головы он получил перелом кости бедра, после чего всю жизнь ходил, опираясь на одну, а затем и на две палочки. Свои недуги отец Михей нес как Божий крест, будучи готов умереть и предстать пред Престолом Господа в любую минуту. В 50-летнем возрасте он перенес трепанацию черепа, во время этой операции врачи с удивлением обнаружили вместо мозжечка высохшую кальциевую капсулу и недоумевали, как отец Михей вообще живет и что-то делает.

Свое видение игумен Михей пересказал незадолго до смерти иеромонаху Антонию и монаху Парфению, который уже после смерти отца Михея передал эту историю недостойному автору этих строк.

Игумен Михей отошел ко Господу 22 марта 2009 года и похоронен на Деулинском кладбище – там, где покоится вся братия монастыря. Его имя отлито в бронзе на новом Царь-колоколе – как знак его высочайшего вклада в возрождение колокольного звона в России.

Хочется еще добавить, что мама отца Михея была глубоко верующей женщиной, она переехала за сыном в Сергиев Посад, отец Тихон (Агриков) постриг ее в монашество с именем Параскева. Такова черта жизни учеников преподобного Сергия. Как сам святой Сергий был глубоко послушен родителям и заботился о них, так и многие монахи Лавры пристраивали рядом со святой обителью своих родителей, опекая их духовно.

Как преподобный Сергий удержал в обители схиигумена Селафиила (Мигачева)

Среди лаврских старцев послевоенного времени был схиигумен Селафиил (1898–1992). Близким людям он рассказывал о себе и о ключевом в его жизни случае, связанном с преподобным Сергием. Происходил отец Селафиил из благочестивой семьи и через всю жизнь сам пронес искреннее благочестие. В миру его звали Даниил Никитич Мигачев, родился он в крестьянской семье в Смоленской области. В 17 лет в первый раз увиделся со своей будущей супругой Феодорой, и они сразу же договорились о свадьбе. В семейной жизни горя не знали, сами постоянно трудились, у них родилось десять детей, а потом за исповедание веры будущий схиигумен Селафиил оказался в лагерях и делил свою часть хлеба с голодными. Многие в северных лагерях погибали, но его жизнь Господь сохранил. Даниил застал Великую Отечественную войну, немцы наступали по их территории. Произошел такой случай: один немец приставил к нему автомат, хотел его застрелить, но он взмолился Богу, немец удивился, думал, что он коммунист, а он, оказывается, верит в Бога и молится, и не стал его убивать.

После войны его супруга Феодора умерла, и он пришел в Лавру. Причем сам отец Селафиил говорил, что так сильно любил свою матушку, что если бы она не умерла, то в монастырь бы не ушел. Пути Господни неисповедимы. Собственно, Феодоре было откровение от иконы Божией Матери, что ее болезнь (гниение кости) дана ей ради призвания в иной мир посредством скорой кончины. И матушка сама завещала супругу идти в монастырь.

Даниил Мигачев пришел в обитель преподобного Сергия в 1960-е годы и принял монашество с именем Зосима. В Лавре в то время был один человек, которому советская власть дозволяла бить монахов. Он неоднократно избивал таких старцев, как архимандрит Тихон (Агриков), архимандрит Наум и схиигумен Селафиил. Отец Селафиил рассказывал: «Заведет в подвал, а в нем 145 кг. Во мне 95, однако я обладал такой крепостью, что убил бы его одним ударом, но ведь нельзя же, Евангелие запрещает. Вот он меня в очередной раз побил, я собрался уходить из монастыря на приход: все-таки прихожане меня уважали. Я уже взялся решительно за ручку двери, и вдруг сверху на мою руку легла другая рука и раздался голос: “Не уходи, потерпи еще немного. Если претерпишь до конца, то станешь настоящим монахом”». Отец Селафиил душой почувствовал, что это преподобный Сергий запретил ему уходить из его святой обители. Он ощутил в душе утешение и остался, а человека, избивавшего монахов, потом перевели в другое место.

В 1984 году отец Зосима сильно заболел и принял схиму в честь архангела Селафиила.

Прожил схиигумен Селафиил 96 лет и похоронен в Деулино.

Вразумление о братском молебне архимандриту Виталию

Важнейшая часть монашеской жизни в Лавре – братский молебен преподобному Сергию, совершающийся рано утром до всех остальных служб. Долгое время никто не требовал обязательного присутствия на молебне, а только на богослужении. Но братия всё равно регулярно приходит. Потому что посещение братского молебна – это знак проявления любви брата к обители преподобного Сергия и к самому святому Сергию.

Архимандрит Виталий († 2014) был экономом 16 лет. Из-за многих непосильных забот он стал пропускать братские молебны. Но в одно прекрасное утро перед братским молебном ему во сне явственно предстал преподобный Сергий, ударил отца Виталия жезлом и укорил за нерадение, так что отец Виталий даже подскочил и сразу же поспешил в Троицкий собор. С тех пор он ни разу на протяжении десятилетий не пропустил ни одного братского молебна. Даже когда случился инсульт, отец Виталий с одной парализованной частью тела всё равно ковылял в пять с небольшим утра в Троицкий собор.

Еще об отце Виталии известно, что на протяжении многих лет он ежедневно произносил проповедь. Кроме того, по своей искренней любви к братии он по личной инициативе постоянно ездил за святой водой в Малинники, привозил в больших емкостях, и эта вода всё время находилась в братском Варваринском корпусе для каждого желающего. Дело отца Виталия продолжили младшие братия.

Источник в Малинниках, известный еще как водопад «Гремячий», бьет прямо из горы. Это тот самый чудесный источник, который забил с горы в утешение преподобному Сергию, когда он покинул свою обитель из-за претензий старшего брата Стефана на игуменство в Троицком монастыре и остановился отдохнуть на пути в Киржач.

Братский молебен в жизни архимандрита Наума

Архимандрит Наум за всю свою монашескую жизнь ни разу не пропустил братский молебен. Однажды у него поднялась температура до 40°. Видимо, развивалась пневмония, врачи ему велели не ходить на молебен. Он рассказывал, что ночью очень сильно болело сердце, но рано утром вопреки требованиям врачей отец Наум всё равно пошел на братский молебен преподобному Сергию, помолился, и сердце сразу же отлегло. Болезни как и не было.

Соль для преподобного Сергия

Известный насельник Лавры, совершающий чин отчитки, отец Герман рассказывал о себе. Он заканчивал Московскую духовную академию, но уже нес послушания в Лавре, звали его Александр Чесноков. Архиерей, который направил его учиться, сказал: «Приезжай ко мне, я тебя посылал», а старцы лаврские говорят: «Оставайся здесь, благодать получишь». Он не мог долго решиться, что ему делать. Наконец наместник Лавры отец Иероним поставил условие: «Давай уже решайся, после обеда скажешь ответ».

Сидит Александр в келлии, не знает, как ему быть, уже до обеда пять минут осталось, сидит весь расстроенный. И пришла ему вдруг такая мысль: если мне здесь остаться, пусть у меня кто-нибудь что-то попросит. И сразу же по коридору шаги, в дверь келлии тук-тук-тук: «Молитвами святых отец наших…» Открывает дверь, а там иеромонах говорит ему: «Саша, нет ли у тебя немного соли?» Он его с радостью обнял и протянул просимое: «На тебе соли». Быстро оделся, побежал на обед и после сказал наместнику, что остается. Наместник тут же отдал распоряжение: «Всё, у нас будет постриг Александра Чеснокова».

Это было Успенским постом. Три ночи новопостриженный монах Герман отстоял, выходит – солнце светит, и вдруг видит, что идет тот самый иеромонах. Он к нему подходит и говорит: «Отче, благословите! Знаете, какую вы большую роль сыграли в моей жизни, когда у меня соли попросили?» А тот ему с недоумением отвечает: «Какую соль? У меня своя есть, ничего я у тебя не просил». Старцы Лавры пояснили отцу Герману, что это сам преподобный Сергий, приняв образ иеромонаха, явился ему, чтобы оставить в своей обители. Келлия отца Германа была в Предтеченском корпусе, самая крайняя справа.



В видении, данном преподобному Сергию об учениках, множество птиц летало не только внутри монастыря, но и за его оградой. Ученики святого Сергия – это и монастырская братия, и живущие при Троицкой Лавре миряне. Многие, кто приехал в Сергиев Посад и остался здесь жить, изначально не имея ни собственности, ни должных средств к существованию, свидетельствовали, что чувствовали во всем явную чудесную помощь преподобного Сергия.

Автор этих строк, проживший восемь лет в самой Лавре (как учащийся семинарии, академии и затем год как сотрудник) и еще десять лет рядом с Лаврой, неоднократно ощущал на себе помощь и покровительство преподобного Сергия. Впрочем, о себе автор рассказывать не будет. Он приведет достоверные случаи из жизни тех, кто достоин подлинного наименования учеников преподобного Сергия.

«Вот идет ученик преподобного Сергия»

Как Господь призывает в ряды учеников преподобного Сергия, автору хотелось бы рассказать на примере своего духовника архимандрита Илии (Рейзмира; род. 1944).

Отец Илия происходит из простой украинской семьи, где от предыдущих поколений по преемству сохранялась искренняя православная вера. Мама его знала наизусть акафист Покрову Божией Матери и часто по памяти молилась, в голодный 1947 год постоянно читала акафист и плакала. Отец прошел Вторую мировую войну, умер от сердечного приступа в возрасте 35 лет, когда мама носила седьмого ребенка. Примечательно, что родители ради венчания прошли пешком 65 км, потому что в Винницкой области, где они жили, оставался действующим всего один храм, так же пешком вернулись обратно, а через неделю узнали, что и этот последний храм закрылся.

В детстве Николаю (так звали отца Илию до монашества) очень плохо давалась учеба. Когда подошло время идти в первый класс, маленький Коля заболел корью, 40 дней находился в больнице, а потом мама повела его в школу, где их сурово встретила учительница. «Читай», – сказала она. Ребенок, конечно, читать не смог. «Забирайте, он не сможет догнать своих сверстников», – был вынесен приговор. Пришлось в школу пойти через год, в восьмилетнем возрасте, и, увы, учеба опять не давалась. Мама, видя, что сын переживает, сказала ему в простоте: «Коля! Ты помолись усердно, поучи уроки, книжки положи под подушку и ложись спать». Он так и сделал, а утром, когда проснулся, почувствовал, что у него ум как будто включился, голова стала свободная, ясная, и с того времени он стал отлично учиться. Ум его так же чудесно открылся, как и у преподобного Сергия, потому что в простоте поверил маме. «По вере вашей да будет вам» (Мф. 9: 29), говорит Господь Иисус Христос. Николай впоследствии везде был отличником: в школе, техникуме, семинарии и академии.

Из детских лет он вспоминал, что как-то мама принесла потрепанные листочки – жития святых. Стал читать, и душа расположилась к монашеству, к подвигам духовной жизни. Потом, правда, он про это забыл и вернулся к желанию посвятить всего себя Богу в более зрелом возрасте. Впрочем, уже в школьные годы его притесняли за веру, приступали с расспросами: «Что тебе нравится в этой Церкви? Поп, дьяк, певчий?» А он отвечал: «И поп, и дьяк, и певчий – всё нравится».

Выучился на агронома. Начал работать, как-то поехал на повышение квалификации в Днепропетровск и там услышал от одного верующего человека: «В Почаеве поют красиво, а в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре – как на небесах». И Николай сразу направился в Лавру послушать монастырское пение. Там ему было пророчески указано на дальнейшее служение.

Остановился он у одной бабушки. Она, поглядев на него какое-то время, сказала: «Из вас выйдет хороший поп». А Николай еще и не собирался в семинарию. Он спросил ее: «Откуда вы знаете?» – «А потому что вы хорошо молитесь».

В Лавре Николай зашел в маленькую церковь, называемую в народе Михеевской, которая построена в честь явления преподобному Сергию Божией Матери. Там в это время с народом был маленький ростом старец схиархимандрит Михей, готовился совершать молебен. И вдруг он сказал: «Расступитесь, вот идет ученик преподобного Сергия». Николая пропустили вперед. Он еще не решил до конца, кем будет, а ему уже открывалось его призвание стать монахом в обители преподобного Сергия. Так Господь призывал его к служению Церкви в Своей святой Лавре.

