Сайт создан по благословению настоятеля храма Преображения Господня на Песках протоиерея Александра Турикова

Система Orphus







Училище благочестия

Рассуждение



Рассуждение преподобного Антония Великого

Сошлись некогда отцы к святому Антонию, чтобы расследовать, какая добродетель совершеннее всех и какая могла бы охранить монаха от всех сетей вражьих. Всякий из них сказал, что казалось ему правильным. При чем одни похвалили пост и бдение, так как они упорядочивают помыслы, тонким делают ум и облегчают человеку приближение его к Богу, другие больше ободряли нищету и презрение вещей земных, потому что через это ум становится спокойней, чище и свободней от забот мирских, а потому приближение его к Богу делается более удобным, некоторые хотели дать преимущество перед всеми добродетелями милосердию, потому что Господь скажет милосердным: "Приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира" (Мф. 25, 34), иные говорили иное.

А святой Антоний сказал:

 – Все добродетели, о которых вы поминали, очень спасительны и крайне нужны тем, кои ищут Бога, и кои пламенеют сильным желанием приблизиться к Нему. Но мы видели, что многие измождали свои тела чрезмерным пощением, бдениями, удалением в пустыню, усердно также ревновали о трудах, любили нищету, презирали мирские удобства, до того, что не оставляли себе столько, сколько нужно на один день, но все, что имели раздавали бедным, и однако ж бывало, что после всего этого они склонялись на зло и падали, и лишившись плода всех оных добродетелей, делались достойными осуждения. Причина этому не другая какая, как то, что они не имели добродетели рассуждения и благоразумия, и не могли пользоваться ее пособием. Ибо она-то и есть та добродетель, которая учит и настраивает человека идти прямым путем, не уклоняясь на распутья. Если мы будем идти царским путем, то никогда не будем увлечены наветниками нашими, – ни справа, – к чрезмерному воздержанию, – ни слева, – к нерадению, беспечности и разленению. Рассуждение есть око души и ее светильник, как глаз есть светильник тела: так что если это око светло будет, то и все тело (наших деяний) светло будет, если же око сие темно будет, то и все тело темно будет, как сказал Господь в св. Евангелии (Мф. 6, 22. 23). Рассуждением человек разбирает свои желания, слова и дела, и отступает от всех тех, которые удаляют его от Бога. Рассуждением он расстраивает и уничтожает все направленные против него козни врага, верно различая, что хорошо и что худо.

(Достопамятные сказания, 8)




Преподобные Варсануфий и Иоанн учат всегда поступать с рассуждением:

"Вопрос 764. Вы учите, что хорошо во всяком случае укорять себя самого. Но когда кто-либо порицает меня как виновного против него, а я не знаю за собою вины, - как поступить мне (в таком случае)? Ибо если захочу признать себя виновным, то это послужит к подтверждению его огорчения на меня, как будто я действительно согрешил против него; если же, напротив, стану оправдываться пред ним, говоря, что сие дело было иначе, то это будет самооправдание, как же понести мне (эту) укоризну? Вразуми меня, Отче Святый, как должен я поступить (в таком случае)?

Ответ. Прежде укори себя в сердце своем, и сделай брату поклон, говоря: прости меня Господа ради. И таким образом, со смирением (не для того, чтобы оправдать себя, но дабы уврачевать его и избавить от подозрения) скажи ему: Отец мой! Я не знаю за собою того, чтобы я хотел оскорбить тебя в чем-либо, или в чем-либо согрешить против тебя, а потому (прошу тебя) не думай обо мне так. Если же и после сего он не удостоверится, то скажи ему: согрешил, прости меня.

Вопрос 765. Если же я действительно согрешу против него, и он, услышав о сем, опечалится: то хорошо ли скрыть истину, чтобы устранить скорбь его, или (должно) признаться в своем согрешении и просить прощения?

Ответ. Если он достоверно узнал это, и ты знаешь, что дело это подвергнется исследованию и (поступок твой) обнаружится, то скажи ему правду, и попроси прощения, потому что ложь твоя еще более раздражит его. Если же он не знал (достоверно), и ты видишь, что дело не подвергнется исследованию, то не неприлично будет промолчать, чтобы не дать места скорби. Ибо и Пророк Самуил, когда был послан помазать Давида в Царя, хотел (вместе) принести и жертву Богу, но убоялся Саула, чтобы он не узнал главной цели его; и сказал ему Бог: возьми с собою юницу, и речеши: пожрети Господеви иду (1Цар.16:12). Итак, скрыв свое намерение, Пророк объявил ему только второе. Так и ты умолчи о прискорбном (для ближнего твоего), и дело кончится благополучно".



Говорили об авве Агафоне: “Пришли к нему некие, услышав, что он имеет великую рассудительность. Желая испытать его, не рассердится ли он, спрашивают его: “Ты — Агафон? Мы слышали о тебе, что ты блудник и гордец.” — “Да, это правда,” — отвечал он. Они опять спрашивают его: “Ты, Агафон, клеветник и пустослов?” — “Да, я,” — отвечал он. И еще говорят ему: “Ты, Агафон, еретик?” — “Нет, я не еретик,” — отвечал он. Затем спросили его: “Скажи нам, почему ты на все, что ни говорили тебе, соглашался, а последнего слова не перенес?” Он отвечал им: “Первые пороки я признаю за собой, ибо это признание полезно моей душе, а признание себя еретиком значит отлучение от Бога, а я не хочу быть отлученным от моего Бога.” Выслушав это, они подивились его рассудительности и отошли, получив назидание.”
(Древний патерик)



Случилось неким отцам зайти в дом одного христолюбивого человека, в их числе был и авва Пимен. За столом предложили им мясо. Все стали есть, кроме аввы Пимена. Старцы, зная его рассудительность, дивились, почему он не ест. После обеда старец сказал им: “Простите мне, отцы! Вы ели, и никто не соблазнился. Но если бы стал есть я, то многие приходящие ко мне братия соблазнились бы и стали бы говорить: “Пимен ел мясо, почему же и нам не есть?” И старцы подивились его рассудительности.
(Достопамятные сказания)



Авва Македоний не употреблял в пищу ни хлеба, ни бобов, но только ячмень, истолченный и смоченный только водой. Эту пищу долгое время доставляла ему мать блаженного Феодорита, епископа Кирского, которая с ним была знакома.

Однажды, придя к ней во время ее болезни и узнав, что она не соглашается принять пищу, необходимую при этом заболевании (ибо и она проводила жизнь подвижническую), он убеждал ее послушаться врачей и думать, что она принимает эту пищу не по прихоти, а по необходимости.

“Вот и я, — сказал он, — сорок лет, как ты знаешь, употребляю один ячмень, но, почувствовав вчера некую слабость, приказал своему сожителю принести мне малый хлеб. У меня было такое рассуждение: если я умру, то должен буду отдать Праведному Судии ответ за свою смерть, как человек, которому можно было малой пищей предупредить смерть и остаться в живых, чтобы трудиться и собирать от трудов богатство, но который предпочел голодную смерть любомудренной жизни. Устрашенный этим, желая успокоить укоризны совести, я и приказал принести хлеб и, когда его принесли, употребил. И тебя прошу, чтобы ты мне больше уже не приносила ячмень, но хлеб.”

(Блаж. Феодорит. История боголюбцев)









Яндекс.Метрика