Был еще третий случай. Николая подвели к старцу, отцу Феодориту, который сразу обратил на него внимание и сказал: «Зайди ко мне после обеда». Как только трапеза закончилась, отец Феодорит повел его на третий этаж в келлию отца Матфея и тоже пророчески предрек: «Отец Матфей, это наш будущий брат, возьми его к себе на клирос. Помоги ему подготовиться к семинарии». В советские годы, когда за веру православные христиане подвергались жестким преследованиям, Господь утешал и укреплял их явлением благодатных дарований, в частности прозорливости.

Прошло еще время, Николай подал документы для поступления в семинарию, и начались обыкновенные для советского времени гонения – по месту жительства его уже искали сотрудники КГБ, он вынужден был тотчас покинуть родной дом и ехать в Москву не прямым рейсом, а на перекладных.

Еще учась в семинарии, в 1969 году он принял монашеский постриг и с тех пор всей душой служит Святой Троице как один из учеников преподобного Сергия.

Хочется отметить, что люди, пришедшие в Лавру после войны, в советское время, – это исповедники. Потому что пойти в монахи в то время – это значило действительно всей душой исповедать Христа. Они дисциплинированны и всецело преданы Церкви. У этих монахов нет ни автомобилей, ни дач, ни квартир и вообще никаких личных стяжаний, именно они являют подлинное продолжение традиций, заложенных преподобным Сергием Радонежским.

«Ты не оставлена»

Отец Илия рассказал имевший к нему непосредственное отношение реальный случай, который может напомнить повествование из житий древних святых. В 1975 году девушка из города Струнина Владимирской области Лидия Муравьева находилась при смерти от рака левой груди.

Болезнь появилась следующим образом. Лидия, которой было 20 с небольшим, работала в детском диспансере, располагавшемся возле вокзала Сергиева Посада (в советские годы город назывался Загорском). В один день, когда Лидия трудилась до позднего вечера, на пути ее обычного маршрута вырыли котлован – проводили отопление. Ничего об этом не знавшая девушка вышла уже в темное время суток с работы, не заметила ямы и упала. Получила сильный ушиб груди, но по молодости не придала этому большого значения. К врачам не обращалась, думая, что, может быть, само пройдет. А на месте ушиба постепенно образовалось затвердение, опухоль и затем началась раковая болезнь.

Дошло до того, что в Москве ей сделали очень сложную операцию: порезали левую грудь. Улучшений не наблюдалось, более того, болезнь перешла на правую грудь. Лидия была верующей, однако пришла в отчаяние. Находясь в палате одна, она взмолилась Господу и заплакала: «Господи, я же верующая, почему я так страдаю?» В этот момент ей явилась Божия Матерь, как изображается на иконе Казанской, и сказала: «Почему ты, Лидия, отчаиваешься? Ты не оставлена». После этих небольших слов видение закончилось. А врачи выписали девушку домой как безнадежную.

Ее мама постоянно ходила в Лавру, и отец Илия, хорошо знавший эту семью, спросил: «Как там ваша Лидия?» Женщина заплакала и сказала: «Всё, уже в очень тяжелом состоянии, но еще тихонько ходит». Отец Илия дал совет срочно соборовать Лидию. Тут надо бы пояснить, что в советские годы власти строго ограничивали богослужебную жизнь Церкви, совершать Елеосвящение в Лавре запрещалось. Соборование решили на свой страх и риск провести тайно в храме в честь явления Божией Матери преподобному Сергию с началом братского молебна. Елеосвящение началось без двадцати шесть утра. Кроме самой Лидии присутствовали ее мама и сестра. Как вспоминает отец Илия, совершение Таинства сопровождалось слезной молитвой и глубокой верой в помощь Божию.

После Соборования батюшка советовал Лидии три раза подряд причаститься. Она так и сделала – через день, через два, как смогла. В эти дни отец Илия видел маму Лидии и спрашивал ее после первого и второго Причащения: «Как там Лидия?» Мама отвечала: «Так. Ничего». А после третьего Причащения дочери мама сама прибежала к батюшке и сказала: «Лидия исцелилась». Лидия действительно совершенно исцелилась. Рана закрылась, осталось только белое пятно на левой груди как знак прежней раковой болезни. Затем она поехала в ту же больницу показаться, и когда лечащие врачи, профессора увидели ее здоровой, то очень удивились и даже заплакали – они думали, что ее уже нет в живых. А вскоре она вышла замуж за семинариста. У нее родилось трое детей. В настоящее время старший сын – священник, служит на приходе и имеет своих детей. Такую милость оказал Господь людям, жившим у Троицкой Лавры и принявшим в обители Таинство Елеосвящения.

Милость к бывшей безбожнице

Отец Илия также рассказывал про знаменательный случай, произошедший в советское время. В годы хрущевских гонений одной из задач правительства страны ставилось снижение в народе религиозности, часто отдавались приказы снимать с храмов кресты. Неоднократно такие попытки заканчивались явным Божиим наказанием. Так, один сел за руль трактора, трос которого тянулся к куполу храма, включил первую скорость, медленно поехал, но железный трос лопнул, отскочил от купола и смертельно поразил водителя в голову. Другой полез демонтировать крест, а его маленькая дочь в это время играла в своем дворе рядом с керосиновым примусом, ее платье зажглось, и она погибла, пока отец снимал крест. Зачастую простые рабочие отказывались выполнять приказ о снятии крестов с храмов. Но что оставалось делать руководителям? И вот одна женщина, занимавшая в своей местности высокий пост, вынуждена была лично заняться снятием креста, после чего стала глухонемой. Раскаянию и слезам не было предела, казалось, что наказание за безбожный поступок останется на всю жизнь. Наконец она узнала о преподобном Сергии в Загорске и что Преподобный часто помогает людям. Женщина сумела с помощью близких организовать поездку в Лавру. Оказавшись в Троицкой обители, приложилась к святым мощам преподобного Сергия и после этого стала слышать и говорить.


Истории священников

В этой части собраны истории как тех священников, которые стали свидетелями чудес Преподобного Сергия, так и тех, кто обратился к Богу и принял священный сан в результате чудесного вмешательства Преподобного.

Огоньки на раке

Священник, посетивший Лавру и побывавший рано утром на братском молебне, потом с удивлением говорил: «Надо же, а я и не знал, что у вас тут в Лавре такое чудо бывает. Подхожу после братского молебна к святым мощам Сергия, а вся рака покрыта блестящими огоньками, прямо как в Иерусалиме на гробе Господнем».

Как правило, подаваемые чудеса и знамения имеют глубоко личный характер, поэтому не всегда мы можем понять до конца, почему чудо было явлено человеку именно таким образом, а не иным. От святых мощей аввы Сергия обильно изливается благодать Божия, и это может быть выражено каким-либо знамением или чудом. Подобные чудеса говорят о том, что преподобный Сергий действительно рядом с нами, он слышит всех, кто обращается к нему, помощь получают все, но не всегда так, как этого хотим лично мы. Для православного христианина нет смысла специально искать знамений и чудес: «Блаженны не видевшие и уверовавшие» (Ин. 20: 29). Благодать Божия подается каждому, кто с верой, покаянием и искренним сердцем молится преподобному Сергию.

Что такое мощи?

Иеромонах Стефан (в миру Андрей), преподаватель духовной семинарии, рассказал, как, воцерковляясь в конце 1980-х годов, не имея еще должного представления о духовной жизни, услышал о преподобном Сергии Радонежском и решил поехать в Лавру.

Вот иду я к мощам Сергия. Но это ведь кости. Как же так?

Найдя Троицкий собор, он прошел внутрь и вслед за другими паломниками направился к раке Преподобного. Подходя, Андрей задумался: «Вот я иду к мощам Сергия. Но что такое мощи? Это ведь кости. Как же так?» В душе было недоумение, но Андрей все равно желал подойти.

Прикладываясь к раке, он вдруг почувствовал, как его словно пробрало током, а на душе стало хорошо. Это произошло весьма неожиданно и убедило Андрея, что мощи святых — не просто косточки, но та благодать, которую святые стяжали при жизни.

Вот эта благодать Святого Духа привлекала Андрея больше, чем всё остальное, особенно ему казалось, что самое главное, подлинное, настоящее — в монастыре, он отказался от поступления в университет, устроился трудиться в Черниговском скиту Лавры, затем поступил в семинарию, Академию, где и принял монашеский постриг, став одним из чад преподобного Сергия, совершающим служение в Николо-Угрешском монастыре.

«Как будто кто-то повел за руку»

Протоиерей Юлий Кустанов, некогда учившийся в Лавре в Московских духовных школах, нес служение настоятеля в Благовещенском храме города Миасса. 8 октября 2012 года, в день памяти преподобного Сергия, он отслужил Литургию и решил, как и всегда по праздникам, обратиться с проповедью к прихожанам. Всегда неукоснительно он проповедовал, как полагается с амвона. Но впервые за всё свое священническое служение он вдруг сошел с амвона и направился произнести проповедь возле иконы преподобного Сергия внутри храма. Он пошел, как будто кто-то повел его за руку.

Вскоре, во время его проповеди произошло почти невероятное дело. На прилегавшей улице двое пьяных молодых людей разогнали автомобиль ВАЗ 2114 до огромной скорости и, взлетев с пригорка у храма, врезались в деревянную стену церкви на высоте 1,5 — 2 метра. Удар пришелся ближе к алтарю, массивные деревянные балки (брус) полетели через амвон, как раз через то место, где должен был по обыкновению проповедовать батюшка. Иконостас был сломан, а опорный столб у солеи выбит с места. Если бы там находился священник, то он не избежал бы тяжелых травм, а, может быть, даже и смерти. Но милостью Божией никто не пострадал, включая пьяных людей в автомобиле. Прихожане сказали отцу Юлию: «Батюшка, Вас спас Сам Господь».

Молитва перед экзаменами

Студент медицинского института, Павел, всегда перед экзаменами горячо молился преподобному Сергию, и даже самые сложные — по биохимии, гистологии — он сдавал на пятерки. В институте были преподаватели, которым вообще невозможно было сдать на отлично, но иногда получалось так, что на момент ответа Павла, такому преподавателю надо было выйти по какой-то причине, так что принимал ассистент, либо же попадался билет, который Павел знал лучше всего. Господь являл ему очевидную помощь, призывая к Себе, и впоследствии этот студент стал монахом, совершающим свое служение в Свято-Троицкой Сергиевой Лавре.

Семинарист нашёл матушку

В Московской Духовной Академии как-то отмечалось редкое событие — пятидесятилетие выпуска, съехались однокурсники отца Кирилла (Павлова), и один протоиерей-выпускник рассказал, как он встретился со своей матушкой. Будучи студентом семинарии в советское время, он не знал, где же найти подходящую невесту. Тогда он помолился и решил: какую девушку первой встречу в Троицком соборе, та пусть будет моей невестой. Зашел в собор, действительно встретил девушку, познакомился с ней и вскоре они повенчались, прожив после этого благополучно пятьдесят с лишним лет.

Сотрудник министерства: «Вот бы стать одним из монахов»

Сотрудник министерства образования, когда стала сильно болеть супруга, а сам он всё больше воцерковлялся, приехал в обитель и, стоя на молебне у мощей Преподобного, подумал: вот бы стать одним из монахов, живущих рядом со святым Сергием. Он и представить себе не мог, что пройдет небольшое время и по благословению отца Кирилла (Павлова), он примет монашество и тесно соединит свою жизнь с обителью Сергия.

Как пастор стал православным священником

В настоящее время в Голландии совершает служение православный священник Сергий. Когда-то он был пастором, но обратился в Православие с помощью преподобного Сергия Радонежского. Случилось это так. Пастор приехал в Россию и посетил по каким-то вопросам Московскую духовную академию. Здесь у него появился друг священник Иаков из Польской Православной Церкви (сейчас он уже епископ). Они много спорили о Православии и протестантизме. Но отец Иаков решил прекратить эти споры и пригласил пастора сходить вместе с ним к мощам Преподобного. Впоследствии обратившийся протестант, то есть отец Сергий, рассказывал, что пошел вместе с отцом Иаковом только за компанию, но ради приличия всё, что он делал, повторял: «Тот крестится и я крещусь, тот кланяется и я кланяюсь, тот прикладывается и я приложился. И вдруг почувствовал необъяснимую радость, что меня даже смутило и расстроило. Будучи протестантом, я по-своему полагал, что такого не должно быть, и поэтому я серьезно задумался, где же подлинная благодать Божия».

Приехал бывший пастор через две недели, уже один, перекрестился, поклонился, приложился, и опять почувствовал радость, но уже поменьше. После этого стал изучать православную веру и через пять лет сознательно принял Православие. Сейчас отец Сергий как священник ведет православную миссию в Голландии. Когда приезжают русские матросы, то они ищут пиво и женщин. А отец Сергий их принимает, разговаривает и рассказывает о Боге, что очень многим принесло огромную душевную пользу.

Хочется еще добавить, что если бы семинарский курс апологетики было решено дополнить, то туда непременно надо было поместить обращение людей к Православию через соприкосновение с преподобным Сергием и назвать это «Аргументом от Преподобного».

«Смерть — вопрос короткого времени»

Настоятель храма в честь Ахтырской иконы Божией Матери возле города Хотькова священник Борис Можаев был призван к вере и священству через чудесное исцеление по молитве преподобному Сергию. Случилось это так.

До принятия священного сана Борис был врачом. Однажды он тяжело заболел и лежал в больничной палате без сознания. Жена, тоже врач по специальности, услышала от заведующего отделением приговор: «Смерть — вопрос короткого времени». Поскольку она была верующей, то единственным утешением для нее являлась молитва, и она сразу же решила ехать в Лавру к преподобному Сергию, чтобы излить перед ним свое горе. Тяготило ее не столько то, что она, молодая, но уже с сильно подорванным здоровьем женщина, останется с двумя детьми, никому не нужная, обреченная на одиночество и лишения, сколько тоска от того, что самый близкий человек, с которым она делила радости и невзгоды уже пятнадцать лет, пойдет из-за своего неверия на вечные муки, без надежды на прощение и спасение. В Лавре она горячо молилась Преподобному о спасении супруга. Встав после молитвы у раки святого, она почувствовала, как будто камень упал у нее с души. И в этот же день муж вдруг пришел в сознание, а с наступлением ночи состояние его заметно улучшилось. После этого он стал поправляться и выздоровел. Узнав от жены, что получил исцеление благодаря чудесной помощи преподобного Сергия, он стал верующим, начал усердно посещать храм, участвовать в Таинствах, а со временем принял священство.


Несколько больших историй мирян

Конечно, данное от Бога чудо само по себе не делает человека святым и не избавляет от дальнейших ошибок, жизненных трудностей и преткновений. Но всякое такое чудо подтверждает уникальную истину: Господь Бог и Его святые любят нас, таких подчас немощных и грешных, святые не гнушаются быть рядом с нами и помогать в земных ситуациях.

История Лидии Сергеевны

В 1997 году в Лавру приехала немолодая женщина по имени Лидия. Она была совершенно невоцерковленным человеком и ехала не для того, чтобы молиться или искать разрешения каких-то духовных проблем. Была проблема совсем другого рода. Лидия Сергеевна хотела забрать свою дочь Татьяну, которая, закончив университет, вдруг сказала, что не будет жить в миру, стала ездить по святым местам, древним обителям и наконец поселилась у Троице-Сергиевой Лавры. Здесь Татьяна встретила прекрасного духовника отца Онуфрия, который однажды, прозревая будущее, сказал: «Скоро приедет твоя мама. Приведи ее ко мне». И вот действительно, мама приехала, чтобы вернуть свое чадо к мирской жизни. Дочь, как и было условлено, повела ее к батюшке. Во время беседы с отцом Онуфрием с Лидией что-то произошло, из глаз ее потекли слезы, а в сердце неожиданно родилось желание покинуть бессмысленную суету жизни мирской и посвятить себя чистой, духовной жизни возле святой обители. Вместо того, чтобы забрать дочь, Лидия Сергеевна осталась сама, стала снимать жилье в Сергиевом Посаде и трудилась при храме. Через некоторое время, – это был 1998 год, – у нее обнаружили опухоль в горле, врачи сказали, что делать что-то бессмысленно – это стало серьезным искушением для только что обратившегося к Богу человека.

Святые отцы говорят, что скорби никогда не посылаются людям случайно – они помогают как можно раньше увидеть непрочность земных благ. Только в скорбях, лишениях и болезнях мы понимаем, что чего бы ни стремились достичь на земле: богатство, славу, удовольствия, все равно придет момент, когда все это будет отнято. Более важно то, с чем душа встретит вечность. Именно скорби помогают обратить сердце к благам подлинным, вечным, духовным.

Для Лидии болезнь стала испытанием, насколько серьезно она обратилась своей душой к Богу. Теперь каждый день, с самого утра и до вечера, на протяжении всех акафистов в Троицком соборе Лавры она молилась преподобному Сергию. Ее уже хорошо знали лаврские монахи, совершавшие служение в Троицком храме, а она изо дня в день от всего сердца молилась. При этом в глубинах души у нее было чувство и твердая вера, что если она приложится к открытым мощам преподобного Сергия, то Бог подаст ей исцеление. Обыкновенно все прикладываются только к раке – серебряному ковчегу, в котором почивают мощи Сергия, а на уровне главы Преподобного помещается стеклянная створка, которая лишь изредка открывается, и тогда можно приложиться к покрытой покровом главе святого Сергия.

Наступило 7 октября, то есть день накануне осеннего праздника преподобного Сергия. К этому празднику в Лавру съезжаются все архиереи Русской Православной Церкви, которые во главе со Святейшим Патриархом Московским и всея Руси совершают торжественное богослужение. Лидия стояла недалеко от святых мощей, молилась. В это время в Троицкий собор вошел кто-то из приехавших архипастырей. Иеромонах, совершавший служение (то был отец Ираклий), открыл мощи Преподобного, пропустил владыку, а затем подозвал приложиться Лидию: «Матушка, давай, подходи» (имени ее он не знал, но часто видел в Троицком соборе). С какой верой, с какой надеждой и горячей молитвой она приложилась! Как сама вспоминает, слезами оросила покров Преподобного. Вечером на Всенощной на помазание она подошла самой последней, незнакомый ей архиерей помазал ей лоб, после чего она открыла ворот одежды, освободив пораженное опухолью горло, и владыка, поняв ее, произнес: “По вере вашей да будет вам” (Мф. 9:29) – Лидия Сергеевна еще и слов-то таких не знала, что они из Евангелия взяты – и святым елеем изобразил на ее горле большой крест. Ночью наступило исцеление, опухоль исчезла, как будто ее и не было. Сама Лидия Сергеевна рассказывала, что, проснувшись, почувствовала, как слизь выходит через рот. Праздник преподобного Сергия Радонежского Лидия встретила совершенно здоровой!

Вот так преподобный Сергий призывает людей к себе, под свой благодатный покров, и удивительным образом помогает в самых, казалось бы, безвыходных ситуациях.

Сама Лидия Сергеевна после чудесного исцеления пережила еще много скорбей. Едва она наскребла средств на покупку комнаты в коммунальном доме, как через каких-то год-полтора дом сгорел, как говорится, дотла. Пожар случился ночью, в мае 2011 года, пожарные оказались бессильны помочь. А милиционеры, развернув полотно, кричали сгрудившимся у окон второго этажа перепуганным жильцам: «Прыгайте, прыгайте». Но полотно милиционеры держали так, что все, кто прыгнул, получили повреждения. Лидия Сергеевна, семидесятилетняя женщина, сломала при падении позвоночник. Что говорить о других ее травмах – переломаны были все ребра – если о позвоночнике врачи ей сказали, что она уже не сможет ходить. Перелом позвоночника получила и дочь, но если Татьяна в результате лечения смогла ходить и обслуживать себя, то Лидия Сергеевна первое время оказалась прикована к кровати. Будучи без жилья, здоровья и денег, она в полной немощи взывала ко всем, кто только мог бы помочь. Найти тихий угол ей удалось с огромным трудом.

При посещении ее удивительно было видеть, что в самых скорбях она всегда оставалась бодрой духовно. С трудом научившись передвигаться по помещению, она не роптала, более того, укрепляла тех, кто ее навещал.

Строительство обители. С. Ефошкин

Путь к возвышенному всегда сопряжен с трудом и усилиями. Вспомним, что сам преподобный Сергий испытывал в своей жизни большие трудности. Когда он пришел на место будущего монастыря – холм, называемый горой Маковец, был покрыт непроходимым лесом, в котором водились хищные звери. А ведь наша, русская зима отличается жестокими морозами! Представим жизнь в простой деревянной келии, срубленной собственными руками. Ни централизованного отопления, ни водопровода, ни живущих рядом людей. Но преподобного Сергия согревала молитва, а его верность Богу и чистота его души преобразили и окружавший его мир. Как описывает ученик Сергия Епифаний Премудрый в житии своего святого наставника, возле преподобного Сергия дикие звери теряли хищные нравы, так что даже медведя Преподобный кормил из собственных рук. И в наши дни угодник Божий помогает в скорбях, помогает преодолевать страсти людские, но нам не подается полностью беспечальная жизнь, чтобы в жизненных испытаниях мы могли укрепляться духовно.

Живя в Сергиевом Посаде, еще до травмы позвоночника Лидия Сергеевна участвовала в благотворительной деятельности, собирала помощь для детских домов, сама раздавала ее и беседовала с детьми о Боге. Некоторое время она посещала детский дом для слепоглухонемых. Долго посещать не смогла, так как при виде слепых детишек у нее слезы текли ручьем. Батюшка сказал, что со временем сердце ее привыкнет и станет пожестче, но этого она так и не дождалась, ушла. В детском доме она познакомилась со слепым мальчиком Владиком, так звали и ее собственного внука. Лидия Сергеевна все время общалась с мальчиком. Когда она приходила, то он говорил: «Пришла бабушка Владика и моя». Узнав о возможности пересадки органов, Лидия Сергеевна предложила забрать у нее один глаз для Владика: «Я уже пожилая, мне он не нужен, а ему пригодится», но врачи сказали, что в случае Владика это невозможно – у него с рождения не только отсутствовали глазные яблоки, но и не было ведущих к ним нервных стволов.

Лидия Сергеевна помогала и автору этих строк. В лице этой женщины многие видели бескорыстного, доброго человека. В итоге она лишилась всего, но, даже будучи прикована к кровати, умела душевно укреплять других. Господь всегда спасает от тоски и уныния тех, кто имеет любовь к ближним и оказывает им деятельное добро. Скажу более: Лидия Сергеевна после ряда испытаний стала еще добрей, хотя и до испытаний доброты у нее было немало.

Вот допустим, отец Онуфрий благословил Лидии Сергеевне помогать одной сильно пострадавшей женщине. Звали ее Светлана и трудилась она в подмосковном лепрозории. Лепрозорий – место нахождения и лечения прокаженных — долгое время был засекречен. К несчастью Светланы, муж ее сильно страдал алкоголизмом. Однажды, в пьяном бреду он схватил ружье и выстрелил в супругу – она не успела от него убежать, дробь поразила позвоночник в четырех жизненно важных местах. Так она стала калекой, передвигалась с трудом на колясочке.

Лидия Сергеевна регулярно навещала ее, пока Светлана жила в Сергиевом Посаде рядом с храмом святых Петра и Павла. Но потом по какой-то причине Светлане пришлось переехать в дом, находившийся на территории лепрозория. Поселилась она в котельной на втором этаже. Лидия Сергеевна время от времени приезжала туда. Как-то в морозный зимний день она с двумя сумками продуктов поехала на автобусе к Светлане. Автобус сделал крюк и приехал к конечной остановке, миновав нужный поселок.

Выйдя на улицу, на морозном ветру Лидия Сергеевна стала сильно скорбеть, совершенно не зная, что делать, и от всей души молилась преподобному Сергию помочь в этой ситуации. Тут совершенно неожиданно подъезжает такси. Водитель, словно прочитав скорбь Лидии на ее лице, вежливо спрашивает: «Вам куда надо?», довозит до нужного места и не берет за это денег. Пока Лидия Сергеевна поднимала свои сумки, обернулась, чтобы еще что-то сказать водителю, а машины как будто и не было.

Подошла к дому, и уже на первом этаже подъезда услышала, как рыдала навзрыд Светлана. Мобильных телефонов тогда ни у кого почти не было. О том, что Лидия Сергеевна должна приехать, Светлана не знала, но именно в это время с ней случилась сильнейшая болезнь, при которой требовалась чья-нибудь помощь. Светлана просила преподобного Сергия послать ей кого-нибудь. Появление Лидии Сергеевны она приняла как величайшую милость Божию по молитвам преподобного Сергия Радонежского. Светлана прожила еще шестнадцать лет и покинула земной мир в конце 2013 года.

История с теплообменником без особого чуда

Есть случаи, в которых имеет место явное чудо, а есть случаи, в которых за обыкновенным скрывается необыкновенное.

Павел, молодой человек, учившийся в военном училище, с ранних лет увлекался эзотерикой, нехристианской мистикой, много читал сатанинскую литературу, в итоге дошел до полного разрушения своей души, и в храм, можно сказать, не пришел, а приполз.

Здесь первые исповеди и регулярное причащение Святых Таин стали ему помогать. Кто-то посоветовал читать аскетическую литературу, он очень увлекся монашескими идеалами, хотя был уже человеком женатым. Ему очень хотелось соприкоснуться с монашеским духом. Кроме того, духовник посоветовал пройти отчитку.

В 2011 году Павел работал в торговой сфере, отвечая за реализацию холодильных систем. Однажды в Лавру продали теплообменник, но из монастыря вскоре поступила жалоба, что техника неисправна. Приехавшие для экспертизы инженеры посчитали, что теплообменник вполне исправен, но, возможно, кто-то из нанятых работников Лавры предпринимал попытки украсть фреон для дальнейшей наживы. Из Лавры снова поступила жалоба ответственного лица. И тогда Павел самым сердцем почувствовал, что это точно его призывает Господь поехать в святую обитель. Он договорился с организацией о командировке и на три дня приехал в Лавру.

Ответственный, отец Флавий, рассказал, что сам учился на инженера, хорошо разбирается в холодильниках, и что утечка фреона из купленного аппарата наверняка есть. Павел выполнял положенную работу. Но главное оказалось совсем другим: все эти дни отец Флавий организовывал ему посещение святынь, Павел присутствовал на монастырских богослужениях, участвовал в трапезах братии и был невероятно счастлив от того, что самым делом соприкоснулся с духом монашеской жизни. Потом ему с женой от отца Флавия достался пригласительный билет на пасхальную службу, и много после этого Павел посещал братские молебны в Троицком соборе у мощей преподобного Сергия.

Прошло какое-то время. Отца Флавия перевели на другое послушание, теплообменник как работал, так и продолжил работать, жалоб больше не поступало, и из всего этого ясно было одно, что неисправность или мнимая неисправность установки (до конца так никто и не понял) была нужна только лишь для того, чтобы на тот момент еще не достаточно воцерковленный Павел стал ближе к Богу посредством неожиданной поездки в обитель святого Сергия.

Преподобный Сергий постоянно участвует в устроении жизненных судеб людей. Чудным образом в обыкновенном совершается необыкновенное, а за решением жизненных ситуаций стоит теплая забота Преподобного.

«Мама скоро придет»

Вот вроде бы совершенно житейская ситуация – детские страхи. Но и здесь преподобный Сергий явил свою любовь, представ маленьким детям и укрепив их до прихода мамы. История эта реальна, ибо люди, с которыми она произошла, близко знакомы автору.

Маленькая девочка, о которой пойдет речь, ныне мама главного редактора одной известной радиостанции в Москве. Она до сих пор трудится в Лавре, хотя и достигла уже пенсионного возраста. А ее собственная мама работала в Сергиевом Посаде в больнице, в самом конце улицы Кирова. Уходя на работу, она вынуждена была оставлять дома детей одних: дочку Софию лет четырех и сына Михаила лет шести.

Эти дети больше всего на свете боялись грозы. И вот однажды их мама во время работы заметила, что на город надвигается страшная грозовая туча. Реакция детей была заранее известна, и мама, тут же отпросившись, поспешила домой. Но разве быстро пройти такое расстояние? Гроза уже во всю бушевала. А бедная женщина всю дорогу горячо молилась преподобному Сергию.

Подойдя к дверям, она с удивлением обнаружила, что в квартире тихо и спокойно. Когда открыла дверь, то дети, проявляя странное спокойствие и радость, словно никакой грозы и не было, сразу стали говорить про старца, который их только что посетил. А именно, когда тучи стали сгущаться и пошел дождь, они увидели, как в комнату зашел благообразный старец, причем они нисколько его не испугались. Старец стал ласково с ними разговаривать, успокаивать: «Не пугайтесь, мама скоро придет». Он говорил что-то еще, что к настоящему времени уже забылось, а в то время записать никто не догадался. Когда же их мама подошла к двери, она была заперта, и никто из посторонних не мог ее открыть. Куда делся старец, дети понять не могли, так же как и откуда он появился. Брат впоследствии вспоминал, что старец был в монашеском одеянии, такой, как изображается преподобный Сергий, очень ласковый, даже прикоснулся и погладил детей, а потом он просто исчез. Так детям явился сам преподобный Сергий, утешающий даже в таких малых волнениях.


Впрочем, автор не может не добавить, что жизненный путь этих детей оказался на странность различным. Если маленькая Соня выросла глубоко церковной женщиной, всецело преданной преподобному Сергию, то старший брат Миша со временем стал проявлять к вере полное безразличие. Уехав заграницу, проживая в комфорте и внешнем благополучии, он как-то остыл к вопросам духовной жизни. При личной беседе автора с ним Михаил Ильич высказывал редкостную индифферентность к вопросам духовного мира, и даже о посмертном бытии души высказывался скептически: «Никто не видел того, что там. Да и есть ли там что-то вообще, мы не знаем». Но даже при такой закостенелой личной апатии к вере он все-таки с удивлением вспоминает и признает, что в далеком детстве им действительно явился старец, очень похожий на преподобного Сергия, и сам Михаил Ильич, противореча себе, убежденно заключает: «Вероятно да, пришел он оттуда».

Бабушка с Украины

Матушка Елена Гусар рассказала свою историю, в которой также за обыкновенным скрывается необыкновенное:

«Уже более шестисот лет мощи преподобного Сергия являются источником благодатной помощи для многих людей. Исцеление больных, изгнание бесов, помощь в скорбных семейных и других жизненных обстоятельствах, избавление от опасностей и помощь в учебе – множество чудес, подобных этим, не перестает совершаться по молитвам Преподобного.

Господь судил так, что мне довелось жить некоторое время в Сергиевом Посаде и потрудиться в Лавре преподобного Сергия в качестве экскурсовода. Однажды вечером 9 октября я вела экскурсию, рассказывала о Лавре и ее святынях группе немцев. Вечерняя служба в храмах уже закончилась, и, по обыкновению, экскурсоводы закрывают храмы на ключ. Но в тот вечер на паперти Успенского храма сидела сгорбленная старушка, совершенно слепая. Бабушка сказала, что ей некуда идти, и она останется ночевать на улице.

Она рассказала, что одна в свои восемьдесят с лишним лет приехала с Украины, из Киева на праздник преподобного Сергия, будучи совершенно незрячей. Говорила, что очень горячо молилась преподобному Сергию и просила его помощи, чтобы ей добраться до Лавры. Ведь там живет и ее духовник – известный лаврский старец архимандрит Наум (Байбородин), и ей нужно было попасть к нему на исповедь и получить жизненно важный совет.

«Всю дорогу я ехала на электричках, – рассказывала мне бабушка Анна (позже мы с ней познакомились), – добиралась из Киева до Москвы несколько дней, ночевала на вокзалах. Добрые люди помогали, я ведь ослепла совсем, ничего не вижу, не знаю, в какую электричку садиться. Только молюсь, прошу помощи у преподобного Сергия; зацеплюсь рукой за прохожего, а он проводит до нужной электрички, поможет зайти, спрашиваю его имя, чтобы помолиться о здравии, а он отвечает: «Сергеем меня зовут, бабуля». И так несколько раз в пути мне разные Сергеи помогали. Это мне преподобный Сергий всех их послал», – рассказывала с улыбкой баба Аня. Разве это не чудо?!

Я попросила бабушку Аню подождать, пока я закончу экскурсию, обещала помочь ей устроиться на ночлег. Но мои немцы так растрогались этой историей, что сразу дали денег и попросили позаботиться о паломнице. На проходной у лаврских ворот мы нашли несколько адресов, где можно было переночевать недалеко от Лавры. Бабушка Аня взяла меня под руку, и мы пошагали с ней, прося помощи преподобного Сергия. На беду все места оказались уже занятыми, нам везде отказали. Уже отчаявшись, мы постучались в один из домов, и каково же было наше изумление, когда нам открыла женщина, оказавшаяся землячкой бабы Ани, тоже из Киева. Они и жили раньше недалеко друг от друга. У них даже нашлись общие знакомые. И какая же была у всех радость, как промыслительно все устроил Господь по молитвам преподобного Сергия. Теперь я была спокойна за бабу Аню. Хозяйка дома радушно приняла паломницу, пообещав на следующий день проводить ее в Лавру к отцу Науму и отвезти потом на вокзал.

Вот так преподобный Сергий заботится обо всех, с верой приходящих к нему».

«Ты довольна?»



Иногда случающиеся беды воспринимаются нами как безысходные. Но обращение всем сердцем к преподобному Сергию и в таких ситуациях находит благодатный ответ. Вот какой историей поделилась Людмила С., слушательница Высших богословских курсов при Московской духовной академии, где автор преподает.

В ноябре 1994 года в городе Краснознаменске Одинцовского района, где расположена военная часть, произошло ЧП. У офицера, друга мужа Людмилы, украли восьмимесячную девочку вместе с коляской возле универмага. Хотя по тревоге подняли всю часть, солдаты и офицеры обыскали все подвалы, чердаки, обошли все квартиры, ребенка нигде не нашли. А коляска валялась за чертой города.

Все были в ужасном состоянии, переживали, как это так — в закрытом военном городке — пропал ребенок. От такого горя Людмила с мужем поехали в Лавру, потому что слышали и читали, что от мощей преподобного Сергия Радонежского происходят чудеса. Когда они приехали (это было 8 ноября) и помолились у мощей преподобного Сергия, чтобы девочка нашлась, то Людмила еще попросила святого угодника о себе, чтобы ей забеременеть. Ей было уже тридцать пять лет, а детей никак не было.

Хочется отметить, что они молились и просили преподобного Сергия, будучи совершенно невоцерковленными на тот момент людьми, не состоя в церковном браке и даже не будучи зарегистрированы. Не обладая пониманием храмовой культуры, Людмила приехала в Лавру в брюках, с накрашенными губами. Тем не менее, как говорит сама Людмила, преподобный Сергий сжалился и исполнил их просьбу и желание. На следующее утро девочка лежала целая и невредимая, завернутая в одеяльце, на коврике возле квартиры ее родителей. Сама же Людмила после этого забеременела.

Когда прошло два месяца, во сне она увидела, как к ней идет сам преподобный Сергий – в необыкновенном свете, улыбается, столько доброты и любви было в его глазах, что Людмила вспоминает: «Никто меня так в жизни не любил. До сих пор я вспоминаю, и у меня текут слезы, и сердце согревается теплом». Преподобный Сергий ласково спросил: «Ты довольна?» А после этого, в сентябре 1995 года у нее родился сын, которого назвали Сергием в честь Преподобного.

После чудесной поездки в Лавру Людмила воцерковилась. Когда ребенку было шесть месяцев, мама купила ему икону преподобного Сергия Радонежского. Малыш все время тянулся к иконе, говорил: «Папа! Папа!» Мама давала ему эту икону в руки, он прижимал ее к себе и без нее не спал. Отца папой он почему-то не называл, за что тот все время ругался: «Я твой папа».

К великому сожалению, гражданский супруг на тот момент к Богу не обратился. Не сложилась в дальнейшем и их семейная жизнь. Мама с ребенком старались ходить в храм, шли тайно от отца, а он все равно безошибочно определял их хождение. Людмила спрашивала: «Ты следишь за нами что ли или кто-то докладывает?». Он отвечал: «Да вы на рожи-то свои поглядите, вы ведь все светитесь».

Людмила не смогла, рассталась с ним. Будучи еще слишком духовно неопытной, она дала обет, что воспитает ребенка в любви Божией. Отсюда делала вывод, что с таким супругом разве сможет воспитать сына правильно. Затем священник ей говорил: «Как можно давать такие обеты? Надо ведь сначала себя укрепить». О бывшем супруге известно, что, обзаведясь новой семьей, он все же пришел к вере и тоже приезжал в Лавру молиться преподобному Сергию.

Вкратце представим дальнейшую судьбу Людмилы с сыном до настоящего времени. Они переехали в Ленинградскую область. Людмила пошла работать в воскресную школу преподавателем. Сын постоянно ходил с ней, а затем поступил в кадетский корпус. По воскресеньям посещал храм. В шестнадцатилетнем возрасте испытал период охлаждения в вере. Так, когда они приехали в Саввино-Сторожевский монастырь и подошли к святым мощам, сын сказал: «Чего ты меня сюда привезла? Чему тут поклоняться? Косточки какие-то». Мама заплакала, припала к святым мощам и стала просить преподобных Сергия Радонежского и Савву Сторожевского, чтобы они вернули ребенка к вере. Она сказала: «Я отсюда не уйду, пока кто-нибудь из монахов с тобой не поговорит». Тут подошел один монах и спрашивает: «Что случилось?» Он стал разговаривать и объяснять смысл почитания святых мощей. После этого сын не только укрепился в вере, но и стал ходить на службу в алтарь, помогать за богослужением, вставал раньше матери и ехал в церковь. А потом он поступил в военно-космическую академию.

Увидел преподобного Сергия

Обыкновенно, когда говорят о чудесах, то думают услышать об исцелении безнадежно больных, о том, что кто-то просил помощи в тяжелой земной ситуации и получил небесный ответ. Такие случаи есть – у Бога милости много. Однако далеко не всегда чудо бывает ответом на просьбу о чем-то земном.

Неисповедимым Промыслом Божиим одним подается чудо в самом начале духовного пути, при обращении к Богу, как особое благодатное вдохновение, призывающее к жизни духовной и на протяжении всех последующих лет согревающее душу. Другим подается в середине пути, когда они, ослабев, приходят к духовному спаду – чудо возвращает им стимул к духовному деланию. Третьим подается чудо в самом конце жизни, после долготерпеливого земного странствия как утешение за понесенные тягости.

Достаточно близкий автору человек, преподаватель духовной семинарии, Михаил, рассказал о ключевом событии в его жизни, связанном с преподобным Сергием. Ему было дано чудо именно в начале духовной жизни. Еще совсем юным человеком он стал трудиться на подворье Троице-Сергиевой Лавры в Москве – это было в самом начале возрождения подворья, когда приходилось много работать, заниматься ремонтами и реставрацией.

Сначала на подворье был открыт храм, потом появились монахи. По делам они ездили в Лавру. Однажды Михаил с несколькими иноками поехал в обитель Сергия в надежде приложиться к святым мощам. Не так давно обратившись к вере, он весь горел искренним желанием помолиться преподобному Сергию.

В то время Троицкий собор был открыт лишь до 17:00. В Лавре братия с подворья занялась необходимыми делами: что-то приобретали, выписывали, погружали. Время тянулось, и с самого начала Михаил скорбел душой, что они не успеют зайти в Троицкий собор, а так хотелось придти к Преподобному, приложиться к его мощам и от души помолиться. Как уже было сказано, недавно всем сердцем обратившись к Богу, Михаил с чистым, детским благоговением стремился ко всему духовному, и теперь, оказавшись в Лавре и не успевая к преподобному Сергию, он очень в душе огорчался. В 16:45 приехавшая с подворья братия неожиданно вспомнила, что пора бы зайти к Преподобному – все поспешили в собор, подошли к раке.

Михаил с благоговением и душевным трепетом шел вслед за монахами. И вот он у святых мощей. Приложился к ногам Преподобного, стал проходить дальше, чтобы приложиться к рукам, но вдруг совершенно отчетливо и реально увидел преподобного Сергия. Никогда больше, ни до, ни после этого с Михаилом не было ничего подобного, да он и сам никак не ожидал и не искал такого видения. Но всё воспринималось как в обыкновенной действительности, только с удивительно новым чувством в душе: собственно, вроде бы ничего особого, Михаил только увидел, как Преподобный восстает из раки, ласково смотрит на Михаила, прикасается руками к его голове и тепло целует в лоб. Михаил ощутил и душой и телом благодатную, неземную, теплую любовь Преподобного, в уме и сердце воцарились мир и покой. Он был словно на Небе. На лбу, в том месте, где поцеловал преподобный Сергий, было тепло-тепло. А в душе оставалось необыкновенное, благодатно-радостное воодушевление, которое сохранилось по выходе из собора.

Это было в 1995 году. Через год Михаил поступил в семинарию, затем закончил и ее и Духовную академию, стал преподавателем духовных школ и церковным ученым. На протяжении всех последующих лет, когда случались разные жизненные проблемы, для Михаила бывшее видение являлось утешением и духовной опорой. Оказывается, мы не оставлены, нас видят святые, они любят нас и готовы помочь, только бы мы обращались к ним самым сердцем.


Священник Валерий Духанин

Как преподобный Сергий спас Московскую духовную академию


…Вспоминается из жития преподобного Сергия Радонежского, как в обители настал страшный голод, и не было ни единого куска хлеба. Преподобный Сергий завещал всецело полагаться на Бога, и через два дня к монастырю пришла от неизвестного благотворителя подвода, наполненная свежеиспеченными хлебами. А ведь братия в то время считала, что выхода просто нет… А вот какая история с Московской духовной академией произошла в наши дни.

Поздно вечером 2 июля 2012 года на официальном сайте Московской духовной академии появилась новость: сообщалось, что академия испытывает серьезные финансовые трудности и нуждается в помощи. Подробно о сложившейся ситуации не писалось, но знающие люди говорят, что продуктовый склад академии оказался в буквальном смысле пустым. Не было средств и для выплаты зарплаты сотрудникам.

В первоначальном варианте опубликованной новости написали: «Острая нехватка средств ставит под угрозу не только процесс развития, но и само существование академии». Чтобы не шокировать читателей сайта, текст в ту же ночь отредактировали, и в окончательном варианте уже говорилось об угрозе «важному процессу реформ», проходящих в духовной академии.

Шел Петров пост. Семинаристам поначалу о возникшей ситуации ничего не сообщали, однако все заметили, что трапеза стала куда более скромной, чем даже минувшим Великим постом. Знакомый студент, проходя через столовую, услышал, как повара что-то грустно обсуждали, а одна с печалью сказала ему: «Ох, ребятушки, чем же мы кормить-то вас будем?»

Как могло произойти, что ведущая духовная школа Русской Православной Церкви оказалась на грани выживания – отдельный вопрос. Сбой в снабжении произошел ввиду утраты спонсорской поддержки, ранее покрывавшей продовольственные нужды академии. С внешней стороны это объяснялось экономическим кризисом и ожиданием новых финансовых потрясений. Но на самом деле во всем этом сказался глубочайший Промысл Божий. Господь, попуская безвыходную ситуацию, заранее предустроил и чудесное избавление, о котором речь впереди.

Впрочем, на тот момент положение требовало незамедлительного решения, учитывая, что кормить следовало около 700 студентов ежедневно. Администрация вынуждена была пойти на заем денежных средств, чтобы приобрести продовольствие. Средства предстояло вернуть в ближайшее время, но и приобретенных продуктов хватало только на ограниченный период времени. Два вопроса беспрестанно мучили руководство духовной школы: на сколько дней еще хватит продуктов и, собственно, что после этого делать? Для того, чтобы дотянуть до более-менее сбалансированного спонсорского финансирования, нужно было продержаться сколько-то времени. И вот тогда ректор академии архиепископ Евгений пошел на вынужденный шаг – обратился со страницы академического сайта с просьбой о помощи ко всем, кто только готов был откликнуться. Обращаться стали и к выпускникам академии, чтобы они поддержали родную духовную школу, постарались бы привлечь спонсоров.

Хочется упомянуть, что подобные обращения, особенно на сайте академии, повлекли за собой некоторое недовольство со стороны высшего руководства, поскольку выходило, что ведущая духовная школа брошена на произвол судьбы. Администрации академии досталось еще и сверху. Обращения с просьбой о помощи вынуждены были с сайта убрать. Но благодаря именно этим обращениям, во-первых, проявилась удивительная милость Божия, а во-вторых, стала известна весьма поучительная история.

Приоткроем секрет, что в этих поисках активное участие принял помощник ректора по представительской работе протодиакон Игорь Михайлов, и поиски его увенчались успехом. Вышло так, что просьба о помощи дошла до одного батюшки, протоиерея Алексия, выпускника Московской духовной семинарии давно минувших лет. Весть о недостатке средств так тронула его сердце, что на ближайшем богослужении он обратился со словом к своим прихожанам. Получилось еще и так, что именно к этому времени в храм зашла женщина по имени Елена, муж которой обладал некоторыми средствами. Вот эта-то женщина, случайно оказавшись на проповеди, сумела убедить супруга снарядить две огромные фуры, забитые доверху продуктами, в духовную академию. Фуры пришли примерно через две недели после просьбы о помощи и стали настоящим спасением.

Кто учился в то время, рассказывает, что администрация направила разгружать фуры вообще всех учащихся, которые только не были задействованы на других послушаниях. Академия была спасена, прибывшие продукты покрыли основные нужды на данный момент и помогли продержаться время, необходимое для выхода на регулярную спонсорскую поддержку.

Для администрации духовной школы это было каким-то чудом, что вот так откликнулась женщина и совершенно бескорыстно направила академии помощь, обошедшуюся в сумму, для частного лица совершенно непомерную. Протодиакон Игорь Михайлов очень просил протоиерея Алексия привезти Елену в академию. Ее действительно ждали и хотели понять, почему она так поступила. Люди редко готовы бескорыстно отдать, пожертвовать так много без какой-либо для себя выгоды или чести. И вот через два месяца отец Алексий ее привез.

Оказалось, что Елена − еще совсем молодая женщина, простая и скромная. Отец Игорь ходил с ней по Лавре, они посещали все храмы, а потом пошли к преподобному Сергию. У мощей батюшки Сергия она разрыдалась, сокрушенно плакала преподобному как живому, долго не могла остановиться и утешиться. Видно было, что благодать коснулась ее сердца. Потом Елена пришла в себя и сказала отцу Игорю, что расскажет свою историю чуть позже.

Как руководитель Церковно-археологического кабинета, отец Игорь водил Елену и по академическому музею, но к его экспонатам Елена проявила куда меньше внимания, нежели к святыням Лавры. Отцу Игорю хотелось ее как-то порадовать и отблагодарить. Накрыли обед. И вот во время этой маленькой трапезы она рассказала, что предшествовало ее добровольному пожертвованию.

В жизни Елены случилось крайне горестное событие, которое любая молодая женщина восприняла бы как крушение своей жизни: она заболела так, что отказали конечности. Месяц за месяцем она лежала прикованная к постели. Муж, в силу своего положения, способен был привлечь любых врачей и специалистов, чтобы найти причину болезни, но почему-то определить что-либо, а тем более изменить никак не удавалось. Когда наступил уже пик отчаяния, и она пришла к жуткому осознанию, что ничто человеческое не помогает, то вот какое чудо ей было дано.


Троице-Сергиева Лавра. Успенский собор

Это произошло при самых обычных обстоятельствах, окружающих невоцерковленного человека. В комнате, где она бездвижно лежала, был включен телевизор, и в каком-то сюжете на экране появились синие купола. Елена и знать не знала, что это за купола, но в этот момент она услышала голос: «Тебе надо ко мне». Голос был совершенно неземной, исполненный любви и заботы о ней. Елена рассказывала об этом со слезами. Голос она восприняла так, как будто уже ждала его, это был ответ на плач сердца, на просьбу измучившейся души. Еще была такая особенность: голос она восприняла как голос живого человека, очень близкого и родного, как очень личное обращение, которое она очень и очень ждала. У нее было ясное чувство, что тот, кто к ней обратился, живой.

Для Елены было очевидно, что откровение напрямую связано с синими куполами. Но что это за купола? Она позвала мужа и спросила его. Тот выяснил, что синие купола со звездами принадлежат Свято-Троицкой Сергиевой Лавре. Тогда они поспешно собрались и уже на следующее утро рано выехали в монастырь. Добравшись, поставили машину возле Уточьей башни.


Поскольку Елена не могла ходить, ее понесли два человека из охраны ее супруга, понесли прямо к святым вратам обители. И здесь им вдруг сразу сказали: «Вот становитесь сюда, вам надо сюда». Оказалось, что, сами о том не зная, они приехали в Лавру на летний праздник преподобного Сергия − 5 (18) июля, и в такой день от святых врат ведет огромная очередь к Троицкому собору. Вот в эту-то огромную очередь им и сказали стать находившиеся там люди.


Елена еще не была воцерковленным человеком, не обладала нужными знаниями, она руководствовалась откликом сердца на данное ей откровение. Не анализируя своим рассудком, она всей душой стремилась к тому, кто ее позвал. Теперь им сказали стать в очередь, и они встали. Бывшие здесь бабушки сочувственно говорили ей: «Тебе надо к нему, к Преподобному», и она воспринимала батюшку Сергия как живого человека, который позвал ее и который ей непременно поможет. Было знойно и жарко, а в Успенском соборе с синими куполами шла поздняя Литургия.

Непомерно великая очередь, казалось, и не думала продвигаться. И вот после полудня произошло то, что на памяти старожилов было лишь однажды на летний праздник преподобного Сергия. Помнит этот день рассказавший историю протодиакон Игорь Михайлов (он стоял в хоре, где регентовал покойный архимандрит Матфей), помнит этот день и записавший историю автор этих строк (я стоял среди простого народа). После полудня, когда Святейший Патриарх Алексий II отслужил молебен на площади и ушел разоблачаться в храм, а на колокольне зазвенели колокола, вдруг раздался гром и пошел страшный ливень.

Рака с мощами преподобного Сергия

Почему вдруг такой проливной дождь, когда лило буквально как из ведра, тем более на праздник преподобного Сергия, который всегда отличался пасхальной ясностью, − было непонятно и странно. Но Бог устроил так промыслительно: очередь к Троицкому собору вмиг растворилась, Елену, промокшую всю до ниточки, донесли до собора и внесли внутрь. Ей самой не было дела до своего внешнего вида, до своей промокшей одежды, она вся была устремлена к долгожданной встрече, и ей было радостно. Люди в храме, видя, что ее несут двое, стали уступать ей очередь. Вот она уже приближается к святым мощам. И тут вдруг, увидев серебряную раку, где покоились мощи святого, она растерялась и произнесла: «А что, он не живой?» Ведь она воспринимала того, кто обратился к ней, как живого. Ее приложили головой к святым мощам, и тут она потеряла сознание.

В бессознательном состоянии Елену донесли до автомобиля. Прошло время, она очнулась и мирно смотрела в окно. Когда подъехали к дому, то охранники из второго автомобиля открыли ей дверь, готовясь взять ее на руки. Муж сидел на переднем сиденье рядом с водителем. И тут, совершенно просто и естественно, как будто никакой болезни и не было, Елена вышла, сказав: «Ну что, пора ужинать». Она смотрела на мужа, а все смотрели на нее. Тут она поняла, что стоит на собственных ногах, и начала плакать. Она плакала и плакала, а на душе была благодатная радость.

Когда протодиакон Игорь слушал эту историю, то спросил, а видела ли она что-нибудь, пока находилась во сне. Елена ответила: «Да, я видела его». Оказалось, что пока она была без сознания, то увидела преподобного Сергия, который с любовью, ласково сказал: «Я тебя исцеляю, только ты не греши». И вот когда Елена, сама того не ожидая, встала на свои ноги и совершенно исцелилась, то она опять убедила мужа ехать вместе в Лавру, и там она стала искать образ того, кто ей явился во сне.

Она пошла в Троицкий собор, спрашивала, где иконы батюшки Сергия, смотрела и не узнавала. Пошла в музей-ризницу, где находится знаменитая пелена на раку преподобного Сергия, о которой говорят, что это изображение батюшки Сергия носит прижизненные черты. Елена смотрела и опять не узнавала. Была уже близка к отчаянию, что не находит его лик, потому что помнила, как он ей явился.


А потом она зашла в надкладезную часовню, где с креста течет святая вода, там решила попить водичку и, когда пила, подняла голову, увидела образ, тут же узнала его и стала кричать: «Это он! Это он!» Ее стали одергивать: «Матушка, что вы?» А она, указывая на образ, спросила: «Как его зовут?» − «Это преподобный Сергий». Так она узнала того, кто ей открылся, призвал и исцелил.


И так совершилось чудо в жизни Елены, которая отказалась назвать свою фамилию и вообще не собиралась специально рассказывать кому-либо свою историю. Но во всей этой истории главное то, что стало меняться ее сердце.

…Прошло несколько лет, настал 2012 год, летом Московская духовная академия испытывала запредельные трудности. Администрация обращалась ко всем, к кому только могла. Стали просить и выпускников, чтобы они поддержали родную духовную школу. Откликнулся отец Алексий. Воскресная служба в его храме уже подходила к концу. Батюшка вышел на проповедь. Именно к этому времени пришла в храм Елена. Евангелие говорит, что Божьего благословения не лишается тот, кто приходит в одиннадцатый час. Бывают ситуации, когда последние становятся первыми. Елена услышала просьбу о помощи, и ее сердце сразу сказало, что это касается только ее, что настал момент проявить милосердие и что это ее отклик на Божий призыв. Она сразу же подошла к отцу Алексию и сказала: «Я должна это сделать». Затем последовала помощь. Академия продержалась нужное время и вышла на регулярную спонсорскую помощь. А протодиакон Игорь Михайлов, рассказывая эту историю, всё удивлялся, насколько, оказывается, непостижимы и неисповедимы пути Промысла Божия.

(Источник текста: Православие.ru)


Из «Слова благодарственного за все сотворённые чудеса Божии, бывшие в обители чудотворца Сергия по молитвам его», творения инока Авраамия Палицина

Кто захочет счесть все звезды круга небесного и из воздуха капли дождя изливаемые, и по краю моря лежащий песок исчислить, никак не сможет, ибо это невозможно для человека, но одному только Богу по силам. Так же невозможно счесть чудеса великих светочей, дивного в чудесах преподобного и богоносного отца нашего Сергия чудотворца и ученика его Никона чудотворца. Сколько творит Бог через угодников своих предивных, превосходящих всякое слово и умом непостижимых чудес! Словно солнце простирает он повсюду лучи чудес — не только в обители их, но и в царствующем граде Москве и в окрестных российских землях, — везде прославил Бог угодников своих, и повсюду распространились их чудеса вплоть до внешних государств Греческой и Римской державы. Настолько ведь возлюбил его Бог и прославил, что невозможно рассказать о всегда бывающих чудесах или писанию их предать. Ибо на всяком месте в бедах, или в скорбях, или в узах и в плену, в изгнании, в кровопролитиях и во всяких тяжелых утеснениях и печалях, кто призовет с верой на помощь этого великого отца, тот ведь посрамленным никогда не уйдет и в надежде своей не ошибется. Иногда же и прежде просьбы святой находящихся в печалях опережает и неищущим его скорым помощником оказывается. Ибо он вечный друг Матери Слова Божия; не считавший тогда и ныне всех нас питает. Кто же я, окаянный и грехи нелегко исцеляемые носящий, чтобы захотеть, тьмой будучи, сосчитать простираемые солнцем лучи чудес? Но о чем должен, о том я и вопию непрестанно, моля заступника отчаявшихся.

О, освященная вершина, как спас ты из рук гордецов созданное потом твоим, так и меня всеокаянного спаси из гортани змея, ибо к тебе прибегаем, обновившему чудеса Евфимия Великого и Феодосия: дай мне слово, бессловесные дела творящему, научи меня восхвалять тебя, служащего предвечному Слову, словом все составившему! Благословен Господь Бог наш, осуществляющий через тебя дивное и неизреченное! Благословенно тело твое, преподобный Сергий, уверяющее в воскресении мертвых! Всехвально, благословенно и препрославлено имя Господа, давшего тебя зрячим для спасения от греха! Благословен Господь, тобою удерживающий влекомых ко греху и вкладывающий в мысль живого тебя пред очи всем зрящим! Благословен живший прежде бытия всего мироздания, неисчислимый сотней тысяч и тьмами тем лет, но вечно сущий, изволивший создать все, безначальный и бесконечный, прославивший тебя наравне с прежними великими святыми! Благословенны вы, господа Сергий и Никон, сохранившие дом свой от обступившего его сатаны!

…Благословенны вы, богоносные отцы Сергий и Никон, ибо не зазвучали злочестивые догматы в творении болезненных трудов ваших! Блаженны вы, светила церковные, что не допустили еретикам разрушить стены дома вашего святого! …


Примечания:

1 Иоаким IV, Патриарх Антиохийский, первый из четырех Восточных Патриархов, посетивший Россию, прибыл в Москву в июне 1586 г. По указанию Царя Феодора Иоанновича Борис Годунов вел с Иоакимом переговоры о возможности учреждения Московской Патриархии. 8 июля этого же года Патриарх Иоаким посетил Троице-Сергиев монастырь.

2 Иеремия II, Патриарх Константинопольский, занимал Константинопольский престол в 1572–1579, 1580–1584, 1586–1595 гг. В 1588 г. посетил Россию с целью сбора средств для обнищавшей Греческой Церкви. Был принят Царем Феодором Иоанновичем и беседовал с Борисом Годуновым, который сумел убедить Иеремию согласиться на создание Московской Патриархии. 26 января 1589 г. Патриарх Иеремия возвел Митрополита Московского Иова в достоинство Патриарха, а в 1590 г. созвал в Константинополе Собор православных Патриархов, который утвердил создание Московской Патриархии. Летом 1591 г. Иеремия направил в Москву терновского митрополита Дионисия с известием о признании русского Патриарха Константинопольским Собором.

3 Свт. Иов, первый русский Патриарх, в миру Иоанн, родился в Тверской губернии, принял монашество в 1556 г. в Старицком Успенском монастыре, где достиг сана Архимандрита; был Архимандритом Симонова монастыря, в 1575–1580 гг. возглавлял Новоспасский монастырь, с 1581 г. – епископ Коломенский. С 1586 г. – Митрополит Московский; в 1589 г. был возведен в достоинство Патриарха. В 1605 г. по распоряжению Лжедмитрия свт. Иов на телеге, в простой монашеской рясе, был отправлен в ссылку в Старицкий Успенский монастырь, Настоятель которого, Архимандрит Дионисий, встретил его с почестями и постарался сделать его ссылку по возможности безболезненной. В период правления Василия Шуйского Патриарх Иов отказался вернуться в Москву, продолжая жить в Старицком монастыре, и приезжал в столицу только один раз, по требованию Шуйского, – 20 февраля 1607 г., когда состоялась его встреча с Царем и новым Патриархом Гермогеном. Преставился свт. Иов в Старице 19 июня 1607 г. Его прах был перевезен в Успенский собор Московского Кремля в 1652 г.

4 Феофан IV, Патриарх Иерусалимский, прибыл в Москву 19 апреля 1619 г.

5 В июне 1619 г. на Освященном Соборе, на котором присутствовал Патриарх Феофан, было единогласно решено просить восприять патриарший сан Митрополита Филарета (в миру – Федора Никитича Романова), отца Царя Михаила Феодоровича. Митрополит Филарет, вернувшийся в эти дни из польского плена (в котором находился с 13 апреля 1611 г.), долго не соглашался, ссылаясь на преклонные годы и страдания, которые ему пришлось претерпеть за годы смуты, но затем дал свое согласие. 24 июня 1619 г. Патриархом Феофаном и другими архиереями было совершено поставление Филарета на патриаршество с вручением ему ставленой грамоты.

6 Имеется в виду прп. Дионисий Радонежский (Зобниновский).

7 Паисий I, Патриарх Иерусалимский, в первый раз посетил Москву, будучи Игуменом, а в 1636 г. приезжал в Москву от имени Патриарха Иерусалимского Феофана для сбора средств на храм Гроба Господня. В январе 1649 г. он вторично приехал в Москву, уже будучи Патриархом. Посетил Троице-Сергиев монастырь 22 февраля 1649 г.

8 Патриарх Константинопольский Афанасий посетил Лавру в июне 1653 г., возвращаясь из России. По пути домой преставился в Ливнах.

9 Имеется в виду терновский митрополит Дионисий Палеолог.

10 Константинопольский Патриарх Филофей Коккин. Второй раз находился на патриаршем престоле с 1362 по 1376 г. Именно в это время, как считают историки, он послал дары Прп. Сергию.

11 "Сказание" Авраамия Палицына – книга, посвященная описанию событий Смутного времени и охватывающая период со смерти Ивана Грозного до Деулинского перемирия 1618 г. "Сказание" включает в себя 77 глав, первые из которых были написаны в 1612 г., вскоре после снятия осады Троице-Сергиевой Лавры, последние части книги были завершены автором в 1620 г. в Соловецком монастыре. Событиям обороны Троице-Сергиевой Лавры посвящена вторая, самая обширная часть "Сказания", имеющая название "Сказание, что содеяшася в дому Пресвятыя и Живоначальныя Троицы и како заступлением Пресвятыя Богородица и за молитвы великих чудотворцев Сергия и Никона избавлена бысть обитель Эта часть "Сказания" часто встречается в отдельных списках.

12 Успенский колодец находится около Успенского собора Лавры.

13 Патриарх Иосиф, пятый Патриарх Московский († 15.04.1652), избран на патриарший престол 20 марта 1642 г. из Архимандрита Симонова монастыря.

14 Монастырские конюшни были вынесены за пределы монастыря в 1556 г. Конюшенный двор находился у северо-западного угла монастыря, против Конюшенной, или Каличьей, башни, на берегу р. Кончуры, или Благовещенского оврага.

15 Гора Волкуша находилась к юго-западу от монастыря над Келарским прудом, за р. Кончурой, к востоку от Московской дороги. На ней во время осады располагалась одна из батарей Лисовского.

16 Свитошная слобода (т. е. монастырская прачечная) располагалась вне монастыря – на берегу Келарского пруда, напротив Пятницкой башни, находившейся в юго-восточном углу монастыря.

17 Прп. Афанасий Высоцкий уехал вместе с Митрополитом Киприаном в Константинополь, где жил в одном из монастырей. Предание о его поставлении на константинопольское патриаршество, упоминаемое Симоном Азарьиным, содержится и в Житии прп. Афанасия, но не подтверждается историческими фактами.

18 В 1365 г. Прп. Сергий посетил Нижний Новгород и убедил князя Бориса Константиновича, захватившего этот город у князя Димитрия, вернуть его законному владельцу. В 1385 г. Прп. Сергий, будучи уже 70-летним старцем, предпринял путешествие, чтобы утвердить мир между Димитрием Донским и рязанским князем Олегом (Карамзин Н. М. История государства Российского. М., 1993. Т. 5. Прим. 105).

19 Имеется в виду завоевание Казанского царства Иваном Грозным в 1552 г.

20 Имеется в виду победа русских войск в феврале 1536 г. над литовцами, напавшими на г. Себеж. В честь этой победы в Себеже была построена церковь Святой Троицы.

21 Имеется в виду Ферраро-Флорентийский Собор (1438–1439).

22 Речь идет о духовнике суздальского епископа Авраамия, священнике Симеоне.

23 Крымский хан Девлет-Гирей совершил поход на Русь в 1571 г.

24 Прп. Варлаам Хутынский (в миру – Алексей Михайлович), Новгородский чудотворец († между 991 и 993, память 6 ноября), основатель Хутынского монастыря. Наиболее ранние редакции Жития прп. Варлаама относятся к концу XIII в. и встречаются в Прологах ХIII–ХIV вв. Вторая редакция Жития была написана Пахомием Логофетом (Сербом) в 1460 г. Новая редакция Жития приписывается Софронию Лихуду (Ключевский В. О. Древнерусские Жития святых как исторический источник. М., 1989. С. 58–59, 121, 356).

25 Церковь Донской иконы Божией Матери (старая) была построена в 1591–1593 гг., в годы основания Донского монастыря, в память чудесного избавления Москвы от нашествия в 1591 г. крымского хана Казы-Гирея. Монастырь находится на том месте, где в обозе, или главном стане, русских войск, ожидавших врага, стояла походная церковь Прп. Сергия, в которой находилась икона Донской Божией Матери, поэтому монастырь называли монастырем Пресвятой Богородицы, "что в обозе". Эта икона в свое время сопровождала св. блгв. кн. Димитрия Донского в его походе на Мамая. Ныне икона находится в Третьяковской галерее.

26 Имеется в виду Великий князь московский Василий III.

27 Польско-литовская интервенция 1605–1612 гг.

28 Ходкевич Ян Карл († 1621), с 1605 г. великий гетман литовский, один из командующих польскими войсками в период интервенции. В 1612 г. он возглавил корпус, посланный на помощь польскому гарнизону, осажденному в Москве отрядами первого ополчения. Разбитый казаками под командованием И. Заруцкого, отступил к Смоленску. Второй раз гетман Ходкевич принимает активное участие в военных действиях летом-осенью 1612 г., снова пытаясь помочь осажденным полякам, когда войска второго ополчения под командованием князя Пожарского вступили в решающую битву за освобождение Москвы.

29 Яицкими называли Уральские горы. Поход стольника Льва Афанасьевича Плещеева († 1645) на калмыков состоялся в 1643–1644 гг.

30 Иван Васильевич Наседка (Шевель), в иночестве Иосиф, московский книжник XVII в., приходской священник в Клементьевской слободе Сергиева Посада. В своем первом произведении – "О Росийстей святей велицей Церкви, юже Иван Богослов виде" – рассматривает польско-литовскую интервенцию как агрессию католичества против Православия. В этом произведении Иван Наседка говорит о папе римском как об антихристе, истолковывая, в частности, апокалиптическое видение жены, гонимой змием в пустыню (Апок. 12, 13– 17), как преследование Русской Церкви католиками. В 1616–1618 гг. Иван Наседка вместе с Архимандритом Дионисием участвовал в книжной справе.

31 Старицкий Архимандрит Пимен (1601–1606), Настоятель Старицкого монастыря, предшественник Архимандрита Дионисия.

32 Дьяк Никанор Шульгин, в Смутное время управлявший Казанью, был известен своими антипатриотическими пропольскими взглядами. Он открыто радовался тому, что Москва подчинилась Литве. В 1610 г., когда в Казани узнали, что в Москву вошли поляки, Шульгин присягнул Лжедмитрию II, не зная, что тот уже убит. В 1612 г. Шульгин долго не хотел направлять помощь народному ополчению, а собранная, наконец, казанская рать, по словам летописца, "никакоя помощи не учиниша, лишь многую пакость земле содеяша". После воцарения Михаила Феодоровича Шульгин был сослан в Сибирь, где и умер.

Под Казанским монастырем имеется в виду Троицкий монастырь в Казани, который был основан после покорения Казанского царства по распоряжению Ивана Грозного и приписан к Троице-Сергиеву монастырю.

33 Очевидно, имеется в виду рассказ Ивана Наседки о благотворительной деятельности монастыря, помещенный в Житии прп. Дионисия.

34 Ср.: Апок. 12, 13–17.

35 Имеется в виду Белое море.

36. Боярин Иван Никитич Романов, дядя Царя Михаила Феодоровича, вместе со своими братьями подвергся гонениям во времена Бориса Годунова, который подозревал Романовых в роспуске слухов о чудесном спасении Царевича Димитрия. Был сослан в Пелым летом 1601 г., возвращен из ссылки в конце 1602 г.

37. Князь Федор Иванович Мстиславский, глава боярской думы, пришедшей к власти после свержения с престола Василия Шуйского.

38. Князь Димитрий Тимофеевич Трубецкой († 1625), один из трех основателей (наряду с Прокопием Ляпуновым и казачьим атаманом Иваном Заруцким) первого ополчения, сформированного осенью-зимой 1610 г. После распада первого ополчения, убийства П. Ляпунова и бегства И. Заруцкого с Мариной Мнишек и ее сыном Иваном на Дон Д. Т. Трубецкой принимает на себя командование казачьими отрядами первого ополчения. Во время решающего сражения за освобождение Москвы (началось 24.08.1612) Трубецкой уклонился от помощи войскам князя Пожарского, несмотря на перевес поляков на этом этапе битвы. В период после изгнания поляков и до избрания Царем Михаила Феодоровича Д. Т. Трубецкой был фактическим правителем государства. За свои заслуги в борьбе против поляков получил звание "Спаситель Отечества".

39. Иван Мартынович Заруцкий, донской атаман, возглавлявший отряд из беглых крестьян, стрельцов и казаков, первоначально примкнувших к Лжедмитрию II (так называемому Тушинскому вору). Возглавил казацкие отряды в первом ополчении. После гибели Ляпунова Заруцкий пытался посадить на русский трон Марину Мнишек и ее сына Ивана "Дмитриевича" (Воренка), после провала этого плана бежал на Дон.

40. Прокопий Петрович Ляпунов, глава рязанского дворянского ополчения, организатор заговора против Василия Шуйского, осенью-зимой 1610 г. наряду с князем Д. Т. Трубецким и И. Заруцким входил в "избранную троицу" совета первого ополчения. Осенью 1611 г. в результате разногласий с Заруцким и Трубецким Прокопий Ляпунов был убит казаками, которым он пытался запретить грабить местное население.

41. Жигмонт, польский король Сигизмунд III († 1632), отец королевича Владислава.

42. Русские войска взяли Китай-город 22 октября 1612 г., а через несколько дней, 27 октября 1612 г., польский гарнизон сам покинул Кремль, не выдержав осады.

43. Рында – оруженосец.

44. Имеется в виду Авраамий Палицын, который после свержения Василия Шуйского и установления семибоярщины участвовал в посольстве к польскому королю Сигизмунду III с предложением короновать на Московское царство его сына, королевича Владислава. Сигизмунд задержал все русское посольство, за исключением Авраамия Палицына, который по непонятным причинам был отпущен и даже получил от короля охранные грамоты. За этот эпизод, в котором многие усмотрели предательство со стороны Палицына, его прозвали "королем".

45. Сын короля Речи Посполитой Сигизмунда III, один из претендентов на русский престол. После свержения с престола Василия Шуйского (17.07.1610) и перехода власти в руки семибоярщины, возглавляемой Ф. И. Мстиславским, боярская дума решает короновать на царство Владислава при условии, что он примет Православие, прекратит отношения с папой римским, женится на православной невесте и отведет польскую армию с Русской земли.

46. Станислав Чаплинский после смерти Лисовского в 1616 г. принял на себя командование его отрядом легкой конницы. По приказанию гетмана Ходкевича совершил поход в северно-русские земли, грабя и разоряя их. В 1619 г. погиб в сражении.

47. Староста, заведовавший уголовными делами по губе – судебному округу.

48. В боярских книгах за этот период упоминаются князь Иван Иванович Дашков, стряпчий, и Иван Андреевич Дашков, стольник, позже окольничий.

49. Василий Елизарович Протопопов, брянский воевода. Поставлен в 1616 г.

50. Монастырские слуги – миряне, состоявшие на службе у монастырей и исполнявшие должности чиновников, приказчиков по землеустройству, промыслам, торговле. По своему социальному положению часто происходили из дворян и детей боярских.

51. Пятницкий Введенский Подольный женский монастырь в Сергиевом Посаде, находился между Вознесенской и Красной горой внизу под Троице-Сергиевой Лаврой, против Пятницкой башни. Был известен уже в XV в. Первоначально был мужским. Во время осады 1608–1610 гг. был разграблен и разорен поляками. В 1621 г. возобновлен как женский монастырь. Упразднен в 1660 г.

52. Богдан Михайлович Нагой († 1633), стольник.

53. Василий Иванович Нагой († 1642 или 1650), стольник.

54. Семен Васильевич Головин († 1634), боярин.

55. Вероятно, имеется в виду церковь Прп. Сергия в Пушкарях "у Трубы" (находилась в Большом Сергиевом пер.), известна с 1547 г. Разрушена в 1935 г.

56. Богоявленский Троице-Сергиев монастырь (уничтожен в начале XIX в.), находился в Кремле около Троицких ворот. Основан в XIV в. при св. блгв. кн. Димитрии Донском, который дал Прп. Сергию место для келлий и церкви близ своего дворца. В конце XVI в. здесь настоятельствовал Авраамий Палицын. Позже, при Царе Алексее Феодоровиче, здесь находилась школа по изучению греческого языка – прообраз Славяно-греко-латинской Академии.

57. См.: гл. 78.

58 В 1643 г. в монастыре перестраивались келарские службы; Келарская палата впервые была построена при Игумене Иларионе, в 1554 г.

59. Травописцы – мастера, расписывавшие церковь узорами. Ср.: древнерусское "травы" – "узоры, разводы".

60. Ярыжки земские – должностные лица, выполнявшие полицейские функции. В Москве ярыжки носили кафтаны красно-зеленого цвета, на груди у них были нашиты буквы "ЗЯ".

61. Федор Васильевич Волынский († 1646), пожалован в окольничии в 1635 г.

62. Авнежский Троицкий монастырь Вологодской губернии Тотемского уезда, был основан при р. Авнеже, впадающей в Сухону, в 1370 г. чудотворцем Стефаном Махрищским и его учеником прп. Григорием на средства крестьянина Константина Дмитриевича (в иночестве – Кассиана). В 1392 г. обитель была уничтожена татарами. В 1524 г. на месте разоренного монастыря обнаружены мощи прп. Григория и Кассиана. В 1560 г. монастырь был возрожден. Упразднен в 1764 г.

63. Житная башня, круглая, наугольная, находится между северной и восточной стенами монастыря. В этом углу были житницы.

64. Михаил Алексеевич Ртищев, пожалован в окольничии в 1650 г.

65. Михаил Михайлович Салтыков († 3.10.1671), боярин с 1641 г.

66. Лаврентий Дмитриевич Салтыков († 1660), боярин с 1647 г.

67. Князь Семен Иванович Шаховской–Харя (годы рождения и смерти неизвестны), московский дворянин, писатель первой половины XVII в., был близко знаком с Симоном Азарьиным, у которого хранился сборник его творений. Путешествие Шаховского из Колы в Архангельск относится к весне или лету 1646 г. Сохранились записки Шаховского об этом путешествии (Московский вестник. 1830. Ч. 5. С. 69).

68. Архимандрит Троице-Сергиевой Лавры Адриан (1640–1656), переведен из Толгского монастыря. Именно при Адриане Симон Азарьин был Келарем Лавры.

69. В монастыре было два Воловьих двора: направо от Конюшенного двора в сторону Мишутинского оврага находились Коровий и Воловий дворы, второй Воловий двор был по другую сторону оврага, в так называемой Кокуевой слободе.

70. Князь Алексей Михайлович Львов († 1653), возведен в бояре в 1634 г.

71. Каличьи, или Конюшенные, ворота находились под Каличьей, или Конюшенной, башней, которая располагалась против Конюшенного двора. Ворота назывались Каличьими, первоначально – Калитичьими, поскольку в них была калитка, которой пользовались, когда сами ворота были закрыты.

72. Ярославский Толгский монастырь в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы, основан на месте явления в 1314 г. чудотворной Толгской иконы Божией Матери, при впадении в Волгу р. Толги. В Смутное время обитель была разорена поляками.

73. Житный двор находился в северо-восточном углу монастыря, между восточной линией келлий и оружейным амбаром, стоявшим у северной стены. В середине XVII в. сохранялась житница, поставленная прп. Никоном на месте Сергиевой, сгоревшей в 1408 г. во время татарского нашествия. Именно от порога и угла этой житницы люди брали щепки для излечения зубной боли, о чем упоминает Азарьин в своем предисловии к добавлениям 1653 г.

74. Борис Михайлович Лыков († 1646), боярин с 1606 г.

75. Монастырь в честь Покрова Пречистой Богородицы и Свт. Николая в г. Балахны Нижегородской губернии, основан иеромонахом Пафнутием в первой половине XVI в., упразднен в 1764 г.

76. Новгородская область делилась на пять частей – пятин. Такой вид административного деления встречался и в некоторых других местах России.

77. Согласно русской благочестивой традиции, по отношению к иконе не применялись слова "купить" или "продать", а только "выменять", даже и в тех случаях, когда "выменивание" происходило на деньги.

78. Роман Федорович Боборыкин († в феврале 1682), стольник, затем окольничий, известен своей тяжбой с Патриархом Никоном в 60-х гг. XVII в. Село Воскресенское, о котором упоминает Азарьин, было куплено у Боборыкина Патриархом Никоном в 1656 г., там в 1657 г. был создан Воскресенский монастырь.

79. Печерский Вознесенский монастырь близ Нижнего Новгорода, основан около слободы Старые Печеры в 1329 г. иноком Киево-Печерской Лавры прп. Дионисием († 1385, память 26 июня). Монастырь был назван в честь иконы Печерской Божией Матери, принесенной прп. Дионисием из Киева.

80.  Жильцами назывались дети бояр, дьяков и подьячих, проходившие первую службу на царском дворе и служившие на посылках.

81. Служебник – чернорабочий.

82. На участке Волги от города Тетюшей до Черебаева находились монастырские рыбные ловли, дарованные Иваном Грозным. Златые горы – высокий правый берег Волги, в отличие от левого, пологого.

83. Камышники – охотники или рыболовы. В северно- русских народных песнях камышниками называют также разбойников.

84. Сажень – мера длины, равная 2,13 м.

85. В 1632 г., когда умер польский король Сигизмунд III, русское правительство решило воспользоваться этим, чтобы отвоевать у Польши свои северо-западные земли. Неудачная затяжная осада Смоленска русскими войсками началась в декабре 1632 г. В августе 1633 г. король Владислав с 15-тысячным войском подошел к Смоленску и оттеснил русских от города. 3 июня 1634 г. был подписан Полянковский договор, по которому Смоленск оставался за поляками, но Владислав навсегда отказывался от своих притязаний на русский престол.

86. Основание Троицкого Сергиева монастыря в г. Алатырь Симбирской губернии восходит, по преданию, к царствованию Ивана Грозного. В 1615 г. монастырь, пришедший в упадок после нашествия поляков, был приписан к Троице-Сергиевой Лавре. В 1764 г. обитель снова стала самостоятельным монастырем.

87. В это время шла русско-польская война 1632–1634 гг.

88. Крестьяне, работавшие на так называемых белых, то есть освобожденных от тягла землях.

89. В допетровскую эпоху лишение бороды было формой наказания и тяжкого оскорбления для мужчины (для женщины аналогичным оскорблением являлось срывание платка и обрезание косы). Согласно "Повести временных лет", Ян Вышатич распорядился выдрать бороды языческим волхвам. В народе считалось, что человек без бороды не мог попасть в рай, бритых не следовало хоронить в земле и поминать, а надлежало бросать в ров, "аки псов". В русском праве повреждение бороды расценивалось как большое преступление, за это полагался наивысший штраф – в размере двух рублей (за убийство полагался штраф в один рубль).

90. Восстание 1648 г. в Москве началось 1 июня; царской охраной были разогнаны челобитчики, пытавшиеся передать прошение Царю, когда он возвращался с богомолья из Троице-Сергиевой Лавры. Начавшийся 3 июня пожар усилил народное волнение. В последующие дни толпа потребовала выдачи нескольких бояр, известных своим произволом и вымогательством, в частности Петра Тихоновича Траханиотова, ведавшего Пушкарским приказом. Царь отослал Траханиотова из Москвы, но под давлением народа вынужден был вернуть его и выдать восставшим. Есть основания полагать, что Симон Азарьин в данной главе имеет в виду именно Траханиотова.

91. Земские приказы в первой половине XVII в. назывались земскими дворами. На них были возложены административно-полицейские функции – мощение и уборка улиц, предотвращение пожаров, пресечение преступлений и общественных беспорядков. В XVII в. в Москве было два земских приказа – Старый и Новый.

92. Этим заканчивается книга Симона Азарьина, две последние статьи приписаны позднее – почерком конца XVII в.; номер проставлен в XIX в.

93. Тропарь Преподобному Сергию Радонежскому. Глас 4.

94. Это издание не было осуществлено. К рубежу XVII–XVIII вв. относится только Житие Прп. Сергия, созданное свт. Димитрием Ростовским для свода Житий святых; в основу этой редакции положен текст из Великих Четьих-Миней.

95. Эта глава соответствует главе 75 "Сказания" Авраамия Палицына, называемой "Чудо Преподобного и богоносного отца нашего Сергия чудотворца о исцелевшем немом".

96. 1618/19 г. – осада Лавры войском Владислава. В 1617 г. королевич Владислав, не оставлявший надежды получить русский трон, вместе с гетманом Ходкевичем вторгся в русские земли. 24 сентября Чаплинский, командовавший бывшим отрядом Лисовского, подошел к Троице-Сергиеву монастырю, но вступившие в бой посадские крестьяне отбросили его от стен монастыря. В сентябре 1618 г. поляки подошли к Москве, но были отбиты у Арбатских ворот князем Пожарским. Отступая от Москвы, войска Владислава снова остановились недалеко от Лавры, но уже не предпринимали против монастыря активных действий. В декабре 1618 г. было заключено Деулинское перемирие с Польшей сроком на 14 с половиной лет.

97. Эта глава соответствует главе 54 "Сказания" Авраамия Палицына – "О гладе велицем во осад, бывший на Москве, и о житопродавцех, и о умножении потреб на Троицком подвории, в Богоявленском монастыре, молитвами Преп. отца Сергия и Никона".

98. Патриарх Московский Гермоген, сщмч., поставлен в Патриархи 3 июня 1606 г. из митрополита Казанского. Известен своими патриотическими грамотами, в которых он призывал русский народ подниматься на борьбу с поляками и твердо держаться Православия. 1 мая 1611 г. заточен поляками в Чудов монастырь, замучен голодом и скончался 17 февраля 1612 г.

99. Аспр (((((() – турецкая денежная единица, примерно равнялась пяти копейкам серебром.

100. Прп. Дионисий Радонежский (Зобниновский, † 1632, память 12 мая), в миру Давид, Архимандрит, Настоятель Троице-Сергиева монастыря. В 1605 г. был посвящен в Архимандрита и стал Настоятелем Старицкого монастыря, откуда в 1610 г. был переведен в Троице-Сергиеву Лавру. После смерти Патриарха Гермогена продолжил его дело, рассылая по городам грамоты, в которых призывал народ подняться на защиту Отечества. Эти воззвания имели решающее значение для сплочения патриотических сил и формирования второго ополчения под командованием К. Минина-Сухорука и князя Д. Пожарского. В 1616–1618 гг. по повелению Царя Дионисий занимался исправлением богослужебных книг вместе с Иваном Наседкой, монахом Арсением Глухим и библиотекарем Лавры Антонием. По навету был обвинен в ереси и отправлен на смирение в Новоспасский монастырь. Был освобожден ввиду приезда Патриарха Иерусалимского Феофана. На Соборе, созванном Патриархом Филаретом, Дионисий был оправдан, награжден и снова назначен Настоятелем Троице-Сергиева монастыря. Сюда вскоре прибыл Патриарх Иерусалимский Феофан, который возложил на голову Дионисия свой клобук.

101. В конце XVI – первой половине XVII в. донские казаки постоянно совершали набеги на Крым и Азов, возвращаясь с богатой добычей и пленными.

102. Архимандрит Нектарий, Настоятель Троице-Сергиева монастыря (1633–1640), бывший ранее Настоятелем Песношского монастыря.

103. Служняя слобода возникла при Игумене Никоне и находилась между Переяславской дорогой и речкой Кончурой, к востоку от монастыря. Постепенно увеличиваясь, слобода разделилась на две части – Нижнюю, или Чертольскую, слободу и Верхнюю.

104. На иконе "Предста Царица" (или "Царь царем") изображены Спаситель и предстоящие Ему Пресвятая Богородица и Иоанн Креститель. Церковь Богоявления находилась в Богоявленском монастыре – подворье Троице-Сергиевой Лавры.

105. В издании 1646 г. гл. 86 содержала в себе Слово похвальное Преподобному отцу нашему Сергию, которое в настоящей книге печатается на с. 249–261.

106. Успенский Троицкий Дубенский монастырь близ села Стромыни Московской губернии Богородского уезда. Основан Прп. Сергием Радонежским по просьбе князя Димитрия Донского, обещавшего устроить монастырь в честь Успения Пресвятой Богородицы (Куликовская битва состоялась за несколько дней перед этим праздником), если он одержит победу над татарами. После Смуты пришел в запустение, поэтому в 1616 г. приписан к Троице-Сергиевой Лавре (ср.: комм. 80).

107. Пятницкая башня находится в юго-восточном углу монастыря, против нее, вне стен монастыря, располагалась Свитошная слобода. В Пятницкой башне существовал каменный "мешок", куда сажали преступников.







Яндекс.Метрика